Моя нервная начальница.

Женщины вернулись с Мальдивских островов рано утром. Этери плохо чувствовала себя в самолёте, но молчала, чтобы не напрягать Женю. Приехав домой, она сразу легла в постель, даже не раздеваясь. — Тебе плохо? — Женя прошла в комнату и погладила Этери по ногам. — Спать хочу. Всё нормально, разберёшь вещи? — Этери накрылась одеялом и стискивала зубы от невыносимой боли в сердце. — Да, разберу. Ты точно себя хорошо чувствуешь, милая? — Женя нахмурилась и присела рядом. — Пойдет. Устала после перелета. Мне же далеко не двааа… — Этери простонала. — Тери! Этери! Что у тебя болит? — Женя перевернула женщину на спину. Та держалась рукой за сердце. — Сердце? Почему молчала? Глупая! — Медведева подскочила и стала вызывать скорую помощь. Медики приехали через двадцать минут, Женя всё это время сидела возле Этери и что-то нашептывала. — Я люблю тебя. Очень. Жень. Очень. — Этери сжала руку Жени в своей и посмотрела той в глаза. — И я тебя люблю. Всё будет хорошо. Ты справишься. — Женя поцеловала Этери в щеку и женщину погрузили в машину реанимации. Медведева отправилась следом, попутно звоня Диане. — Приехали? — радостная Диша смотрела на Женю в экране телефона, но улыбка медленно начала сползать, как только Диана увидела лицо Жени. — Что с мамой? — Диш, её увезли в реанимацию. Еду сейчас туда. Бери билеты и вылетай в Москву на ближайшем рейсе. Ты нужна здесь. Очень. Понимаешь? — Женя кинула взгляд на Диану и тут же перевела его на дорогу. — Да, хорошо. — Деньги выслать? — Нет, всё есть, Жень. Я заказываю билеты. Позвоню тебе, когда возьму. — Диша отключается. — Живи, пожалуйста. Этери, рано. Рано тебе ещё. — Женя помотала головой. Приехав к больнице, она подошла к палате. — Что с ней? — Медведева обратилась к врачу, стоящему у палаты Этери. — Инфаркт. Делаем всё возможное. Но возраст… — Врач поджал губы. — Всё зависит от неё и только от неё. — Можно к ней? — не дожидаясь ответа, Женя проходит к палату и садится рядом с Этери, беря её за руку. — Выкарабкивайся. Ты нужна нам. Мне нужна. Слышишь? — Медведева целует руку Этери, а слезы текут из глаз. — Ты еще слишком молода, Этери. Не бросай нас, пожалуйста. Я не смогу без тебя. Два месяца врачи боролись за жизнь Этери. Свадьбу Диана с Глебом перенесли. В один день врач вызвал Диану, как дочь, в больницу, чтобы поговорить. Диша приехала с Женей. — Диана Сергеевна, никакой динамики. Ни положительной, ни отрицательной. Мы не можем больше поддерживать жизнь вашей матери аппаратами жизнеобеспечения. — врач тяжело вздыхает. — Подумайте об этом. И подпишите документы на добровольное отключение. — мужчина протягивает планшет с бумагами. Женя с Дианой переглянулись и помотали головой. — Нет. Она сильная. Она всегда такой была. Она выберется. Я знаю. Мама сможет. — Диша отодвинула планшет. — Мы не будем ничего подписывать. — Диана Сергеевна, у неё нет шансов. Она всё равно скончается здесь. — врач тяжело вздохнул. — Как бы это прискорбно ни звучало. Но это жизнь. Люди умирают. Она сейчас, возможно, мучается, потому что её не отпускают. — Или борется за жизнь, но пока не выходит. — влезла Женя. — Диана Сергеевна не будет ничего подписывать. Мы верим в силу Этери Георгиевны. Она сможет. — Медведева стиснула зубы, сама уже ни во что не веря. Два месяца её любимой нет рядом с ней. Два месяца Женя мучается от неизвестности. — Чудес не бывает. — вздохнул врач и положил планшет на тумбочку, оставляя девушек в палате у Этери. — Мама, пожалуйста. — Диша смахнула слезы и обняла Женю, всхлипывая. — Женя… Жень, ну скажи, что она выберется. Женька… — Тише, тише, Диш… — Медведева сама еле сдерживала слезы, гладя девушку по голове. — Жень, мама… я не верю, что она оставит нас. — Диана прижималась к Жене. — Не сегодня, Диана. Не сегодня. Она не имеет права нас сегодня бросить. У нас годовщина. Двадцать один год вместе. — Женя вздохнула и отошла от Дианы, садясь на корточки возле кровати, где лежала Этери. — Эй, старая маразматичка, у нас годовщина. Забыла? — из глаз Жени потекли слёзы, капая на руку женщины. — Она вся седая, Жень… — Диша поджала губы. — Ерунда. Покрасится, когда выспится. — Женя слегка улыбнулась. — Устала просто. Она просто устала и решила подольше поспать. — Это на неё не похоже. — Диша села на другую сторону тоже на корточки. Девушки держали Этери за руки, глядя друг на друга. — Расслабилась, когда отдала все полномочия мне и ушла в отрыв на старости лет. — Женя усмехнулась. — Шутишь… — Диана вздохнула. — Вот только мне не смешно, Жень, совсем. — Она бы сейчас накричала на меня. Крепко спит. Надо будить. Отвернись. — Женя встала. — Ты же не собираешься её насиловать, Женя? — глаза Дианы округлились. — Тц, Диша, что за мысли. Нет, конечно. — Женя закатила глаза. — Тогда не вижу смысла отворачиваться. — Диша вздохнула. — Целуй уже спящую красавицу. Может поцелуй любви её разбудит. Как в сказке. Женя наклонилась к губам Этери и накрыла её губы своими, мягко целуя. Из глаз полились слезы, губы задрожали, но брюнетка отчаянно целовала любимые губы. А затем закусила свою нижнюю и уперлась в лоб Этери. — Просыпайся же, старая маразматичка. — прошептала Женя с надрывом и сильно сжала руку любимой. — Этери, подари мне еще хотя бы пять лет. Пять, Этери… Я прошу тебя. Забери у меня пять себе. Только вернись к нам. Женя отстранилась и снова села на корточки, упираясь лбом в руку Тутберидзе. — Не помогло… — прошептала Диана и вздохнула. — Мы не в сказке, Дишка. К моему глубокому сожалению. Справимся, наверное. Будет сложно. — Не надо, Жень. Не хорони раньше времени. Пожалуйста. Я не могу в это поверить и принять. Она обещала прилететь на мою свадьбу. Обещала. Её не было на выпускном в садике, а была ты. Её не было на выпускном в девятом, была ты. Она даже не смогла проводить меня в Америку, снова была ты. Если она ещё и со свадьбы моей слиняет, которую я из-за неё перенесла, я её лично раскопаю и закопаю заново. — Не говори так, Дишка. Я не заменю её никогда. Она нам с тобой нужна. Мне нужна. — Да, она нужна. И ты не заменишь. Она - моя мама, не ты. Прости. — Я все понимаю, не извиняйся. — Женя грустно улыбнулась. — Езжай домой. Я побуду ещё тут. Я очень скучаю по ней. — Я тоже хочу. Давай останемся вместе. Девушки остаток времени сидели в молчании, пару раз заглядывал врач, чтобы проверить состояние девушек и посмотреть, подписали ли те договор. Но чем дольше они находились рядом с Этери, тем меньше надежды оставалось у каждой. К полуночи врач стал разгонять девушек. — Я и так нарушил правила. Вам нельзя здесь находиться. — врач тяжело вздохнул. — Мы должны быть рядом. Мы - её семья. И ей нужна поддержка. Хоть она и кажется такой сильной и независимой. Это не так. Ей также, как и всем нужна опора. И мы её поддерживали всегда. Так и сейчас, я уверена, она нуждается в нас. — проговорила Женя и не сдвинулась с места. — Мне глубоко безразлично, хоть полицию вызывайте. Я буду рядом, как можно дольше. — Черт с вами. Только не шумите. — врач отмахнулся и вышел из палаты. — Быстро он сдался. — Диша села на стул. — Со мной бесполезно спорить, Диан. Я же упертая. — Женя хмыкнула. — Почти как мама. — Но я - не она. Девушки заклевали носами ближе к трем часа, но Женя резко дернулась от звука кашля, а через секунду Диана. Девушки переглянулись. — Я не кашляла. — в один голос они сказали друг другу и кинули взгляд на Этери. Женя сжала руку любимой. — Этери? — Женя попыталась увидеть глаза в темноте палаты. — Ммм, Жень… дай воды, пить хочу, сейчас засохну. — охрипшим голос проговорила Этери, Диша тут же выбежала из палаты. — Сейчас. Потерпи. — Женя заулыбалась и сжала руку ещё сильнее. В палату вбежали Диана и врач, следом медсестра с водой. Мужчина включил свет в палате, отчего Этери сморщилась. — Какой придурок свет-то включил? Женя, выключи. — Этери отвернула голову. — Этери Георгиевна, вы слышите меня? — врач подошел к женщине. — Я не глухая, незачем так орать. Вы кто вообще? — Этери открыла глаза и посмотрела на мужчину в белом халате. — Сергей Яковлевич. Лечащий врач. Как вы себя чувствуете? — Для шестидесятидвухлетней тетки - отлично. Пить хочу. Где моя вода, Жень? — Этери повернула голову на брюнетку и нахмурилась. — Ты чего? Плакала? Что стряслось? Кто тебя обидел? — Ты. — Женя поджала губы и грустно улыбнулась. — Я? Я же спала. Ниче не понимаю. Что происходит? — Этери начала усаживаться на койке, Женя её придержала и помогла. — Ууу… Полетели вертолёты. Похоже, к Диане на свадьбу мы не полетим. Я с Мальдив ещё не отошла. — Этери прикрыла глаза. — Значит свадьба будет в Москве. Попробуй на неё не прийти. — Диша подошла к маме. — Ты-то тут что делаешь? — Этери открыла глаза и посмотрела на дочь. — Этери Георгиевна, вы вернулись с отпуска и у вас прихватило сердце. Вы два месяца пролежали в больнице. Что вы последнее помните? — спросил врач и махнул медсестре, чтоб та дала стакан воды. Этери попила и блаженно выдохнула. — У меня нет проблем с памятью. Я в своём уме. Мы вернулись с Мальдив, я легла дома в кровать, попросила Женю разобрать вещи и уснула. Только вот какого черта я проснулась в больнице? — У тебя был инфаркт, Этери. Большое никаких перелетов. Поняла меня? — Женя вздохнула. — Опять ты решаешь за меня. — Этери закатила глаза. — Давайте вы потом поссоритесь, ага? — Диша взлезла в разговор. — Тебя вообще отключить хотели, мы не подписали бумаги. — Я бы вам потом так прописала, если бы вы подписали. — Этери показала кулак Диане и Жене. — Вершители судьб недоделанные. Я хоть выспалась. Стоп. Два месяца? — Да… — вздохнула Медведева. — Скажи-ка мне, медвежонок, а какое сегодня апреля? — Этери посмотрела на Женю. — Вчера, Этери. Вчера было нужное апреля. Точнее три часа назад оно закончилось. — Женя слегка улыбнулась. — Ну ладно хоть не неделю назад. Я тебе потом всё скажу, когда все посторонние свалят и оставят старушку в покое. — Ты же не старая. — Женя усмехнулась. — Ну иногда то можно по пользоваться положением. — Этери натянула одеяло на себя и легла по удобнее. — Оставят меня сегодня в покое или нет? Я устала. — Я зайду утром. Евгения, вы остаётесь? — врач посмотрел на Женю. — Она остается. — кивнула Этери. Женя лишь развела руками и кивнула. — Диана Сергеевна, попрошу. — врач вывел всех из палаты, оставив женщин вдвоём. — Я тебя люблю. Ты меня до смерти напугала. — Женя приблизилась к лицу Этери и погладила её по волосам. — И я тебя люблю, Жень. Спасибо, что не отключили. С годовщиной, родная. — Этери поцеловала Женю в запястье. — С годовщиной. — Женя улыбнулась и поцеловала Этери в нос. *** Диана и Глеб держали в руках цветы, смотря на надгробие. — Вот и год прошел. — Диша вздохнула. — Год, как вы обе покинули нас в одну секунду. Надеюсь, вы там счастливы и вместе. — из глаз Дианы полились слезы и она обняла Глеба. — Тише, Диш… Молоко пропадёт… Не нервничай… — Глеб гладил девушку по спине. — Они бы не смогли друг без друга. А у тебя есть я и наш сын. Так что может и к лучшему, что так произошло. — Да… Они бы не смогли друг без друга. — Диана вытерла слезы и положила цветы на общую могилу. — Я люблю вас, мои родные. Следом Глеб положил цветы и молодые люди вышли с кладбища. *** — Медведева, ты и тут мне покоя не дашь своими шутками дурацкими? — Этери тяжело вздохнула. — Ты от меня никуда не денешься, любовь моя. Даже не мечтай. — Женя улыбнулась и обвила шею Этери. — В теле сорокалетней ты выглядишь очень даже сексуально. — Медведева облизала губы. — Арс, почему мы в молодых телах, а не в тех, в которых умерли? — девушка обратилась к наставнику. — Вы в телах того возраста, в котором первый раз были счастливы по-настоящему и повстречали самую сильную любовь за всю жизнь. — заявил старец. — Поэтому вы и встретились здесь. Вы снова совпали. Редко такое бывает. Я рад за вас. — мужчина улыбнулся. — Вот так! Поняла? Ты - моя самая сильная любовь за все шестьдесят лет. — Женя подняла палец кверху. — Господи, Медведева, ты не выносима. — Этери закатила глаза. — А ты за все мои семьдесят пять. Я уже устала от тебя. Мы с тобой тридцать пять лет вместе. Дай хоть годик отдохнуть, а? — Этери скривилась. — Хрен тебе. Навечно я твой груз. — Женя чмокнула Этери в щеку. — Смотри, Диша с Глебом. — Женя показала на экран. — Да… И мой внук. Всё у них будет хорошо. — Этери улыбнулась. — Как у нас? — Женя села на колени к Тутберидзе. — Лучше. — Этери обняла Женю за талию и прижала к себе. — Хотя… Лучше-то и некуда. Я всё еще тебя люблю. — Как и я тебя. — Женя упёрлась лбом в лоб блондинки.