Не как в дораме

      Очнулся Минхо в самолёте от привычной тяжести на себе, но уже на плече — невредимый Джисон сидел рядом в кресле и, как всегда, безмятежно дрых и слюнявил рубашку.       Рядом с ними сидели, судя по виду, обычные, не подозревающие о разворачивающейся драме, пассажиры. Надо же, бизнес-класс? Глупо спрашивать у других, куда они летят? За окном только облака. Минхо постарался успокоиться и снова осмотрелся, пытаясь собрать мысли после какого-то наркотика, введённого в кровь. Сосредоточиться получалось плохо — мысли текли медленно. Их явно спасли, но кто? Чанбин и Сынмин скрылись, они предупредили заранее, но не сказали, как и зачем, Минхо сам их прикрыл, и те точно бы не рискнули возвращаться обратно, да и их отношения сложно было назвать тёплыми, хоть они и помогали друг другу.       Минхо почти пришёл в себя спустя пару минут, но не стал будить омегу, продолжая думать. Единственный, кто хотел бы его спасти — это Хёнджин. Но как? Связей у того никаких не было. Минхо отправил их парочку к каким-то дальним родственникам Феликса, о которых тот не затыкался, утверждая, что там будет безопасно. Они вернулись? И как-то связаны с новой бандой? Что происходит?       Тяжесть пропала — очнулся Джисон, растерянно оглядываясь.       — Ого, какой-то странный рай? Но я рад, что мы вместе, — прижался к нему сильнее омега. — Что это? Мы в небе? А где ангелы?       — В самолёте, Хани-дурачок.       — Подожди, в каком самолёте?       — Понятия не имею, куда-то летим.       — Куда летим?       — Джисон, ты попугай?       — Нет, мы же договорились на бельчонка! Но у меня начинается паническая атака, я никогда не летал, боюсь летать, не хочу летать, ты обещал мне автобус, — бессвязно забормотал омега.       — Глупо будет, если мы спаслись, а ты умрёшь от испуга.       — Злюка, кто так на паническую атаку возлюбленного реагирует? Тут нет наших преследователей? — немного успокоился Джисон. — А в самолёте не хочешь попробовать?       — Не хочу даже спрашивать, что попробовать, маленький извращенец. Спи давай, ты явно не в себе, чем они тебя накачали?       Видимо, омега действительно ничего ещё не осознал и не пришёл в себя. Он сразу уснул, как только его голова коснулась плеча Минхо.       — Минхо! Минхо! Минхо! — раздавался неверящий счастливый голос на весь аэропорт Сиднея. Альфа едва успел раскрыть объятия и поймать миниатюрного, до боли знакомого, омегу. — Ты здесь, наконец-то! Мы так ждали!       — Феликс, — Минхо почувствовал, что сейчас заплачет, очень бы не хотелось опозориться, особенно перед своим омегой, поэтому уткнулся в плечо Ликси и пару раз выдохнул, его образ крутого и опасного и так трещал по швам, — как вы это сделали?       — Дома, я расскажу всё дома. Поехали скорее, Хёнджин остался с ребёнком, тот капризный с утра, не потащили с тобой. Он меня уже с ума свёл своим беспокойством, звонит каждую минуту, ну, вот опять. Всё нормально, Минхо со мной, трубку не дам, мы сейчас приедем! Это твой омега? Какой милашка, Чан сказал, ты будешь с сюрпризом, но я не ожидал, что с таким приятным!       Минхо не успел спросить кто такой Чан.       — А ты жаловался, что я болтливый! И обнимать себя только во сне разрешал! Что происходит? Почему к тебе опять липнут всякие омеги? Это какой-то другой, совсем не мой рай! Я не для этого девственником-праведником умирал, спасая любимого! Ты, конечно, красивый и ангел, но отлипни от моего крутого опасного альфы! Я ещё сам не пробовал его волшебный член, о котором все говорят. Иногда я не понимаю, кто из нас девственник…       — Чем его накачали? — заинтересовано косился Феликс ухмыляясь.       — Я бы хотел спихнуть вину на наркотики, но он всегда такой, — чёрт, как же он любит Джисона, альфа сразу пришёл в себя и наконец оторвался от друга.       В машине ехали в полной тишине — Феликс облепил Минхо и не отпускал, Джисон молчал, всё ещё пытаясь понять, что не в раю, и, испытывая сильную сонливость, периодически дремал.       — Ты говорил, тебя никто спасать не будет! Что происходит? Кто этот красивый омега? Почему ему можно тебя обнимать, а со мной ты постоянно дёргаешься и жалуешься? — не выдержав, прошептал ему на ухо Джисон, крепко схватив за руку перед незнакомым домом.       — Я сам ничего не понимаю, но всё будет хорошо! Как в твоих глупых дорамах, не переживай.       Хёнджин вёл себя ещё хуже Феликса — прижимался и рыдал часа полтора.       Минхо устало выдохнул и кое-как выбрался из любящих объятий.       — Всё, ладно? Полуторачасовая минутка драмы закончилась, так может объясните мне, что происходит?       Феликс неожиданно смутился.       — Ну, ты уже познакомился с Чаном?       — Это глава бандитов, которые нас прессовали и поймали меня?       — Да, он мой брат.       — Что?       — В общем, когда мы с братом приехали из Австралии, он быстро связался с не теми людьми и вступил в банду, ну, или создал, я не знаю подробностей, маленький был. Чан пришёл в себя, лишь когда меня похитили конкуренты. Они за что-то мстили и не собирались отдавать за выкуп, меня бы просто убили, но ты очень вовремя пожалел и украл у этих опасных мудаков. Мой брат этого не знал, он пришёл выручать, всех там перестрелял, но меня не нашёл. А Чан, ну, похож на тебя прежнего, никого бы не пощадил, не стал даже разбираться, кто кого и откуда украл, а я полюбил вас с Хёнджином и не хотел подставлять. Чан подумал, что потерял меня навсегда. Ожесточился ещё больше и стал всем подряд мстить, быстро завоёвывая новую территорию. Ты отправил нас ко мне домой, в Австралию, и я рискнул связаться с ним. Я всё рассказал и попросил помощи. Прости, он не соглашался, ну, типа, ты хоть и не убил, но украл, и вернулся-то его чистый и невинный брат, которого он так долго берёг, беременным от какого-то там бандита. Очень злился, что я с ним не связался раньше. Ну и в принципе, Чан уже наигрался в бандита и собирался жениться и сюда, домой, а не кого-то там спасать. Он у меня настоящий бандит, не то что ты, никого не жалеет и не спасает. Однако, пару недель назад, внезапно, брат поменял своё мнение, позвонил и сказал, достанет тебя и за что-то там отблагодарит! Я ничего не понял, но обрадовался! Он скоро закончит дела и вернётся сюда, я вас нормально познакомлю, — практически на одном дыхании скороговоркой выдал Феликс и резко поменял тему, — твоя очередь! Где ты нашёл себе омегу? Хёнджин говорит, у тебя годами никого не было, поэтому ты был злым и вечно недовольным!       — Да блядь, какого чёрта, Феликс! Сейчас опять начнётся.       — А я догадывался, — естественно, не промолчал и ляпнул до этого шокированный Джисон, — Минхо забыл, как это делается! Поэтому я всё ещё девственник! Представляете, я никогда не думал, что крутого опасного альфу надо уговаривать на секс! Ведь, когда мы только познакомились, Минхо таким решительным показался, сразу член показал, просил сосать за еду и отдаться за приставку, я очень завёлся, а вот он нет! Потом услышал про его волшебный член и снова воспылал надеждой, но…       — Да чёрт возьми, Хани-дурачок, ты всё ещё девственник, потому что боишься моего волшебного члена после того, как его поцеловал один раз! Куда делось твоё «спать — это не сексом заниматься»? Не понимаю! Ну сколько можно меня позорить-то?!       — Ничего не боюсь, я тебе постоянно предлагаю заняться любовью, но тебя всё не устраивают места, где я хочу! Пока мы ехали, я видел, тут есть море, покупай нам срочно дом, злюка! Буду рожать тебе троих детей, как мы мечтали!       — Мы мечтали? Ты уверен? — вздохнул Минхо, но как-то неожиданно счастливо.       Джисон только весело закатил глаза и потянулся к ребёнку Хёнджина:       — Буду репетировать!       Омега быстро сориентировался и адаптировался к новой ситуации. Ну вот как ему удаётся? Почему Минхо был не уверен и сомневался, думал о их будущем, задавался вопросом, почему их всё-таки спасли, ещё и вдвоём. Кому и что он за это будет должен? А его Джисон с какой-то детской непосредственностью радостно играл с ребёнком, спрашивал у Феликса о его беременности и знакомстве с Минхо и не забывал с восхищением смотреть на своего альфу. Глупый или бесстрашный? Они в другой стране вообще-то! Неужели чувствует себя свободным и защищённым, потому что так сильно доверяет? Придётся оправдывать надежды. Как он из крутого опасного альфы превратился в надёжного и даже не заметил? Или Джисон делает его таким — не оставляет выбора и места для сомнений.       — Он мне нравится! Подходит слишком серьёзному зануде тебе, — рассмеялся Хёнджин, как и раньше, как будто проник в его мысли. Тот, перестав рыдать и отдав ребёнка, с подозрительным весельем снова наступал на Минхо с объятьями.       Феликс радостно засмеялся.       — Я так счастлив, что ты нашёл свою любовь. Мы очень переживали, когда оставили тебя одного. Думали, будешь ещё злее, несчастнее, натворишь дел. Грохнешь босса и застрелишься сам!       Минхо растерялся от шокирующих прогнозов своей жизни от друзей.       — Вот, я и говорю, спас его волшебный член! А он не верит.       — Да чёрт, Хани-дурачок!       Устраиваться на постоянной основе в другой стране оказалось не так трудно, как представлял и зря переживал Минхо. Неизвестное будущее впервые не пугало, он лишь немного опасался верить в свои (джисоновы) сбывающиеся мечты. И в первое время находился в растерянности. Минхо никогда по-настоящему не верил, что выберется из банды, и совсем не помнил, как жил до неё. Зато его «будущий муж» был в полном восторге от происходящего — его глаза постоянно горели любопытством и радостью. Джисон быстро подружился с Хёнджином и Феликсом, которых сначала смущала странная наивность и поведение неугомонного омеги, как и Минхо в первое время, но потом и те втянулись, привыкли и были откровенно рады за их пару, помогая приспособиться к новой жизни.       Минхо было странно видеть Хёнджина постоянно счастливым. И он осознал, почему тот бы никогда не смог быть таким в банде — Хван был чудесным мужем и отцом, ласковым и заботливым. Учился на художника и преподавал детишкам в школе. Феликс же выбрал роль домохозяина, готовил брауни и ходил на танцы, воспитывая их малыша. Друзья не сразу признались, что назвали своего ребёнка Минхо. Это очень смущало, поэтому сам альфа называл того только «малыш». А Джисон, естественно, расстроился, что такое классное имя уже забили, и ему придётся выдумать все три.       Хани больше не изображал легкомысленность, но с весёлым блеском в глазах выбирал их новый дом по элитным каталогам. А когда они ездили смотреть варианты, забывал строить из себя богатую игрушку — весело скакал по берегу моря, зарывался ногами в песок, любовался и нюхал цветы в саду, пугливо крался по особнякам. В итоге он выбрал небольшой дом, но с огромным цветочным садом, прямо рядом с морем, недалеко от места проживания Феликса и Хёнджина. Заявил, что главное не где, а с кем.       Единственное, что не давало покоя им обоим — это судьба Суни, ведь теперь они могли забрать того в новый дом. Минхо переживал — привык к коту за ту парочку недель, которые они с омегой занимались воспитанием полюбившегося питомца, даже расстроился, что не взял никакие контакты у Сынмина и Чанбина в целях безопасности. Да и их судьба почему-то тоже очень волновала альфу. Он подарил Хани двух других котов из приюта. Тот, конечно, очень обрадовался, полюбил и баловал, но оба понимали, что это не совсем замена их первому оборванцу.