Личный врач

Больницы всегда производят тягостное впечатление, но сегодняшний визит для Кота и Физика переплюнул все предыдущие. У Марины действительно случился выкидыш и теперь Физик не отходя сидел у ее кровати. С другой стороны там же постоянно находились Тамара или Пригов, а возле палаты постоянно дежурили охранники. Все эти меры были уже запоздалыми, скорее вызванными желанием что-то делать, чем серьезной необходимостью. Марина пришла в себя всего на несколько минут, а потом узнала, что с ней произошло. Остановить истерику смогли только врачи, они же вкололи девушке успокоительное. Сейчас Марина спала и все очень боялись ее пробуждения. Кот прекрасно помнил слова врача: - Физически - все будет хорошо, срок был небольшой. Потребуется некоторое лечение и с повторной беременностью лучше немного подождать, а вот психологически... Это ведь был желанный ребенок? Физик сглотнул и коротко ответил: - Да. - Василий никогда еще не слышал у друга такого голоса, да и сам себя чувствовал не лучше. - Вы отец? Не обвиняйте ее ни в чем. Девушке будет очень нужна поддержка, а вам терпение. И если вы уже начали готовить что-то для ребенка, то лучше это убрать. До ее возвращения. С поездкой домой Физик уложился в рекордные два с половиной часа, хотя Кот боялся даже представить, с какой же скоростью друг вел машину. Сам он это время просидел у кровати сестрички, вглядываясь в бледное лицо и очень мечтая придушить того, кто это сделал. Почему-то Василий был уверен, что проблем не возникнет. Рядом сидел Пригов, совсем недавно волевым решением заставивший Тамару тоже лечь, у товарища генерала тоже как-то странно сжимались руки. Будто на чьей-то шее. Тем временем Багира и Батя вели допросы задержанных, но добиться чего-либо толкового от них не удалось. Двое качали права и требовали статуса потерпевших, а третий молчал. Молчал как-то странно, Багире даже показалось, что обреченно. Впрочем, мысли были заняты совсем другим, и поняв, что поговорить не удастся, Рита вызвала конвой и отправила заключенного в камеру. Физик же, вернувшись в больницу, вытеснил из палаты и Кота и Пригова, а сам приготовился ждать. Ждать столько, сколько понадобиться, а потом делать все, творить любые глупости, лишь бы его солнышко не плакало. Хотя прекрасно понимал, насколько все это будет не легко и не быстро. Марина проснулась через пару часов. Не плакала, но глаза ее были настолько потерянными и несчастными, что Сергей просто не смог подобрать слов. Пришлось просто брать девушку на руки и носить по палате. Носить пока она не сорвалась в слезы, пока не прекратились всхлипы. - Сережа, прости... Я не смогла. Прости. - Ты меня прости. Я вас не защитил. Не смог. Прости меня и не уходи. Не бросай, а я буду тебя беречь. Буду изо всех сил. Обещаю, маленькая моя. Только дай мне еще шанс. И переезжай ко мне. - Сережа, не могу... Там... - Я все убрал. Не скажу куда... Все будет, родная. У нас все еще будет. А мы переживем, мы же вместе. Через час Пригову сообщили, что один из задержанных повесился в камере, оставив предсмертную записку. Но вот Марине и Сергею об этом сообщать не стали, их бы не утешило раскаяние того, кто сделал девушке тот самый, роковой укол. А Марине еще не хватало ощущать себя виноватой в чьей-то смерти.