Причины моих плохих поступков

      Отец был прав во всем. Сейчас Санджи это ясно понимал. Когда отец был им недоволен, он правда видел недостатки Санджи и желал их исправить. Иначе Санджи в этой жизни будет полным нулем.       Ему и правда стоит лучше учиться, вытянуть математику, пойти по стопам братьев после школы и поступить в финансовую академию.       Потому что собственные решения Санджи — это полное дерьмо. Он слишком глуп и наивен, чтобы думать, что из его решений выйдет толк. Мало того, что запал на парня, так еще и решил, что Зоро он нравится и таким, какой он есть. Что он достаточен.       Да он кажется Зоро недостаточным уже сейчас! А сам мечтал, что когда Зоро станет чемпионом, отец примет их союз. Ха! Когда Зоро станет чемпионом, разрыв между ним с Санджи станет непреодолимой пропастью. А он размечтался, что тогда их отношения наоборот расцветут.       «Ты жалкий».       Что Санджи возомнил о себе. О чем он вообще думал?       Было очень больно. Так, что тычки и даже булавка, которой Ичиджи проткнул его бедро во время званого ужина в честь жениха Рэйджу, была где-то на далекой периферии ощущений.       У Санджи даже лицо за столом не изменилось к разочарованию Ичиджи. Он думал опять опозорить Санджи, когда тот подскочит перед всеми с писком неожиданности и опрокинет тарелку. Но тело было придатком болеющей души.       Нет, нужно следовать указаниям отца, так Санджи не натворит еще больше глупостей. Поэтому Санджи попросил о продвинутой программе и занятиях в библиотеке.       Ну, еще потому что даже находиться с Зоро в одном классе было невыносимо. Он вспоминал, как смотрел на отвечающего у доски Зоро с тайным чувством превосходства. Все девочки пялятся на него с восхищением, но выбрал… выбрал-то Зоро его!       Теперь он был не просто в одной с ними лодке, он был хуже. Его попробовали и забраковали. Узнали поближе и разочаровались. У каждой из них теперь было больше шансов стать настоящей парой Зоро, чем у Санджи. У него была попытка и почти сразу — дисквалификация.       Вообще нужно было переводиться в финансовую академию, как того хотел отец. Это Санджи своими глупыми желаниями выпросил у него год в обычной старшей школе. Хотел испытать все прелести жизни старшеклассника. Доволен теперь?       Санджи перевелся бы тут же, но уж больно ему хотелось увидеть школьный фестиваль. Говорят, в старшей школе он самый грандиозный. В прошлом году он был как раз на домашнем обучении в том семестре фестиваля. А когда пришел в класс во второй половине года, все уже передружились по группам, и он так и не сумел влиться в коллектив.       Теперь все было иначе, он ходил в класс с первого дня! И он, избегая даже краем глаза видеть Зоро, тихо дожидался, как мокрица под паласом, фестиваля в своей библиотеке. А потом он скажет отцу, что согласен на перевод.       Девочки выбрали кафе, да еще с настоящей кухней! И даже Зоро их поддержал.       Санджи ожил. Он будет полезен! Он правда может помочь всему классу на фестивале. И никто не догадается, что класс чуть не облажался и позже всех начал готовиться.       Вместо математики в библиотеке он разрабатывал меню — чтобы как можно больше блюд сделать из ограниченного числа продуктов. Так легче закупаться и балансировать остатки.       Он продумал стоимость с учетом скрытых расходов, он даже хотел, чтобы каждое блюдо подавалось с маленьким оригами на краю подноса. Его собственная задумка для атмосферы, но он никого не просил помочь. И успел сложить только пятьдесят фигурок. Но при постоянном потоке желающих те разошлись в первые два часа.       Гостям нравилось. Он не разгибал спины у газовой плитки, но был счастлив. Из-за стенки слышался шум и смех посетителей, иногда Санджи выглядывал через дверь, чтобы посмотреть, как люди едят его блюда. И когда на их лицах появлялась радость и удовольствие, он получал прилив сил больше, чем от перекура.       И возвращался работать без перерыва. Ему не нужен перерыв, слишком ценна каждая минута того, что происходит сейчас. Он в центре школьной жизни, и это… невероятно!       Иногда забегали разгоряченные девочки, их глаза сияли. Они поочередно делились, что заходил какой-то учитель и остался в восторге. Санджи позволял себе закусить губу от счастливой улыбки, только когда они вылетали с готовым блюдом. — Так это ты готовил! — воскликнул Зоро, и на секунду сердце Санджи провалилось в пропасть. Впервые его хобби рассекретили, и он был обнажен и не защищен перед непреклонным в своих оценках Зоро.       Санджи задержал дыхание… И Зоро сказал, что правда вкусно. Знал, что это готовил Санджи, и ему все равно нравилось!       В этот момент сердце Санджи воспарило. Он даже с надеждой посмотрел на Зоро. А если, что если, но Зоро смотрит на него хоть немного теми же не знающими упреков и прощающими недостатки глазами, как он смотрит на Зоро. — Я бы никогда не стал хвалить их только поэтому, — как всегда до жестокого честно ответил Зоро.       Сердце Санджи снова ухнуло вниз, в темноту, но это было нормально. Ожидаемо. Он ведь уже сказал себе не верить своим поступкам и желаниям, а слушаться отца, чтобы не напортачить.       Зоро просто оценил его еду, но это не значит, что Санджи для него особенный. Что все, что приготовит он, вкусно по умолчанию, потому что Санджи — это Санджи. Хотя Санджи видел, с каким энтузиазмом Зоро уплетает пустой рис от Куины. Ведь она встала в пять утра, чтобы приготовить семье завтрак и обед перед университетом. Куину Зоро любил.       Ах, как Санджи жаден. Твою готовку похвалили, а ты уже ноешь, что хотел большего. Ему стоит перестать быть настолько жадным и глупым. — Офигеть, это так вкусно, что ты можешь хоть ресторан открыть, — Зоро все не уходил. Сидел в закутке и болтал как ни в чем ни бывало, словно не было…       Всего.       Все, что было между ними, значило в бедной на теплоту и участие жизни Санджи так много. Как целая огромная эпоха. И невозможно было ходить с обычным лицом, говорить друг другу обычные слова после всего, что нахлынуло и минуло. И всего, что не сбылось.       Почему Зоро этого не понимает? — Ресторан? — вынырнул Санджи из пучины своих мыслей. Он рассеяно повертел кулинарную лопаточку в руках. — Я…       Ресторан. Чтобы как на фестивале — все приходили и становились счастливее просто от того, что попробовали его еду. Сегодняшние ощущения были незабываемы, помогли забыть о любой боли, ошибках и неверных поступках.       Здорово было бы переживать подобное каждый день. Но, наверное… нельзя? Людям не положено столько радости ежедневно, это не нормально.       У Санджи не было особой мечты. Ему просто хотелось пережить все школьные моменты, которых он был лишен. Полюбить кого-то, ощутить теплоту. А дальше в его жизни было все расписано — финансовая академия, работа на отца… Но ресторан.       Он зажегся маленькой, слабой звездочкой где-то во тьме его сознания, и никак не хотел угасать. — Ресторан, — зачарованно повторил он. Почему он никогда не думал, что мог бы открыть ресторан? Эта такая простая мысль, но отец не научил его желать что-то для себя. — Ага. Но я не про это пришел поговорить! Завитушка, дай мне объясниться!       Санджи рассеяно крутил лопаточку в руках, потому Зоро решил, что тот готов слушать. — Тогда в медкабинете, когда ты… Тьфу ты! Я тогда не на тебя, я на себя разозлился. Потому что ты… Тьфу ты! Короче, я себя неправильно вел. Надо было нормально поговорить сначала. Откуда я мог знать, что тебе не нравится! Ой, нет, не так… — Зоро опять запыхтел, явно с усилием перебирая в голове слова. Те не шли.       Он посмотрел на Санджи, как утопающая собачка: «Помоги».       Санджи думал про маленькую слабую звездочку ресторана, что горела бледно-синим светом у него внутри. — Короче! Я не должен был так говорить, потому что это не так! Я разозлился, что ты не говоришь мне ничего прямо. Словно не доверяешь. И выходит, что ты и от меня просто терпишь что угодно, как от… — Зоро прикусил язык, вспоминая, как во дворе особняка за высокими коваными воротами ударил с размаху документами Санджи его собственный отец.       Но было поздно, Санджи вскинул на него взгляд, словно очнулся от зачарованного сна, который смотрел у себя внутри. Нахмурился.       Зоро этого хмурого взгляда испугался и затараторил еще сбивчивее, что было совсем не в его духе. — Нет, не так! В общем, я выглядел как маньяк, когда пытался в медкабинете тебя завалить! Когда я это понял, то разозлился. Но я должен злиться на себя, а не на тебя. Это же я на тебя давил. Тебе ведь явно не хотелось там и тогда трахаться. Наверное… — он с надеждой посмотрел на Завитушку. Понял ли он? — Это не ты жалкий, это я озабоченный.       Щеки Завитушки покраснели, когда Зоро наконец назвал все своими именами. Он так легко смущается от любых интимных вещей. Как Зоро вообще мог подумать, что Завитушке может захотеться заняться сексом впервые в общем медкабинете? Ему просто член на мозг давил. — Зоро, — Завитушка прочистил горло, готовый дать ответ на путанные пояснения. — Ты не странный. Это совершенно нормально, особенно для подростков с их гормональным фоном. — О, — притих Зоро. Так Завитушка понимает. — Но мне придется тебе кое-что объяснить Зоро, — Завитушка выключил плиту и принялся протирать стол рядом с ней, он занимал себя, чтобы не смотреть напрямую на Зоро. — Послушай, все это было не совсем честно с моей стороны по отношению к тебе. — Чего это? — этого Зоро не ожидал. — Понимаешь, — Завитушка сильно хмурился, Зоро это не нравилось, хотелось встать и распрямить складку возле крученой брови пальцем. — Когда я… когда мы… Короче, когда мы начали встречаться, я знал о тебе все. В смысле — буквально. Я был у тебя дома, подружился с твоей сестрой, видел, чем ты увлекаешься, кто твои друзья. Я знал тебя, я принимал тебя со всем этим знанием. И с другой стороны — ты не знал обо мне ничего. Черт, наверное, я сам виноват, раз даже про готовку не признался. Но, в общем, ты даже не знал, где я живу, какие у меня родственники… И когда ты начал узнавать обо мне новое, совсем чуть-чуть, тебе это не понравилось. Ты на это не подписывался. — Э! Не так… — попытался было Зоро, но Санджи поднял руку в знак того, что не договорил. — То новое, что ты узнал обо мне. Мои отношения с отцом, которые ты видел. А ты видел, — наконец Завитушка повернулся и посмотрел на Зоро с отчаянным вызовом.       Тот опустил взгляд, словно был уличен в чем-то и виновен. Да, он видел. И отчасти из-за того покорного вида Завитушки, с каким он принимал и побои, и домогательства Зоро, Зоро и разозлился. — Тебе не понравились. Эти новые вещи разочаровали во мне. — Нет, я… — А ты ведь увидел так мало. Так ничтожно мало. И что ты предлагаешь? Помириться, снова встречаться долго и счастливо до следующего отвратительного факта обо мне? Потому что он будет. И потому что ты будешь разочарован. Потому что с самого начала ты на это не подписывался. Ты даже про Кида знаешь больше, чем про меня. Почему я так легко общаюсь с Кидом, не задумывался? Быть может, у нас много похожего, — на это месте Зоро поморщился. Завитушка на себя наговаривает, он совсем не как Кид. Но Санджи заметил его эмоции: — Противно, правда? Это я четко представлял, кто ты такой, когда все началось.       Ты ни черта обо мне не знал. И когда узнал — оно тебе не понравилось. Прости, это правда было нечестно по отношению к тебе. — Нет! Я знаю тебя, — Зоро аж подскочил, возмущенный неправдой. Он знает и любит Завитушку. — Ты очень заботлив ко всем, даже к тем, кто не просил твоей заботы. Ты даже мне помогал с Куиной, хотя все это время думал, что мы родные брат и сестра. Ты эксперт в отношениях… — Зоро, — прервал его Санджи, и взгляд его был усталый, непривычно взрослый. — Никакой я не эксперт. Я такой же девственник, как и ты. Или еще хуже. Трогающий девчачьи вещи. Ты еще не понял? А твоя сестра прекрасно продолжает встречаться с Педро вопреки всем моим гениальным советам. Даже то, что ты думаешь обо мне — неправда. — Ох, — Зоро опешил от новой информации.       То, что говорил Завитушка, звучало так… логично? Когда Куина объясняла ему про разговор и отношения, то тоже звучала очень правдиво. Но в ее версии они могли помириться.       Теперь говорил Завитушка, и тоже звучал предельно логично. Зоро даже не мог найти зацепки, чтобы спорить. Но он не мог так просто сдаться! — Но тогда я могу узнать тебя… — Не кричи, за стеной клиенты, — холодно оборвал его Санджи и бросил тряпку, которой протирал стол. — Не нужно, Зоро. То, что ты уже успел узнать, тебе не понравилось. А я-то знаю, что там лежит еще дальше. Тебе это не надо. Прости, что ты играл с открытыми картами, а я с закрытыми. Это я виноват, что ты расстроился. Но нам не стоит больше встречаться.       Второй раз отказывать Зоро было уже не так пронзительно больно. Даже немного приятно, что Зоро в него немножко верит. Но теперь Санджи было кристально ясно, что их отношения невозможны. Он узнал совсем немного правды и уже глубоко разочарован. Санджи очевидно недостаточен для Зоро. — Я не согласен! — Зоро преградил путь в узкой кухоньке, но Санджи успел ловко пригнуться и проскочить мимо него. — Раз с заказами перерыв, схожу посмотреть на фестиваль. Мы все уже обсудили, Зоро, — хотелось курить. Потому что горло драли слезы, и лучше заменить это ощущение горечью сигарет. — Нет, стой! Мы совсем не поговорили. Я же извинился! — растерянный Зоро был забавный. Санджи чувствовал вину, что расстраивает такого открытого человека одним фактом своего недостаточного существования.       Ему нужно прочь, не видеть Зоро. Он пулей пролетел через класс-ресторан под удивленные взгляды девочек. — У меня перерыв, пока тут уборка, — выпалил, не притормаживая, чтобы не успели остановить. Он потом все объяснит, когда придумает ложь. — Эй, стой, Завитушка! — Зоро выбежал следом, но Санджи быстро нырнул вбок, за баннеры чужого класса, а там затерялся на лестничной клетке. Толпа первоклашек устроила ходячий оркестр и пыталась маршировать по лестнице, чудовищно всем мешая и не менее раздражающе фальшивя. — Да как же так! — Зоро растерянно почесал в затылке. Он неделю все это планировал, делал ставку на сигареты. А все прошло настолько хуево.       Плана Б на плохой исход у него не было. — Все еще злится? — Пуддинг тронула Зоро за плечо в толпе дудящих первоклассников. Один прямо в ухо трубой Зоро дунул. И оглушенный внутри и снаружи Зоро растерянно обернулся и кивнул. Забыл, что обычно не просит помощи у девчонок. — Главное, дал бы поговорить нормально. А то по газам и все! — развел он руками. Первоклашки огибали его, а весь его план сыпался. Но хуже того, он не знал, что делать дальше. — Погоди, — Пуддинг достала из рукава кимоно телефон и начала быстро-быстро, как умеют только девчонки, в нем что-то печатать. — Так. Ага. Второй этаж, Мир Ужасов Триллер Барк. Перона его перехватит для тебя. — Перона?!       Второгодка Перона второй же год подряд устраивала просто грандиозную комнату ужасов, с которой никто не мог тягаться. И два же года преследовала Зоро с просьбами быть маскотом их класса на фестивале. У нее и костюм для этого есть — гигантского уродливого медведя.       То, что Зоро не учился в их классе и вообще был старшекурсником, мало Перону волновало. Она говорила, что от Зоро исходят идеальные мрачные вибрации, и никто другой так не сможет. Однажды она гналась за ним по улице, и Зоро пришлось петлять, чтобы она не узнала, где он живет.       К Пероне не хотелось. — Быстрей, быстрей, Перона уже все устроила! Второго шанса не будет! — И Зоро побежал. Не зная толком, куда, но разве это причина сдаваться?       Он слетел вниз по лестнице, смутно помня, что втораши на другом этаже. Но куда? — Сюда, — его схватила за руку Виви. Откуда здесь Виви? В руке у нее был телефон, значит, паучья девчачья сеть охватывает каждую девочку в школе. Жуть. — А то ты никогда не доберешься!       Виви доволокла его до угла в коридоре, и Зоро поежился. — Ророноа Зоро! Вот ты и пришел ко мне! — пронзительный голосок Пероны. Она была в черном платье с корсетом. Зоро подумал, что она точняк и дома так одевается. В домашнем пришла, значит. — Ты бегал от меня, но мои духи подсказали мне, что ты сам ко мне придешь.       Зоро так и знал, кукуха у Пероны давно отъехала. — Да шучу я, шучу, чего ты пугаешься? — Перона хлопнула ему по плечу. — Только обещай, если я тебе помогу, ты хотя бы последний час будешь моим маскотом. — Как поможешь? — быстро выпалил он. — Сначала обещай.       Зоро уже на многое пошел — бил сталкеров, отжимал-покупал сигареты, просил помощи у девочек. Это было лишь крупицей в его стараниях, пусть и самой значимой. Он сцепил зубы и выдавил: — Обещаю. — По рукам! А теперь скорее, скорее, он там уже три минуты, как мы его туда запихали. — Куда вы его запихали?! — Виви передала руку Зоро, и теперь Перона тащила его, как эстафетную палочку по коридору. — В Дом Ужаса, конечно. Мы все лампочки там выкрутили, чтобы страшнее было. И сказали Санджи, что там прячется извращенец и лапает девочек в темноте. Мы плакали, и Санджи пошел его прогонять! А мы дверь заперли, чтобы не убежал! — Пиздец!       Девчонки взяли Завитушку в заложники для него. Зоро не особо верил в богов, но на всякий случай помолился, чтобы Санджи никогда не узнал, что это потому что они Зоро помогали. — Иди! — Перона на секунду приотворила дверь класса, завешанную дополнительно плотной шторой, чтобы внутрь не падал свет. И впихнула со всей силы Зоро в темноту.       Когда дверь захлопнулась, Зоро оказался в кромешной темноте.