И бабочки сгорят

Оглушительный грохот начинает звучать совсем внезапно, будто раскалывая голову на две части. Что это? Пожарная тревога? Конец света? Может, если подождать, оно утихнет само? Не стихает. Код наощупь отыскивает разрывающийся телефон и, находясь ещё где-то не в реальном мире, отвечает на звонок. — Тин! — радостный писк из трубки, ударяя по мозгам ещё сильнее. — Креми? — сонно бормочет он, с трудом разбирая голос сестры. — Передай месье Тонгу самое огромное спасибо! — продолжает визжать она. — За что? — с недоумением. Голова всё ещё отказывается переваривать происходящее. — Меня пригласили на работу в одно из лучших агентств Европы. Сказали, что им понравилось моё портфолио, и они рассчитывают на сотрудничество, — счастливо делится Креми. — Я так рада, ты не представляешь! Спасибо тебе, Тин. Ты у меня самый лучший… Потерев слипшиеся глаза, Код приподнимается на локтях, бросая взгляд на пустую подушку рядом с собой. — Конечно, я передам ему. — А ты что, дома не ночевал? — с удивлением догадывается сестра. — Я думала, ты уже ушёл, а тебя даже не было? — А… Извилины крутятся настолько быстро, насколько могут. Это первый раз за все годы в Париже, когда Код ночевал не в своей кровати. Креми же поверит, что у него наконец-то появились здесь друзья? — Да я у одногруппника остался, — врёт, потому что в вечеринку селебрити и влюблённого в него Джеффа Сатура она не поверит, даже если бы можно было об этом ей рассказать. — У него день рождения вчера был, позвал, отметили. Я уже собираюсь домой. — О, правда? — повелась. — Ты не торопись, я всё равно сейчас поеду на встречу с директором. — Хорошо, удачи. Люблю тебя, — шепчет. — И я тебя, Тин! Телефон отбрасывается куда-то в складки одеяла, и Код обратно сваливается на подушку. Господи, он лежит в постели Джеффа Сатура. Вчерашний вечер кажется сном или видением, придумкой собственной фантазии. Чем-то нереалистичным. Голова гудит от выпитого алкоголя и не совсем мягкого пробуждения, так что вполне возможно, что ничего и не было. И эта комната с приоткрытым балконом, откуда веет нежный июльский ветер, и этот крышесносный запах горького миндаля и бергамота на подушках — всё ведь просто кажется? Код накрывается одеялом с головой, краснея до самых ушей. Ну нет, это же всё на самом деле. Сердце так странно бьётся от самой настоящей любви, а губы всё ещё помнят ненасытные поцелуи. В коридоре тихо. Код осторожно ступает по полу, в поиске бессовестно бросившего его одного Сатура. Квартира Джеффа больше напоминает музей. Одно сплошное искусство. Картины на молочных стенах явно не копии. Код задерживается на одной из них, рассматривая масляные мазки. Невероятно. Веет тонким ароматом чего-то жареного. Едва слышные шорохи и неразборчивое, но приятное пение. Заглянув на кухню, Код находит свою потеряшку, увлеченного готовкой. — Джефф… — зовёт несмело. Тот от неожиданности вздрагивает и поворачивается. С такой любовью на него не смотрели ещё никогда. — Солнышко моё проснулось, — настолько ласково, что пробирает до самого сердца. До ужаса неловко. Вспоминая вчерашние откровения в объятиях друг друга со жгучими слезами на глазах, сейчас стоять здесь вот так слишком странно. Так и замирает в проходе, не решаясь пошевелиться. Джефф суетливо выдавливает таблетку из блистера и наливает стакан воды, пихая Коду. — Вот, детка, выпей. Должно стать легче. У него на лице написано, что черепную коробку будто дрелью сверлят, или Джефф сам догадался? В любом случае, забота греет. Даже не просто греет — поджигает. Каждую бабочку до последней. Выпив, Код ставит опустевший стакан на стол и устало роняет голову на плечо Джеффа, смыкая руки у него на талии. — Спасибо, — чуть слышно. — Ну что ты, милый, — Сатур запускает пальцы во взлохмаченные пряди, приятно массируя кожу. — Не за что благодарить. — Нет, — твёрдо отрубает Код. — Я про Креми. Для нас это очень много значит. — Прекрати, — всё тем же тоном. — У нас же уговор. Ты помогаешь мне, а я тебе. Ладонь с головы перетекает на шею, скользит по позвоночнику и ниже, оставляя после себя россыпь мурашек. Так хорошо, и тело требует большего. Только Код мягко отстраняется и делает шаг назад. — Ты правда любишь меня? — со всей серьёзностью. — Почему ты сомневаешься? — обеспокоенно уточняет Джефф. — Просто, ну, — Код опускает взгляд в пол. — Неужели у тебя не нашлось вариантов лучше? Вокруг тебя столько красивых моделей. Ты ведь Джефф Сатур, а я… — А ты будущая звезда мира моды, — заканчивает вместо него. Он снова тянет его к себе, мазнув губами по щеке. — Ты особеннее всех их. И если ты всё ещё сомневаешься в моей искренности, я сделаю всё, чтобы доказать свои намерения насчёт тебя. Код, стыдливо улыбаясь, поднимает взгляд на Джеффа. Он видит всю правду в его глазах, и это так необычно, так непонятно. — Я просто не верю, что это на самом деле, и… Ну почему именно я? — вконец засмущавшись. — Потому что ты уникален, — без тени сомнения. — И мне не нужен кто-то другой. Смирись уже, что ты действительно понравился мне таким, какой есть, и не ищи в этом подвох. Джефф бережно обнимает его, прильнув к шее с поцелуем, а Код краснеет, всё ещё не веря. Никто не говорил ему таких слов раньше, и вот, наконец, он слышит это от своей первой, казавшейся такой бредовой, любви. — Не гонись за каким-то выдуманным идеалом. Будь собой, хорошо? — просит Джефф, гладя на щёку, он выглядит крайне обеспокоенным. — Я правда хочу, чтобы ты чувствовал себя комфортно со мной. Тело требует близости, голова просит ещё немного подумать, не останавливаясь на всей той пьяной влюблённой ерунде, которой он наговорил вчера. Сердце же просит позволить себе быть счастливым. Даже если потом будет больно, сейчас рискнуть и поверить этим клятвам. Крепко обняв за шею, Код зарывается носом в смоляные пряди, вдыхая тот чарующий запах из смеси миндаля и бергамота. Так сильно полюбившийся, ставший самой настоящей зависимостью. Уже не получится остановиться. С Джеффом хочется проводить всё время, говорить с ним, разделять все моменты, любить его. Быть всегда и никогда не расставаться. — Мы встречаемся? — как-то сомневаясь. — А ты хочешь сразу замуж? — шутливо спрашивает Джефф, отстраняясь. Когда-нибудь Код привыкнет к его юмору. Только Сатур вдруг становится чересчур серьёзен. — Пожалуйста, пусть это остаётся только между нами, — крайне настойчивая просьба. — Не рассказывай никому о нас. Ни сестре, ни друзьям. Так будет лучше. Ладно? Не велика цена. Код и не собирался сильно распыляться об этом. Косых взглядов просто из-за того, что он появился рядом со всеми любимым Джеффом Сатуром, хватило сполна. Житья не дадут, если узнают, что между ними есть что-то большее. А Креми вообще знать ничего не стоит. Однажды, конечно, придётся рассказать. Она про все эти приключения узнает в любом случае. А пока пусть все остаются в неведении, от кого в офис «Скай Фэшн» приходил букет подсолнухов для юного практиканта. Счастье ведь любит тишину? Он согласно кивает, и Джефф начинает медленно расплываться в улыбке, а потом неожиданно подхватывает под бёдра и усаживает на стол, устраиваясь между разведённых ног. Поймав его настрой, Код первый лезет целоваться. Сладко посасывает нижнюю губу, переходит на верхнюю. И всё не перестаёт улыбаться, выгибаясь от наслаждения в его руках. — Иди умойся и возвращайся завтракать, — Сатур отстраняется, вновь увлекаясь готовкой. Код, всё ещё дышащий тяжело, молчаливо соглашается и спрыгивает на пол. В ванной для него лежат свежее полотенце, зубная щётка. Не может не обратить внимание на количество уходовых средств — оно соответствует гладкости кожи Джеффа. Придётся врубаться во всё это и тоже сделать ежедневной рутиной. И за питанием начать следить… — Я не съем столько! — ужасается Код, увидев размер порций на столе. — Как это не съешь? — Джефф слишком аппетитно жуёт тост, смотря с непониманием. — Это слишком много, — бормочет растерянно. — Так, ты не выдумывай тут, — грозно. — Садись и ешь. Тут белки, жиры, углеводы, клетчатка, всё на месте. Белки, жиры, углеводы, клетчатка — яичница, тосты, лосось, какая-то каша, свежие овощи, сыр, круассаны и кофе. Нет, Код, конечно, может это всё умять, но пора бы начать следить за собой. Джефф не поймёт. Он же создаёт шедевры, а не демонстрирует их. — Не вынуждай меня с ложечки тебя кормить, — поступает предупреждение, когда Код не очень уверенно откусывает выпечку. Сдаётся под напором Джеффа. Да и ест он слишком вкусно, чтобы не захотеть тоже. А ещё старался ведь, для него готовил. Всё такое свежее и ароматное. Как можно не доесть? Просто на будущее будет знать, что с Джеффом трапезу лучше не разделять. — Мне нужно поработать и съездить по делам, — говорит Сатур после завтрака. — Посидишь со мной немного, а потом я отвезу тебя домой, ладно? — Конечно, — никогда Код не откажется от дополнительных минут с ним. Приятно просто сидеть рядом и наблюдать. Узнавать ещё больше его сторон. Джефф сосредоточен, что-то делает в ноутбуке, но не забывает, одной рукой печатая, второй гладить закинутые на него ноги. Код видит в этом мечту — его любовь с до ужаса важным видом делает какие-то свои важные дела, пока он, развалившись рядом на диване, молчаливо любуется им и тает под касаниями сильных рук. Приходится потесниться — к ним присоединяется один из пушистых обитателей квартиры, запрыгивая Коду прямо на грудь. Кот вальяжно вышагивает, переползает на колени к своему хозяину и настойчиво трётся об его руку. — Ты сытый, не ври, — бросает Джефф, не отрываясь от работы. Явно недовольный ответом кот возвращается к Коду, так же упрямо потираясь об него. — И он тебя кормить не будет, успокойся. Морда становится ещё недовольнее. Что-то обиженно мяукнув, оскорблённый зверь с самым разъярённым видом выбегает в коридор. — Ну зачем ты так с ним? — смеясь, спрашивает Код. — Он очень наглый и вечно голодный, — Джефф откладывает ноутбук и накрывает рукой его колено. — Утром этот пушистый говнюк замял больше тебя, так что пусть не придуривается. Я не поверю в его голодный обморок. Пальцы невзначай ползут всё выше, и Код вдруг подрывается с дивана. На растерянность отвечает: — Мне жаль маленького. Пойду угощу его. И сбегает вслед за котом. Обиженное животное ожидаемо находится на кухне, демонстративно сидящим около пустых мисок. Увидев последнюю надежду на спасение от голодной смерти, жёлтые глаза загораются восторгом. С завтрака осталось ещё много лосося, который Код находит в холодильнике. Кот нетерпеливо вертится вокруг него, когда наконец получает самый жирный кусок рыбы и сбегает поедать добычу в укромное место. Код не без улыбки наблюдает за размером счастья смешно удирающего с лососем в зубах меховым колобком. Пожалуй, это лучшее утро за всю его жизнь. До того беззаботное и радостное, с кипящей внутри любовью. Внимание привлекает блокнот на подоконнике. Код не имеет привычку шариться по чужим вещам, но тут любопытство совсем слетает с катушек и тянет взять в руки. Обычная чёрная кожаная обложка, аккуратные углы. Шедевры внутри. В эскизах быстро узнаются наряды с последнего показа Сатурн. И даже в безликих манекенах на рисунках проглядываются черты моделей, демонстрировавших образы. Джефф создаёт наряды индивидуально, вдохновляясь самим человеком. Разглядеть среди рисунков себя становится удивительно. Это определённо он. Такой же безликий, без конкретных черт, но точно он. В нарядах, ещё не вышедших в свет. Весь в сияющих кристаллах, в чём-то неописуемо красивом, изящном. Роскошном. — Любопытный мышонок, — ухо обжигает шёпотом. Блокнот вырывают из рук раньше, чем Код от страха успевает его выронить. Джефф подошёл так тихо, что услышать было невозможно. — Я… — он стыдливо отводит взгляд. — Прости, мне не стоило. — Тебе можно, детка. Не извиняйся, — в глазах привычная хитрость. — Просто это всего лишь черновики. Мне бы хотелось впечатлить тебя уже готовой работой. — Ты меня достаточно впечатлил, — совершенно честно. — Это очень… вау. Джефф любовно оглаживает его по щеке и за ухом. Ему приятно это слышать. — Я закончил. Пошли, отвезу тебя домой. Расставаться так сильно не хочется. Код наслаждается каждой секундой рядом с ним перед разлукой. Почему-то за прошедшую ночь и утро он привязался ещё сильнее, да так сильно, что расставание хотя бы на день грозит неминуемой тоской. Машина останавливается около дома. Код подвисает, задерживая взгляд на выточенном профиле, проникаясь лёгкой грустью. Джефф вообще ни разу не расстроен, а наоборот — от счастья аж сияет. — Какие планы на вечер? — наконец спрашивает он. — Никаких, — заинтригованно отвечает Код, моментально веселея. — Тогда я заеду за тобой в девять. — Ответственные за показ снова хотят на меня посмотреть? — игриво уточняет. — Нет, что за чушь? — Джефф хмурит брови. — Мы пойдём на свидание. Салон наполняется заливистым смехом. Какой же он всё-таки… — Тогда до вечера, — бросает на прощание Код, собираясь выйти из машины, но его вдруг останавливают. — Баркод! — с неожиданной суровостью. Он с непониманием смотрит на Джеффа. — Ты кое-что забыл. Сатур в ожидании подставляет щёку. Глаза Код закатывает просто для вида. Тянется, чтобы поцеловать, он с удовольствием, только Джефф играет не по правилам и резко поворачивается, от чего поцелуй прилетает прямо в губы. — Вот теперь до вечера, — чёртов плут. Он намного влюблённее, чем думает. Ему нравится, что все мысли заполнены только одним человеком. На губах всё ещё горит тот игривый поцелуй, а в голове на повторе звучит «До вечера». Увидеть дома сестру Код не ожидал. Креми вылетает к порогу с до того ехидным лицом, что за секунду в голове успевает пронестись тысячи причин её лыбы. — Ну тачка у твоего одногруппника конечно роскошная! Вот же блин. — Ты почему дома? — Код быстро сворачивает на другую тему. — А я уже вернулась, — за секунду вся лукавость превращается в непередаваемый восторг. — Тин, меня берут! Ты представляешь? Я подписала с ними контракт! — Поздравляю, Креми, — тепло произносит он. Путь к этому дню был слишком длинный, и слишком много сил ушло. Код искренне рад за сестру. Пусть и немного нечестно, но другого выхода не было. Иначе здесь редко выходит пробиться. Она будет не единственной, за кого замолвили словечко. Уже выпал шанс убедиться. На радостях Креми готовит том ям, который обещала приготовить ещё давно. А Код на радостях его съедает, совсем позабыв, что недавно плотно позавтракал. Про количество калорий в этой порции вспоминает только после окончания трапезы, твёрдо решив — на сегодня это последний приём пищи. Главное, чтобы вечером Джефф не решил потащить его в очередной ресторан с миллиардом звёзд Мишлен. Необычно понимать, что он идёт на настоящее свидание. В прошлый раз проведённое время вместе Джефф обозначил иначе, а сейчас сам прямо сказал — это свидание, поэтому можно засчитать как его первый раз? Так волнительно и необычно. В свои почти двадцать Код ни разу не держался ни с кем за ручку, не ходил в кино на последний ряд и тем более не целовался. И вот появляется в его жизни эксцентричный дизайнер, который начинает всё чётко по списочку у него отбирать — первый поцелуй, первое свидание, первый… Ближе к вечеру, помимо дилеммы что ему надеть, Код обнаруживает ещё одну. Креми. Эта любопытная коза точно решит понаблюдать, куда собрался её дорогой младший брат-домосед в столь поздний час. Снова увидит под окном ту роскошную тачку «одногруппника» и начнёт задавать много-много ненужных вопросов. Может, попросить Джеффа припарковаться где-нибудь подальше от их окон? Ну а Креми сказать, что хочет прогуляться немного, погода же хорошая, чего дома сидеть? Только вот она сама решает этот вопрос. — Ты куда так наряжаешься? — удивляется Код, увидев, как сестра в своём самом лучшем платье вертится перед зеркалом. На лице аккуратный вечерний макияж, а волосы струятся пышными локонами. — А… — мелькает замешательство. — Да прогуляться. Погода отличная. Чего дома сидеть? Креми быстренько заканчивает поправлять макияж, подхватывает сумочку и так же в спешке надевает туфли на шпильке. — Ложись спать, не жди меня! — кидает она напоследок, уже выбежав за дверь. — Пока-пока! Странное, конечно, дело. Она, наверное, и не догадывается, что Код собирался использовать её слова как отмазку. Но Креми сделала это раньше. Видимо, у них один мозг на двоих. Впрочем, она уже большая девочка. Нет причин переживать. Но Код всё равно невзначай устраивается около окна, просто понаблюдать за закатным солнцем, а не своей сестрёнкой, суетливо запрыгивающей в не менее роскошный автомобиль, чем тот, на котором возвращался он сам. Через несколько минут подобный приезжает и за ним, а следом на телефон приходит короткое сообщение «Выбегай, лисёнок». И фиолетовое сердечко на конце. — Я соскучился, — говорит Сатур сразу, как только Код садится к нему в машину. — Мы сколько не виделись? Часов восемь? — посмеивается он, коротко чмокнув в губы. — Без тебя каждая минута ощущается как вечность, детка. Его флирт — смертельное оружие. Код когда-нибудь точно умрёт от него. — Куда едем? — интерес овладевает. Джефф выруливает со двора на дорогу, только загадочно улыбаясь. — Увидишь. Машина на высоких скоростях мчится по улицам Парижа, поросшим вечерней суетой. Дома переливаются блеском фонарей. Бесчисленное количество людей, выбравшихся на променад. А они уносятся всё дальше, оставляя кипящие бульвары позади. Джефф подпевает играющей песне, одной рукой ловко выкручивая руль, а второй поглаживая бёдра своего пассажира. Подхватив, Код целиком окунается в беззаботность и напевает строчки с ним дуэтом. Жизнь ощущается иначе. Время идёт своим чередом, но они не чувствуют ни одной секунды, полностью погружённые в свой мир. Становится уже ну совсем интересно и местами даже непонятно, когда автомобиль выезжает за пределы Парижа. Солнце почти ушло за горизонт, погружая улицы в темноту. Они едут всё дальше прямиком в эту темноту. Вариант с рестораном отменяется сразу, потому что вряд ли в этих дебрях сейчас через несколько метров у обочины образуется люксовое заведение. Хочется бросить в шутку или уже, наверное, всерьёз спросить, не собирается ли Джефф вывести его в лес и убить, когда он съезжает в свороток по не самой ровной дороге. Молчит. Ждёт. — Природу не любишь? — интересуется Джефф, заметив его обеспокоенный вид. — Люблю, просто такой вариант не рассматривал, — Код старается улыбнуться. Умеет всё-таки удивлять. Это лучше банального кино или кафе. Он выбегает на улицу, как только машина останавливается. Вокруг царит глубокая тишина, прерываемая лишь журчанием Сены, бегущей куда-то вдаль. Приближающаяся ночь обволакивает всё вокруг. Вдали виднеются огоньки города, но на берегу полная темнота. В ней есть некая магия, романтика. Луна, засевшая на куполе ночного неба, освещает речную гладь, а тысячи маленьких звёзд отражаются в ней как в зеркале. По берегу пробегает прохладный ветер, напоминая об окончания дня. Он касается лица и оголённых рук, словно тянет окунуться в эту магическую среду. И Код так легко поддаётся. — Красиво, — шепчет совершенно зачарованно. — Ну ты конечно не по погоде у меня совсем одет, — с досадой произносит Джефф. На плечи опускается куртка. Код оборачивается и смотрит на него, оставшегося в одной футболке. — А ты? — обеспокоенно. — А меня любовь твоя греет, котёнок. Код прикрывает глаза и прячет лицо у него в изгибе шеи, обнимая за торс. Ни на секунду не перестаёт улыбаться. Здесь прохладнее, чем в городе. Теперь придётся переживать. Из-за того, что ему не хватило ума на ночь глядя одеться потеплее, Джефф будет мёрзнуть. Успокаивая, Сатур открывает заднюю дверь машины и достаёт оттуда два пледа. Один стелет на траву, а второй кидает рядом. В руках два бокала и бутылка вина. Джефф опускается на плед, приглашая присоединиться. Пусть это самое первое свидание в жизни, но наваливаясь спиной на его грудь и ощущая жаркое дыхание у себя на шее, Код точно знает, что оно будет самое лучшее. Тепло. И не от пледа, которым Джефф укрывает ему ноги. Действительно от любви. — Ты же за рулём, — напоминает Код, наблюдая, как по бокалам разливается красное вино. — Чш-ш, я чуть-чуть, ничего не случится. Ты опьяняешь меня куда больше вина. Умиротворение. Плеск воды. Тихий голос ветра. Мерцание бесконечной россыпи звёзд над головой, подобных горящим искрам. Стук двух сердец. Момент, что засядет в памяти на всю жизнь. Время в этом месте словно остановилось. Нет ничего, кроме наслаждения друг другом. Поцелуи на щеках и шее такие невинные, но кожа всё равно горит от них настоящим пламенем. Внутри горит всё точно так же. Чёртов пожар. Код готов плакать от собственного счастья. Повезло ведь так влюбиться. — Хорошо… — шепчет как в бреду, зачарованно глядя на плескающееся по прозрачным стенкам вино. — Я люблю тебя. Так необычно. Код даже не сразу понимает, что цепляет слух. Слышать родной язык почти отвык. С Креми они между собой начали общаться на французском ещё до переезда, чтобы больше практиковаться. Новости по телевизору, сериалы, лента в твиттере — всё на французском. Вспоминать тайский приходится только на созвонах с родителями, с которыми поговорить выходит крайне редко из-за разницы в пять часов. — Откуда ты знаешь тайский? — наконец-то задаёт вопрос, мучавший с первой встречи. — Я родился в Бангкоке, — чего точно не ожидал услышать. — Моя мама тайка, а отец француз. У него здесь бизнес, поэтому мы переехали, когда мне было пять. — Я никогда не слышал об этом, — вот правда, сколько ни искал в интернете информацию про эпатажного Джеффа Сатура, ничего подобного не находил. — Не люблю говорить о своём прошлом, — объясняет Джефф. — Настоящее намного интереснее и счастливее. — Не боишься, что я сдам тебя? — Код усмехается. — Перед тобой, вообще-то, сотрудник журнала «Скай Фэшн»! — О, ты так не сделаешь, — по носу прилетает шутливый щелчок. — Да я и не скрываю. Просто не люблю говорить. Помолчав, Код делает глоток вина и поудобнее устраивается в объятиях. — Расскажешь мне о своей семье? — Ну, — Джефф задумывается. — С Джесси ты уже знаком. Он отличный художник, некоторые его работы даже висят на выставках. Есть ещё две сестры — Айви и Грейс. Айви занимается балетом, недавно дослужилась до примы. — Ого! — Код не сдерживает восхищение. — А Грейс папина дочка, — смешок. — Единственная из нас решила бизнесом заняться. — Вы все такие молодцы. — Нам просто дали свободу в выборе, и мы стали теми, кем хотели. Твоя сестра тоже огромная молодец. У неё впечатляющее портфолио. — Да, мне даже как-то стыдно перед ней… — О, детка, брось, — Джефф целует его в висок. — Креми обязательно получит то, что заслужила. А ты, если так будет легче, можешь считать, что я просто нагло пользуюсь твоей красотой. Код смеется, чувствуя себя более расслабленным и комфортным в общении с ним. Впервые так легко с человеком. Радостно. — Но серьезно, — продолжает Джефф. — Ты очень талантливый и умный. Я горжусь тобой. Уверен, ты с лёгкостью сможешь стать кем угодно, если тебе не понравится в моделинге. Снова повисает вечерняя тишина, и Код вдруг понимает, что вся магия этого места заключена в человеке, с которым он делит время здесь. Всё в жизни теперь такое сказочное и прекрасное благодаря ему. Он сможет добиться чего угодно благодаря любви, всесильной и окрыляющей. Залпом допив вино, Код скидывает с себя плед, разворачивается и обнимает Джеффа за шею. Чувства переполняют. До слёз, до сорванного голоса, до полыхающих бабочек внутри. — И я люблю тебя, Пи'Джефф. Улыбки сливаются в поцелуй. Холодные руки жгут поясницу, заводя до предела. Так вкусно, несдержанно. Кажется, будто с каждой секундой они становятся всё влюблённее. Пожалуй, так оно и есть. Код не чувствует, что у этого пожара есть предел. Джефф никогда не даст ему погаснуть. Бабочки никогда не сгорят.