Пьяный вальс

Как же много вопросов. И мало ответов. Столько предположений, и все не раскрыты. Конечно, спустя долгое время, мы все еще храним в себе предположения, которые никогда и ни за что не осмелимся озвучить. И, ясное дело, никто не может обойтись без теорий. Когда перед тобой такой харизматичный чел.. м.. демон, тяжело устоять от соблазна подумать о всяком-разном. О том, танцует ли Кроули, извиваясь и крутя бедрами, во время звуков дудки; или же, еще более дерзкое предположение, может ли он за раз съесть целого человека без остатка. Ну, чисто теоретически, может — он же демон. И извиваться тоже весьма в его стиле. Правда, не только под звуки дудки. Под песни его любимых исполнителей, таких как "Queen", под незамысловатые и завлекающие мелодии бедных музыкантов на улице, или просто тех, кому нечего делать. И даже под весьма нудную мелодию умерших классиков, доносящуюся из книжного в Сохо. Танцует, и еще как. Ох, ради такого ангела можно и станцевать. В ответ на утверждение Азирафеля:"Никто не сможет танцевать вальс один, да еще и в пьяном состоянии", обратное чему так яростно доказывал демон, будучи уже подшофе, Кроули резко встал из-за стола и резким щелчком включил одну из песен Шопена. А далее сплошная импровизация — неуклюжие движения в перемешку с самодовольной ухмылкой. Он был так же смешон, как и опытен в исполнении соло-вальса. Тоесть совершенно смешон. Но ангел, несмотря на всю эту ахинею, творившуюся сейчас в его лавке, увлеченно наблюдал за каждым движением и изредка восхищенно аплодировал. Он бы сильно хотел присоединиться, но ангелы не танцуют. А этот конкретный ангел не танцует ничего кроме гавота, что не слишком походило на вальс. Хотя то, что сейчас изображал перед Азирафелем Кроули, тоже не особо на него походило. И все же, нужно иметь много стали в.. крыльях(допустим), чтобы прямо сейчас встать и дать телу волю отдаться музыке. Импровизация это тебе не гавот, так сказать. Поэтому пьяный букинист просто с наслаждением смотрел на бьющегося в конвульсиях Кроули. В какой-то момент с него слетают очки, и ангел замечает, что под ними скрывались плотно закрытые глаза. Тут он слегка напрягся. И в этот же момент красные волосы чуть ли не влетают в одну из книжных полок. Благо, ангел смог это предотвратить, схватив Кроули за талию. Их поза все больше напоминала движение как раз-таки из самого вальса, про который эти двое уже давно забыли. Ангел поспешно поставил Кроули прямо, с облегчением вздохнув. Даже алкоголь как-то выветрился, хотя он не применял для этого свои силы. Пока Азирафель приходил в себя, Кроули схватил его руки и, с яркой улыбкой, положил себе на плечи. Он ни сказал ни слова, но ангел понял, к чему это. Ладони Азирафеля моментально вспотели, к счастью, сквозь толстый пиджак это не заметно. Хотя и сам Кроули не был столь уверенным, каким хотел казаться. Последняя капля алкоголя, благодаря волнению, покинула и его. И теперь они уже на совершенно трезвые головы вынуждены танцевать вальс, ведь пути назад нет. Но никто не может сдвинуться с места. Очередная мелодия Шопена играет сама с собой, а эти два джентельмена как уставились друг на друга, так и стоят. Еще никогда эти двое не были так близко. Конечно, неприязни они не испытивали, никак нет. Это чувство скорее похоже на блюдо, которое ты так долго хотел отведать, но все не было времени, и наконец — оно перед тобой. Что-то такое "Ах, наконец-то". Только вот что "наконец-то"? Сказать, что Азирафель прямо-таки мечтал оказаться в обьятиях Кроули — будет ложью. Но вот, что сказать про самого Кроули... Тот прямо-таки мечтал оказаться в обьятиях Азирафеля. Так сильно, как только можно представить. И это отчаянное желание наконец исполнено, причем, совершенно случайно, максимально неожидано и совсем не вовремя. Руки Азирафеля слегка подрагивали на плечах Кроули, что второй, конечно же, заметил. И посчитал забавным. — Впервые трогаешь кого-то во время танца?— поддразнил демон. Немного помедлив, ангел ответил. — Нет.. Что-то не очень демону понравился его ответ, но тот сразу же отбросил навязчивые мысли на подобие:"какого черта?". Ведь и правда. Только черт мог заставить этого ангела танцевать. Мелодия все играла, вводя парочку в некий транс. Вот уже Азирафель не так и потеет(хотя.. с каких это пор ефирные существа могут потеть?), а Кроули чувствует себя на йоту увереннее, позволяя себе внимательно скользить взглядом по своему партнеру... По танцам, разумеется. От рук демона на своей талии, ангел чувствовал легкие покалывания внизу живота. Такие приятные, что аж страшно. Хотя, казалось, эти покалывания может вызвать что угодно: легкие соприкосновения их животами время от времени, улыбка Кроули, что сменялась то сосредоточеным взглядом, то возвращалась обратно, красные лохматые волосы и его золотые глаза, яркие, как солнце. И вот Кроули устал бездейственно стоять. Пусть ему и нравилось рассматривать взволнованое лицо своего ангела, его метающийся взгяд, который только иногда достигал самого Кроули. Демон не мог оторваться от этого прекрасного ощущения, хотел как можно дольше стоять, прикасаясь чуть ли не всем телом к Азирафелю. Не хотелось отпускать. Совсем. И, наконец, он снова уловил ритм, затопал в такт музыке и, сначала оттолкнув, но не отпустив руки ангела, притянул к себе еще ближе чем раньше. Сначала они просто слегка покачивались под музыку. Затем Кроули решил ускориться, то отпускал Азирафеля в свободное плавание, то прижимался к нему, то снова отпускал... Парочка уже не чувствовала неловкости, только искренне наслаждение. Было так увлекательно наблюдать друг за другом, подстраиваться, чувствовать движения друг друга, и, иногда, крутиться, закрывая глаза. Ангел, на удивление демона, танцевал весьма искусно. В моменты, когда он, закрывая глаза, кружился, Кроули не мог оторвать от него взгляд. Пусть он не узнает об этом, пусть Кроули будет смотреть на него, пока тот не видит. Происходящее сейчас и так было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Запыхавшиеся, но не уставшие, ангел и демон все продолжали танцевать. Это уже не было похоже ни на вальс, ни на гавот. Это было что-то совершенно не из мира сего. Движения смешивались, пятки били в ритм барабана. Казалось, вся комната танцует, все танцует, даже воздух. Только очки, лежащие где-то в запыленном углу книжного, одиноко наблюдали. Музыка затихла. Граммофон застыл в ожидании, а парочка — в непонятной позе, ставя жирную точку в конце невесть чего, но только не вальса. Тем не менее, это было прекрасно, все было прекрасно. Каждая секунда. Ангел и демон все еще неподвижно стояли, не желая заканчивать этот волшебный миг. Но стоять в такой позе, тем более долго, довольно непросто. Поэтому сначала Азирафель, а за ним и Кроули, стали прямо друг перед другом. Предложить сесть обратно за стол язык не поворачивался. Внезапно, Кроули предложил кое-что весьма смелое. — Может, подаришь мне еще один танец?— после чего медленно и элегантно протянул ангелу руку. Тот не мешкал и сразу же принял предложение. И так они танцевали, пока у обоих не стало сил даже пошевелить пальцем. Каждый удобный вечер они собирались, пили вино и танцевали, пока есть силы. И так еще очень много лет. Пока во время очередного "вальса" они не прижмуться друг к другу так сильно, что больше не смогут отнекиваться от своих чувств.