Вода и Солнце

— Моя Царица, — рыжий молодой человек, стоя на коленях, склонил голову в покорном жесте. Стоял статуей, ни разу не шелохнувшись, дышал размеренно, тихо, будто и не он вернулся с провального задания, порученного ему Царицей лично. «Рыжая собака ждёт наказания», — Пьеро знает это, он видет его полуприкрытые от страха глаза, еле подрагивающие пальцы. Собака согнулась в позе, открывающей беззащитную шею, перед ногами своей хозяйки, сидящей на ледяном троне. Пьеро жил достаточно долго на этом свете, что бы читать людей, как открытую книгу. Скольких мастеров-актёров он застал за свою жизнь, уже и не вспомнить: жалкие по своей натуре люди, строящие из себя невесть что. Погибло таких вот индивидумов тоже достаточно, глупые личности. Пьеро бы и сказал о них что похуже, да о мёртвых говорят либо хорошо, либо никак. Стоя в тени, за ледяной колонной, лидер Предвестников наблюдал за дворовым щенком и Снежной Королевой. Царица была интересна сама по себе, Пьеро кажется, что и без её Сердца Бога она могла бы править этой землёй и этими людьми. Богиня имеет невообразимо сильное присутствие: в редкие моменты и его пробирало до мурашек, его — кто пережил нашествие этих самых Богов, потерял государство, народ, семью и надежду на лучшее будущее. По идее все ужасы жизни он пережил — ветеран войны, но видимо, вся сталь которую он приобрёл за время своей долгой жизни, не так прочна, как ему хотелось. Но он отомстит Богам, и Селестии, и вытащит свой народ из Бездны, и вылечит его от проклятия, чего бы не стоило. Он поклялся. И это его условие в сделке с Царицей. Пьеро получит своё. Крио Архонта можно описывать долго, разными пёстрыми словами, но суть передаст только одно — неживая. Царица безусловно красива, сильный лидер, опасный игрок, но её глаза не горят от азарта или же гнева, они пустые, как у её Пса. Наверное поэтому она его выделяет среди всех, взгляд Тартальи такой же пустой. Богиня приверженец старой эпохи и стиля Снежной, но армию свою снабжает только современными технологиями и обеспечивает это и в медицине. Доктор довольно полезен ей, поэтому многое ему спускает с рук. Её прозвали «Богиня Любви» — похоже на очень плохую шутку. Пьеро конечно не знал её до их сотрудничества, но не заметил ни единого намёка, за столько лет службы, на любовь с её стороны к кому-то или к чему-то. Она жёсткая и жестокая, не терпит провалов и ошибок, в этом, наверное, и лежит секрет её успеха. Но, смотря на Царицу сейчас, главный Предвестник не понимал, почему она медлит со своим возмездием в отношении Рыжей Дворняги. Архонт сидит на своём троне, тонущем в белом мехе, положив голову на руку. Её взгляд неотрывается от Одиннадцатого, даже не моргает. Одета в старомодное белое прямое платье, шубку, с вышитыми на ней вензелями, из бархата, тоже белую с голубыми, синими и серебряными элементами, шёлковое полотно блестящими белыми волнами покрывает её голову и плечи, чело венчает белый кокошник в виде заснежанных гор, украшенный, как и поручи, искусной вышивкой, сапрфирами, бриллиантами и жемчугами. Алые губы украшены редкой, еле заметной, кривой улыбкой. Неожиданно Царица встаёт, не сводя проницательных глаз с рыжего мальчишки, спускается по ступеням, сапоги цокают по льду, и звук эхом проносится по залу. Архонт подходит к Псу в плотную, рукой поднимает голову за подбородок, гладит большим пальцем по щеке. Тарталья не смотрит ей в глаза, его очи все также прикрыты. — Ты молодец, Чайлд, хорошо постарался для меня, — говорит она своим звонким голосом. Рыжый поджимает губы в тонкую полоску, жевалки играют на его лице, глаза зажмурены. — Я не принёс тебе Сердце Моракса, — тихо говорит Собака, — я подвёл тебя. Царица смотрит на него склонив голову, поднимает подбородок мальца повыше, так, чтобы он смотрел ей в глаза. — Тарталья, ты чётко следовал моему плану. Мораксу нужен был хаос — он его получил. Мне нужно его Сердце Бога — я его получила. Пусть принесла его Синьора, ты сделал всю работу, не нужно принижать свои заслуги. Тем более, я получила больше, чем просто Сердце Бога Гео, — Царица отпустила голову мальчишки, и вернулась обратно на трон. Одиннадцатый смотрит на свою госпожу с недоумением. — Что же вы получили кроме Сердца? Пьеро поморщился: «Какое дерзкое отродье.» Ради собственного благополучия даже он не рискует что-то такое спрашивать у Царицы, особенно в такой неуважительной форме. Царица сидит с прямой спиной, положив руки на колени, поднимает голову к потолку и мальчишка повторяет движение. Сверху свисают символы всех элементов Тейвата, каждый мерцает своим светом в лучах солнца, проходящих через купол льда. Символ Гео светится особенно ярко среди других. Архонт опускает голову и, глядя в глаза Псине, молвила: — Кроме сердца, я получила пару Моракса. Тарталья еле слышно вдыхает, тусклые синие глаза расширяются до комических размеров. — Пара? Но у Чжун… Моракса нет никакой пары, моя Царица! Мы никого не привозили с собой! Через мгновение Богиня рассмеялась, взирая на непонимание Пса. — Тарталья, милое дитя! Ты такой грозный человек, но порой наивнее ребёнка в некоторых вопросах! Видишь ли, Моракс не просто самый долгоживущий Архонт в Тейвате. Старый дракон является наследником сил самого Изначального. Наследник силы Первого Небесного Престола. И Моракс знает, что я об этом знаю, знает, что и Второй Престол — Селестия знает об этом факте. Пусть Моракс всего лишь осколок силы Изначального — это не делает его менее опасным для Селестии. Потому-то Моракс и Архонт, потому и связан Священным Контрактом по рукам и ногам. Пока он его держит, и Селестию — это устраивает, но суть в том, что если Моракс очень сильно захочет разорвать Священный Контракт… Если он его разорвёт… Голос Царицы стал тише, от былого запала и следа не осталось, глаза смотрели куда-то за пределами зала, потеряв свой фокус. Богиня ненадолго потерялась в своих мыслях, а Тарталья все также стоял на коленях и смотрел на неё, ожидая продолжения речи. Пьеро сузил глаза и потёр рукой подбородок: " Моракс несёт силу Первого Небесного Престола? И Селестия позволила ему жить. Почему? Почему не убрать проблему, когда та была только в зародыше? И почему Царица никогда не упоминала ему об этом?» Тяжело вздохнув, Первый Предвестник закрыл глаза и потёр переносицу. С этим он разберётся чуть позже, когда он обдумает все получше. Пьеро поправил свою меховую накидку и снова обратил внимание на действо перед ним. — Моя Царица? — рыжый встал на ноги, слегка подрагивая. Глаза Архонта прояснились и вновь вернулись к Собаке. — Если Моракса разорвёт Священный Контракт, — продолжила она, — Тейват снова погрязнет в божественной войне. И если Моракс победит Второй Небесный Престол, то сможет либо вернуть Изначального, либо сам станет Третьим Небесным Престолом. Будет новый передел мира. И это наш второй план, если первый неудастся. Но просто иметь Моракса, как дополнительную влиятельную фигуру на доске, было бы прекрасно. Вот тут то и выступает пара старого дракона. Без должной мотивации Моракс не будет сражаться с Селестией, возраст берёт свое, и былой жажды битвы и крови в нем нет, мудрость и покой заменили их. Но если его пара будет в опасности или же будет риск её жизни, то Рекс Ляпис свернёт горы и перевернёт землю, лишь бы его пара была в безопасности. Инстинкт дракона ничем не перебить, они любят лишь раз. Один единственный выбор на всю их долгую жизнь. И своё самое драгоценное сокровище драконы охраняют с особой тщательностью, ставя на кон свою жизнь. И этой парой стал ты — мой дорогой Чайлд. Ты — самая важная фигура на моей доске, мой уникальный элемент! Царица откинулась на спинку трона, рукой перебирая белую шерсть шкуры. — Конечно, ты спросишь меня о том, как ты можешь быть парой Властелина Камня? Что ж, я поясню. Пока ты прибывал в Ли Юэ, общался с Мораксом не зная всего, сам того не ведая, ты его зацепил. Вспомни, как ты общался с ним, сколько времени вы обсуждали все, что тебе нужно знать, сколь денег ты заплатил, обеспечивая его нужды, сколько было прогулок, смеха и искренности с твоей стороны. Может, мой милый Чайлд, ты сам не осознаешь как твоя искренность влияет на людей. Плюс ко всему ты сильный боец, а для дракона — это многое значит. Моракс может играть в человека сколько захочет, но его сущность всегда бодрствует, она не спит, как он может себя обманывать. Поверь мне, когда он услышит, что тебе что-то грозит, дракон сам не поймёт, как окажется тут в своей истинной форме, оскалив на грозящую тебе опасность клыки, прикрывая тебя своим телом. На протяжении всей речи Дворняга стал смурнее, тело напряглось, словно тетева. Через мгновение мальчишка кланяется Архонту, прощается, говоря о том, что ему нужно все обдумать, и покидает зал для аудиенций чуть ли не бегом. Пьеро громко выдыхает, обозначая своё присутствие, и выходит из-за колонны. Неспешно он подходит к началу лестницы, где на возвышении стоит трон. — Будь на его месте кто-то другой, вы бы жестоко наказали его, Царица, — Пьеро скосил на Богиню неодобряющий взгляд, — Псина может подумать, что ему многое может быть прощено, как Дотторе. Царица усмехается, взирая на Первого Предвестника: — Знай Чайлд, что называешь его Псиной, лишил бы тебя руки или языка. — Я все ещё считаю, что мальчишка не стоил всех тех вложений Пульчинеллы, он бесполезен. И пусть попытается, я непрочь поставить щенка на место, по силе он мне не ровно. — Ты не прав, — отвечает Царица, — все, что мы имеем сейчас, большая часть — его заслуга. Глаза Порчи, знания о Бездне, его умение ей управлять, то как он ей не поддаётся, не сходит с ума, его сила. Всё это большое подспорье для нас. Тем более, что он вот-вот может стать драконом, Пьеро, а ты знаешь, что драконами становятся только… — Я помню, — перебивает её Предвестник, — но я в нём не уверен. Царица наклоняет голову к плечу: — Именно поэтому так полезно иметь рычаги давления, особенно такие действенные, как семья. Пьеро смотрит на закрытые двери зала, украшенные узорами бегуших волков по снегу. -Он дикая карта, семья может не остановить его. А вы, кажется, забываете, ваша светлость, что говорили совсем недавно о его растущих способностях. Крио Архонт поджимает губы в недовольной гримасе. — У меня достаточно влияния на него. Пьеро не может скрыть веселья, пляшущего в его голубых глаза, и Царица становится все смурнее, и холод пробивается сквозь тёплую шубу, пробегая мурашками вдоль позвоночника. — Хорошо, оставлю этот вопрос, раз вы так уверены. Если я не нужен вам, позволите удалится? Архонт махнула рукой в его сторону и закрыла глаза. Пьеро, получив разрешение, зашагал к двери, и, прежде чем выйти, повернулся к Архонту с вопросом: — Почему вы дали ему одиннадцатый номер? Почему не первый или второй, учитывая прогнозируемый потенциал? Царица провела указательным пальцем по губам, состроив задумчивое выражение лица: — Две единицы подряд для меня — знак повышенной опасности. Чайлд — милое дитя, с ним легко забыться.