Жизнь налаживается

      Это какой-то кошмар.       Тата с самого детства была послушной и милой собакой. С первых дней жизни с Тэхеном она приучилась проситься на улицу или же, при сильной нужде, ходить на пеленки. Спала на своей лежанке, не забиралась на постель, не грызла обувь или тапочки, даже после криков миссис Ким, чтобы насолить.       Но после временного переезда Кукки, она стала настоящим вихрем.       День был дождливым, но даже несмотря на погоду, работу откладывать времени нет. Документы на регистрацию названия бутика нужно было подать именно сегодня, чтобы их поскорее рассмотрели и одобрили.       Возвращаясь домой, Тэхен уже представлял спокойный ужин в обнимку с бутылкой любимого вина. Неделя была сложной, и единственное, что может помочь расслабиться, это вкусная еда, после которой будет вечерняя прогулка с Татой и Кукки.       Стоя под дверью в свою квартиру, Тэхен нахмурил брови, слыша, как собаки игриво рычат друг на друга, и топают по ламинату. Возможно им просто было скучно, поэтому парень не придал этому большого внимания.       Открыв дверь, и зайдя в квартиру, Ким окликнул свою собаку, и не слыша ответной реакции, направился на звуки игр. Недавно убранная гостиная превратилась в место погрома. Первые мысли были об ограблении, но видя довольных собак, махающих своими хвостами из стороны в сторону, парень понял, что никого кроме этих проказников тут не было. Декоративные подушки были разодраны, а вата с них валялась по всему полу и дивану с влажными следами от лап. Ковер смялся в углу, статуэтки и вазы с журнального столика лежали так же на полу в разбитом виде.       Стоя в проходе, Тэхен с открытым ртом смотрел как животные, не обращая на него внимания, продолжали беситься.       – Что это, черт возьми, такое? – на шепот хозяина, Тата спрыгнула с дивана, и игривой походкой направилась ближе. – Тата, что тут произошло? – повысил голос Ким, на что собака медленно переставала махать хвостом.       Кукки сидел на полу, смотря черными глазами на парня, который от удивления широко открыл глаза, рассматривая гостиную. Парень впервые хочет дать Тате по ее пушистой заднице, но любовь к этому созданию этого просто не позволяет. Собака, видя замешательство хозяина отходит обратно к Кукки, нюхая его морду и начиная снова махать хвостом.       Сделав фото этого безобразия, Тэхен отправил его Чонгуку, чтобы тот понимал, что благодарить за содержания его собаки все-таки нужно будет, и избежать этого у него возможности нет. Гуки: Мне очень жаль, правда, но это очень мило и смешно.       Ответ заставил Кима улыбнуться, а после выдохнуть, понимая, что уборка ни на ком другом, как на нем.       Тэхен как можно быстрее убрал в гостиной, после чего перекусил и начал одевать собак для прогулки. Он кидал на них обиженные взгляды, на что те отводили глаза в сторону. Перед самим выходом на улицу, Ким поцеловал обоих собак в мордочку, говоря так больше не делать, после чего открыл двери подъезда.       – У меня в гостиной прошел ураган. – возмущается Ким, видя, как Чимин уже больше минуты не может успокоиться.       – А по Кукки и не скажешь, что он может быть зачинщиком. Он же такой послушный.       – Он слушает лишь Чонгука. – встревает Юнги, усмехаясь.       – Спасибо, что предупредил до того, как я его поселил у себя. Почему он тебе его не отдал? – возмущается себе под нос Ким.       – Потому что мой Шуки становится точно таким же неадекватным рядом с ним, вот я и отказался. – парень на это лишь фыркает, грея замерзшие руки об теплую чашку кофе.       Несколько следующих недель Тэхену почти каждый день нужно было уходить с квартиры, чтобы решить некоторые детали. Была мысль закрывать кого-то из собак в отдельной комнате, но что-то ему подсказывало, что в отделяющей этих двоих двери по его приходу будет дыра. Ладно, возможно, замести пол, чтобы избавиться от пуха и всего прочего лучше, чем покупать новую дверь. Гуки: Я уже сажусь на самолет, скоро буду в Сеуле. Так что можешь выдохнуть с облегчением.

Тэтэ:

*Выдохнул* Ну наконец-то!

Моя собака заразилась весельем от твоей,

как будешь это исправлять?

Гук: Мне то же самое говорит Юнги, и это странно, потому что при мне Кукки ведет себя вполне прилично.

Тэтэ:

Проблема в том, что только

при тебе он себя так и ведет…

Гук: Потерпи еще немного. Уже сегодня вечером я заберу этого негодника, и ты получишь свою послушную Тату назад.

Тэтэ:

Жду!

      На самом деле отдавать Кукки не очень хочется. Конечно Тата до сих пор неугомонная, и даже три недели жизни с другом не заставил ее привыкнуть. Но, с другой стороны, она стала живой и радостной. Постоянно машет хвостом, игриво прыгает и выглядит довольной. Разве этого недостаточно для того, чтобы терпеть постоянный бардак?       Работы у Чонгука оказалось намного больше чем тот предполагал. Он уже через неделю сказал, что наверняка задержится в Китае чуть дольше. Ким лишь пообещал все это время следить за его собакой, и желал скорее разобраться с делами и не забывать про отдых.       Парни почти каждый день друг другу писали. Ким отправлял свои фото вместе с собаками, которые постоянно пытались на него залезть, и взамен получал селфи Чонгука за рабочим столом, отправляя злые смайлики.       Их общение определенно начало налаживаться, и постепенно Ким даже начал забывать из-за чего тот его так сильно раздражал. Стена между ними до сих пор стояла, но с каждым отправленным и полученным сообщением, в особенности фото, она скидывала по одному кирпичу.       Со временем Тэхен и не заметил, как начал ждать возвращения Чонгука, и не для того, чтобы впихнуть в его руки Кукки, а для того, чтобы посмотреть в глаза, по которым успел соскучиться.       Когда дверной звонок начал немного раздражать своим звуком, на часах телефона было немного за восемь вечера.       Выключив плиту, на которой готовился рис с овощами, Ким сполоснул руки, и под гавканье Таты и Кукки направился к двери.       – Привет. – улыбается Тэхен, смотря на неожиданное появление соседа. – Ты мог забрать Кукки завтра, чтобы отдохнуть после дороги.         – Привет, ничего страшного. – улыбается в ответ Гук. – Я принес тебе торт, как маленькую благодарность. – сосед протягивает упаковку торта, которую Тэхен тут же забирает, улыбаясь.       – Ты уже ужинал? – спрашивает Ким, и ловит отрицательные кивки – Может составишь мне и бутылке вина компанию?       Мужчина неуверенно заходит в чужую квартиру, в которой пахнет легкими духами Кима и рисом. Через секунду возле него уже появляется Кукки, который от радости скулит и машет хвостом. Тата тоже не отстает, пытаясь получить ласки от Чонгука, которой тот не обделяет.       – Может ты хочешь принять душ? – смотря на помятую одежду от поездки спрашивает Ким, когда Чонгук отвязался от счастливых собак.       – Я был бы не против. Тогда я быстро схожу к себе, и вернусь.       Несмотря на трехчасовой перелет, мужчина был вымотан немного сильнее, чем предполагал. Хотелось принять теплый душ, надеть удобные вещи, покушать и завалиться в кровать, чтобы как можно дольше проспать. Но эти желания были до того, как Тэхен предложил поужинать вместе. Теперь хочется просидеть всю ночь напролет за разговорами и пытаться вызвать теплую улыбку на чужом лице.       Возвращаясь обратно в чужую квартиру, Чонгук сразу же направился на кухню, где Тэхен тихо переговаривался с собаками, наливая им чистую питьевую воду. На барной стойке, которая использовалась как кухонный стол, уже были расставлены приборы, тарелка с рисом и закуски. Сбоку стояла бутылка красного вина и пара бокалов.       – Ты как раз вовремя, все готово. – улыбается Ким, отходя от собачьих тарелок.       Ужин получился сытным. Домашнее кимчи и редька аппетитно хрустели, рис с овощами оставлял приятное послевкусие. С наполовину пустой бутылкой парни переместились в гостиную. Разговор шел легко и непринужденно: Чонгук рассказывал про будни в Китае, а Ким постоянно задавал вопросы, улыбаясь.       – Мне жаль. – с медленно сходящей улыбкой говорит Ким, смотря в мужчине глаза.       – Ты про что?       – За то, что сказал тебе тогда.       – Перестань. – фыркает, сразу же понимая про что тот говорит. – Я, наверное, сказал бы то же самое. – успокаивает мужчина, сразу же пытаясь перевести тему. – Как там твой бутик?       – Вполне. – кивает Тэхен. – Пытаюсь подобрать достойное помещение. Я недавно почти подписал контракт на хорошее место, но в последнюю секунду мне отказали, сказав, что его купили. Это так сложно. – стонет парень.       – Я думаю открыть еще одно кафе возле центра. Я даже подобрал нужное помещение, но, к сожалению, оно слишком большое. Может будет хорошей идеей соединить мое и твое детище? – предлагает, задумываясь про финансы.       – Это просто гениально. – выкрикивает парень, улыбаясь и цепляясь за чужое плечо. – Это должно сработать. Спасибо.       – Не за что. – смеется Чонгук, убирая чужую выбившуюся прядь волос за ухо, все ближе приближаясь к лицу.       У Тэхена слегка розовые от вина щеки, блестящие глаза и чертовски привлекательная улыбка, которая медленно спадает.       Поцелуй получается немного смазанным, но не менее настойчивым. Тэхен с самого начала видел перед глазами звездочки от ощущений и не сразу понял, что воздух начал заканчиваться. Оторвавшись от губ и часто дыша, жадно втягивая воздух, парни посмотрели в глаза, после чего Чонгук снова впился поцелуем, а Тэхен зарылся своими пальцами в густые волосы, перемещая их на края футболки. Вещи улетели куда-то в сторону, и через минуту парни наслаждались жаром, который исходил от тел.       Пока старший гладил каждый миллиметр кожи, нижний времени не терял, ища под одной из подушек на диване смазку с презервативами.       – Ты зачем их тут хранишь? – хмурится Чонгук, в миг останавливаясь и смотря на баночку в чужой руке.       – А вдруг судьба, а я не готов. – шутит Ким, пока второй закатывает глаза. Он немного успокаивается, видя, что ни презервативы, ни смазка не открыты.       – Я хочу тебя вылизать. – снова целуя говорит Чонгук, готовясь перевернуть парня на живот.       – Я тоже тебя хочу. – кивает, говоря шепотом.       Мужчина лишь усмехнулся, двигая парня на край, и откидываясь на спину, призывая младшего сесть себе на лицо. Быстро выполнив сказанное, Тэхен уперся лицом в влажную головку чужого члена, сразу вбирая и посасывая ее. Чонгук тем временем ртом присасывается к отверстию, посасывая и легко покусывая края, вызывая неожиданные ощущения. Язык обволакивают тугие мышцы, сокращающиеся от легкого давления.       Смазав пальцы в сколькой жидкости, старший проталкивает сразу же два, получая томный вздох. Он пристраивает снизу язык, получая в ответ более активные и глубокие движения головой на своем члене. Гук откидывает голову назад, стонет тихо, чтобы не призвать собак, которые от интереса уже под дверью юлой вертятся. Он закрывает глаза, двигая пальцами, чтобы найти комок нервов.       В тело входит уже третий палец, и ловя стон удовольствия, он и просовывает свой язык внутрь, между пальцами, двигая им и мажа лицо в смазке.       – Хватит. – шипит парень.       Парни быстро меняют позу и грубо соприкасаются в поцелуе, чувствуя вкус друг друга.       Чонгук натягивает на себя презерватив, после чего резко входит сразу же на всю длину, заставляя Тэхена извиться и услышать одни из самых пошлых звуков соприкосновения кожи друг о друга. Тэхен громко стонет, и Чонгук едва ли успевает заглушить настолько громкий звук блаженства поцелуем. Он очень хочет услышать парня на полную громкость, доводя до истомы, поэтому обещает себе на днях отдать собак Юнги. Чонгук почти сразу же начал наращивать темп, наугад добавляя больше смазки, которая начала тихо хлюпать от обилия. Руки поместились на чужие бедра, сильно их сжимая, причиняя тупую боль, сливающуюся с очередным глубоким толчком, от которого Кима постоянно прошибает током.       Внутри все начинает гореть. Боль от грубости смешивается с удовольствием, и этот коктейль чувств Тэхена заводит лишь больше. Его член начал ощутимо пульсировать, ожидая, пока ему уделят внимание. И когда Чонгук начинает в такт ему надрачивать, то Ким вскрикивает, до крови закусывая губу и закатывая глаза.       До разрядки оставалось всего ничего. Хрипота и томные вздохи становились все громче. Воздух в помещении стал совсем густой, из-за чего дышать было сложно, и Тэхен чувствовал легкую асфиксию и кружение головы.       От сильного укуса под челюстью, Тэхен с гортанным стоном кончает на живот, сжимая внутри себя Чонгука, который от узости изливается в презерватив.       После медленного душа вместе, Чонгук просто любовался парнем, который тихо сопел у него на плече, сжимая рукой чужую ладонь.