Ты охватишь меня ними.

      На следующий день Кадзуха как и всегда ушёл на работу оставляя Скарамуччу так и спать, а ведь и брюнету нужно было топать туда же.       Скарамучча резко просыпается, он быстро встаёт с кровати и начинает одеваться. Снова повторяется тот самый вчерашний день дерьма.       «Кадзуха, чёрт, не разбудил меня»       Собравшись Куникудзуси покидает дом. Надев на себя шляпу. По дороге ему шли жители этого Города, дети и их родители или же просто гуляющие дети. Смотря на эту картину, что происходит ему вспоминался тот самый мальчик, с которым он тоже дружил. Но увы, не суждено им было связываться. С тех пор всё изменилось, как он подпалил дом и хотел стать тем, кем хотел. Хотя может и хорошо, что не стал им? Забрав Гнозис он был бы могучим. Месть, на душе была лишь месть, злость, обида. На месте он видит лишь коробки и за коробками стоящую Фарузан.       — О, ты пришёл, не опять, а снова?       — Проспал.       — За дело! Сегодня ты и в ночную работать будешь, а нет, то пойдёшь вместе с пропавшими, — серьёзный тон голоса светловолосой, говорил по-настоящему со злобой на брюнета.       «Мне бы хотелось узнать, где они»       «Уйти за пропавшими?»       «Пожелать же такое»       Фарузан снова поднимая свой голос на Скарамуччу, что он проспал и опоздал, но он летал в своих мыслях, не слушая её, а её пожелание было стать одним из пропавших.       — Замолчи.       — Не замолчу, ещё раз опоздаешь, ты будешь уволен. Да и вообще, почему тебя приняли? Ты же "постоянно опаздываешь"       Скарамучча с равнодушием смотрел на неё и ждал пока она заткнётся. Прямо ты сказал одно чтобы она замолчала, но та тоже с подарками.       — Боже, идём, трачу на тебя время, что и сами ничего не сделаем.       Он молча и послушно пошёл работать.

***

      Пока ребятам дали отдых, Кадзуха сидел возле дерева, взяв свой лист который пропах Скарамуччей. Он принюхивался в него и закрыл глаза. Напротив ещё одного дерева сидел парень, тоже отдыхающий от работы.       — Что ты за лист с собой носишь? — спросил молодой парень, который с ним работает вместе.       — Да так, с дерева вот упал, — ответил Кадзуха.       Тот посмотрел на дерево и действительно, такой же лист, как и у Самурая.       — Да ты прав, их тут много..       Кадзуха глянув на него и снова принюхался к зелёному листу.       — Кадзуха, слушай, ты же родом не отсюда, да?       Блондин смотрит на юноша и отвечает:       — Можно и так сказать.       — Ты из Инадзумы?       — Да, но откуда ты знаешь?       — Хех, да здесь все о друг друге знают, да и ты выделяешься нарядом и твой Глаз Бога.       — Я понял, а ты выглядишь из рода Ли Юэ.       — Угадал, мы случаем не виделись? Я вроде тебя видел в Ли Юэ, ты вроде из Инадзумы прибыл в мой Город.       — Бэй Доу говорила? То да, можно сказать она меня спасла, я ей этому благодарен, — немного улыбнулся он, и продолжил смотреть на лист.       — О, да, она, именно она, я знаю что она из тех, кто не оставит в беде, храбрая и не зависимая.       — Соглашусь.       Немного задевало то, что она его спасла когда он хотел утонуть по своей воле, он видел Томо, который тянул его за руку, но когда его вытащили с воды, он увидел совсем чужую руку, женская сильная рука, спасла его, и поселила в корабль. С тех пор он жил там, и рассказал что произошло. Бэй Доу искренне чувствовала ему что так произошло, она знала об охоте Глаз Бога, что вход любимы путями был закрыт в Инадзуму, но сквозь шторм и молнии она смогла пересечь эту границу. Юморный юноша был её другом, звали Тома, добрый и искренний.       У всех было горе и травмы, даже у Скарамуччи он узнал, он узнал по его рассказах, что он чуть не сделал самое ужасное, а ведь он бы мог, если бы ему не помешали. Гнозис из-за него, он был готов на смерть и жажды мести. Гнозис был его собственностью, слишком зависима эта штука. Что человек был готов уйти ради мести и хаоса умереть, но оставив свой ужасный след. Рассказ о Ниве он тоже разузнал что, говорил Скарамучча. Но кое-о чем Кадзуха так и не знает.

***

      Фарузан шла вместе со Скарамуччей, неся коробки для одного и того же человека, который явно не мало заказов сделал.       — Я устала, — сказала она, и остановилась, а за ней и Скарамучча.       — Тогда отдохнём.       — Ага.       Они поставили коробки на пол.       — Это последние коробки мы несём?       — Да, и я очень этому рада. Кстати, завтра можешь сидеть дома, — продолжила она.       — С каких это пор?       — А с таких, что выходные дали на два дня.       — И какого чёрта я это узнаю только сейчас?       — Не имею малейшего понятия, идём дальше.

***

      Скарамачча снова вернулся домой и включает свет              «Кадзухи снова нет»       Сзади спины открывается входная дверь. Брюнет повернулся и увидел Кадзуху. Сразу позабыв об усталости повернулся к нему с объятиями.       — Ты пришёл.. — сквозь поцелуй говорит брюнет.       — Скара, — обнимая за талию, прижимая к себе ближе.       Они отстранились от поцелуя.       — Не устал? — спрашивает Кадзуха.       — Устал, а ты?       — Немного, — снова нежно цепляясь в губы.       — Мх..       Скарамучча в прихожей начал хотеть чего-то большего, это давало признаки сильное желание брюнета, глубокие поцелуи, слишком возбуждали. Кадзуха понял намёк, но если Скарамучча устал, то пусть лучше отдохнёт. Разрывая поцелуй блондин сказал:       — Давай ты отдохнёшь?       — Нет.       — Скарамучча, пожалуйста, ты же устал.       Обратите внимание на то, как Кадзуха называет Скарамуччу.       — Кадзуха, ну же, я сегодня весь твой и завтра.. Ты бы мог мне.. — не договорив, его берут на руки.       Неся своего любимого в спальню, что Скарамучча включает свет. Положив брюнета на кровать, Кадзуха на раздвинутые ноги ложится на грудь Скарамучче.       — Кадзуха?       — Мм.. Скарамучча.       — Ты что спишь?       — Н-нет, вовсе нет..       Кадзуха после этих слов затих, кажется, правда засыпает. Скарамучча погладил белую с красной прядкой макушку Кадзухи. В сонном состоянии даже у Кадзухи встал, упираясь в брюнета. Внизу живота чувствовался дискомфорт, на нём лежит блондин со своим стояком, который сейчас мешал и даёт возбуждение для брюнета.       — Кадзуха, — тихо говорит брюнет.       На это блондин только мычит.       — Мм...       — У тебя стоит, можешь лечь нормально?       Блондин ничего не отвечает, а продолжает лежать на чужой груди. Скарамучча чувствуя его член там, который так и хотел ворваться туда, но его собственность спит на нём.       — Ах.. Боже, Кадзуха, проснись!       Скарамучча пытался вырваться, но чем больше он это делал, чем больше член задевал брюнета. Куникудзуси из-за возбуждения трогал волосы блондина.       — Кадзуха! Проснись!       Кадзуха резко встаёт с груди Скарамуччи. Нависая над ним он смотрит на него своими сонными глазами.       — Что?       — Дурак! У тебя стоит!       — А?..       Сонно он ничего не понял, пока не посмотрел на это сам.       — А.. Прости, давай не сегодня? Я кажется устал.. — сонно пробубнил блондин, хотел уже снова упасть на чужую грудь. Но его взяли на поцелуй. Недолгий поцелуй, сразу разрывался и снова переходил в нежный. Блондин отстранился, и смотрел на Скарамуччу.       — Ладно, спи.       Скарамучча поменялся с ним местами. Тот нависал над ним, а затем ушёл с этого состояния, чтобы блондин смог поспать. Кадзуха лежал на спине, только посмотрев на Скарамуччу и уснул.       «Арх! Чёрт с этим стояком, Кадзуха важнее»       Брюнет покинул комнату выключая свет.