ЖИВОТный ужас

      Ах да, точно, он же вторгся в чужой дом и сейчас собирает себя с мыслями, всё же покинуть это место. Но не впустую он сюда примотал, да там ещё в тачке его ждёт Леха Карась, не просто так же они гоняли его колымагу. К тому же Витька уже вторгся, он уже нарушил закон. Взяв себя в руки, он потихоньку выдвинулся обратно на лестницу и всё же решил пойти дальше наверх. Точно крадущийся тигр он поднялся на второй этаж, опасаясь, что в любой момент из темноты материализуется затаившийся дракон. Как он не пытался себя успокоить, что посторонних больше нет, но все же мозг рисовал танцующие и смеющиеся над ним тени, подергивающиеся в лунном свете. На этом этаже были две комнаты, одна из которых выполняла роль кабинета. Здесь точно должно было быть что-то ценнее дизайнерских подсвечников ручной работы. Из-за пазухи достал ещё один мешок и принялся бесцеремонно, и уже изрядно торопясь, обшаривать ящики стола. За своими шорохами он упустил самый важный звук на данный период. Хлопок входной двери, которую он всё же отчётливо услышал. В прихожей загорелся свет, его отсвет Чеснок увидел на стене коридора. Он было ринулся к пластиковым окнам, но вот не задача, кто-то снял ручки. А выбивать — время, силы, шум — внимание. Тогда Витька решил выбираться силой. Взял со стола что потяжелее — металлический бюстик, и, разминаясь, готовился пробивать себе путь. Не теряя больше времени, под адреналином он выскочил в коридор к лестнице. В этот момент на этаж поднялся подросток семнадцати лет с короткими торчащими каштановыми волосами. — Бать, ты спишь? — только и успел произнести парень, когда Чеснок схватил его и облокотил на перила, грозясь скинуть его вниз. — Тихо, тихо, — Чеснок ухватил его за горло, — Ты же не хочешь, чтобы кто-то услышал? — А ты, типа, меня отпустишь? — парень косился на статуэтку в руках Недоробин Гуда. — Захлопнись, и тогда я подумаю. — Не переживай, — парень почему-то был довольнее, чем положено быть в его положении, отчего Чесноку стало не по себе. — Дома никого нет, ублюдок. — с пугающей улыбкой парень выдохнул Витьке прямо в лицо. Тот было решился разобраться с жутким парнем, как снова услышал входную дверь. — Чеснок, эй Чеснок? — звал снизу, припёршийся зачем-то Карась. — О, значит, ты, у нас Чеснок? — продолжал веселиться подросток. — Ты меня задрал шкет! Чеснок замахнулся статуэткой, однако шкет запросто покинул хватку сбитого с панталыку молодого мужчины. Парень ухватил правой рукой загривок Витьки, а левой за ногу и кувыркнул его через перила вниз. Летящий следом бюстик удачно приложил его по лбу, и последнее что он слышал, перед отключкой, это как драпает его кореш.       Его кореш усвистел, что не видно даже было сверкающих пяток в клубах поднимаемой им пыли. Добежав до калитки, Карася дёрнуло обернуться. Тот пугающий парень стремительно несся следом всем спринтерам на зависть. Лёха получил новый прилив сил и продолжил улепётывать. Он не знал почему тот пацан за ним несётся, что он сделал с Чесноком, что сделает когда догонит, и почему его это так пугает. Видимо Карась, не зря же он карась, шестым или седьмым чувством ощущал от него некие дикие, звериные, хищные вайбы. А, ну, ещё потому что они вторглись в дом этого пацана. Но всё равно так давать дёру от какой-то школоты, его потом пацаны на районе не поймут. Это ж просто смеху подобно. Но Лёхе отчего-то было совсем не до смеха. Отчего-то он чувствовал угрозу своей тушке. Но чтоб спасти свою шкуру достаточно было всего-то заскочить в тачку и дать по газам. Да, он бросил кореша, но чуйка ему подсказывала, что пацаны об этом не узнают. Лёха нелепо спустился в овражек, где они оставили тачку, неподалёку от проезженной местными лесной дорожки. Именно отсюда Карась увидал включившийся свет, и зачем-то попёрся проверить Чеснока. Проверил. Подойдя к своей колымаге, Лёха снова обернулся. Пугающего пацана было не видать. Он облегчённо выдохнул, и уже собрался сматывать удочки с этой дыры. Но как бы не была быстра антилопа, никогда не убегавшая от хищников ранее, тренированный охотой гепард быстрее. Из окружавшей машину тьмы мгновенно материализовался затаившийся дракон, и, ухватив Карася за затылок, поцеловал его с капотом его же таратайки. После взвалил на плечи свой улов и пошагал обратно домой.       Вскоре Лёха обнаружил себя без одежды на огромной кровати. Он только хотел было встать и пойти, как его ухватили сильные руки и прижали обратно к кровати. — Будешь делать, что я тебе скажу, — над ним навис тот самый жуткий тип, на котором в отличии от Карася были только спортивные штаны. — Или я тебе шею сломаю, мясо! Уяснил? — Ч-ч-чеснок! — слегка захрипевшим голосом неуверенно попытался вскрикнуть Лёха, после чего словил крайне мощный удар под дых, что чуть не подавился своими лёгкими. — И не звука! — добавил парень, пока Лёха пытался откашляться и восстановить дыхание. Слабенький Карась сразу перешёл в привычное ему состояние — подчиняться сильным. Даже если это ещё ребёнок, хотя сидящего перед ним парня сложно было назвать ребёнком. Нет, он не выглядел как взрослый мужик, но у него комплекция, которой многие хилые и рыхлые взрослые мужики позавидовали бы. Тут даже дрищ Карась только на лицо выглядит старше. — Ну, что, мясо, давай работай, — парень намекал Лёхе на свою область паха. Мясу ничего не оставалось, как подчиниться. Превозмагая отвращение к мужеложству, Карась приблизился, приспустил штаны, и его хорошо шлёпнул по подбородку, а после по щеке моментально выскочивший крупный половой орган. Тут уже раззавидовался сам Карась. Его штырёчек был далеко не чета этому красавцу. Такие он видел только в порнушке, в разделе «Большой член», где на такие с радостью насаживаются самые разнообразные барышни. А сейчас он должен сыграть роль подобной барышни. Да он уже даже забыл про свою гетеросексуальную гомофобию. Что-то потянуло его сначала потрогать, затем помахать, а после даже и запихнуть в рот. Он и так занял почти всю полость рта, но пацану этого было мало. Он ухватил Карася за затылок и, преодолев сопротивление мужчины, одним махом вогнал во всю длину, протаранил тому горло. Лёха снова принялся давиться, а горло засаднило. — Эх, так ты не справишься, — огорчился пацан, — Ладно, давай как можешь. Карась не сразу продолжил как мог, но он приложил все возможные усилия. — Ммммааах, — пацану всё же были по душе Лёхины усилия, — Молодец, хорошо стараешься, а теперь перевернись. И так опущенный Карась продолжил унижаться и перевернулся. Не надо быть семь пядей во лбу, чтобы догадаться что последует далее. Поэтому он сам задрал свою костлявую задницу. — Хороший мальчик, — мальчик резко раздвинул булки мужчины, и так же резко вошёл в неподготовленный зад, что у Лёхи звезды из глаз посыпались, а ещё ему показалось словно что-то огромное пытается разорвать его вдоль на две половинки. Тем не менее пацан был очень доволен, как узкие внутренности Карася взаимодействию с его стояком. Он стонал и надрывно дышал, пока насаживал безвольно болтающегося мужчину. Со временем Лёха привык к жжению в области таза и перестал обращать внимание, и даже тоже начал получать удовольствие. В какой-то момент времени подросток достиг кульминации, крепко ухватил Лёху сильными руками, по максимуму его насадил, и зафиксировал. После, когда он разрядился и снял мужчину со своего болта, Лёха даже расстроился. Но слишком долго расстраиваться ему было не суждено. Парень резко без предупреждения огрел Карася по голове, что у того слегка помутилось сознание. Когда к мужчине вернулось ясномыслие, он уже по пояс торчал изо рта зловещего подростка. Лёгкая закуска перед вторым блюдом. Неожиданный глоток, и вот язык пацана перемещается по худому животу Карася, наслаждаясь его вкусом. — Нет! Не надо, пожалуйста!!! — успел выдавить из себя Лёха, прежде чем пацан заткнул ему рот здоровой ручищей, а второй схватил одну из рук мужчины и запихнул себе в рот. За три-четыре быстрых глубоких глотка Карась, за исключением болтающейся снаружи руки, погрузился в глубь, в самые недра пацана.       Чеснок некоторое время пробыл в невменозе, его прилично оглушило, возможно, могло быть сотрясение. Тем не менее, контузия проходила и он обнаружил себя подле лестницы. Немного неуверенно поднявшись на ноги, он предпринял попытку выйти через дверь. Попытка не увенчались успехом. Он предпринял попытку выйти в окно. Снова провал. Он хотел скорее покинуть эту обитель тьмы, но настоящий ужас ждал его впереди. — Нет! Не надо, пожалуйста!!! — услышал Чеснок истошные мольбы Лёхи со стороны комнаты подростка. Он пытался ещё что-то крикнуть, но его заткнули. Витьке стало дико не по себе. Что за ужасную картину он откроет для себя, поднявшись наверх? Неужели этот мелкий хрен что-то там вытворяет с его корешем? Полные ужаса вопли Карася только усиливали тревогу. И хотя сам Карась его кинул, Чеснок не мог так поступить, а надо было. С каждым шагом в сторону пугающих хлюпающих звуков эти самые шаги давались Витьке с трудом. Перед самой дверью у него в голове откуда-то возникла мысль: «оставь надежду, всяк сюда входящий». Он открыл дверь и увиденное навсегда отпечаталось у него памяти. На кровати, широко расставив ноги, на коленях сидел тот зловещий парень с выпуклым, круглым, извивающимся животом. А изо рта у него торчала дергающаяся в исступлении, пытающаяся за что-нибудь ухватиться человеческая рука. Это была рука Карася с его длинными цепкими пальцами и небрежно постриженными ногтями. Чеснок упал навзничь от увиденного. Он готов был увидеть, что угодно, да хоть то, что этот пацан будет долбить его приятеля во все дыры, а после возьмётся за Витька. Но вместо этого в данный момент неистово жестикулирующая рука Лёхи исчезла из этого мира насовсем и присоединилась к оставшемуся в большом круглом животе мужчине. Затем парень облегчённо выдохнул и спросил: не хочет ли Чеснок присоединиться к своему другу? Но Чеснок совсем не хотел, в этот раз пришла его очередь линять и бросить своего кореша, уже, видимо, навсегда. Витька получил ощутимый прилив сил, что моментально вскочил и на одном дыхании достиг входной двери. Она все ещё была закрыта. Но Витька все же решил попробовать успеть обратно взломать этот клятый замок и покинуть эту обитель зла. Из глубин к нему приближался, уже совсем не затаившийся, дракон. А он сам уже не был крадущимся тигром. В настоящий момент взломщик был борющейся за жизнь мушкой, угодившей в паутину ненасытного паука. «Твоему дружочку скучно, составь ему компанию». — заигрывающе говаривал дьявол в образе подростка. Накатывающая паника и попытки торопливо вскрыть замок приводили только к тому, что всё валилось из подрагивающих рук. И тут Чеснока схватили и опрокинули лицом к полу. Чуть позже с него спустили штаны. Ещё чуть позже в его анальное отверстие вторгся внушительный посторонний предмет, для которого оно не предназначено. У Витьки аж слезы потекли от боли и унижения. Не для этого он рос и быдлел, чтоб какой-то сопляк его драл у себя в прихожей. Да ещё и с его корешем в брюхе, который тоже не для этого рос и быдлел. Хотя если посмотреть с точки зрения их погонял, то тогда всё в порядке. Карась с чесночком, ммм, Чеснок бы сейчас не отказался. Он уже морально выпилился, когда сопляк перевернул мужчину на спину и, водрузив на него Карася в своём пузе, продолжил толкаться в Витьку. Тот, сам не зная почему, ухватился за наполненный живот, и почему принялся его поглаживать. О, мальчишка был очень доволен инициативой своей добычи и снова застонал от удовольствия. Постанывать, неожиданно для себя, начал и Чеснок. Так обычно постанывали его бабы, а теперь он сам, под подростком. Есть ли ещё предел унижению? Есть, ведь шкет с диким рёвом полностью разрядился в мужчину, что тот почувствовал какое-то давление в животе. — Твой приятель там уже заждался, — парень обошёл пребывающего в прострации Чеснока и взял его за плечи. — У меня всем места хватит. После того как парень проглотил голову мужчины, Чеснок короткое время путешествовал в темноте по плотному тоннелю, пока его голова снова не стала свободной. — Это ещё чё за хуйня?! — в абсолютной тьме Витька услышал нытьё Карася. — Это я. — подал Витька голос. — Чеснок? — Лёха, походу, не верил своим ушам и принялся ощупывать вылезшую из прохода голову, — Тебя тоже? — Да, этот выблядок меня отымел. — Меня тоже. — Зараза. Постепенно Чеснок весь попал в желудок шкета. Двум взрослым людям тут было тесновато, да ещё их постоянно прижимало друг к другу. — Карась, ты че, голый?! — спросил Чеснок, когда уже почти освоился, а также общупал своего приятеля. — Прикинь. Позже последовала качка, после более ритмичные скачки, ещё немного покачивания и в конце желудок повернулся на бок. Недограбителям пришлось снова перемещаться, чтобы улечься поудобнее. — Раз уж это финиш, то перед кончиной я хочу попробовать то, на что никогда бы не решился там, снаружи. — заговорчески выдал Карась. — И что же это? Ответом на это послужило ощущение чужих рук на промежности Чеснока. — Совсем ёбу дал?! — резко вскрикнул Чеснок, когда руки забрались ему в штаны и принялись стимулировать. — А что ты теряешь, гордость свою, как жизнь считай уже потерял, перед смертью не надышишься.       В реальном же мире, после того как шкет совершил последний глоток Чеснока, он наблюдал как растёт его живот, вмещая двух взрослых людей. Такого эффекта не было когда он проглотил двух пятиклашек, или когда у него в желудке были Жанна и Рома. Ох, они там двигаются, перемещаются в обволакивающей их темноте, чтобы поудобнее расположиться. Но они не борются. Пока Карась там был один, он пытался бить по животу, толкаться и пинаться, но теперь они вдвоём там улеглись друг на дружке и всё. Ну и бес с ними, когда начнут перевариваться снова оживятся. А пока он нёс свой массивный, набитый живот к лестнице, затем поднял его по ступеням, донёс до кровати и лёг на спину, возвышая над собой огромное, наполненное двумя половозрелыми мужчинами подростковое чрево. Мальчик ещё какое-то время, поглаживая себя, наслаждался собой и интересной активностью внутри, пока всё же не начал переваривать свою добычу. Полиция отреагировала и приехала только на следующий день. К этому времени от незадачливых грабителей остался небольшая жировая выпуклость на подтянутом животе.