Завтрак в "Берёзке"

— Интересно, можно ли снять ретеллинг "Завтрака у Тиффани" в антураже русреала, — неожиданно сказала Ольга. Они ужинали. Точнее, ужинал Максим. Ольга сидела рядом и, подперев щёку рукой, от нечего делать переключала каналы телевизора, работающего с выключенным звуком. Было скучно. От скуки, наверное, она и сказала, что сказала. — Это невозможно, — ответил Макс, немного подумав и прожевав салат. — Не потому, что здесь снимать не умеют. Это просто невозможно. Никак невозможно. — Пааачиииимууу же? — протянула Ольга, пытаясь, наверное, пошутить. Или повернуть разговор к киноуспехам её городка. Или наоборот, не поворачивать разговор к ним. Этого Максим не понял. — Даже не в персонажах дело, — задумчиво и слегка растерянно сказал он. — Такие типы есть везде и всегда. Я вполне верю, что в Москве девяностых могла тусоваться подобная колоритная компания с настолько же колоритной эскортницей. Для примера, понятно, но я с трудом могу представить бренд вместо Тиффани. Чтобы не ушёл колорит, и чтобы завтрак у Тиффани в российской атмосфере воспринимался бы так же, как в оригинале. Не в самом бренде дело даже, а в том, как этот "завтрак у Тиффани" раскрывает... Да всех, пожалуй, — Максим, доев салат, отодвинул вилку. — В атмосферу России такого, пожалуй, не найти. Или я слишком глуп, чтобы подобрать местный аналог Тиффани. — Завтрак у МММ, — Ольга усмехнулась. — Нет, МММ тогда знали, наверное, все, даже те, кто от него не пострадал. Кашпировского тоже знали все, Чумака, Джуну, — Максим усмехнулся Ольге в ответ. — Ну и прочий временной колорит. — Спирт "Royal" — Ольга фыркнула и, наконец, выключила телевизор. — Ого, какие познания. Думал, мимо прошло, — сдержанно сказал Максим и собрал посуду со стола, поставив её в мойку. — Тебе лет было мало в те годы. — Но такое не забыть, наверное. Мы с сестрой не забыли, например. Папе одно время зарплату бартером платили, в той зарплате этот рояль и был. Я его крокодилом звала, — пояснила Ольга. — Бутылки же зелёные. — Забавно... "Крокодил"... — Максим задумался, но, словно спохватившись, тут же продолжил: — Да, колорит девяностых, но ты ведь понимаешь, это всё — не элитные бренды, а жизнь тогдашняя. А "Тиффани"... — Да поняла я, — Ольга успокаивающе кивнула. — Наверное, в русреале девяностых "Тиффани" с таким символизмом быть не может, — и тут же исправилась. — Не могло. Девяностые отдельная категория всё-таки. Скорее СССР сюда. И... не знаю, завтрак в "Берёзке"? — Мне нравится, — согласился Максим. — И золотая молодёжь тогда была вполне подходящая. На СССР ретеллинг ляжет лучше, чем на девяностые. — Ну да, — Ольга отошла к холодильнику. — И юг США в некоторых вещах мало отличен от колхозов. Не средняя полоса правда, но всё-таки. — Шутишь? — Отчасти, — Ольга достала из холодильника пачку мороженого. — О колхозах знаю мало, как и о юге США, но знаю, в своё время он был не промышленным, а аграрным. Хотя могу ошибаться. Историю США в своё время учила по "Унесённым ветром". Чего, кстати, не стыжусь и не скрываю, — торжественно объявила она и шутливо развела руками, чуть не уронив мороженое на пол. — И почему же? — поддержал её тон Максим. — Выросла, наверное, — совершенно серьёзно ответила Ольга. — Раньше казнилась, если чего-то не знала и казнила за незнание окружающих, теперь выросла и обленилась. А зачем ты... — Мы, — исправил её Максим. — Не знаю, зачем мы говорим об этом, — признался он. — И так серьёзно. — Мы понимаем, никто из нас не Капоте. Вот и всё, — просто сказала Ольга. — Увы. Потому и серьёзный у обоих тон.