Герои и злодеи: путь в небо

~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ Это что? Мне снова возиться с этим идиотом! Чёрт… С другой стороны, наличие кровати в том месте меня успокоило. Пора, наконец, с этим покончить. Я ткнула парня в бок, намекая что нам пора. Он проводил взглядом высокую фигуру в синем костюме и спросил: — Ты знаешь, куда нам надо? А можешь снова этот трюк провернуть, как в больнице? Косо взглянув на парня, я задумалась. А ведь в городе и правда так будет проще. Увы, по дороге к нему такое провернуть было негде, в землю уходить мало кому понравится. Мы вышли и я завела нас в пустынный переулок. Затем вплотную прижала парня к стене и пока он что-то бубнил про изнасилование, я распылила тень по всей поверхности наших тел. Мы погрузились во мрак. В этом мраке всё совсем иное. Лиц не видно, видно лишь очертания и людей и предметов, словно они нарисованы растёкшимися чернилами. Возможно, в какой то степени именно так я их видела всегда. Чтоб подопечный псих не упал, я твердо держала его за локоть. Мы шли по прямой. Тени бывают везде и долго идти не пришлось, мне просто надо было представить то место и тень на нём. Когда все четко проявилось перед внутренним взором, нас перенесло туда, и вот, мы уже стоим в коридоре, а напротив дверь нашего номера. Почему не на ресепшене? Не знаю, надоели эти люди. — Ну и крутая же ты! — воскликнул парень, видно, что он опять в обморок собрался. прилип к стенке и дышит тяжело, но бубнить не перестаёт, — а ключи-то есть? Закатив глаза, я вытянула руку со сжатым кулаком, ждала. Когда он протянул свою, разжала кулак, и в ладонь упал ключ. Моя причуда позволяет мне получать и брать в мире теней то, что я захочу. Этот мир уже давно перестал быть моим единственным. Я всегда жила в тени. Когда Кит открыл дверь, я вошла, осмотрела номер. От многочисленных скачков я чувствовала усталость, да и тащить его всю дорогу дорогого стоило. Видно из-за этого я не додумалась взять ключ от другого номера. Теперь придётся спать здесь, в надежде что он тоже сейчас отрубится. Глядя на него казалось, что он в принципе не переживёт эту ночь. Я распахнула дверь в спальню. Там лежали документы, таблетки и телефон. Ну хорошо, пусть спит здесь, а я облюбую диван. Скорее бы он уснул. Маска становилась тяжёлой… ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ Охх, и любит же эта девица красивые жесты… Зайдя в одноместный номер, я сразу увидел пакет на тумбочке в спальне, начал перебирать коробочки с лекарствами. Мдаа… Ни мексидола, ни сертралина, ни тиаприда… Ибупрофен и парацетамол. Прекрасно. Апатия сменилась злостью, я смахнул коробочки на пол, они разлетелись по углам, хоть бы амитриптилин положили! Блять. Я захотел разбить голову об стену. Какой тут этаж? Быстро пошел к окну, ооо, отлично, девятый, вроде, класс. Долго возился с ручкой, чёртова рама не хотела открываться, только откидывалась. Так. Оглянувшись в поисках, чем бы выбить стекло, с гарантией, я углядел пуфик. Отлично, подойдёт. Только поднять бы его. Подтащив тяжёлую мебель к окну я поднял его, очень хотелось погулять. И тут за спиной раздается смешок. Оказывается это девчонка в маске наблюдала за мной и легко отобрав пуфик, поставила его на место. — Да какого ты творишь? Убирайся отсюда! Ты свое дело сделала, денежки получишь, вали к чертям в свою преисподнюю! — заорал я. Не в силах больше смотреть на ее жуткую маску и фиолетовые огоньки в глазницах, я просмотрел вероятности, чтобы узнать, как бы заставить ее уйти, но, как всегда, ничего не было видно. Густые тени окружали стройное гибкое тело. Я вздохнул. Сел под окном, и… обнял её за ноги. Они были тёплыми. Глядя снизу вверх, сквозь спутанные волосы, я спросил тихо. — Слушай. Ты же получила деньги. Или получишь, не помню, дело решенное. Мне плохо, понимаешь, мне очень-очень, тыщу раз очень плохо. Уйди, в другой номер. Или… Тут меня мысль посетила, как раньше не додумался? Я неохотно отпустил её ножки, их ощущение у моей груди будило какое-то тёплое чувство, и решительно встав, пошёл в сторону коридора. ~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ С одной стороны — правда не моё дело. Но мне не нужны лишние проблемы, этот мужик в костюмчике, судя по всему, дорожит этим человеком, раз вытащил его из психушки. И явно появятся вопросы. Они мне не нужны. Он выглядел удручающе, когда уселся и приобнял меня. Меня такое действие не особо смутило, скорее заставило насторожиться. К чему тому бизнесмену такой полуживой? Он даже жить не хочет. Где гарантия что он не загнётся прямо на рабочем месте? Его просьбу уйти я проигнорировала, вот только. Куда это он? Я пошла за ним следом. Он быстро прошел по коридору, вышел в холл с панорамными окнами, одно было с ручкой. Он открыл его, быстро перекинул ноги через подоконник, и… ИДИОТ! Я подбежала и успела потянуть его назад, в итоге мы оба упали, я оказалась над ним. Глаз пылали яростью, и потихоньку материализовались когти. Как он мне надоел! Почему я должна с ним возиться?! Я громко зарычала сквозь маску. — Отпустииии меняяяя — пропел он на мотив детской песенки, — я никому не нууужен, а больше всех себеее. Я приподнялась, усаживаясь на него верхом, и что есть силы дала леща, громко зарычала на манер какого то монстра, приводя в чувство. ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ Удар обжёг огнем. Опять. Опять меня бьют и не дают делать, что я хочу. Как меня это достало. Я понимал, что это лекарства в моей крови и усталость и то, что ушастая разрушила мою жизнь, и… И то, что Ви бросила меня, и то, что я… То, что я не хочу быть. А почему я не хочу быть? Сквозь муть в голове пробилась здравая мысль, но безумие разорвало её в клочья, и я прошептал. — Оставь меня, молю. Я так одинок, я… Хотел спасти мир, а мир меня предал, и все издевались, и били, и трое суток на привязке, ты не представляешь, как это, когда даже в туалет сходить не можешь, и я… Они били меня и уколы эти, и столько унижений, ты просто… и санитары, я не могу больше, пойми НЕ МОГУ! Я смотрел в эти фиолетовые огни и, кажется, плакал. Мне было все равно. И у стали есть предел прочности. А я не сталь… ~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ Выслушав его полустон, полуплач я растерялась. Мне никогда не рассказывали о своих переживаниях. Со мной буквально просто никогда не разговаривали. Я и не знала что делать… Так, а что обычно делают нормальные люди, когда другие люди плачут? Ну. Я отсела подальше, на колени, потянула парня вверх, чтоб он привстал и взяла его руку в обе моих. И просто смотрела в серые мокрые глаза. Это поможет? Так понимается «рука помощи»? — Ччто ты? Что тебе надо? — бормотал он, не пытаясь высвободить руку, — Отпусти. Отпусти, пожалуйста. Я просто хотел счастья для всех… Без этих дурацких причуд. Все равны и счастливы. Вот ты, молчишь… Ненавидишь меня и молчишь. Ты, красивая и сильная, но… наверное, тоже несчастная. Ладно. Пойдём, может, после сна станет лучше. Он стал приподниматься, и я тоже встала. Пошатываясь, он вцепился в мою руку, как утопающий. Вроде помогла? Наверное? Так или иначе. А где гарантии что он не выпадет из окна, пока я сплю? Что, бессонная ночь впереди? Я успела толкнуть задвижки, закрывая проход в тартарары. Что мне теперь делать? Я не водилась раньше с шизиками. Чёрт. Я потянула назад свою руку, но он не хотел отпускать. Тогда я зарычала. Я не привыкла что меня так часто трогают. ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ — Слушай. — я дёрнул девушку на себя, от неожиданности она потеряла равновесие и оказалась очень близко, — Слушай. Я не знаю, почему ты молчишь, и не знаю, почему маски не снимаешь, но я… Есть один способ, чтоб я дожил до утра и более того, обещаю, что доеду до той лаборатории, сняв с тебя всякую ответственность. Но взамен окажи услугу. — Я приблизился к жуткой маске вплотную. И, кажется, заметил за фиолетовыми огнями человеческие глаза. ~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ Как такой дрыщь, еле стоящий на ногах смог меня вывести из равновесия? О чём он говорит? Если он не обманывает, в чём я не уверена, эти сутки станут последним беспокойным моментом. Однако мне не нравится что он пододвигается так близко… От каждого нарушения личного пространства я начинала рычать всё громче и громче. Но он словно не обращал внимания на мое рычание, вел себя так, будто ему это нравилось. — Проведи со мной ночь, — вдруг сказал он, — не как женщина с мужчиной. Просто рядом. Не бойся, у меня не встанет даже, просто, будь со мной. Без вот этого вот «Рррр» и колотушек. Я очень одинок. Все это время… Не знаю, два месяца или три… Другие люди только боль мне причиняли. Ненавидели. Презирали. Очень хочу быть рядом с тем, кто не вонзит нож в спину. Я стрёмный, конечно, тощий и урод, но я помоюсь, побреюсь, и не буду настолько противным. А взамен обещаю быть паинькой, и не пытаться покончить с собой… Выслушав его, я затихла. Где вероятность того, что он не врёт? Но что мне остаётся? Я тоже устала. Но мне не нравится что меня трогают. Так ещё и ночь провести с ним? Чёрт. Прорычав снова, уже не на него а в сторону, я медленно и тяжело кивнула. Если так подумать, принять ванну и мне было бы неплохо. Но думаю, потерплю в этот раз. Завтра всё закончится. ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ — Спасибо. Я побрёл обратно, держась за стену. Это крыло отеля было словно не заселено и темный коридор пугал меня тенями и тишиной. Ванная оказалась большой и со всем, что нужно, бритвой, гелем для душа и пеной для бритья, зубной щеткой и крем даже какой-то был... Руки дрожали. Я порезался несколько раз, отскребая щетину. В психушке брили санитары. А я лежал, распятый на каталке и мечтал, чтоб этот крепкий парень сквозь землю провалился со своим братцем-геем. Заклеив порезы бумажками, я постоял немного и полез под душ. Так тёр себя мочалкой, что казалось, кожа слезет. Я пах больницей. Под бледной кожей отчётливо виднелись вены и синяки. В кого я превратился? Жуть. Я вышел в халате, потёр мокрые волосы полотенцем. Наверное, тут есть мини-бар. И правда. Достал два бокала, глянул из-под полотенца на темный силуэт в кресле. — Что будешь? Виски, водка, джин, вино какое-то, белое и красное. Шампанское есть. Фанта, Спрайт, Швепс, Кола? ~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ Что ж, в прибранном виде он выглядел неплохо. Молодой парниша, высокий, хоть и тощий, волосы топорщились, глаза немного прояснились. И пропал этот мерзкий запах больницы. На его расспросы лишь молча покачала головой. Если я и пью, то точно не при ком-то, через маску пить неудобно и мне не хочется терять бдительность из-за алкоголя. ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ — Ладно. Тогда сразу в кроватку. — Я ушёл в спальню и, скинув халат, забрался под одеяло. Жаль, трусов сменных в этом отеле не предусмотрели. Мне уже было все равно, придет эта цаца или нет. Мое безумие утихло на время, и я был почти счастлив. ~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ Ну, что ж, на сегодня хватит. Я выключила свет и… О как прекрасна эта темнота… Когда я зашла в спальную комнату, он уже лежал под одеялом, на краю, повернувшись в сторону края. Я улеглись с другой стороны, не раздеваясь и не укрываясь, прикрыла глаза. — Обними меня, как Ромео Джульетту — вдруг раздалось в темноте. Вот ведь… Вредный. Я была в недоумении. Зачем ему это? Не боится что ли? Хотя, чего бояться мертвецу. Я через вздох повернулась и приобняла его. Какой всё-таки тощий. Я пододвинулась ближе. Что-то похожее на жалость возникло в груди, позвонки, казалось и через одеяло прощупывались. ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ Когда девушка прижалась ко мне, приобнимая, дрожь прокатилась по телу. Как тогда, в переулке, перед походом по теням. Мне страшно. Прикосновения других людей всегда приносили боль. Раньше не так было? Вспоминаю… Раньше вроде, было приятно. Возбуждающе иногда. Теперь даже ласка приносила боль. Я заставил себя лежать смирно. Сам просил. Старался не трястись, но сердце колотилось, словно ребра сломать решило. Я стал отвлекать себя от себя. Всегда помогало. Стал думать о ней. Маска больно упиралась в затылок. «Почему никогда не снимает? Неужто настолько страшная? Не может такого быть… — Слушай, — прошептал я, заставив себя развернуться лицом к девушке, — а сними маску. ~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ Я чувствовала как под слоем одеяла трясётся полуживое тельце, словно в судороге. Я уже начинала засыпать, отрешённая от происходящего, как вдруг он решил повернуться. Что? Снять? Он шутит? Да когда же ты спать пойдёшь! Я проигнорировала эту просьбу. Пусть лежит смирно. Мне так надоел этот день! Почему он что-то вечно от меня хочет? Ненормальный. Все всегда боялись меня, или заключали сделки, более не контактируя со мной. Почему ему это интересно? Зачем я ему? Точно псих. Усталость давала о себе знать и подрагивание глаз под тёмной пеленой маски становилось ощутимым. — Сними… Неудобно же, — продолжил ныть парень, — Ты вообще так себя ведёшь, будто прячешься ото всех. Тебя били? Обижали? Говорили, что уродина? Я начала очень тихо рычать, сил уже не было. Хватит говорить… Замолчи… Это явно не твоё дело, совершенно неизвестный мне человек!!! ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ Я услышал это вечное «ррр» Повторяется… Чего-нибудь новенькое выкинула бы. Полоса лунного света подкрадывалась к изголовью, высвечивая маску. Я судорожно вздохнул. — Я прав, значит? И то, и другое, и третье? Они ошибались, поверь. Выглядишь ты сногсшибательно. И волосы красивые… ~~~~~~~~~~~~~~~Тень~~~~~~~~~~~~~~~ Приоткрыв глаза, понимаю к чему он это сказал. Чёртов свет! Ну и ладно, пусть хоть этим останется доволен, и наконец отстанет от меня! Я развернулась от него в другую сторону. Как он мне надоел. Однако… От этих слов тело бросило в лёгкую дрожь… Он врёт, это неправда, пусть замолчит, он не знает меня. Не слушай… А он продолжал говорить своим низким, хрипловатым голосом, до самых глубин добиравшимся. — Ты была маленькая, слабая и одинокая… Родителей не было рядом, может, и вообще не было, а сверстники не упускали шанса поиздеваться. Каждое утро ты просыпалась с мыслью: «Сколько ещё синяков на теле и шрамов на сердце принесёт этот день?» А потом ты подросла и окончательно стала изгоем. Никто не хотел понять, посмотреть без ненависти и презрения. И ты стала сильной. Отгородилась ото всех костюмом, маской, когтями.Чужой страх лучше чем презрение. Но ты всё ещё боишься. Боишься показать свое лицо и вновь увидеть гримасу отвращения на лицах, услышать насмешки и оскорбления вслед… ЗАТКНИСЬ… ЗАТКНИСЬ… ЗАТКНИСЬ!!! Я развернулась и уселась сверху на него. Хотелось спать, но ярость всегда была одной из моих побуждающих к действию черт. Я что есть мочи зарычала на него сквозь полуоткрытые клыки маски. Как хотелось вонзить их прямо в его шею. Как хотелось услышать последний, предсмертный стон. ТОЛЬКО БЫ ОН ЗАТКНУЛСЯ! — Да почему же ты не говоришь, ты ведь не немая, вон как рычишь бодро! — воскликнул он, без малейшего страха на открытом лице, глядя своими запавшими глазами. Гнев… Смертоносный гнев прокатывался по всем сосудам, словно наркотик. Затуманивая разум. Затуманивая абсолютно всё, покрывая тёмной пеленой… Мраком… Тенью… Он хочет знать почему я молчу?! Хорошо. Я не возражаю. Я схватила его руку и придвинула к своей одежде в области шеи. Отодвинув ткань, я просунула туда его руку… Пусть узнает. Почему я ненавижу этот мир. ~~~~~~~~~~~~~~~Кит~~~~~~~~~~~~~~~ Я немного растерялся, она что хотела этим сказать? Воротник распахнулся, её рука прижала мою к горячей коже странного серебристо-серого цвета. На тонкой шее отчётливо бугрился длинный рваный шрам. — Охх… — выдохнул я… — ничего себе. Кто-то сильно хотел твоей смерти… Как ты выжила то… Вот, почему ты не говоришь. Не можешь просто. Горло перехватило, я раньше никогда не проникался сочувствием к кому-то. Но теперь мне стало очень жаль эту сильную, красивую и очень несчастную девушку. Заметил ещё шрам, под самым ухом. И ещё один начинался у выреза горловины и уходил вниз, под одежду. Осторожно провёл по нему кончиками пальцев, у края ткани остановился. — Тяжело тебе пришлось… Но от этого менее красивой ты не стала. — Я потянулся к её волосам, провёл по краю маски. Она держалась прочно, на карабинах. Медленно нажал на застёжки…