...
1 марта 2023 г., 20:56
Тони с тихим ворчанием поерзал на месте, чувствуя, как еще один укол жуткого дискомфорта прострелил ему спину. Ровный гул двигателей Квинджета успокаивал его своим урчанием и помогал избавиться от усталости, которая обволакивала его разум. Костюм Тони был помятым и потрепанным во многих местах, и ему не нужно было пользоваться зеркалом, чтобы понять, что его лицо было таким же, как и костюм — хватило одного взгляда Стива, стоило только Тони снять маску.
На самом деле все было в порядке. В прошлом он справлялся и с худшими травмами. К счастью, этот бой всем удалось пережить без потерь, отделавшись парочкой синяков.
Всем, кроме Питера.
Портал, открывшийся в небе на окраине Мексики, заставил их бороться с целой ордой рептилоидов, обладающих множеством острых когтей и зубов. Их способность дышать огнем стала чертовски неприятным открытием. Особенно для Тора, длинные волосы которого сильно опалились и стали значительно короче. Когда полубог это заметил, то крайне сильно опечалился и назвал это самым отвратительным из деяний. Спустя мгновение небо засверкало от молний, почувствовав его ярость.
Если отбросить в сторону неприятность с волосами, то в целом можно сказать, что это была простая битва. К большому разочарованию Стива, Тони и Тор вели себя словно маленькие дети, соревнуясь друг с другом в том, кто первым раскрутит рептилоида и закинет его обратно в портал.
А вот ближе к концу битвы все полетело к чертям.
Питер, снова ринувшийся в бой после того, как помог Клинту с его взрывающимися стрелами подняться повыше, сумел увернуться от разинутой пасти одного из существ, но вот хвост другой твари застал его врасплох, ударив прямо в грудь и отправив в полет с высоты. Тони наблюдал за этим издалека, не в силах даже закричать от ужаса. Он видел, как Питер упал на землю, слегка подпрыгнув от силы удара, а потом его безвольное тело покатилось по грязи.
Тони застыл, просто зависнув в воздухе, хотя вся команда звала его и Питера по внутренней связи. Нат первая направилась в сторону Питера, пока одна из тварей воспользовалась возможностью и сомкнула свои жуткие челюсти на теле Тони. Острые зубы вошли в броню костюма с такой яростью, что металл начал быстро сдаваться.
Ослепленный невероятным гневом, который запустил по его венам огонь, Тони выпустил на волю весь свой арсенал, превращая существо перед собой в кровавое месиво и опалив воздух вокруг обещанием мести. Но остальные твари будто стали от этого еще злее и решительнее, не желая быть побежденными или запуганными.
Честно говоря, Тони плохо помнил, что было дальше. Все превратилось в большой клубок опаляющей ярости, стиснутых зубов, болезненного отчаяния и желания добраться до Питера, чтобы обнять ребенка и заглянуть в его сияющие глаза.
Вот только Питер, лежащий головой на коленях Нат, был очень бледным, его челюсть подрагивала, руки тряслись, а одна нога была изогнута под жутким углом. Губы Питера были измазаны кровью, которая сочилась с уголков его рта, а в его глазах застыл шок. Взгляд карих глаз метнулся к Тони, будто умоляя... пожалуйста, пожалуйста, помоги мне.
Оставив Стива, Тора и Клинта разбираться с остатками тварей, Нат и — к счастью, уже не зеленый — Брюс помогли Тони занести впадающего в истерику ребенка на борт ближайшего джета. Быстрый обыск их медицинских запасов показал, что усыпить Питера, чтобы безболезненно вправить ногу, у них не получится, потому что доза лекарства была слишком маленькой. Но она была достаточной, чтобы успокоить его и хоть немного избавить от боли.
Новости о том, что ногу придется вправлять, Питер принял, откровенного говоря, ужасно. Быстрая скорость его регенерации заставляла их действовать незамедлительно, и Питеру было об этом прекрасно известно. Вот только это не остановило его от приступа истеричной паники, из-за которого он едва не впечатал Тони в стену джета, стремясь вскочить на ноги и убежать. Быстрый укол успокоительного в шею, который мог бы вырубить взрослого слона, лишил ребенка возможности сопротивляться, так что Тони с Нат усадили его на одну из скамеек и пытались удерживать неподвижно, пока он вяло извивался, скулил и вскрикивал так отчаянно, что становилось жутко. У Тони даже навернулись слезы на глаза, и если бы не Нат, бросившая на него свирепый, но обнадеживающий взгляд, говорящий, что она рядом, то Тони бы просто не выдержал.
Он знал, что никогда в жизни не забудет выражение глаз Питера, когда они с Нат прижимали его к сидению, как и ощущение его пальцев, в которых крылась паучья сила и которыми ребенок вцепился в рукав костюма. А еще Тони никогда не забудет приглушенный крик, сорвавшийся с окровавленных губ и хруст вставшей на место кости, из-за которого Питера вырвало прямо на колени Нат, а потом он расплакался.
Нат отнеслась ко всему этому с ледяным спокойствием, но Тони почему-то подумал о том, что в ближайшем будущем было бы не лишним купить для нее подарок.
Неспособный сделать ничего, кроме как бормотать бессмысленные глупости и заверения о том, что все будет хорошо, которые даже не были услышаны, Тони держал дрожащие плечи Питера так крепко, как только мог, пока Брюс устанавливал парню капельницу и вкалывал еще одну дозу обезболивающего. После этого Брюс одарил Тони усталой улыбкой, говорящей, что все худшее уже позади.
И это действительно было так. Стив, Тор и Клинт без проблем добрались до джета, справившись с остатками тварей, и все они смогли полететь домой усталые, избитые, но не побежденные.
Укрытый одеялами, Питер растянулся на сидениях джета. Его голова покоилась на свернутой кожаной куртке Стива, а сильнодействующие лекарства погрузили его в состояние между сном и бодрствованием. Паучок стал спокойным, сонным, постоянно уплывающем в небытие...
И еще дико прилипчивым.
О чем свидетельствовала рука, которая последние полчаса не выбиралась из волос Тони.
Неожиданно в поле зрения Старка появилась пара ботинок, и он устало поднял голову, глядя на Стива.
— Как ты?
Прежде чем Тони успел хоть что-то сказать, голос рядом с ним невнятно произнес:
— П’вет, мис’ер ’мерика.
Взгляд Стива смягчился, когда он посмотрел на ребенка поверх головы Тони.
— Привет, Питер. Как ты себя чувствуешь?
Ответом ему было совершенно невнятное бормотание, на что Стив усмехнулся и снова посмотрел на Тони.
— Он крепкий парнишка.
— Нашел кому это сказать, — язвительно ответил Тони, поднимая руку, чтобы показать следы от пальцев, оставшиеся на его броне.
— Тебе нужна помощь?
Тони отчаянно хотел снять костюм. Хотел завернуться в мягкую толстовку с капюшоном, которая лежала на верхней полке джета, и найти способ сидеть рядом с Питером, а не спиной к нему.
Но рука в его волосах мешала ему двигаться. Тони уже пытался встать, но стоило ему только пошевелиться, как Питер тихо заскулил и зарылся пальцами еще глубже в его волосы. Это заставило Тони понимающе улыбнуться, а Стива приподнять бровь и неловко потереть затылок. Он явно не знал, что в такой ситуации можно сделать, а выражение неуверенности на лице Стива было зрелищем чрезвычайно редким.
Тони солгал бы, если бы сказал, что ему не доставляло никакого удовольствия понимание, что их умудренный опытом и вечно уверенный во всем лидер тоже склонен к приступам сомнений и нерешительности, как и все остальные.
— Все хорошо, Кэп, — вздохнул Тони и махнул рукой. — Просто найти мне кофе и будем считать, что ты помог.
— Ты же знаешь, что мы не держим кофе на борту.
— Тогда свяжись с Базой и попроси кого-нибудь приготовить как минимум шесть чашек перед нашим возвращением, — ответил Тони, пытаясь размять ноющие плечи и игнорируя улыбку Стива.
— Мис’ер С’арк.
Тони повернулся, чтобы посмотреть на Питера, и поднял руку — насколько это было возможно в измятом костюме — положив ее на грудь парня. Питер тут же обхватил металлическую ладонь рукой, которая не была занята волосами Тони, и переплел их пальцы, весело при этом хихикая.
И Тони вдруг понял, что улыбнулся. Теперь, когда первоначальный шок прошел, он мог посмотреть на ситуацию под другим углом. Конечно, в ранении Питера не было ничего хорошего, но с этими блестящими глазами, ленивой улыбкой и сонным голосом ребенок было просто очарователен.
— Ты в порядке, карапуз?
— Ммм, — промычал в ответ Питер, утыкаясь лицом в куртку Стива. — Мы едем домой?
— Да, приятель, — сказал Тони, сохраняя свой голос спокойным и ровным. Таким голосом он обычно разговаривал только с Питером. — Мы летим домой. Мы наложим тебе гипс, а потом ты станешь свидетелем того, как твоя горячая тетушка Мэй отчитывает меня за то, что я вернул тебя не полностью целым.
Тони усмехнулся, думая об этой дерзкой женщине и полном разочарования, но довольно безобидном разносе, который она ему устроит. Но веселое настроение тут же сменилось беспокойством, когда глаза Питера внезапно наполнились слезами.
— Малыш?
— Не хочу, чтобы Мэй на тебя кричала, — пробормотал он, прерывисто вдыхая. — Ты не виноват. Это все тупая ящерица.
От этих слов Тони испытал такое облегчение, что у него даже закружилась голова. Он придвинулся еще немного ближе к ребенку, демонстративно игнорируя, как его измятый костюм царапнул стену джета, и как его позвоночник заскрипел от боли. Веки Питера сонно дрогнули, пока он наблюдал за движениями Тони, а его пальцы болезненно сжались в его волосах.
— Никто не будет кричать, Пит, — заверил его Тони, немного наклоняя голову, чтобы уменьшить давление пальцев на кожу и волосы.
— Обещаешь?
— Обещаю, — ответил Тони, похлопывая Питера по груди их соединенными вместе руками.
Но спустя всего мгновение ему пришлось громко выругаться от удивления, когда Питер резко сел.
— Кто танцевал у меня на груди? — закричал он, продолжая ударять их соединенными руками по своим ребрам. Его глаза были остекленевшими и расширившимися от возмущения и тревоги.
— Брюс! — позвал Тони, не отрывая взгляда от Питера и щелкая пальцами перед его лицом. — Земля вызывает Человека-паука. Хэй, ты еще со мной? Никто не танцевал на твоей груди, приятель, ты просто получил небольшой ушиб. А теперь не мог бы снова лечь?
Питер медленно опустился обратно, осматривая все вокруг подозрительным и будто бы затуманенным взглядом. Как только его голова упала на куртку Стива, к ним подошел Брюс. Он присел на корточки, чтобы заглянуть в глаза Питера, и улыбнулся, когда ребенок отпустил руку Тони и попытался ухватить его за нос.
— Он в порядке. Такое состояние будет у него до тех пор, пока мы не найдем для него более сильнодействующие лекарства.
Словно по команде, рука Питера опустилась, и он тихо захрапел, вырубаясь с чуть приоткрытыми глазами.
— Сколько еще времени до посадки? — спросил Тони со вздохом, когда хватка в его волосах ослабла.
— Прилично, — ответил Брюс, с нежностью поглаживая Питера по голове, прежде чем встать. — Просто постарайся сделать так, чтобы он и дальше спокойно лежал на месте.
Не успел Брюс отойти от них, как Питер снова неожиданно сел, с силой дергая Тони за волосы.
— У меня сегодня встреча! — сказал он пронзительно громким голосом.
Тони потер затылок одной рукой, а второй толкнул Питера в плечо.
— Малыш, в твоей чертовой жизни еще ни разу не было деловых встреч.
— О, — сказал Питер, а потом, к ужасу Тони, заплакал. — Значит, меня не пригласили?
— Хэй, Пит, — сказал Клинт, садясь рядом с Питером со стороны его головы, которая снова легла на куртку Стива. — Конечно, тебя пригласили. Просто мы слишком крутые ребята, чтобы называть все это встречами.
— Правда?
— Ну... я бы не назвал твоего Мистера Папу крутым, — усмехнулся Клинт под свирепым взглядом Тони. — Но мы с тобой точно горячие парни.
— Ооо, — протянул Питер и снова переключил все свое внимание на Тони, теребя его волосы. — Это нормально, что я крутой?
Тони, вытянувший шею под неудобным углом, чтобы было не так больно, усмехнулся.
— Да, малыш, это нормально.
Питер вроде бы успокоился и казался умиротворенным, погрузившись в странный полусон. Его пальцы все еще лениво пробегали по волосам Тони (наверняка, его прическа сейчас представляла собой то еще зрелище).
И подозрения Тони только подтвердились, когда он услышал, как рассмеялся Клинт.
— Ты выглядишь так, словно пару часов провел в сушилке или что-то вроде того.
— Лучше заткнись, птичий мозг, или я вышвырну тебя из джета.
Взгляд Клинта заметался между Тони и рукой в его волосах.
— Да, конечно, ты так и поступишь.
— Мис’ер С’арк, — пробормотал Питер.
— Да, Пит?
— Я не чувс’вую зубы.
Тони улыбнулся, когда Питер открыл глаза и посмотрел прямо на него.
— Ты и не должен чувствовать свои зубы, карапуз.
— Ооо, — Питер наклонил голову и посмотрел на Клинта. — П’ивет, мис’ер Со’линый г’аз.
— Привет, паучок. Как ты?
— У мис’ера С’арка милые волосы.
— Правда? — Клинт бросил на Тони веселый взгляд. — Знаешь, а еще он умеет потрясающе обниматься.
— Да? — удивленно выдохнул Питер. — Это правда мис’ер С’арк?
Тони закатил глаза, когда Клинт с торжествующим смешком отошел от них подальше.
— Да, малыш. Я действительно неплохо это делаю.
Уж Питер должен был об этом знать, ведь все обнимашки в основном только ему и доставались.
— Можно мне получать одно объятие?
В голосе Питера звучала такая застенчивость, что Тони на мгновение замер, опасаясь увидеть на лице ребенка признаки боли, которая заставила бы его биться в агонии и кричать.
Но на самом деле на лице Питера не было ничего, кроме сонного выражения. Ребенок просто хотел получить немного утешения и комфорта.
— Конечно, малыш, — ответил Тони. — Но сначала ты должен перестать прилипать ко мне.
Питер пробормотал невнятные извинения и убрал руку из его волос. Тони с облегчение вздохнул и потер кожу на голове, поморщившись, когда прикоснулся к участкам, где были царапины. С трудом ему удалось немного привстать, зашипев при этом от дискомфорта и боли в мышцах.
— Нужна помощь?
— Кэп, если ты так сильно хочешь меня раздеть, то тебе не нужно ждать особого случая, — с улыбкой поддразнил своего друга Тони. — Просто попроси. Я парень открытых взглядов.
Стив закатил глаза и помог Тони подняться на ноги.
— Ты просто ужасен.
— Льстец, — Тони приложил руку ко лбу и притворился, что готов упасть в обморок, когда Стив помог ему открыть покореженный костюм. Шагнув на свободу с удовлетворенным стоном, он потянулся всем телом до хруста позвонков.
— Надеюсь, у тебя есть ему замена, — сказал Стив, похлопывая рукой по груди костюма и проводя пальцами по следам от зубов.
— У меня их много, — проворчал Тони, после чего снова сел на сидение, поморщившись и прикрывая глаза.
Когда он прислонился спиной к стене, то почувствовал, как к его плечу кто-то прикоснулся. Тони открыл глаза и улыбнулся Питеру.
— Теперь я могу получить объятие?
Тони не нужно было смотреть на все еще стоящего рядом Стива, чтобы понять, что тот готов растаять от умиления.
— Конечно, можешь, карапуз.
Со всей своей нежностью, на какую только был способен, Тони просунул руки подмышками парня и потащил его на себя — не без помощи Стива, конечно — так, чтобы он мог лечь ему на грудь. Кожаная куртка оказалась наброшена на плечи Тони, а все одеяла, которыми был укрыт Питер, подняли повыше, чтобы единственной видимой частью оказалась голова ребенка, а все остальное было тепло укутано. Тони крепко обнял Питера, наслаждаясь его теплом и упираясь подбородком в копну буйных кудряшек.
Стив нежно улыбнулся, когда Питер посильнее прижался к Тони, уткнувшись носом в изгиб его шеи.
— Осторожнее, Кэп, — усмехнулся Тони, — а то люди начнут думать, что под всеми этими звездами и полосами скрывается сердце.
— Это не меня люди называют Железным Дровосеком, — ответил Стив, бросая на Тони понимающий взгляд и отступая.
Какое-то время вокруг было тихо. Тони сосредоточился на ровном сердцебиении Питера, положив ладонь на его грудь и наблюдая, как его рука равномерно поднимается и опускается под аккомпанемент усталого дыхания. Ребенок в его руках казался таким хрупким. Тони прекрасно знал, что в одной только ноге Питера скрывается больше силы, чем во всем теле Тони, он все равно не мог притупить в себе отчаянное желание защищать этого ребенка от всех бед.
Он никогда не говорил Питеру напрямую о своих чувствах. С другой стороны, Питер тоже этого не делал. Их отношения начались с наставничества, но каким-то образом переросли в то, чего Тони не планировал и даже не ожидал.
Между ними словно было негласное соглашение. Тони знал, что Питер любил его. Ребенок излучал это чувство каждым своим взглядом, каждой улыбкой и каждым застенчивым ударом головой о грудь Тони (всякий раз, когда Тони обнимал его за плечи, Питер прижимался к его груди).
Тони все еще не был уверен до конца, когда он научился распознавать признаки любви. Но после того, как он встретил Питера, он начал осознавать, как же сильно люди, которые его окружали, оказывается, его любили.
Он знал, что Роуди любит его с тех самых пор, как тот впервые ударил его по протянутой для пожатия руке и заключил в свои медвежьи объятия. Он знал, что его любит Пеппер, заметив это по ее мягкому взгляду при встречах. Он знал, что его любит Хэппи, определив это по долгому ворчанию, которое он слышал каждый день в машине. Он знал даже, что его любит команда. Плохо это было или хорошо, но этих чувств было достаточно, чтобы спасать его задницу на миссиях тысячу раз и позволить ему вернуть этот долг.
Так что, да, Тони знал, что такое любовь, и видел ее проявления. Он знал, как ее определить, триангулировать и вписать в свою повседневную жизнь.
И конечно же, он сам тоже был способен любить. Роуди стал для него особым объектом любви, наполненным теплом и чувством братства. Пеппер стала тихо тлеющим и непоколебимым угольком отрицания и желания, и этот уголек с каждым днем все больше разгорался в пылающий огонь чувств. Хэппи стал опорой и защитой, а команда заставила познать неохотную и настороженную любовь к семье, а еще чувство благодарности.
В случае с Питером чувства не были поражающим мысли осознанием или ужасающим шоком.
Они просто появились.
Тони любил Питера. Любил его тем непостижимым, размером до края вселенной и обратно образом, который должен был привести его к панике, должен был заставить его развернуться и бежать без оглядки без всяких сомнений.
Но они никогда не говорили о своих чувствах вслух. И Тони оставалось только надеяться, что Питер знает о его любви. Хотя после того, что случилось сегодня, Тони решил, что он постарается найти способ сказать ребенку о своих чувствах.
Питер поерзал в его объятиях, причмокнул губами и с бессвязным бормотанием уткнулся лицом в грудь Тони. Усилив хватку, Старк прижал его к себе чуть крепче.
Он знал, что, как только они доберутся домой, ребенку придется пережить несколько не самых приятных моментов. И что ему станет немного хуже, прежде чем он пойдет на поправку.
Однако сейчас он не хотел об этом думать. Уже совсем скоро Питер снова начнет сводить его с ума, спрыгивая с потолка или беспрерывно болтая о каком-нибудь новом фильме, который он хотел посмотреть, или убеждая его срочно взорвать что-нибудь в лаборатории.
Тони уже не мог дождаться этих потрясающих моментов, и предвкушение помогало ему хотя бы ненадолго заглушить страх.
Прямо сейчас Питер был в порядке. Он был спокоен и не испытывал боли или страха. Прямо сейчас ребенку нужно было чувствовать — помимо обезболивающего, курсирующего по его венам — себя в безопасности и комфорте, и Тони знал, как ему с этим помочь.
В конце концов, это была далеко не первая похожая ситуация.
Тони поднял руку и провел пальцами по волосам Питера, осторожно распутывая локоны и улыбаясь, когда ребенок сонно вздохнул и потянулся за прикосновениями.
— Мис’ер С’арк?
— Да, малыш? — прошептал Тони, чувствуя как его сердце ускорило ритм.
Но ответом Питера был только тихий храп.
— Отлично поговорили, приятель, — Тони зевнул и снова улыбнулся, когда любовь к ребенку в его руках отозвалась теплом в груди. — Ты просто очаровашка.
— Тони? — позвал его Стив. — Поспи немного.
Он даже не смог заставить себя возразить.
— Будет исполнено, Кэп.
Тони наклонил голову, упираясь в макушку Питера и мягко потянув его за прядку волос возле уха. Еще раз зевнув, он бессознательно сжал руки, отчего ребенок сонно вздохнул и прижался к нему еще сильнее, а потом Тони закрыл глаза и позволил себе провалиться в сон.
