Неловкие послесловия

Уставшие ноги медленно передвигались по вымощенной камнем дороге. Золотую копну волос продувал теплый, вечерний ветерок. Отстройка деревни шла полным ходом, шиноби листа быстро восстанавливали утраты деревни. Страх на лицах жителей остался в прошлом зарытый, где-то глубоко внутри и покрытый легким переживанием. Наруто пропустил громкий вздох, останавливаясь и прикрывая глаза. Так сложно, война прошла оставив никому не видные шрамы в самом сердце. Оно садило до такой степени, что хотелось его вырвать и выкинуть, попутно разорвав на мелкие кусочки. Ничего уже не поменять. Грустно улыбнувшись Наруто развернулся резко меняя направление и все дальше отдаляясь от дома, утопая в шумах Конохи. Он просто не мог здесь его не застать. Если бы Наруто пришел и не увидел Хатаке Какаши, мирно сидящего на зеленой траве, склонив голову на бок, это можно было бы посчитать оскорблением. Такое расслабленное тело следящее за уходящим солнцем такими напряженными глазами. Наруто немного потупившись опустился на землю рядом с Какаши, не говоря ни слова. Они редко разговаривали наедине, но чтобы открыть друг другу сердце много слов не нужно. Хатаке нежно провел рукой по золотистой голове, опасно долго задерживая ее на затылке. Джинчурики обомлев заглянул в глаза бывшему сенсею. Вот оно как, от того и поглаживания по голове чувствовались по другому. От того то глаза Хатаке казались Наруто так похожими на его, пустые. Еще немного, вот бы еще немного вселенная разрешила Узумаки вот так сидеть тут. Потому что когда все происходило именно так, казалось что все-таки возможно и нет у него никаких скребущих кошек на сердце. Что все-таки не зря была вся эта кровь. Наруто переполз к мужчине на колени неуверенно зарывая его лицо у себя на груди. — Какаши-сенсей, -юноша немного осекся.- можно мы вот так немного посидим, совсем немного. А в ответ глубокая тишина, прерывающаяся шумом деревьев. Но джинчурики не спешил слазить. Тихий выдох и руки Хатаке крепко ложась на талию притягивают Наруто ближе к себе, цепляясь как за спасательный круг. Он утыкается носом куда-то на уровне ключицы, рвано вдыхая запах мальчишки, от которого пахло солнечными зайчиками мелькающими после дождя, абсурд. Наруто довольно кладет свободную руку на шею сенсея, а второй копируя ранее жест учителя зарывается в отросшие волосы мужчины. Немного, совсем ненадолго, можно же позволить себе эту нежность. Приятно до одури, чувствовать волосы щекочущие лицо, эти руки что крепко, но бережно держат тебя за талию. Первый раз, когда Наруто настолько не хотелось распускать объятия. Но они и так никуда не спешили, торопиться было уже некуда. -Наруто, прости. — прошептал Какаши. От чего мурашки успели прокатиться по спине Наруто и вернуться обратно к месту куда выдыхал мужчина. — Нет ничего, за что вы должны были извиняться Сенсей. — Узумаки крепче прижал к себе Хатаке, закрывая глаза. — Прости, что я такой трус.- Юноша почувствовал как хватка сенсея заметно ослабляется и с талии пропадает она рука. С неохотой Наруто отодвигается перекладывая руки на плечи Какаши. Он просто посмотрел в глаза Наруто и легким движением снял с себя маску. И это был не столь неожиданный жест на сколько интимный. Настолько интимный, что не сравнился бы ни с одной строчкой из любой книги Извращенного Отшельника. И Наруто бы подпрыгнул бы с писком вверх, если бы не рука Какаши придерживающая его за талию. — Старик… теббаё.- лицо Узумаки залилось румянцем.- ты чего такой красивый? — сердце юноши пропустило пару ударов, и кажется забыло о том, что еще не время переставать работать. Ища спасения он прикрыл лицо такими же красными руками, оставляя просветы в области глаз. Может это и был то самое, то самое, что заглушит их пустоту. Потому что Наруто уже не сомневался. Он не мог сомневаться видя в живую эту нежную улыбку, направленную только его взору. — Наруто, — говорит Хатаке убирая руки юноши от красного лица. — ты понимаешь, что тебе теперь нельзя так нагло закрываться? Поцелуй, такой легкий, нежный и для обоих такой долгожданный. Хатаке аккуратно утягивает джинчурики за собой на мягкую траву. Наруто нависает над мужчиной. На его губах играет знакомая улыбка, но такую яркую и нежную Хатаке не видел никогда. И черт, если бы он только знал, что все будет именно так, то никогда бы настолько не свойственно ему не убегал от этого…