Мы одно целое

«Мы выбираем не случайно друг друга… Мы встречаем только тех, кто уже существует в нашем подсознании». ---------------------------------------------------------------------------------------- (Зигмунд Фрейд) -------- — Ты совсем охренел? — парень оттолкнул от себя молодого человека, который никак не хотел его отпускать, погружаясь своим горячим языком к нему в рот ещё глубже. Он нанёс ему сильный удар ладонью в грудь, от которого тот едва устоял на ногах, отступив назад. — Извини, так надо было, — виновато взглянул он на молодого человека, стоящего перед ним. — Это за тобой гнались? — поправляя куртку, спросил он. — Да, так получилось, — ответил тот, доставая кейс из-за мусорного бака. — Украл? — кивнул он на кейс. — Нет. Честно присвоил. Это моё, и я не намерен отдавать. Думаю, нам стоит уйти, пока они не вернулись. — Пошли. Я пойду с тобой, — парень засунул руки в карманы и слегка поёжился от холода. — Прохладно уже. — Я сейчас вызову такси. — Тебе куда? Адрес скажешь, — молодой человек внимательно посмотрел на парня, наслаждаясь его лицом, которое видел уже третий день подряд. — Мне в район Каннам. — О, да ты из богатеньких? — Я нет. Отец — да, — нехотя ответил Чонгук. — Останови возле этого магазина. Не хочу, чтобы меня отец видел. Пройдусь немного. — Без проблем. Если не хочешь говорить, не буду спрашивать. Хотя… Как насчёт имени? — молодой человек улыбнулся. «Я прекрасно знаю, кто ты, Чон», — подумал он. — Чон Чонгук. А ваше, если не секрет? — Не секрет. Ким Тэхён. Такси медленно тронулось. Чонгук передёрнул плечами от вечерней прохлады и быстро пошёл к дому. Дверь в кабинет отца была слегка приоткрыта. Чонгук слышал, как отец, явно испытывая удивление, с кем-то беседовал. — Игрок снова объявился? Как ему удаётся ускользать от твоих церберов? В прошлый раз его видели в Пусане, но, как мне рассказывал Мин Джисон, его сильно избили и забрали деньги. После этого он исчез на полтора месяца, и все решили, что его больше нет. А тут ты говоришь, что он снова появился. Забавно, и как он умудряется беспрепятственно посещать игорные заведения? Его внешность всегда меняется. Честно говоря, я поражаюсь его умению маскироваться и находчивости. Я бы с удовольствием сыграл с ним партию, хотя бы в покер. Интересно, кто бы победил? Конечно, в покер я лучший. Со мной играть бесполезно, я любого обойду. Чонгук тихо прошёл мимо кабинета в свою комнату. Парень был в раздумьях. Удивительно, как он, парень, мог целоваться с себе подобным. И самое странное, что ему это почему-то понравилось. Чон вспомнил губы, горячий язык, как нагло он входит ему в рот и требовательно там всё исследует. Как он схватил его, потянул на себя, а затем нежно навалился, прижимая к стене дома. Как он страстно дышал. «Как? Блять!» Низ живота приятно стянуло, в голову ударил прилив жара. Появилось странное чувство. Чон вспомнил лицо Тэхёна, вспомнил его пухлые губы. И почему-то они ему показались настолько знакомы, казалось, что он уже их где-то видел. Вот только где? Этого он понять не мог. Вспомнились слова гадалки: «Завтра вас ждёт встреча с одним человеком. С человеком, который для вас будет много значить. Но это будет зависеть только от вас, пройдёте вы мимо или остановитесь, чтобы ему помочь». «Получается, это тот человек, который мне нужен?» — Тэ, у тебя всё получилось? — Сокджин зашёл в шатёр гадалки. За столом сидел Тэхён, сосредоточенно раскладывая пасьянс. — Подожди, не мешай, — не поднимая головы на брата, отмахнулся тот. — Что ты в них находишь? Никогда не понимал, что можно увидеть в этих картинках? — Сокджин взял стул, поставил его ближе к столу и сел напротив. Облокотившись на стол, он подпер голову руками и внимательно посмотрел на Тэхёна. — Джин, тут и понимать нечего. Нужно просто знать карты и помнить их комбинации. — Ладно, ты лучше расскажи, как всё прошло, как ты ушёл и, главное, сколько выиграл? — Сейчас, подожди, не мешай. Лучше налей мне виски, — сосредоточенно глядя на карты, попросил он. Джин вздохнул, поднялся, подошел к маленькому холодильнику, достал лед и бутылку виски. Взял стакан, бросил в него несколько кубиков льда, которые зазвенели, как стеклянные колокольчики. Затем налил виски и отнес стакан Тэхёну. Поставив перед ним, спросил: «Теперь расскажешь?» — усаживаясь на тот же стул. — Теперь да, — Тэхён взял в руки стакан, откинулся на спинку стула, немного отпил виски и резко поставил обратно. — Джин, блин, — поморщившись. — Сколько раз говорить, если виски холодный, на хрен ты кладешь туда лёд? — Я забыл, — виновато посмотрел он на брата. — Расскажи. — Выиграл я быстро. Ну, немного дал себе расслабиться, подыграл им, а потом забрал всё, что было у них при себе. Потом, как всегда, за мною гнались, — произнес, задумчиво глядя расфокусированным взглядом, устремленным вперед. — Потом я встретил парня. Он меня спас от тех верзил, которые меня уже практически догнали. — И как он тебя спас? Дрался с ними? Должно быть, парень очень сильный. — Нет. Я просто его поцеловал. И мне показалось, что он был не против, — улыбнулся Тэхён своей очаровательной улыбкой, беря в руки стакан, отпил из него содержимое, не морщась. — Ты опять? Опять парня себе нашёл? Я смотрю, и виски уже не такой холодный, — хохотнул Джин. — Вот теперь я понял, — задумчиво произнёс Тэ. — Понял, почему карта мне ничего не показывала, когда я ему гадал. Карта просто не видела, что это был я. Что это он должен быть со мной, а я с ним. — Он вздохнул, достал сигарету, щёлкнул зажигалкой, сделал глубокую затяжку и, закинув голову назад, прикрыв глаза от удовольствия, выпустил облако дыма в потолок. День следующего дня начался с непрерывного настойчивого звонка к другу. «Твою ж, Чимин, возьми трубку, через десять минут пары начнутся. А ты, сука, телефон не берёшь», — думал про себя Чонгук, стоя перед дверью в кабинет. По тихому коридору института раздался громкий топот ног, переходящий в бег. Чимин растрёпанный: рубашка застёгнута наполовину, в одной руке мятый пиджак, в другой — небольшая сумка для тетрадей. Он подбежал к удивлённому Чонгуку и, еле отдышавшись, сказал: «Фуф, успел». Опершись о стену двумя руками, опустил голову вниз и, приводя дыхание в норму, он нечаянно выронил пиджак на пол. Сумка всё так же висела на руке и раскачивалась в разные стороны, словно маятник. Чонгук поднял пиджак с пола, встряхнул его, оглядел со всех сторон и удивлённо посмотрел на друга. — И в какую переделку ты попал на этот раз? — нахмурился Чон. Чимин, не отрывая от стены рук, посмотрел на друга и расплылся в довольной улыбке, делая свои глаза ещё более узкими. — Не молчи, — серьёзно посмотрел он на друга. — Где ты был? Признавайся, мартовский кот, — и, уже улыбаясь, попытался его пощекотать. Тот быстро убрал руки и забрал у Чонгука свой пиджак. — На свидании! — С кем? — удивился Чон. — С Юнги! — с придыханием Чимин прошептал в лицо другу. — Что? — Господа учащиеся! — окликнул их ректор, стоя около кабинета. Парни одновременно повернулись в его сторону. — Да-да. Я вас зову. Все уже зашли, остались только вы двое. Прошу, — немного наклонившись вперёд, он показал на открытую дверь. Чонгук кипел от нетерпения услышать о приключениях своего друга. — Чон, пойдём после занятий перекусим, и я тебе всё расскажу, — успокоил он любопытного. — Жду с нетерпением, — потирая ладони, обрадовался Чонгук. — Что закажем? Если честно, я такой голодный. Утром поесть не успел, — читая меню, которое они и так знали наизусть. — Мне сегодня хочется, хочется… О, буду острую курочку в кисло-сладком соусе, чапче и пянсе*. И-и-и, пожалуй, обычный кофе. А ты что будешь? А, Чон? — Чимин оторвал взгляд от меню и посмотрел на друга. Тот сидел, облокотившись руками о стол, подпирая ими свой подбородок, сказал: «А я буду капучино и твой рассказ». — Хорошо. Можно вас? — Чимин привстал со стула, поднял руку вверх и позвал официанта. — Слушаю вас, молодой человек, — улыбнувшись, молодой человек слегка наклонился, вглядываясь в то, как парень водит пальцем по строчкам, показывая свой заказ. — Да, ещё один чёрный кофе, один капучино и два десерта. Можно что-нибудь с заварным кремом, на ваше усмотрение, — пояснил Чимин, отдавая меню официанту. — Чим, не томи. Я сейчас сдохну от нетерпения, — Чонгук заискивающе улыбался и быстро моргал глазами. — Ладно, слушай. Я всё-таки пошёл туда в третий раз. Во время антракта я поплелся в туалет. Там стоял и нервно курил Юнги. Я, недолго думая, подошел к нему и попросил закурить. — Ты же не куришь! — Не суть, — отмахнулся Чимин. — Пришлось. Затянулся и как закашлялся, аж глаза чуть на лоб не полезли. Юнги начал хлопать меня по спине, заглядывать в глаза и спрашивать: «Парень, всё нормально?» Я кашлял и не мог остановиться. Как мне казалось, я покраснел, как рак. — Э-э, парень, дыши, — сказал он, ещё пару раз хлопнув меня по спине. — Слушай, пойдём со мной. Я только молча кивнул ему в ответ. Он взял меня за руку и повёл в отдельный вагончик. Посадил меня на диван, я словно провалился, он был такой мягкий и приятный. Налил мне в стакан воды из бутылки: «Пей, пей, сейчас легче станет». Я сделал несколько глотков и начал кашлять ещё больше. — О боже! Ну что за наказание? — Юнги, ты скоро? Ты где застрял? — позвал его мужской голос. — Да иду. У меня тут оказия. Я сейчас. Слушай, дружище, — он взял меня за руку и слегка сжал мои пальцы. — Хочешь, отлежись, потом можешь уйти. Хочешь, подожди меня. Мне пора на манеж. Если меня дождёшься, то я тебе покажу своих подопечных. Окей? — он подмигнул, выпустил мою руку и выбежал из вагончика. Я в недоумении пожал плечами и посмотрел ему вслед: «Ну окей». — Долго ждал? — Чонгук смотрел на друга и ел второе пирожное, громко отхлебывая капучино. — Не помню. Я сначала сидел на диване, потом встал, походил по вагончику. Сел обратно и вырубился. Проснулся от того, что меня кто-то трогает за плечо и тихо говорит: «Эй, парень, вставай. Пойдешь тигров со мной кормить?» Я открыл глаза, передо мной стоял Мин Юнги с плеткой в руках. «Бля», — подумал я, — «Как это сексуально». Я не знаю, что со мной произошло, но у меня моментально снесло крышу. Я немного расставил ноги, подался вперёд, дотронулся до его ног, потом провёл ему по бёдрам и потянул его на себя. Он, не сопротивляясь, подошёл ближе и рукой, в которой была плётка, провёл плетью мне по шее, прошёлся по моей груди, животу и остановился в районе паха, немного надавил на него. Я забыл, как дышать, и, как рыба без воды, приоткрыл рот. Он наклонился и прошептал мне в губы: «Сладкий малыш. Хочешь продолжения?» Он надавил мне плеткой сильнее. И я, сам того не ожидая, издал протяжный стон. Бля, я так завёлся! Чон, ты не представляешь. Это был пиздец. Он отбросил плетку на диван, встал передо мной на колени и начал расстёгивать мне ширинку. Потом резко сдёрнул с меня джинсы вместе с боксерами, оголил мой член. Я улетел далеко. Мне кажется, я был между небом и землёй. Что он вытворял с моим членом, Чон, ты себе и представить не можешь. Блять! Ни одна девушка никогда в жизни мне так не делала. Мне кажется, когда я кончал ему в рот, я, наверное, у него на голове все волосы выдрал. Я долбился в него, как бешеный кролик, а Юнги, наслаждаясь, мычал. Потом, когда я уже поплыл по течению экстаза, он вынул мой член и водил им по своему лицу до тех пор, пока из него не вытекла вся сперма. Потом он встал, вытер лицо салфетками, затем кинул пачку салфеток мне. — Вытирайся, парень. Тигров смотреть пойдешь? Честно, я охренел. Он как ни в чём не бывало умылся. Переоделся в спортивный костюм и вышел из вагончика. Я быстро вытерся, оделся, помыл руки и вышел следом за ним. — А потом? — Чонгук, нервно сглатывая, смотрел на друга с интересом. — Потом он мне начал рассказывать, что они завтра со всей труппой будут уже в другом месте и примерно неделю проведут там, давая новые представления. Потом мы прошли к большим клеткам, которые стояли недалеко от его вагончика. В них были тигры. Белый тигр был просто потрясающим. Он так походил на самого Юнги, такой властный взгляд, так вальяжно лежал, положив лапу на лапу. Юнги наколол на острие длинной палки кусок свежего мяса и протянул ему. Тот нехотя встал, подошёл ближе и лапой снял мясо с наконечника. Взял в зубы, лёг и, прикрыв от удовольствия глаза, стал медленно его есть. — Парень, хочешь покормить? — протянул мне Юнги длинную палку с куском мяса. — Я? — Ну, тут, кроме нас, никого нет. Конечно, ты. Не бойся, — он подошёл ко мне ближе со спины, отхватил мои руки своими и дал мне в руку эту палку. Мы подошли к следующей клетке. Он поднял мою руку своей и направил, просунув между прутьями кусок мяса вперед, к другому тигру. Тот вскочил и резко зубами схватил кусок мяса, не обращая на нас внимания, начал, урча, как большая кошка, его есть. Меня трясло, я испугался. Юнги обнял меня за живот, притянул к себе вплотную и прошептал мне на ухо: «Ну что ты, маленький, не бойся. Это всего лишь большие кошки. Их бояться не надо. Их надо любить, и они тебе ответят тем же. Малыш, ты не хочешь провести сегодняшний вечер со мной?» Я отстранился, посмотрел ему в глаза и сказал: «Хочу». — Прекрасно, — ответил Юнги. Я освободился от его объятий и улыбнулся в ответ. — Дай мне свой номер телефона. Я чуть позже позвоню тебе, как управлюсь со своими делами. Ты езжай домой, поешь и немного отдохни, — добавил он, доставая свой телефон из кармана. — «М-мг» — это всё, что я мог ему ответить. — А потом, потом что было? — ëрзая на стуле, спросил Чонгук. — Ну что, что. Встретились, поехали в отель, потом трахнулись, потом он меня не хотел отпускать, а я не хотел уходить. В итоге мы заехали ко мне домой. Он ждал в машине, пока я переодевался. Ну а потом ты результат уже видел. Мы друг от друга еле оторвались. А утром я предстал перед тобой во всей красе: не собранный и лохматый. — Н-да, славно повеселился. И что теперь? Если он уезжает в другое место, то у вас уже всё закончилось? Это было всего на одну ночь? — А хрен его знает, — Чимин пожал плечами и, с грустью вздохнув, отвернулся к окну. — Чим, ну не грусти, — Чонгук слегка похлопал его по руке. — Куда, ты говорил, они едут? — В Инчхон. — Тьфу, так это раз плюнуть! Ехать меньше часа. Завтра вечерком сядем и поедем. Да, кстати, ты узнай, когда у них будет представление. Купи билеты. А мне надо будет зайти к гадалке. Ты пойдёшь? — Пойду, конечно. Спрашиваешь, — ответил повеселевший Чимин. — Слушай, Чон. А тебе что гадалка рассказала? — Чим, много чего. Но самое интересное, что предсказания начинают сбываться.