Скорпион в янтаре.

Гита растерянно смотрела на сестру. — Я знала, что ты практикуешься в Смоляном заклинании! — снова повторила Алонса. — Но ради тебя я вела от твоего имени дневник Ухода за магическим животными. Возьми его, а твой дневник я спрячу в надежном месте. — Почему ты так заботишься обо мне? — спросила Гита. — Хотя с одной стороны, твое поведение средней сестры понятно: ты выступаешь посредницей между мной и Кориллой. С другой стороны, твоя забота выглядит подозрительной. Ведь из-за тебя отец заточил меня в башню. Если бы ты не выдала бы меня тогда, он ни за что бы на свете не узнал, что я владею Смоляным заклинанием. И сейчас, ты не можешь мне пообещать, что ты не отдашь ему мой дневник. На все справедливые обвинения сестры Алонса ответила спокойно: — Отец просватал тебя за Натаниэля Кабра, и на днях он приведёт твоего жениха сюда, чтобы вы познакомились. Поэтому тебе лучше отдать свой дневник, чтобы отец его случайно не обнаружил, а потом я его тебе верну. — Но я не хочу замуж ни за Натаниэля Кабра, ни за кого-либо другого. Может быть я мечтаю уехать в другой параллельный мир, где никто не знает про Высокое предназначение Кабров, и смогу там практиковать Смоляное заклинание. Алонса лишь многозначительно улыбнулась словам младшей сестры. Никто не должен был знать, что они с Натаниэлем обо всем договорились. В назначенный день Камилл Кабр с женой и детьми радушно встретили Натаниэля. После легкого завтрака и непринужденной беседы, все направились в башню. Гита в нарядном платье и со взрослой прической приветствовала гостей на пороге и провела их по своим владениям, познакомив с магическими питомцами. Она продемонстрировала хорошие манеры, проявив почтение к родителям, братьям и сестрам. Она для каждого нашла нужные слова. Родители официально представили ей будущего мужа, после чего Гита и Натаниэль продолжили беседу в присутствии Ирэны и Алонсы. Камилл же занялся изучением вопроса, который так долго его терзал. Он, бегло осмотрев всё вокруг, убедился, что в покоях младшей дочери нет никаких свидетельств применения Смоляного заклинания. Он не знал, что накануне Гита и Алонса всю ночь трудились, чтобы скрыть следы магических опытов затворницы. На столе Камилл заметил дневник Ухода за Магическими животными и, взяв его в руки, с жадностью погрузился в его содержимое. Прочитанное настолько поразило его, что он стал проявлять необычную для себя эмоциональность: он дергал за рукава одежды и пытался зачитывать отрывки вслух всем, кто готов был его слушать. Самым внимательным собеседником оказался Сид, который с трудом сдерживал смех. Младшие дети были поглощены разглядыванием магических животных. Корилла скучала, а Гедеон заснул в кресле. Натаниэль был настолько поглощен беседой с Гитой и Алонсой, что не обратил внимания на призывы отца девушек восхититься магическими талантами его потенциальной невесты. Ничего не добившись от будущего зятя, Камилл вцепился в стоящего рядом члена семьи, и стал взахлеб хвастаться успехами дочери. И только заметив удивленные глаза жены, он понял, что может быть впервые за много лет им есть, о чем поговорить. Но вместо того, чтобы продолжить разговор с Ирэной, Камилл отшатнулся от нее и замолчал. Раздраженный тем, что на него мало кто обращал внимание, глава рода напомнил собравшимся, что они пришли сюда не ради светских развлечений, а, чтобы объявить о будущей свадьбе Натаниэля и Гиты. — Дорогой Натаниэль, я рад, что ты уже нашел хорошую собеседницу в лице Гиты, твоей невесты. Моя младшая дочь — прекрасный специалист по уходу за магическими животными, станет прекрасной женой для тебя. — Милый мой Камилл, ты выглядишь глупо в своей напыщенности. Ты представляешь мне Гиту как незнакомку, хотя я знаю твою младшую дочь с пеленок. И если ты, действительно видишь во мне будущего родственника, то престань быть таким занудно официальным. Камилл рассердился, но виду не подал. Он решил предоставить будущему зятю главную роль. — Натаниэль, сегодня у нашего рода большой праздник: ты обручишься с моей младшей дочерью, а когда она достигнет совершеннолетия, вы поженитесь. — Камилл, я согласен, что Гита прелестный ребенок, но она слишком мала даже для моей обрученной невесты. Я давно уже сердцем и умом выбрал Алонсу. — Эту чокнутую?! — от возмущения глава рода потерял лицо. — Моя средняя дочь никогда не выйдет замуж, потому что должна помогать матери и младшим детям. Ведь если все дочери выйдут замуж, а я не сомневаюсь, что Ирэн сможет мне родить еще сыновей, то кто будет о них заботится. — Алонсе плохо в твоем доме, — Натаниэль произнес эти слова с такой интонацией, что даже Гита заподозрила в них скрытый смысл. Ведь в семействе Кабров никто никогда не обсуждал, почему Камилл так неласков с младшими дочерями. — Но она никогда не жаловалась и не могла пожаловаться на плохое обращение. У Алонсы всегда были кров, еда, одежда и лекарства во время болезни такого же качества и в таких же пропорциях, как и у остальных братьев и сестер. — Но ты и Ирэна мало разговаривали с ней, не замечая того, что к ней нужен другой подход. — В моей семье не принято много говорить, потому что мой девиз: «Меньше слов, больше дел». Именно делами и заботой друг о друге мы показываем любовь и уважение к друг другу. И чтобы прекратить наш бессмысленный спор, я тебе предлагаю сделать правильный выбор. Либо ты берешь в жены Гиту и получаешь мое благословение и богатое приданое, либо забираешь Алонсу без благословения и без денег. — Отлично! Ты можешь подавиться своим богатством! — воскликнул в сердцах Натаниэль. — У меня денег еще больше, чем у тебя, и Алонсе их хватит надолго даже после моей смерти. Я ухожу вместе с ней прямо сейчас и больше никогда не переступлю порог этого дома. С этими словами он взял Алонсу за руку, и они направились к выходу. — Будь ты проклят, Натаниэль Кабр, будь ты проклят! Ты женишься на сумасшедшей и тебя не примут ни в одном доме ни в Сидонии, ни в любом другом из параллельных миров. — Мне всё равно, — донесся крик Натаниэля откуда-то издалека.