Плюшки, вареники и рояли в кустах

Радостный Гарри Поттер сидел напротив не менее радостного гоблина, в глазах которого сверкали не менее радостные галлеоны. Гоблин, не переставая улыбаться своей лучшей улыбкой (которая должна быть запрещена Венской конвенцией как ужасное оружие массового поражения, впрочем, бесполезное против Мальчиков-которые-никак-не-помрут), передал Гарри пергамент и перочинный ножик не лучшего состояния. Поттер, ожидавший если не инструмента из рога единорога, то хотя бы лучшее швейцарское изделие, заметно скис, но надрез на пальце сделал. Капля крови соскользнула с ладони на пергамент и исчезла, не оставив следов. Тут же засунув пораненную конечность в рот, мальчик с интересом вгляделся в бумагу. Бумага с интересом глядела на него. Искра, буря, непонимание. — Это займёт некоторое время, — проскрипел гоблин, покивав для значительности. — Что — это? — заинтересованно спросил Гарри, не доставая, впрочем, палец изо рта. — Это, — повертел рукой в воздухе гоблин, стараясь придать еще больше значимости действу, не раскрыв при этом собственное незнание. В этот же миг перед типичным офисным работником появился пергамент и капля крови. Еле успев поймать ее на стекло, он перевел дыхание. Спокойно себе работал (или спал, не суть важно), а тут нате. Что это вообще значит? Неужели кто-то решил проверку крови заказать? Эти так и ничего не поняли? Вздохнув, он взглянул на список вопросов. Род, родственники, способности… Ну и… падлы! Месячным отчётом их по голове! Это он должен с капли крови всё генеалогическое древо восстановить, да какие-то особенности найти?! Кретинизм он уже диагностировал! С расстройства он со всей силы приложился лбом о стол. Прямо о пергамент. Поттер удивлённо смотрел на появившиеся огромные буквы, складывающиеся в нечто, похожее на неприятное обзывательство. Перевёл подозрительный взгляд на гоблина, но тот сидел всё с такой же устрашающе-радостной миной. Перевёл взгляд на пергамент. Подняв пострадавший лоб с отнюдь не мягкого стола, он с ужасом воззрился на перепечатавшееся «ЛОХ» прямо по центру заказа. Видимо, кто-то умный разрисовал его лоб, пока он усердно работал (сон является важнейшей частью рабочего дня, так-то!). Достав ножичек, он попытался соскоблить надпись. Раздался писк, сигнализирующий о окончании диагностики. Он бросил неблагодарную борьбу с бумагой, оставив на листе красоваться буквам «ЛОл» и взглянул на результаты. Ну что можно сказать, третья положительная, начинающийся столбняк, большая вероятность Альцгеймера. Он подозревал, что это не совсем то, чего от него ожидают. Такими темпами висеть на стенде «Работник межфазного цикла» ему только столетия через три. Со вздохом он запросил все рода, у которых кровь в среднем третьей положительной группы. Выскочило семнадцать фамилий, он с сомнением отбраковал все, не связанные с Туманным Альбионом. Осталось пять. Что делать дальше он придумать не смог. Ещё немного помучавшись, он огляделся и записал на пергамент все. Ну, Поттер-Певерелл-Слизерин-Керкек-Гриндевальд, бывает. Они там такое кровосмешение устраивали, наверняка там ещё больше всего намешано. Снова оглядевшись, он расплылся в улыбке. Никакой мгновенной кары не последовало, работники в соседних кабинках занимались своими важными делами (несомненно, важнейшим восстановлением сил), всевидящее око продолжала наблюдать матч любимой команды. На его губах расплылась предвкушающая улыбка и он достал папку с долгами. Тяжелый фолиант с кряком вылез полки. Долистав до части дебафов, проклятий и неприятных сюрпризов, до сих пор не утилизированных и мешающих получению премии, он торжественно открыл первую страницу. На него с гордостью смотрело «Преследование Смерти», с ходу сбивая спесь. Но чего только не сделаешь, чтобы стать лучшим сотрудником. Задумчиво покусав кончик пера, он аккуратно вывел: «Повелитель Смерти». Больше пафоса, меньше заметен подвох. Гениально. Страница тут же исчезла из папки. Вдохновлённый, он продолжил мозговой штурм. Уже через пару часов эта часть папки была пуста и он с счастливым вздохом развалился в своём кресле. Он точно попадёт на стенд с подписью «Самый Лучший Работник», ему выпишут премию, а главное, все будут бояться рисовать на его лице похабщину. Идиллия. Гарри Поттер и гоблин с шоком вглядывались в пергамент. Куча новых фамилий повлекла за собой ещё большую кучу родственников (точно таких же мертвых, как и уже известные). Родовые дары и магические способности поражали воображение: тут было и понимание языка змей (и других гадов), и нюх на драконов (или драконов на Вас), и усиленная стихийная магия (всё такая же бесконтрольная). И ещё огромная куча пунктов, почему-то частично появившаяся на бумажках, подозрительно напоминающих стикеры, приклеенные к низу пергамента. Гоблин улыбался и Гарри улыбался ему в ответ. Занавес.