Библиотека его сердца

Пройдя в зал, где произошла их первая встреча, Фёдор застал товарища истерически хихикающим. Он что-то шептал и, уже подойдя чуть ближе, брюнет мог расслышать пугающие слова: – Он такой строгий, но при этом до жути милый, воспитанный и такой… Такой…! – по коридорам между стеллажами покатился звонкий, громкий смех, который напоминал задыхающегося от азарта игрока казино. Фёдор нахмурился и, надев шапку с плащом, кинул в сторону Николая грубое «сумасшедший», выбежал из библиотеки и скрылся за углом. Мысли путались, губа начала принимать покусывания, брови сводились к переносице, а глаза с дикостью смотрели на снег под ногами. Лёгкое касание к плечу заставило вздрогнуть и осмотреться: машины, стена, Николай, снег. Так, стоп… Николай? – Почему Вы ушли? – юноша был и правда глуп, либо же просто притворялся, ведь смотрел на Фёдора невинными глазами и старался улыбаться не по-дикому, а ласково. – Вот, держите книгу. Я записал её на себя, так что прошу не подвести и вернуть книгу в целости и сохранности. – Да Вы, Николай, хорошо притворяетесь! Только вот на невинные глазки я не поведусь! Я слышал Ваш монолог в том отделе! – Фёдор отошел от собеседника на шаг. – Вот оно что… – блондин улыбнулся уже свойственно своим глазам, не отрывая взгляда от фиолетовых очей напротив, прижал собеседника к стене и подставил нож к его шее. – Вы боитесь меня? Правильно, бойтесь… Ведь я заставлю Вас полюбить меня, завладею Вашим телом и разумом, буду преследовать везде и всегда до тех пор, пока Вы не сойдёте с ума вместе со мной! Белая, словно снег, коса вновь перелетела с плеча на спину, когда губы двух мужчин соприкоснулись и слились в поцелуе. Фёдор тут же оттолкнул ненормального парня и, ударив его по щеке, пихнул книгу в руки того, на кого она была записана. – Да Вы чокнутый! Как же так можно? Сумасшествие какое-то… – Достоевский поправил шляпу и быстрыми шагами направился в теперь единственное любимое и безопасное для него место – собственный дом, в то время как его недруг вновь заливался смехом, исчезая в тени. . . . Пробежав пару улиц и пройдя примерно столько же быстрым шагом, Фёдор оказался дома. Он запер двери, окна и даже подвал с чердаком. Наполнив бокал вином, он залпом опустошил его, бессильно плюхнулся на стул, качнулся назад и прикрыл глаза, вдохнул успокаивающий запах старья и потухших в камине углей. «Что же ты за человек такой, Николай? Поверить не могу, что сумасшествие так подходит ему… И всё же я хотел бы товарища спокойного и чуть более воспитанного, нежели такого, как он. Хотя, чего я так волнуюсь? Навряд ли я с ним ещё пересекусь, если не пойду в ту библиотеку. Эх, жаль, конечно, но лучше остаться в живых, чем ходить туда и видеть этого типа…» – размышлял брюнет, отпивая вино из уже третьего по счёту бокала.