All I want is you

Жизнь разная, она меняется, показывает себя с хороших или не очень сторон. Преподносит те сюрпризы, которые ты никогда не желал, чтобы появлялись. И Рунаан принимал их с достоинством, иногда с прохладным отчуждением, часто с напускным холодом. Больше всего его поразил, пожалуй, сюрприз о совершенно неидентичных типах прикосновений Этари к нему в различающиеся периоды этой самой непонятной жизни. Для себя он выделил три наиболее частых типа, хотя в частности их было куда и куда больше. Первый — самый распространённый у пар, особенно на первых стадиях развития. Но у них точно не было того, что преподносил через кончики пальцев Этари своему партнёру. Эльф передавал верность и своеобразное уважение к личным границам, чётко очерченных тонким графитовым карандашом, но позже напрочь стертых. Этари нес в прикосновениях простую, какую описывают в банальных романах, ласковую любовь. Рунаан понял это именно тогда, когда, попросив обновить краску в неудобных, таких как спина, местах, чуть не замурчал, пародируя кота с западной части континента, от неторопливых касаний тёплой руки с фиолетовой краской. Второй — более редкий, больше присущий немногочисленным семьям ассасинов. Пробираясь домой после охоты, разумеется задержавшись, Рунаан заранее придумывает, что говорить, хотя каждый раз все слова вылетают из головы, и остаются лишь сузившиеся от раздражения глаза и быстро бегающие пальцы. Прикосновения, выискивающие хоть малейшую рану, повреждение, что эльф принёс с собой в их общий дом. В этих касаниях не содержится ни одного лишнего или случайного движения, каждое ‐ просчитано и соответствует той или иной части тела. Рунаан понимает, что он беспокоится и злится на него за задержку: это видно по напряжённым плечам и этим самым движениям пальцев, сумевших бы разогнуть в другую сторону металл, если бы потребовалось. Что до третьего — о нем и вовсе сказать можно мало. Моменты, в которых тип использовался, можно пересчитать на пальцах. Но одним из самых запоминающихся для Рунаана являлся самый первый случай, так и отпечатавшийся в памяти во всех деталях. Жизненный этап, когда чуть сам континент не затрещал под их ногами. Момент их первого поцелуя, стыдливого и пробующего вкус чужих губ. Пальцы, ложащиеся на макушку в немой просьбе не прекращать их единение. И касания после: жаркие, как огонь, и требующие, как эмпат - своего человека. В тот миг Этари впервые через прикосновения умудрился растопить его сердце, и это далось ему настолько легко, словно в его руках находился маленький синеватый кубик льда. Через них он составлял договор, чтобы Рунаан был с ним, и, продолжая плавиться под мускулистыми руками, имевшими чуть мозолистые пальцы от молота, ассасин подписал его. Эльф долго думал обо всех сюрпризах, что приносила за собой мантия Жизни. И составлял списки его прикосновений. Не раз пришлось сокращать: очень уж обширным выходил, хоть энциклопедию составляй. А потом ещё. И ещё, пока не осталось три самых ключевых и неповторимых типа. Любой может сказать ассасину, мол, совсем его список прикосновений не выдающийся: стандартный и банальный, на что ассасин стандартно и банально пожмёт плечами и, заправив несколько непослушных белоснежных прядей за рога, уйдёт прочь. Для него прикосновения Этари всегда будут неподражаемыми и особенными, какими бы они ни были - настороженными, торопящимися или же тягучими, как мёд...