Вторая лабораторка

Артурчик думал, что добился в жизни всего, но потом совершенно неожиданно и безвозвратно в его жизнь ворвался этот назойливый голубоглазый брюнет с низким голосом и слишком бесячим выражением лица. Сивцев тоже был преподавателем, в том же институте, как ни странно, и почти по такой же специальности. Первые несколько недель они на дух друг друга не переносили, дальше начали на пары друг к другу захаживать, разговаривать, сами не заметили, как чистая мужская дружба переросла в чистую мужскую симпатию, а дальше постепенно и в чистый мужской секс. Никакого гейства! Ладно, это всё шутки, так далеко они пока что не заходили, но всё взаимодействие между ними было слишком близким, а ещё Артурчик очень часто ловил на себе чужие пристальные взгляды и не понимал, что у этого Сивцева на уме. Очередная утренняя пара выдалась у первых «иушников», которые считали себя самой умной группой, но вот на деле, кажется, всё было не совсем так. Артурчик сидел, уткнувшись в свой ноутбук, и писал на заказ программу, за это денег платили больше. Он очень задолбался, но от уныния его спас прошедший через его аудиторию в соседнюю Сивцев. Мужчина тут же подорвался с места и последовал за ним. — Заходи на перерыве, — попросил он, ему очень хотелось с ним поговорить. — Выйдешь сейчас? Кое-что обсудим, — Сивцев ему хитро подмигнул и снова отправился на выход из аудиторий. Артурчик, движимый неведомыми силами, побежал за ним, хоть это и было достаточно палевно. Сивцев обнаружился в мужском туалете. — О чём вы хотели поговорить, Алексей Олегович? — спросил он, стараясь в данный момент держать чисто деловые отношения, но, кажется, этому не суждено было сбыться. Его прижали к холодной кафельной стене, приближаясь к губам, а Артурчик не выдержал, — Сивцев, ты ёбнулся что ли совсем? Сюда любой зайти может! — возмутился он, но его заткнули быстрым страстным поцелуем. Кажется, он потерял счёт времени, а когда от него наконец отстранились, он, красный и тяжело дышащий, понёсся обратно в аудиторию, лишь бы не вестись больше на эти уловки. Сам он решил отомстить. Мстил умело, приходя на чужие пары и заставляя Сивцева самого краснеть и заикаться, пока он смотрел на него томным взглядом. Общались они часто. Сидели вместе, разговаривали, случайно касались рук друг друга, смеялись над чем-то своим. Иногда целовались в пустых аудиториях или в туалете, заперевшись в кабинке, хоть с их ростом это было не сказать, чтобы удобно. Артурчик любил, когда Сивцев подходил к нему сзади и обнимал, когда тот смотрел на него преданным взглядом, взглядом с обожанием. Иногда этот человек его неимоверно бесил, и, как выяснилось, не его одного. Это «молодое дарование» на деле из себя ничего не представляло, но слишком почему-то цепляло его. В какой-то момент Артурчик понял, что живёт лишь мечтами о том, как бы быстрее увидеть Сивцева, и это пиздец напрягало, а ещё напрягало то, что тот его ревновал к каждому студенту и потом, как королева драмы, уходил, задрав нос и покачивая бёдрами. Задница у него была, кстати, что надо. Потрогать хотелось, но они вроде ещё не перешли на этот уровень. Да и похрен. Он себе не собирался в своих желаниях отказывать. И в следующий раз, когда они сосались в туалете, Артурчик переместил свои ладони на чужие ягодицы, сжимая. Сивцев чуть не отпрыгнул, реакция тела была моментальной. Сейчас нужно было возвращаться на пару, а его узкие брюки слишком сильно подчёркивали вставший член. Артурчику определённо нравилась такая реакция и мечущийся в разные стороны смущённый взгляд Сивцева. Тот в долгу не остался, в следующий раз заставил почувствовать возбуждение уже его, а сам вышел в коридор к ожидавшим Артурчика ребятам и сказал спокойным тоном: — Артур Александрович задерживается, я вам открою аудиторию, — Артурчику хотелось его прихлопнуть, он чувствовал, что его с Сивцевым и так все обсуждают, а тут появлялась только новая тема. Он на пару опаздал катастрофически, потому что Сивцев вернулся и опустился перед ним на колени, это было зрелище невероятное. Артурчик сразу же схватился за чужие волосы, портя причёску и придвигая ближе. — Ну, что ты творишь? — возмутился Сивцев, но он улыбался и всем своим видом давал понять, что ему нравится. — Это ты что творишь, мне нужно на пару, — спохватился Артурчик, но ему больше не дали об этом думать. — Ты меня очень отвлекаешь от работы, — пробормотал он и почувствовал, как его брюки расстегнули и стянули вместе с бельём. Это было охренеть как возбуждающе и необычно. Артурчик ненавидел этого человека за всё, потому что дальше, сидя на паре и наблюдая за студентами, он только и мог думать, что о чужих горячих губах и ловком языке. Чёрт, а это было только начало.