Хотел быть другом.

Томми Хаген как и ожидалось, на следующий день ничего не помнил из того что наговорил Билли. В голове у него на завтрак была яичница всмятку, заправленная звонкими криками матери, с десертом из отцовских упрёков. Все это он съел даже не подавившись, с серьёзным выражением лица, и наигранным сожалением. И с таким же лицом он и в школу отправился, даже не подозревая что со своими домыслами, а это были домыслы, потому что, будь он уверен в своих словах, он бы всем это разболтал, вогнав последний гвоздь в гробик авторитета Стива. Так вот, он даже и не подозревал, что со своими домыслами, разбудил настоящего хищника, который в этот самый момент гнал свой камаро, вдавливая педаль в пол со всей силы. Стив чувствовал себя ужасно, с самого первого звона будильника, его голова раскалывалась, ему хотелось пить и умереть одновременно. Он пожалел о выпитом алкоголе на пути в ванную уже порядком десять раз, по дороге ударившись мизинцем об ножку прикроватной тумбочки, споткнувшись об край ковра, и нечаянно наступив на шоколадный батончик который почему-то лежал возле двери в ванную. Он однозначно встал не стой ноги. — Стивен, — Кэтрин кашлянула, обращая внимание сына на себя, — хватит ковыряться в этом бедном салате, и ответь уже. Стив все это время сидевший играясь с едой, размышляя о вчерашнем поступке Нэнси, вздрогнул. — Прошу прошения? — Ты меня разочаровываешь, Стивен. — Что? Дэн, свернул газету и сняв очки недовольно покачал головой. — Мы о твоей вчерашней выходке, молодой человек. Стив отложив вилку с ножом, опустил руки на колени, разговор ожидался неприятным. — Всё было подконтролем, я не так много выпил. — Да неужели, — Кэтрин нахмурилась, продолжая сосредоточенно нарезать свою яичницу. — Да, мам я выпил всего ничего. — Дело не в этом. — Продолжил Дэн, зеркально повторяя выражение лица своей жены, добавляя еще нотки огорчения в отпрыске. — А в чем тогда, чем вы двое, теперь недовольны? — Стив впился ногтями в колени. — Следи за своим тоном. — Да боже мой. — Стив закатил глаза. — Ты хоть понимаешь, что блокаторы которых ты принимаешь несовместимы с алкоголем. — Харрингтон старший откинулся на спинку стула сложив руки в замок. — Это всеголишь прототипы, а если бы вчера тебя учуяли? А? Что бы ты сделал проснись сегодня в кровати какого-то альфы? — Слова произнесенные из уст Дэна, сопровождались гримасой отвращения, хоть он и пытался контролировать свою мимику. — Я…- Стив оцепенел, отец умел быть резким в словах, совсем не жалел сына. Он хорошо знал, на что надо надавить. — Ты бы разрушил все что мы делаем для тебя. Ты этого хочешь? Хочешь чтобы на тебя показывали пальцем, называли шлю…непристойно! — Дэн, Боже мой не за столом! Стив отпустил голову, он поджал губы, от обиды. — Простите. — Я надеюсь такого больше не повторится. Ты нас понял? — Харрингтон старший тяжело вздохнул. — Да. — Не слышу. — Да, я вас понял! За столом воцарилась давящая тишина, которую прервала Кэтрин. — Ты опаздывашь в школу, Стивен, иди. — Да мам, спасибо за завтрак. Он скомкав салфетку, вытерев руки, кинул её на тарелку, и быстро встав из-за стола не говоря ни слова покинул дом. Отьехав от дома пару кварталов, Харрингтон заглушил двигатель. Он закрыл глаза, и часто задышал через нос, пытаясь остановить вырывающийся из него плач. Но воздуха почему-то казалось все мало, он ударил себя по груди, затем ещё раз, ещё и ещё. Он прислонился лбом об руль чувствуя себя утопаюшим. — Боже…- Хрипло, прерывисто дыша прошептал он, уже несдерживая слезы что катились по его шекам. — Боже, за что…? Родители любили его, он это знал, но любили по-своему, иногда смотря на него с жалостью, такой доващей, угнетающей. По большей части они не понимали что делают только хуже, пичкая сына не доконца проверенными но дорогими препаратами, которые он принимал каждый день. В его кармане бомбера, в бардачке, даже в школьном шкафчике всегда лежала припрятанная злоплучная аранжевая баночка с названием VAS-10. Он пил их два раза в день, и они напрочь убивали в нем хоть какие либо признаки второго пола, весьма облегчая жизнь. Не чувствуя запахи чужих нестиронных трусов, феромонов ну и прочего говна подростков. И конечно же этот препарат имел побочку, за все в мире приходиться платить, и плату за спокойную жизнь эта хрень брала высокую. Иногда у него рвало крышу и он мог реветь пол ночи, а в периоды течек его размазывало по кровати, что он ещё долго не мог придти в себя, и этот список увеличивался с каждым годом, плюсом все новых мелких и не очень бздыков. Иногда Стив задумывался, что было бы будь он альфой, нормальным мужчиной. Увидел бы он тогда в глазах родителей гордость, в место страха за его будущее, смог бы он тогда жениться на Нэнси, и полюбила бы она его в ответ. Нэнси. Она была его первой любовью. Он никогда не любил, но то что он ощущал к этой на вид хрупкой девушке, он воспринимал как любовь. Нэнси знала о его природе, она была умной чем многие, но все рано осталась с ним, отдалась ему, принила его, стала ближе настолько что он мог ей рассказать почти все что угодно, и она его всегда слушала. Но в последнее время он видел тоску в её глазах и отражение совсем другого человека, не он был тем кого она видела рядом с собой в будущем. И он не мог её за это винить, он бы все равно не смог дать ей семью, она бы не смогла почувствовать радости материнства. Погода в Хоукинсе, была на удивление приличной, — пасмурной унылой, прям под стать настроению. Стив припорковал машину, он взглянул на себя в зеркало и поправил причёску. Он прекрасно знал что вчерашний инцидент на вечеринки Тины, где случилась их сора с Уилер, сегодня будет обсуждаться всеми кому её лень. Он внутренне себя успокоил, выпил таблетку, и убедившись что глаза больше не красные от слез, направился прямиком в школу. — Доброе утро, Харрингтон. Стив аж подпрыгнул, он даже не почувствовал, что за дверцей его шкафчика находился Харгроув, раслабленно прислонившегося к соседним шкафчикам, держа руки скрещенными на груди. Он напрягся, от его внимательного взгляда. С этим калифорнийским альфой было определённо что-то не так. Стив считал что в Билли сошлись все его прошлые, худщие качества на стероидах, и потому что он всегда ловил себя на мысли, что когда этот зверь смотрел на него, он хотел его сожрать, буквально. — И тебе, Харгроув. — Пробормотал Стив, заметив что сегодня альфу не окружала его свита. От его ответа Билли улыбнулся, показывая свои острые клыки, по которым он часто проходился языком, опустил руки и выпрямился. — Сегодня тренировка, — почему-то напомнил он очевидное, — ты в курсе? Стив удивился. Обычно Билли его потрунивал, обзывал смотрел на него убийстванным взглядом (обычно на уроке биологии), но никогда не вступал с ним в длинный диалог. Это было странно. — Д-да, я знаю. — Ты же придёшь? — Стив готов отдать руку на отсечение, что Харгроув, только что, наклонившись в его сторону принюхивался. Он отшатнулся, прижался спиной к шкафчику, снующие туда сюда школьники вообще не обращали внимание на них, но Стив почему то искал помощи, ожидая что его сейчас загрызут за милую душу, тягаться с этим танком он точно не мог. Он лихарадочно вспоминал где, пересек дорогу Билли, вроде вчера он ничего такого не сделал, что заслужил такое внимание этого альфы. Харгров за жалкими трипыханиями Стива только наблюдал, он ничего не делал, — стоял, изучал, следил как хищник, заметив даже что, тот наверное почему-то плакал, пахло от него как от Сьюзен после ссоры с Нилом. — Эм, очевидно, да? — Харрингтон криво улыбнулся. — Мне пора на урок, — Стив метнулся в сторону, и смешавшись с толпой исчез из поле зрения Билли, пока тот чуть было не начал что-то говорить. Уже в классе, он облегчённо выдохнул. На тренировку, после такого почему-то не хотелось, было такое чувство что Харгров что-то задумал, что-то со Стивом в главной роли. Все уроки Стив сидел, слыша перешоптывания о себе, в уборной вообще со смаком перемывали его косточки пока он сидел на толчке. Билли он кстати за все время увидел только в раздевалке. Он на него не смотрел, а вот Томми ухмылялся, громко обсуждал вчерашнюю вечеринку и события того вечера, его шайка, точнее все бывшие друзья Стива, ему вторили и гоготали, придурки. Было ли Харрингтону обыдно, да. Он ведь считал их друзьями, по мере возможности всегда помогал им, а они оплотили ему такой монетой. Прикусив губу, Стив зажмурился и посчитав до трех, успокоился. К черту все. Он и так был всегда один, его предают не впервые, его бросают не впервые. Скрип кроссовок об пол, удар мяча об щит кольца. Не попал. Билли широко, злорадно улыбнулся. Видно было что играть он любит, хотя с его то габаритами и агрессивностью ему бы самое место на поле для регби. — Давай ещё раз Харрингтон, — Билли передал пас Стиву, — покажи на что ты способен, король Стив. Харрингтон возненавидел это прозвище. Пот стекал по нему водопадом, майка прилипла к телу и в боку остро кольнуло, он рванул к кольцу с мячом, но дорогу перегородил Билли, встав мускулистой стеной — чтоб его. Попытка уйти только усугубило положение, Билли его заблокировал окончательно, вплотную прижавшись к его спине. Стив может честно признаться, что чувствовал какой Харгроув горячий как печь. Он ощущал его дыхание затылком, а его голос обжег ухо. — Ну что же ты принцесса, неужели это все? — Отвали Харгроув. — Стив не мог передать мяч, более менее сильные из его команды были отрезаны от путей отступления Томми и Пёлки, он чертыхнулся, Билли продолжал его обжигать на выдохе. — Чем же ты пахнешь, принцесса? Эти слова, Харрингтона прошибли насквозь, его сердце замерло от ужаса. Билли не церемонясь воспользовался его колебанием, отобрал мяч и толкнул того на пол. Стив в испуге смотрел на возвышающегося над ним Билли, пока в голове его жужал рой хаотичных мыслей. Он знает? Харгроув усмехнулся подавая руку. — Чего ты так испугался, а? Стиву очень хотелось спросить, что тот имеел ввиду, но в этот момент его окликнула Нэнси. Он на негнушихся ногах последовал за Уилер, спиной ощущая цепкий взгляд Билли. На улице от приятного осеннего ветерка он немного пришёл в себя. Они с Нэнси стояли между зданиями, напротив друг друга, та смотрела виновато. — Стив, мне очень жаль, — она поджала свои прелестные губы которые Стив так любил целовать, — я…я была пьяна, и наговорила всякого вздора. Харрингтон, прикрыл глаза, он сейчас хотел бы ей рассказать о своих переживаниях, начиная с того что его чертовое сочинение не приняли, что ему всё-таки придётся пахать на отца став клерком, что ему страшно одиноко, больно и страшно. Он так хотел бы сейчас обнять её, сильно, сильно но… — Вздор Нэнс, — Стив скрестил руки на груди, чтобы скрыть дрожь, — ты вчера все правильно сказала. — Стив… — Как ты там меня назвала… — Стив, прошу хватит! — Уилер рукой прикрыла глаза, — прошу, ты же знаешь, что я так не думаю, ты замечательный, милый, добрый. — Но для тебя, меня недостаточно. Я неполноценный. — Я такого не говорила! — Нэнси шокированно посмотрела в глаза Стива. — Нам надо закончить эти отношения, как ты и сказала. — Вот как? — Нэнси поникла. — Так будет лучше для нас с тобой. Стив провожал Уилер взглядом, пока та не скрылась за углом школы. Он внезапно вспомнил что никогда не чувствовал её природного запаха, хотя она говорила что пахнет смесью полевых цветов названия которых он забыл, он понюхал свое запястье, где она прикоснулась к нему… ничего.