Темные коридоры

Новый учебный год начался точно как же как и три года до этого. Минуя ошарашенных первокурсников Тернер желала как можно скорее пройти в большой зал и занять свое место, а не толпится в куче с остальными учениками, уже успевшими ей надоесть. Хогвартс давно не впечатлял ее своим величием, как на первом курсе, так что особого волнения от возвращения в замок она не ощущала. Она плюхнулась за стол Слизерина, и раздраженно скривилась замечая как горячо грифиндорцы встречают друг друга приветствиями. Можно сказать они не виделись год, а не каких то два месяца. Настроение у Мэри ни к черту, и она даже не утруждается хотя бы кивнуть в ответ на приветствия своих одногруппников. Дорога до Хогвартса длилась как то слишком долго, и все чего она сейчас желала, лишь бы директор Дамблдор поскорее закончил свою речь и наконец дал распоряжение разойтись по комнатам, но взглянув на старческое лицо светящееся в предвкушение, Мэри тут же отмела эти планы. Видимо речь затянется надолго. Пэнси сидящая с правой стороны от Мэри громко вскрикнула и быстро вскочила с места задевая длинные волосы Тернер, и та недовольно фыркнула, заглядывая на кого же так бурно отреагировала Паркинсон. Драко Малфой и Блейз Забини стояли прямо напротив ее подруги сверкая яркими улыбками, и мимо воли Тернер все же смягчилась и поднялась, отвечая на их объятия. - Мэри! Ты так изменилась! - запричитал Забини отодвигая ее от себя, но не выпуская ее плечи из ладоней - Я узнал тебя лишь по твоему недовольному лицу! Он засмеялся и Тернер закатила глаза, садясь обратно за стол, они не виделись с окончания прошлого учебного года, но вот прямо сейчас, ей казалось что после их последней встречи прошло не больше пары часов. - Ты как всегда сама прелесть, Блейз. - Пэнси улыбнулась, снова возвращаясь на свое место подле Тернер. Большой зал все больше наполняется людьми, и у Мэри даже на секунду возникает мысль что места здесь слишком мало, для такого количества народу, но как не странно, ученики рассаживаются по местам заполняя столы и места все еще достаточно. Она переводит взгляд на первокурсников столпившихся прямо перед подиумом где уже стоит Макгонагалл. Они все вертят головами в разные стороны, не в силах сфокусироваться на чем то одном, но стоит профессору трансфигурации что то им крикнуть, и они все как один уставляются на нее выпученными глазами не смея больше двинуться. Распределение на факультеты проходит слишком медленно, и Мэри, Драко, Блейз и Пэнси успевают заметить что в этом году на Хаффлпаф попала большая часть первокурсников. Тернер почти не слушает Дамблдора обращая все свое внимание на Пэнси, но удивленно вздрагивает стоит спокойному небу на заколдованном потолке зала развергнуться громом и молниями. Угрюмый мужчина появляется в зале из двери находящейся рядом со столом профессоров и по одному его движению палочки небо вновь становится ясным. Его механический глаз вертится быстро, но Тернер все же успевает заметить как он задерживается на секунду дольше над столом Гриффиндора. - Верно, - Дамблдор кивает самому себе и вытянув руку в сторону вошедшего мужчины представляет его ученикам - Представляю вам нашего нового профессора Защиты от темных искусств, Алластора Грюма. По залу проходится волна шепота и Мэри вдруг вспоминает, что знает это имя. Отец не раз упоминал его, представляя этого волшебника как самого успешного мракоборца. Грюм нервно дергается, видимо кивая ученикам и хромая направляется к преподавательскому столу. Дамблдор снова продолжает и Мэри наконец обращает внимание на его слова. - Турнир трех волшебников, - вновь повторил директор, возвращая внимание студентов к себе - Наверняка не все знают об этом великом состязании, так что я кратко о нем расскажу. - и поправив очки он продолжил - Турнир Трех Волшебников был основан как товарищеское соревнование между тремя школами волшебства — Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трех магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодежью разных национальностей — и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить. - Жертв? - удивлено шепчет Пэнси и Тернер лишь слегка пожимает плечами не отворачивая головы от директора. Позади она слышит как Пэнси с кем то здоровается, но так же не оборачивается уже зная кто посмел опоздать в первый же день обучения. - За минувшие года было предпринято много попыток возродить Турнир, но ни одна не увенчалась успехом. Тем не менее в этом году, мы вместе с министерство решили попробовать снова. Все лето мы занимались организацией турнира, и надеемся что эта попытка наконец позволит возродить столь великое соревнование. - он сделал паузу оглядывая все столы - Директора Дурмстранга и Шармабатона со своими претендентами прибудут в октябре, тогда и начнется Турнир. От каждой школы будет выбран ее представитель, что будет соревноваться за честь школы и приз в тысячу галлеонов. Из за стола Гриффиндора послышались голоса, но сути Тернер так и не разобрала. - Я разделяю ваш энтузиазм, мистер Уизли - продолжил Дамблдор - Но в этот раз, министерство решило увеличить возраст участвующих. Таким образом претендовать на звание чемпиона могут лишь студенты достигшие 18 лет. Зал взорвался возмущениями и компания слизеринцев вместе с Тернер переглянулись, и каждый из них еще раз убедился насколько же глупыми оказались остальные ученики, выражая свои эмоции таким образом, и все же зная что это ни к чему не приведет. - Ученики Дурмстранга и Шармбатона прибудут к нам в октябре, как я и говорил, тогда вы и сможете выдвинуть свою кандидатуру, и я лично прослежу за вашим возрастом - его взгляд многозначительно упал на близнецов Уизли - Надеюсь на ваше дружелюбие к иностранным студентам, покажите Хогвартс в лучшем свете. - директор хлопнул в ладоши, и на столах тут же появились блюда в золотых тарелках, и Мэри наконец облегченно вздохнула, понимая что еще немного и она наконец окажется в своей комнате - Приятного аппетита. *** Гостиная Слизерина уже вовсю кишила вернувшимися с летних каникул студентами и пытаясь пробраться сквозь толпу Тернер не сдержала облегченного выдоха, замечая что парни все же успели занять места, до того как их бы занял кто то другой. Она уже успела отдохнуть после слишком напряженного дня в комнате и теперь они вместе с Пэнси отправились в гостиную, с намерением посидеть в компании парней. Драко и Теодор Нотт заняли темный диван прямо возле потрескивающего зеленым огнем камина, и как только Мэри и Пэнси приблизились, Блейз встал с широкого кресла, которое занял как раз для них и присел на диван к парням. Мэри откидывается на спинку кресла стоит ей только опустится в него и слегка подвигается, оставляя больше места для присаживающейся рядом с ней Пэнси. - О чем говорили? - спрашивает у них Пэнси, и Мэри успевает заметить как дернулась подруга стоило Малфою улыбнуться в ответ на ее вопрос. - Обсуждали отмененный турнир по квиддичу, - отвечает Драко устраиваясь поудобнее на кожаном диване - И кубок трех волшебников, как вам новость? Он усмехается и Мэри точно знает от чего его охватывают такие эмоции. Она знает Малфоя слишком хорошо, чтобы сразу понять, ему не терпится сказать, что он узнал о турнире намного раньше их самих. - А какая нам разница? - наконец отзывается Тернер, и замечает как Драко слегка расстроенно опускает плечи - Нам ведь все равно запрещено участвовать. - Ну а как же гости из других школ? - Блейз ярко сверкает улыбкой оглядывая каждого из их небольшой компании - Разве вам не интересно кто к нам прибудет? Что вы вообще знаете о других школах? - вдруг задал он вопрос и все неуверенно пожали плечами - Вот именно! - Ты ведь сам итальянец, Блейз - Мэри хитро прищурилась - Вот и расскажи нам о школе волшебства в Италии. - С удовольствием, детка, зайди ко мне в комнату завтра вечером и я тебе расскажу. - Забини подмигивает ей и она в очередной раз за сегодня закатывает глаза. - Попробуй это с кем то другим, мне ты не интересен. - Твои слова ранят прямо в сердце. - он хватается руками за грудь в районе сердца и Мэри чувствует как содрогается от хохота Пэнси рядом с ней - Не поступай так со мной. - Ну а если серьезно, - подает голос Нотт и Тернер впервые слышит его с момента как они прибыли в Хогвартс, она смотрит прямо на него, но он не одаривает ее ответным взглядом - Надеюсь в Хогвартс прибудут симпатичные девушки. - Что случилось, Нотт? - она не может держать язык за зубами, и сочащиеся ядом слова вырываются изо рта слишком быстро - Местные девицы больше тебе неинтересны? Или ты использовал уже всех? Не любишь повторяться? Они никогда особо не ладили, так что никто не удивился тому с каким презрением на лице она обращалась к своему якобы другу. В словах не было и капли дружественного сарказма с которым она обычно отвечала Забини. - Ревнуешь, Тернер? - он наконец удостаивает ее своим взглядом и от этого у нее внутри еще больше разгорается пожар раздражения - Ты одна из немногих кто еще не побывал в моей кровати, решила наконец пополнить ряды удовлетворенных женщин? - Ты отвратителен. - она не находит в себе сил на еще один ядовитый ответ и Нотт удовлетворенно усмехается обводя ее липким взглядом. Мэри отбрасывает вариант просто обозвать его придурком, понимая что это будет выглядеть слишком жалким ответом с ее стороны и показательно отворачивается к Пэнси, завлекая ту в отстраненный разговор, краем глаза все же замечает, как Нотт еще больше ухмыляется принимая ее капитуляцию на свой счет. Она больше не смотрит на трех парней сидящих неподалеку их с Пэнси кресла, по этому не видит как заговорив снова о квиддиче двое парней поочередно бросают на нее короткие взгляды. *** Первые два дня учебы тянулись довольно долго, после каникул было сложно вернуться в учебный ритм. На третий день занятий состоялся первый урок ЗОТИ с новым профессором Аластором Грюмом. Он заходит в кабинет прихрамывая, и его деревянный протез вместо левой ноги громко постукивает по паркету. Класс затихает в предвкушении, всем вдруг интересно какой же выйдет преподаватель из самого прославленного мракоборца министерства. И он их не разочаровывает, приказав спрятать книги, которые по его словам им не понадобятся. Мэри пожимает плечами на немой вопрос Пэнси и повторяет за остальными, пряча учебник обратно в сумку. На столе Грюма она замечает банку с живым пауком и удовлетворенно усмехается, когда замечает как испуганно отодвинулся от преподавательского стола побледневший Уизли. - Перейдем к делу. - они впервые слышат его грубый голос и по телам непроизвольно пробегается табун мурашек, от него веет холодом и чем те темным и Тернер задумывается над тем, что возможно именно так и ощущается темная магия - Министерство считает, что я должен обучить вас всего лишь нескольким антизаклятиям. - он поджал губы - Они считают, что для непростительных заклинаний вы еще слишком малы. Но профессор Дамблдор другого мнения, как и я. Мы считаем чем раньше вы об этом узнаете, тем лучше для вас. Как можно защититься от того, чего не знаешь? Вы все должны быть готовы, жизнь не будет смотреть на ваш возраст, если на вас нападут, вы должны уметь отбиваться. Итак… - он остановился прямо посреди класса, его механический глаз вертелся оглядывая каждого присутствующего в хаотичном порядке, пока другой, настоящий глаз медленно проходился по рядам - Кто из вас знает заклятия, что строго караются Министерством? Тишина давила на уши, пока Грюм оглядывал класс в ожидании ответов. - Уизли. - Мэри вытянулась наблюдая за покрасневшим Уизли, но тут же вернула взгляд наблюдая за новым профессором, начинать первое занятие с разговора о непростительных, это было странно. - Мой отец говорил мне об одном, Империус… - Да, твой отец немало о нем знает. - губы профессора кривятся в быстрой усмешке, но Тернер все же успевает заметить как все его лицо в этот момент перекосило. Он оттолкнулся от стола на который опирался и взял в руки банку с пауком, доставая того. Его палочка направилась на паука мирно сидящего в ладони и Тернер охнула от того что именно он сказал. - Империус. - со всех сторон послышались удивленные вздохи и в следующий момент побагровевший Уизли громко вскрикнул. Грюм направлял паука одним лишь движением палочки, тот отлетал от одного стола к другому, пока все лишь глазели на него с открытыми от удивления ртами. Он направил подчиняющегося ему паука на первую парту среднего ряда и приказал ему кажется танцевать. - Смешно? А если сделать это с вами? - его голос кажется охрип еще больше - Это заклинание может позволить себе полный контроль над тем, на ком его применяют! Были времена когда многие волшебники поддавались этому заклинанию, что использовал на них Волдеморт. Пэнси сидящая рядом вздрогнула от произнесенного вслух имени, которое обычно никто не смел сказать. - Кто назовет мне другое заклятие? Грюм кивнул на заметно трясущегося Невилла Долгопупса. - Круциатус. - Верно. Мэри не сводит глаз с перекошенного лица Грюма даже когда погрузившийся в тишину класс заполняет писк, она не уверена издает ли этот звук корчившийся в агонии паук или же Пэнси, что с испугом закрыла себе рот ладонью. Со стороны Гриффиндора слышится чей то взволнованный голос, и она неосознанно понимает что говорит именно Грейнджер. Та просит остановиться, но Мэри все так же смотрит на профессора, и понимает, что тот или не может или же не хочет останавливаться. Тернер молчит, и не то чтобы она не испытывает жалости к пауку, над которым так жестоко издеваются, просто единственное о чем она сейчас может думать, это как же быстро лицо Грюма стало выражать восторг. Он встряхнул головой, будто бы отгоняя от себя внезапно возникшее наводнение и наконец отодвинул палочку, прервав алый луч. Писк затих и Мэри перевела взгляд на стол, на котором повалился паук опустив все свои лапки. - Это заклятие сравнимо такой боли, что не может позволить себе ни одно другое. - он не поднимал взгляд на учеников проговаривая это, и даже его механический глаз, что все время крутился вдруг остановился - Кто скажет мне третье? - Авада Кедавра. - она даже не успела понять как эти два слова вырвались из ее рта, пока удивленная Пэнси не обернулась к ней задевая плечом. Грюм посмотрел на нее удивленно, приподнимая разрезанную кривым шрамом бровь над здоровым глазом. - Мисс? - Тернер, сэр. - Продемонстрируете? - он кивнул головой на стол, на котором так и лежал измучившийся паук, тот кажется из последних сил пытался подняться хотя бы на одну из восьми лап, но каждая его попытка проваливалась. Первым инстинктом Мэри было спрятаться. Вернуть время вспять и промолчать. Она никак не ожидала, что профессор предложит кому то из учеников использовать темнейшее проклятие прямо посреди учебного дня, и перспектива стать этим учеником ее нисколько не радовала. Профессор же не сводил с нее взгляда и на его лице промелькнула тень самодовольства. - Я конечно могу повторно вам продемонстрировать как действует проклятие круциатус, - он усмехнулся и Мэри тяжело сглотнула взглянув на и так уже полумертвого паука, Грюм заметил ее взгляд - Ему сейчас смертельно больно. Продолжить его мучить пока он сам не умрет, или даровать ему облегченную смерть? Выбор за вами, мисс Тернер. Она сглотнула пытаясь смочить пересохшее до состояния пустыни горло, сердце стало колотить как бешенное, пока она всматривалась в мучившееся тельце паука. В голове металось десяток мыслей, и она никак не могла ухватиться хотя бы за одну. Сделать правильный выбор. Мэри поняла, слишком очевидно что Грюм испытывает ее на прочность, и она совершенно не догадывалась почему. Она знает, что привести в действие запрещенное министерством проклятие не легко, для того чтобы убить, нужно действительно желать смерти. Но желает ли она смерти этому существу? Наверное да. Но не от злобы или еще чего то, а лишь из милосердия. Он уже точно не вернется к нормальной жизни, последствия круциатуса для такого маленького существа слишком плачевны, и есть лишь два варианта. Убить и даровать этим облегчение, или же позволить Грюму мучить его дальше. Выбор очевиден и она его сделала. Тернер медленно поднялась со стула, сжимая палочку слишком крепко в правой руке, шум мчащейся по венам крови заглушал удивленные и может даже осуждающие вздохи ее однокурсников пока она направлялась к столу, за которым уже никто не сидел. Видимо Лаванда Браун и Парвати Патил пересели оттуда еще в тот момент как Грюм стал мучить паука. Мэри понимала что ее заклятие может не сработать, но она слишком сильно сконцентрировалась на чувстве, что этим не просто совершит убийство, а спасет нуждающегося. Грюм отошел в сторону, когда Мэри приблизилась к столу и заинтересованно склонил голову. Все кажется задержали дыхание когда она слегка подрагивающейся рукой направила палочку на паука, что все еще пытался подняться. Два слова не сулящие ничего кроме смерти слетели с языка слишком легко, и она сама удивилась когда с палочки сорвалась зеленая вспышка. Один миг, два слова, и паук больше не двигается. В классе стоит мертвая тишина когда она на негнущихся ногах возвращается на свое место возле Пэнси, та на нее даже не смотрит, лишь слегка отодвигается в сторону, стоит Мэри присесть. Грюм присуждает Слизерину 10 балов, и кажется этому радуется лишь он сам. Все остальные бросают на нее настороженные взгляды, но она сама этого не знает не смея оторвать невидящего взгляда от царапины на деревянном столе перед собой. У нее из груди льется всепоглощающий холод, отдаваясь мурашками по коже, и до конца этого урока Мэри думает лишь о том как странно себя чувствует после случившегося, будто от ее души оторвали маленький кусок. *** Остальные занятия прошли для нее как в тумане, и даже Пэнси, что обычно всегда болтала без умолку, сейчас молчала. Мэри вынырнула из раздумий вечером в большом зале, когда вся школа собралась на ужин. Справа от нее как всегда сидела Пэнси, а слева пристроился Драко. Блейз сидящий напротив нее толкнул ее под столом ногой и Мэри наконец посмотрела на него в ответ, замечая что все они смотря именно на нее. - Что? - Мы говорим об уроке Грюма, - пояснил для нее Драко и она ему кивнула, подтягивая кружку с черным чаем без сахара ближе к себе. - Как ощущения после? - тихо спросила у нее Паркинсон и Мэри непонимающе нахмурилась. - О чем ты? - Мы про то, как ты убила того паука. - говорит Блейз и она застывает. - Я убила его, потому что так сказал профессор. - выдавливает стараясь сконцентрироваться лишь на кружке с чаем, что уже в третий раз мешает, не добавляя туда сахар. - Брось, Тернер, - Мэри слышит его голос четко и только сейчас замечает, что он сидит рядом с Блейзом и прожигает ее своими черными глазами - Не каждый взрослый волшебник сможет произнести эти два слова, а у тебя это вышло так легко, даже с первого раза. Она чувствует как руки, начиная от кончиков пальцев немеют, а дыхание сбивается, вся их компания смотрит на нее в ожидании и ее лицо начинает пылать от таких пристальных взглядов. - Нотт… - Он прав, Мэри, - Драко прерывает ее почти сразу, но она даже рада, ведь и сама не знала что говорить дальше - Отец рассказывал мне об этом, - она краем глаза замечает как Забини закатывает глаза на этой фразе, но сама внимательно слушает глядя прямо в голубые глаза друга - Большинство опытных магов не в силах использовать это проклятие. Нужно действительно хотеть убить, чтобы оно получилось. - Я хотела его убить. - твердо отвечает она и сама напрягается от того, как жестко звучит ее голос - Вы сами слышали Грюма, - она обводит зелеными глазами каждого из них - Либо позволить ему дальше мучить, либо убить. Что бы вы сами выбрали, а? Они молчат в ответ и она было собирается встать и уйти когда слышит повеселевший голос Блейза. - Не слушай их, Мэрс, - он мягко ей улыбается и ее напряжение слегка спадает - Пойдем с тобой вместе в лес и будем убивать мучающихся букашек. Проходит несколько секунд прежде чем они все заливаются смехом. Мэри улыбается Забини искренне, но до смеха дело не доходит и она все же опускает голову обратно, впериваясь взглядом в уже остывший чай. - Ты придурок, Блейз. - она не показывает это, но ее слова просто сочатся благодарностью, за то что он всегда смягчает все, даже такие ситуации как сейчас. - За это вы меня и любите. *** Пока Пэнси хлопочет что то о предстоящей вечеринке, Мэри думает о том, что прошла уже неделя как они вернулись в Хогвартс. Время пролетело как то слишком быстро, и она пыталась убедить себя, что такой ее выпад из времени не связан с первым уроком Грюма и преследующими ее снами после этого. Ее соседки вернулись в комнату как раз, когда Паркинсон пребывая в отличном настроении прыгнула к Мэри на кровать, задевая ту локтем. Миранда Лорингтон поспешно вытирает с покрасневших щек слезы и Мэри уже чисто инстинктивно говорит ей что то, пытаясь задеть. - Предателей крови не хотят видеть на вечеринке? - она усмехается и полностью игнорирует разочарованный вдох Пэнси рядом, Джейн Спенсер, проводит Миранду к ее кровати и злостно оборачивается к Мэри. - Не твое дело, Тернер. На душе Тернер становится как то легче, пока она насмехается над соседками на курс старше их с Пэнси, и она удовлетворенно кивает сама себе, понимая что попала прямо в точку. - Видеть ваши обиженные лица одно удовольствие. - Тернер откидывается на спинку кровати, поправляет длинные каштановые волосы, так чтобы Пэнси лежащая рядом случайно не прижала их и снова глядит на соседок по комнате - Не беспокойся, Спенсер, ты еще успеешь успокоить свою подружку, уверена тебя на вечеринку тоже никто не звал, так ведь? Джейн ничего не отвечает и отворачивается что то нашептывая Миранде на ухо, а Мэри все же слегка удовлетворив свое эго наконец обращает внимание на болтовню Пэнси. *** Утро перед назначавшейся на вечер субботы в гостиной Слизерина вечеринки началось довольно поздно. Этой ночью Тернер не терзали кошмары в которых она раз за разом использует убивающее проклятие, по этому весь день после этого она чувствовала себя довольно бодро. Пэнси влетела в их комнату где то без пятнадцати восемь вечера, и с недовольством набросилась на подругу, крича о том, что если они не соберутся прямо сейчас то пропустят все веселье. Мэри стала собираться скорее из-за истерики Паркинсон, нежели из-за того, что действительно боялась прийти позже назначенного времени. Она натянула на себя платье и присев на кровать вперилась взглядом в обтягивающую ее ткань, загипнотизированная его цветом. Пэнси не смотря на ее крики об опоздании, собиралась довольно медленно перебирая все свои наряды и Мэри только в который раз убедилась, что брюнетку в такие моменты слушать не нужно. Темно синий цвет короткого платья пленил. Мэри всегда любила этот цвет сколько себя помнила. Темный, почти черный оттенок синего, напоминал ей бескрайнее небо прямо перед моментом когда оно полностью почернеет и усеется яркими звездами. Мэри знала что именно тот самый идеальный темно-синий, который она любила бывал чаще всего именно поздней осенью, когда до зимы оставались считанные дни, а воздух уже наполнялся морозом. Тогда то она могла просто сидеть и наблюдать за небом вглядываясь в ночное небо окрашенное в любимый оттенок. Синий цвет ассоциировался у нее со сказкой, когда все о чем мечтал могло сбыться. Со стабильностью и спокойствием. Наверное по этому он и был ее любимым цветом. - Ну ты идешь? Пэнси уже собралась и стояла полностью готовой перед Тернер, и она наконец вынырнула из своих мыслей. Они с Пэнси разошлись минут через тридцать, когда Стив Гибсон предложил Паркинсон потанцевать вместе. Мэри возражать не стала и отпустив Пэнси направилась к трансфигурированым столам со стоящими на них мисками с пуншем. Розоватая жидкость оказалась именно тем, о чем она думала, и Мэри слегка скривилась почувствовав на языке горький вкус огневиски. Его там было не мало, и в горле тут же запекло, но она не отставила стакан, продолжая делать небольшие глотки. Мэри замечает в конце толпы яркую светлую макушку и без проблем узнает кому именно она принадлежит, так что отправляется прямо туда. Ее перехватывают прямо по дороге к Драко и она лишь отмахивается от предложения потанцевать с Адрианом Пьюси. Малфой встречает ее широкой улыбкой, рядом с ним стоит Астория Гринграсс и по ее тут же выровнявшейся спине Мэри видит как она недовольна ее приходу. Блейз улыбаясь кивает и Мэри переводит взгляд дальше замечая стоящего рядом с ними Нотта, за руку которого цепляется Дафна. Сестры Гринграсс явно не в восторге от появившейся в их небольшой компании еще одной девушки, которая тут же перетянула на себя все внимание парней. - Мэээри, мы тебя искали. - Драко приобнимает ее за плечо придавливая распущенные каштановые волосы и она шипит, но руку его не убирает. Драко притягивает ее ближе, и она оттесняет этим Асторию, от чего та тихо фыркает. - Я вижу как искали. - она несомненно намекает на сестер Гринграсс, которые сейчас переглядываются и Блейз пожимает плечами, мол говоря «я здесь не при чем». - Ревнуешь, Тернер? - она слышит заискивающий тон Нотта, и тот вальяжно кладет свою руку на талию Дафны, та расплывается в довольной улыбке, довольная таким вниманием. Мэри прищуривается и не отводит взгляд от его черных глаз, что сейчас буквально прожигают ее, ей слишком сильно хочется отплатить ему той же монетой, и она устраиваясь поудобнее подле Драко слегка склоняет голову. - Может и так. Отошьешь Гринграсс ради меня? - Только если ты не шутишь. Дафна обиженно восклицает и откидывает ладонь Нотта, на что тот даже не обращает особого внимания, а рука Драко до этого лежащая на ее плече расслабленно вдруг напрягается. - Комнаты на верху. - говорит Блейз и все отвлекаются, разговоры больше к этой теме не возвращаются. *** Мэри быстро пьянела, она знала это еще с того момента как впервые попробовала огневиски в 14 лет. Тогда она вместе с Драко, Пэнси и Ноттом заперлись в комнате Драко в Малфой Мэноре вовремя рождественского бала, что организовали Малфои. Пэнси удалось вытащить из запасов мистера Паркинсона бутылку дорогого огневиски и они сошлись на едином мнение, что просто обязаны его попробовать. Мэри тогда хватило одного бокала, дабы мозг перестал нормально функционировать, а язык стал заплетаться. Может быть дело было в слишком молодом для такого пойла организме, а может в размере кружек, которые они использовали вместо бокалов, это уже неважно, но с тех пор практически ничего не изменилось, и в отличии от остальных, которые все же научились пить, Мэри пьянела максимум от двух разбавленных чем то бокалов. В тот рождественский вечер, они не смогли осилить целую бутылку, из-за страха быть пойманными взрослыми, но те так сильно были заняты своими играми в аристократов, что и вовсе позабыли о детях, которые пропали из общего зала, и до утра так и не вернулись. Сейчас бояться было нечего, и Тернер будучи уже прилично пьяной, опрокинула еще один стакан. Она оставила компанию парней и сестер Гринграсс минут через десять, после их переговоров с Ноттом, и сейчас как могла натаскивала время за которое могла бы напиться. Она ждет несколько минут прежде чем песня сменяется на ту, которая ей больше по нраву и отправляется танцевать. Подвыпившая толпа слизеринцев желающая отдаться танцам собралась на середине гостиной, создавая тем самым импровизированный танцпол, и Тернер с удовольствием присоединяется к ним, совсем не заботясь что танцует совсем одна. Мэри кажется прошло уже больше часа когда мелодия сменилась более медленной, и она наконец выдохнула подстраиваясь. Быстрые танцы заставили ее сердце колотиться слишком быстро, и сейчас ей было неимоверно жарко, но она все же осталась посреди танцпола, игнорируя парочки что облепили ее со всех сторон. Она видела как Адриан Пьюси шел прямо к ней, пока его взгляд не зацепился за кого то за ее спиной и он резко развернулся. Мэри не успела обернуться прежде чем почувствовала на себе чужие руки. Она уже было подумала, что это Пьюси успел обойти ее и присоединиться к ней, но все же медленно подтанцовывая она оборачивается с удивлением узнавая перед собой Нотта. Он прижимает ее ближе к себе положив руки ей на талию, и она мимо воли, скорее машинально кладет свои ладони ему на плечи. Он качается в такт мелодии, заставляя ее повторять за ней, и Мэри все же не сдерживает удивленного вздоха. Она смотрит на его лицо задирая голову, и не смотря на каблуки что она надела, разница в росте чувствуется сейчас как никогда прежде. Она задает ему волнующий ее вопрос, чувствуя как же на самом деле сейчас заплетается ее язык от выпитого огневиски, но музыка звучит слишком громко и он наклоняет голову прямо к ней, пытаясь расслышать о чем же она говорит. - Почему ты здесь? - его черные кудри щекочут ее лицо, когда она снова повторяет ему вопрос, говоря прямо в ухо. - Вечеринка для всех слизеринцев. - Я не об этом. - он молчит слегка отклонив голову и оглядывая ее лицо слишком пристально и Мэри продолжает - Как же Гринграсс? - Ты намного интереснее Гринграсс. Его голос звучит хрипло, он говорит ей прямо на ухо, и задерживает свою голову прижимаясь к ней щекой дольше положенного. По ее коже пробегаются мурашки, и Мэри списывает это все на алкоголь и то как близко они находятся друг к другу. Мелодия сменяется на более енергичную, но ни Тео, ни Мэри не отходят друг от друга продолжая покачиваться словно в медленном танце. Она задается вопросом, с чего он вдруг решил потанцевать именно с ней, и совсем не догадывается, что сам Тео думал об этом еще с того момента как она подошла к ним в начале вечеринки. Он находился неподалеку от нее танцуя с Дафной наверное еще с самого начала когда Мэри остановилась посреди танцпола. Он видел как несколько парней шли к ней с намерением прижать ее к себе, прямо как делает это сейчас он, но Тернер была так увлечена, что даже не заметила как минимум двоих, которых он совсем случайно послал куда подальше. Тео заметил приближающегося к ней Адриана, и решил что сейчас точно пора. Он отшил Дафну и послал Пьюси неоднозначный взгляд, от чего тот сразу же передумал подходить к Тернер. Сейчас же Тео прижимал ее к себе с явным намерением не отпускать как минимум до утра. Такие мысли возникали у него и раньше, и почему то сейчас ему казалось что продолжение в его комнате вполне возможно. Он списал это на сексуальное влечение и ее облегающее платье его любимого цвета, и не то чтобы он не мог бы найти другую девушку для развлечения на ночь, в крайнем случае всегда можно было бы прибегнуть к помощи старшей Гринграсс, но сейчас ему как никогда хотелось чтобы ночь он провел именно с Мэри Тернер, которая раньше не позволяла ему находиться так близко к себе. Мэри почувствовала как его рука скользит по ее спине поглаживая и подняв глаза успела заметить как его лицо приближается к ее. Она повернула голову слишком быстро, так что его губы мазнули лишь по ее щеке и она молниеносно выпуталась из крепких объятий уносясь прочь. Мэри осознает что ее сердце бешено стучит уже в комнате, куда она направилась сразу же как освободилась из рук Нотта. Все оставшееся время до того как провалиться в сон она думает лишь о том какого черта Теодор Нотт хотел ее поцеловать.