запрети мне ходить в редане.

Кира к лицу парня балончик подносит, что явно говорит о её настрое. — как ты нас назвал? лысые хуесосы в адиках? — смотрит сверху вниз, балончик в руках крутя. — лысые уебаны в адиках. — уточняет паук. смех сдержать пытается, хоть и получается не очень. Кристина руку заносит, пару раз по лицу редана ударяя. парень успешно от них защищается, руками блок ставя, но всё же покачиваясь немного. — ещё раз эту хуйню на тебе увижу, ебало перцовкой залью, щенок. — выплёвывает Медведева. кофту с рисунком паука с парня буквально сдирает, ткань рвёт и отшвыривает на землю. парень поднимается с колен, отряхивая клечатые штаны от грязи, рукой нос трёт, ладонь в крови пачкая. — пошли, Крис, а то меня сейчас от этого бедолаги стошнит. — брезгливо морщится девушка. — есть чё курнуть? — Захарова знает, что есть, но спросить всегда лучше. — к твоему счастью, есть. Кира достаёт пачку сигарет протягивая её Кристине, а после берёт сама – это по понятиям. — заебали эти твари со своими блядскими кофтами, они реально как пауки, такие же мерзкие. — протягивает сигарету Захарова. — умалишённые. уж лучше в адиках гонять, зато не как педики с чёлкой до Китая и в пижамных штанах. Кира обещает себе, что выловит этих тварей по одной и уничтожит. руки марать, правда, не хочется об эту мерзость, но перцовка как вариант. "эти мрази не должны ходить по этой земле" – так считала Кира, и они обязательно займутся этим с Крис. *** — Лизок, я дома. — кидает ключи на тумбочку, попутно снимая кросовки. — я в комнате. — Лиза крутится у зеркала разглядывая новую кофту. — я так соскучилась. — девушка отрывает Лизу от важного дела – любования собой. — я тоже. — Андрющенко тянется за долгожданным поцелуем. — это ещё чё за хуйня. Медведева рывком разворачивает Лизу спиной к себе, открывая обзор на рисунок паука. — это чё блять за пидорская хуйня. — срывает голос девушка. Лизу страх пробирает, голос у Киры громкий и грубый, а резкие движения только усугубляют ситуацию. — почему сразу пидорская, это субкультура Кир. — подавляет слёзы девчушка, глаза сильнее зажмуривая. — это не субкультура Лиза, это долбоебизм. — чуть спокойнее тянет слова. — Кира, мне страшно, прекрати. — хнычет Андрющенко, а Кира всё не унимается. — а мне стыдно за тебя. — выплёвывает слова Медведева, брезгливо морща нос. — стыдно? это право выбора каждого! — теперь уже кричит Лиза, отстаивая свои права. — ты ведёшь себя как последнее быдло, ещё и меня в чём-то обвиняешь! — тычет пальцем в грудь блондинки. — сняла быстро эту мерзость, иначе это сделаю я, не вынуждай меня принять силу. — сбрасывает руку своей девушки Медведева. всё же Лиза снимает злосчастную кофту, решая не испытывать терпение девушки. — вот так бы сразу, умничка. — ухмыляется принимая победную позу. — а трусы мне тоже снять, или сама справишься? — что? — в глазах читается недоумение, а в голове крутится сказанная фраза. — трусы у меня тоже со знаком чвк редан, снимать? — Лиза кидает кофту на пол, вальяжно расскидываясь на диване. — с этим я могу помочь. — Кира присаживается на корточки перед девчушкой. — силу применишь? — язвит Елизавета. — если хочешь – могу и силой снять. — Андрющенко сглатывает, принимая лежачее положение, голову откидывает назад. Кира стаскивает штаны. её пробирает злость до костей, шумно сглатывает, ударяя куда-то по дивану рядом с её обнажёнными ногами. она набила эту дрянь на бедре. — мне противно дотрагиваться до твоего тела. ей жалко. безумно жаль, что она ошибалась в этом человеке. — я содру эту татуировку с твоего тела, Андрющенко. — шипит блондинка, подавляя желание втащить своей девушке за это блядство на её теле. Лиза молчит, в попытках слёзы сдержать, словно если рот откроет, то её глаза моментально намокнут. у неё хорошо получается заставить свою девушку почувствовать омерзение к своему телу. заставляет убедиться, что она грязная и недостойная хорошего отношения к ней. в ней его видит: его повадки, привычки, действия, характер, принципы. её тянет на таких, а они рады стараться. терпеть такое отношение к себе, словно наркотик. нравится чувствовать вкус ёбанного унижения перед партнёром, измываться в желание быть такой же, какой была в отношениях с ним. ломка подступает, когда не удовлетворяет себя этим. а Кира любит таких жалких. добивать явно ей по вкусу. не удосуживает таких своим чувством жалости. не достойны они этого, хотели бы – давно бы ушли. только она их, как магнит железку к себе тянет, не оставляя выбора. её не жалели и она не будет. Кира клеит и вновь ломает то, что было сломано ранее, так проще. склееные осколки проще бьются. ломать уже поломанное прежде кем-то – удел слабых. Кира этого не признает, хоть и знает, что попали в точку. попали копьём по сердцу. Кира, не церемонясь, копьё вытаскивает, пластырь на рану клея. как пластырем, Лизой раны клеит. Кира в её жизни появилась, будто бы с "синдромом спасателя", из депрессняка вытащила, раны заклеивая, а нанесённые ей оказались куда сильнее. если говорят, что приятной боли не бывает, то для кого тогда отношения с Кирой? языком по её телу водит, а ком тошноты так и норовит поступить к горлу. теперь всё по-другому, она не хочет её больше, не привлекает, противно. трахает, потому что хочет всю дурь из неё выбить. просто осознание того, что она за отбросов общества, заставляет убить все чувства. блевать от её тела тянет, и она не кажется для неё больше красивой. не кажется больше человеком. скользит разрезом языка по всему периметру, словно грязь слизать пытается, только всё тщетно, чище её кожа не ощущается от мокрых манипуляций Медведевой. зубами царапет кожу в районе татуировки, как будто и в правду содрать её пытается. ей думается, что это ёбанный прикол. на месте партака кожа заметно краснеет, кровь сочится от царапин совершённых блондинкой. той плевать, зубами кожу вновь оттягивает, а Лиза плачет, невыносимо больно, ни то физически, ни то морально. тату никуда всё же не девается, на что та психовано по ляшке ударяет. и на что она надеялась? Лиза дёргается от болевых ощущений, но молчит, оставаясь в том же положении. к груди и не притрагивается даже, смысла не видит. её не волнует эйфория от оральных ласк своей девушки. сейчас ей доставит удовлетворение лишь вид запыханной, плачущей девчушки. противно прикасаться, потому что, думается ей, что дотрагиваясь до Лизы, её же грязью себя пачкает. бельё с ненавистным ей принтом разрывает прям на девушке, клочки подальше откидывая, лишь бы не видеть мерзость. эта дрянь преследовала её везде. она, как будто ёбанный псих, судорожно дрожит при виде рисунков с пауком, это скоро с ума её сведёт, кажись. сверху нависает, пальцами в неё толкаясь и в глаза смотрит, а в они слезами изливаются. вскрикивает от резкой боли, зубы стискивая, а та смотрит, вглядывается и ещё раз себя убеждает, что она для неё противна. сколько значат понятия в её жизни. толчками резкими в кровать вбивает. Лиза молчит, ей думается, вдруг Кире совестно станет, только у той в глазах ненависть огнями мерцает, ни капли сожаления, ни капли стыда. — ты такая же жалкая, как и те фрики с пауками, аж смотреть противно. последними толчками до оргазма доводит, еле как успевая пальцы вытащить, чтоб не замараться. — думаешь, что чем-то лучше меня? но ведь не я закопала заживо человека под влиянием "кентов", лишь бы не быть избитой и униженной ими. не я прихожу на его могилу и плачу, мол прости меня, у меня не было иного выхода. не я живу по каким-то блядским понятиям, которые внушили мне умалишённые. я никогда не прогнусь под чужим мнением, в отличии от тебя. не хочешь в моей грязи мараться? только ты уже давно в ней повязла, Кирочка, ведь так тебя называл твой бывший, когда на колени ставил за одежду не по понятиям? ей не нужны кулаки, чтоб унизить Киру. если правильно уметь пользоваться словами, то они наносят удары больнее ножа. давить на больное – удел слабых. они обе в грязи утонули и обе не по своей воле. — отныне для меня ты мертва. — и она в первые душу свою оголяет, слёзы напоказ выставляя. и Лиза начинает осозновать, что иногда чужие слёзы могут принести дикое удовлетворение. наконец понимает Киру, и ей нравится. сейчас Лиза восстаёт против неё, не боясь получит по лицу, ибо надоело слушать все эти оскорбления в свой адрес. восстаёт точно так же, как и чвк редан против оффников. — и жалкая сейчас явно не я. — гадкую улыбку давит, ножом по живу режет, неимоверное удовольствие испытывая. — запрети мне ходить в редане.