ЖИВОТный ужас

      В местную гостиницу заселились мамаша с ребёнком, которые были здесь некоторым проездом. Вероятно, не стоит говорить, что гостиница эта была сомнительного качества, чай не село Косиха Алтайского края. Таким образом, здесь можно прямо в коридоре устраивать кровавую оргию с жертвоприношениями Папе Легбе, только живые свидетели — единственный источник информации о происходящем в этих стенах. Не то чтобы цивилизация никак не может дошагать до местных глубин человечества, просто кому-то, снова, жалко финансировать безопасность своих гостей, ну, и, так уж и быть, сотрудников. Или наоборот уличить их в недобросовестном выполнении своих должностных инструкций. Ибо проведение систематических аудитов никак не может вскрыть всю безответстность и беззалаберность работающего с людьми персоналом, отвечающего за их комфорт и безопасность. Ибо же как они могли допустить сначала беспризорный выгул маленького ребёнка по зданию, а после ещё этого самого ребёнка и исчезновение. Конечно, если бы, кое-кто, способный на это, вовремя бы поставил, хотя бы пару камер, хотя бы в коридорах пары этажей, ничего подобного бы не произошло, ранее же не было. Вот только: если, абы, да кабы — выросли б во рту грибы. И тогда, и абы не попасть в неприятную ситуацию с разборками и обысками; и кабы тогда не пострадала репутация заведения. Но своевременно организовать необходимые меры — не хочу, не буду; и теперь приходится «грести дерьмо лопатой». Полная безответственность.       Сам мальчик быстро устал сидеть в номере и смотреть мельтешащие разноцветные картинки в телевизоре. Ему очень хотелось поиграть в недавно скаченную на мамин телефон Энгри бёрдс. Уж очень нравилось ему терроризировать зелёных нарисованных свинок и сносить их укрепления. Но сам телефон был занят очень важным, серьёзным и долгим разговором. Пока у него были силы и желание ждать, он наслушался столько сложных, неизвестных слов, что ему стало немного не по себе. И тогда, оставив покинувшую его надежду дальше слушать про «консалтинг» и «дистрибьюторов», мальчик вынырнул в коридор и принялся искать себе развлечение. В течении часа он путешествовал по доступной ему части здания, концентрируя внимание на различные раздражители, превращая это в игру, а после достаточно быстро остывая. Львиную долю времени он провёл на лестнице, превратив это в увлекательное восхождение на самую высокую гору в мире, «Джомоклумбу». Ещё некоторое время он катался в тележке уборщицы, пока она не заметила и не прогнала ребёнка. И после всех скитаний он встретил его. Высокого, мило улыбающегося парня с торчащими каштановыми волосами и поблескивающими лукавыми карими глазами. Мальчик почти сразу проникся к новому знакомому. Этот парень, как он назвался — Дима, поинтересовался, почему ребёнок шатается по зданию один. Тот как есть, выложил шатену всю интересующую его информацию. «Какая же нерадивая мать!» — подумалось было Диме, — «Нужно преподать ей урок». Тогда он предложил мальчику сыграть в прятки. Тот по началу скептично отнесся к идее, но позже Дима убедил его, что здесь можно найти парочку мест. Начали они играть ещё при приятной пожилой паре, умилявшихся развлекающему левого ребёнка подростку. Они последними и видели мальчика, а точнее как тот, преисполнившись задором, бежал скрываться от считающего до «целых пятидесяти!» шатена. Дима, как следует ответственному взрослому, не упускал из вида свободно перемещающегося по зданию ребенка. Здесь вообще хоть кто-нибудь, кроме уборщицы работает? Когда мальчик скрывался от парня за углом ли, за дверьми, тот следовал за ним, но продолжал считать. Но и считал он достаточно быстро, чай в одиннадцатый класс пойдёт через две недели. А потому простучать до пятидесяти, что для мальчишки, было чем-то сакральным и непостижимым, для него не составляло труда. И потому он находил ребёнка, убеждённого в своём идеальном укрытии. Так продолжалось, пока Дима, в очередной раз, «удачно» не обнаружил мальчика у выхода на чердак. Хотя бы здесь хватило ума убрать лестницу, от подобных гиперактивных, везде пролезающих детей. — Так не честно, ты меня постоянно находишь! — насупился мальчик и яростно сложил руки на груди. — Просто, у меня хорошо это получается. — заулыбался шатен. — Ты жульничаешь! — А вот и нет! — Да! Да! Ты сказал, что меня не найдут! — А я знаю одно место, где тебя точно никто не найдёт. — проговорил Дима хитрым, заговорческим тоном. У мальчика тут же проснулся интерес: — И где же? — Здесь. — продолжая улыбаться, шатен задрал футболку и потыкал свой живот. Мальчик слегка скептично глянул на Диму, словно тот подаёт ему тушенные в черносливе брокколи с квашенной капустой и изюмом, выдавая за крабовый салат. — У тебя в животе? — спросил, чтобы уточнить, что парень серьёзно. — Да, у меня в животе. — не прекращал улыбаться парень. — Ты шутишь? — Нет, я абсолютно серьёзно. — Я там не помещусь. — Там много места. — Но а как? — Через рот, конечно же. — Ты меня съешь что ли? — ребенок слегка напрягся. — Почему ты это так называешь? — Дима продолжал улыбаться, что должно было располагать к нему, увеличивать доверие и понижать тревогу. — Потому что через рот в живот попадает еда. — Да, но у меня необычный живот, не такой как у тебя или других. — Дима потянул свою сказку, и ребёнок вроде сконцентрировался для внимания всякой чепухе, — Туда может попадать не только еда, но и живые люди. — Как это? — в мальчишке боролся недоверчивый скепсис с интересом эмпирического познания юного исследователя. Он же ещё так мал, и так много всего на свете ещё не видывал. Особенно людей, в животе которых можно находиться. Если только этот парень не прикалывается над доверчивым малолеткой. — Я могу тебе показать, — Дима расправился перед ребёнком и потыкал себя по упругому животу, — Хочешь туда. — Ну давай, — на аффекте выдал ребёнок, только поздно он понял, что совершил ошибку. А парень его не обманул, не шутил и даже не прикалывался над ним. Он быстро ухватил мальчика и стремительно засунул его в неестественно широко и любезно, чтобы ребёнок смог без помех и трудностей погрузиться, раскрытый рот. Дальше следовали и прочие удобства, как тоннель массирующего горла и просторный, вместительный желудок. Дима уже поднабрался опыта проглатывать столь маленьких элементов человечества, что сейчас у него не возникло трудностей, и мальчишка быстро сполз вниз и свернулся внутри. Последним сдедом — напоминаем, что оставил от себя ребёнок — это выпуклость Диминого живота. Хоть она была и не слишком внушительной, но ненужное внимание привлекать точно станет. Тогда Диме пришлось накинуть заранее подготовленную мешковатую кофту, скрывающую форму надевшего. С такой накидкой Дима, как ни в чём не бывало, смог покинуть гордой, уверенной походкой гостиницу, унеся в своём животе, пока ещё живого и борющегося мальчика. Вот у его мамы будет квест по его поискам.