Личный врач

Рита сама не знала, что ее сейчас беспокоит сильнее, но своей интуиции привыкла доверять. А сейчас все было не так. Не так, как казалось внешне, интуиция изо всех сил сигналила об огромном количестве трещин и трещинок. А свою семью женщина хотела видеть монолитом. Именно семью, всех людей с которыми приходиться делить смерть, категорически нельзя воспринимать иначе. И добровольно взятая на себя обязанность хранить эту семью казалась все более тяжкой. Рита сама не знала, откуда такие мысли и страхи, но они были. И дикое беспокойство за Физика, возникающее каждый раз, когда Сергей с Мариной проходили мимо; и отчаяние и горечь, возникающие при виде Бати; и странная неуверенность, когда речь заходила о Коте. Именно неуверенность, будто совсем скоро ее мальчику предстояла очень тяжелая битва, а она не смогла его достойно подготовить. А еще был Пригов, почему-то очень хмурый, будто заново переживающий тяжелейшую трагедию в жизни, но не желающий об этом говорить. И "Гипнотизер", о котором так и не удалось ничего узнать. Слишком много всего было для нее одной, но Рита не сдавалась никогда. Она не защищалась, она защищала, а это у нее всегда получалось виртуозно. Рита все решила для себя давно, еще когда была совсем маленькой девочкой. За справедливость надо бороться самой, не прячась ни за чьи спины. И боролась, боролась каждый день и час. Даже когда казалось, что бессмысленно и безнадежно. Или когда было кому это поручить... Почему-то никогда не получалось доверять возможным защитникам так же, как себе самой. Это были другие люди. Чужие... Родные появились намного позже, но именно за них Рита готова была бороться до последнего вздоха. Благополучие этих людей было для нее даже важнее, чем справедливость, тем более, что в этом понятии она немножко разочаровалась. Справедливость слишком редко бывала объективной для всех, чаще всего для кого-то одного. Но теперь рядом были люди, готовые разделить тот груз, который она взвалила на себя. И она настолько привыкла и прониклась, что перестала доверять самой себе. Ей все казалось, что другие справятся лучше. От нее требовалась только помощь и поддержка. Теперь этой поддержки не было. Это не прозвучало вслух, такое вообще не прозвучало бы никогда, но Рита это чувствовала. Ей вовсе не казалось это несправедливым или неправильным, скорее наоборот. Это было правильно. Пора отдавать долги, платить за то счастье, которое ей обеспечили все эти люди самим своим присутствием. Поэтому Рита практически не выходит из ИКЦ требуя от подчиненных невозможного и добиваясь этого. Она найдет того, кто напал на ее девочку. Поэтому Рита мягко и ненавязчиво опекает Марину, слишком засиживающуюся в лаборатории. Ей не нужно, что бы с этим солнышком что-то произошло. Поэтому Рита тщательно оберегает от всех налаживающуюся личную жизнь Пригова и его отношения с Тамарой. Им хватит сил и мудрости разобраться самим, главное, чтобы никто не мешал. Поэтому Багира выходит в поля с юннатами, поэтому скандалит, выбивая для КТЦ Бизона и Барса, поэтому упрямо проводит вечера с Батей, терпя его апатию и попытки прогнать. Она не отдаст никого из этих людей. Не отдаст смерти, не отдаст отчаянию. И тот, кто затеял всю эту историю очень пожалеет, если попадет в ее руки. Багира не прощает подлости и жадности. Никому... А Батя все не может принять случившееся и найти себе новый смысл жизни. Но и уйти он не может, хотя пытался. Ему любопытно, чем же все это кончиться и страшно. А Рита каждый вечер рассеивает его страхи и без нее уже невозможно. Почти...