Семья

Ирис на берегу. 
А вот другой — до чего похож! -
Отраженье в воде. Мацуо Басё

       О чём думает умирающий человек? Всё слишком индивидуально. Кто-то о потраченном зря времени, кто-то о близких, кто-то об упущенных возможностях, а кто-то радуется и встречает смерть с распростертыми объятиями. Мэй же поняла, что она устала. Устала бороться, устала страдать, устала ждать, устала..так жить.Вихрь мыслей превратился в всепоглощающую пустоту. Жизнь перестала быть такой насыщенной, какой смысл в ней тогда? Девушка ведь сама всем твердила: «Радость — неотъемлемая часть жизни любого человека и какой смысл в ней без положительных эмоций?» А в её жизни остались одни страдания. Пока девушка находится в полном мраке, она не чувствует боли, не слышит звуков, не испытывает эмоций. Одна темнота и безмятежность. Нравится ли ей это? Она пока не понимает. Что-то ей подсказывало, что если она сделает шаг навстречу этой темноте — назад пути не будет. Мэй стоит перед этим выбором и не решается. С одной стороны — жизнь, страдания, обыденность, с другой — смерть и неизвестность. «Если ты мёртв, может там я тебя встречу?» Единственная мысль, промелькнувшая в её голове так притягательна, но так безумна. Соблазн очень велик, поэтому она уже поднимает ногу, чтобы сделать шаг, но застывает в таком положении. «У меня же есть друзья, у меня есть семья.» Внезапно начинают всплывать образы в голове девушки. Вот Чонган учит её делать отвар и по-отцовски обнимает, Амайя заразительно смеется над очередной шуткой Мэй, Сатоши ставит подножку Хонгу, за что сразу получает от него несерьёзный подзатыльник, Такао подбадривает её, когда в очередной раз на обучении не получается сделать большое зарево, Сино-Одори, которая осыпает девушку комплиментами, чтобы та чувствовала себя увереннее, растерянный Масамунэ, на которого в очередной раз упала куча снега с ветки. «Как я могла про них забыть?» Ей приходит новое осознание. Беременность. Мэй сейчас решает не только свою судьбу, но и судьбу неродившегося дитя. Она не может так поступить с ним. «Ради них, ради него.» Кицунэ решительно опускает свою ногу на место и делает робкий шаг назад. Темнота постепенно начала окрашиваться в светлые оттенки, появляются какие-то голубые линии, которые плавно плывут к ней. Пальцы девушки начинают приятно покалывать, ведь магия начинает наполнять её тело всё сильней и сильней. Откуда этой магии взяться? Она ведь здесь одна и не прикладывала даже минимальных усилий для колдовства.

***

Мэй резко открывает глаза и захватывает губами воздух, словно всё это время была под толщей воды. Она начинает часто моргать, чтобы всё вокруг не было так расплывчато. Те же доски на стенах, кувшин с водой, встревоженный Чонган. Лекарь тут же тянется за чашей с укрепляющим отваром и подаёт её Мэй. Тяжело смотреть как она дрожит, с трудом удерживая чашу в руках. Дедушка помог ей, удерживая ёмкость за дно, чтобы она была устойчива. Кожа девушки будто прозрачная, ведь на висках видны тонкие вены, губы сухие и потрескавшиеся.Ощущения постепенно возвращаются к ней, даже появляется небольшой румянец на щеках. Чувствуется запах трав и крови, от которого так хочется поморщиться, болезненные ощущения в животе и внизу обостряются, а руку обхватывает что-то тёплое и мокрое. Девушка переводит взгляд в сторону. — Такао? — прохрипела она, смотря на то, как мужчина держит её своей забинтованной ладонью, которая уже успела полностью пропитаться кровью. Дзёнин открывает глаза и тяжело дышит. — Мэй, ну же! Ребёнок сейчас задохнётся! — кричит дедушка и глава клана тут же выходит из дома, закрыв после себя дверь. Она успела заметить, что на улице уже светло. Ей приходиться сильно зажмуриться и напрячь всё своё тело.Снова неистовая боль и снова крики, но они уже принадлежат не ей. Боль постепенно уходит и на смену ей приходит облегчение и..радость? Она так давно её не испытывала.

***

Прошло несколько суток. Мэй почти всё это время проводила во снах, ведь Чонган и Кими заверяли, что ей нужен отдых и они сами обо всём позаботятся без её помощи. Она всё же иногда выходила из спальни и наблюдала за их действиями, но ,к сожалению, усталость не давала это делать часто. Других членов клана старшие внутрь не пускали. — Мне уже намного лучше, я могу выйти, прогуляться? — спросила девушка, выйдя из бани. — Иди, всё равно не усидела бы, — махнул по-доброму Чонган на девушку рукой и она неуверенно вышла из дома, держась за стену. Она всё ещё была слаба, но вечно лежать на постели тоже не в её интересах. Девушка прислонилась спиной к дому и начала осматривать деревню, будто видит её впервые. На улице уже тепло, аромат распустившихся растений кружил голову, а лёгкий ветер несильно поднимал её волосы. В клане уже кипела жизнь и солнце стояло высоко. Всё говорило о том, что уже середина дня. Мэй наслаждалась этим спокойным мгновением, прикрыв глаза. Она пока не торопилась отходить от дома. — Лисичка! Лисичка! — послышались громкие возгласы спереди и девушка распахнула глаза. Не успела она опомниться, как её чуть не сбили с ног. — Я так рада! Живая, сильная, умная, самая милая лисичка на свете! — тараторила Сино-Одори, навалившись ей на плечи. — Я тоже очень рада тебя видеть, — Мэй сомкнула свои руки на талии ёкая и продолжила, — но что ты здесь делаешь? — Хотела к тебе прийти, а мне сказали, что ты чуть не умерла, пока рожала — Сино заметно погрустнела, — я сказала, что никуда не уйду, пока не увижу тебя и твоих деток живыми. Мне выделили дом и я пока тут жила. Уютно у вас, но не так как в лесу, — пролепетала она, немного отстраняясь, — Ты как себя чувствуешь? — Хорошо, а где остальные? — спросила девушка, заинтересованно склонив голову. — Сейчас, конечно, сейчас позову, — она уже было развернулась, чтобы уйти, но ей перегородили путь. — Звать не придётся, — улыбнувшись, сказал Такао. — Да, на твои крики все сбежались, — пояснил Сатоши, стоя между Хонгом и дзёниным. Ёкай неловко почесала затылок. Амайя, ловко проскользнув между мужчинами, мягко обняла Мэй и прошептала на ухо: — Я скучала. Девушка сделала то, что не делала последние несколько месяцев — улыбнулась. Тепло, искренне. — Я тоже, — также прошептала она, немного сжимая её своих объятиях. Они шептались, будто про их чувства не должен знать никто и это что-то очень сокровенное. — Такао, что произошло в ту ночь? Почему ты был рядом? — немного нахмурившись, спросила Мэй, мягко отстранившись от подруги. Мужчина подошёл чуть ближе и спокойно ответил: — Посередине ночи к нам выбежал Чонган и сказал, что умираешь и зовёшь меня. — Я этого не помню.. — задумчиво произнесла она, потирая шею. — Ты говорила что-то про магию и что нужен я. Я догадывался о чём шла речь, — Мэй вопросительно подняла бровь и Такао продолжил, — Я не знаю, как ты догадалась, что такая магия вообще существует, ведь о ней я тебе не говорил, но, видимо, в агонии голова у тебя работает быстрее..Суть была в том, чтобы дать тебе магических сил, дабы ты пришла в сознание и продолжила рожать. Я так раньше никогда не делал, риск очень велик, но выбора не было. Благо, всё прошло более чем хорошо. Девушка впала в ступор и смотрела на мужчину не моргая. — Спасибо, — единственное, что смогла она вымолвить после затянувшейся паузы, дзёнин одарил её улыбкой и полушёпотом ответил на немой вопрос: — Я ничего не видел. Она благодарно ему улыбнулась. «Вот кому принадлежали голубые линии в том мраке.» — Я снова ставил на то, что не выберешься, — хмыкнув, сказал Сатоши, переводя на себя внимание. — Какое коварство судьбы, расстроился? — развернувшись в его сторону, ответила она в той же манере. «Из раза в раз всё та же песня» — Нет, — ответно ухмыльнулся он, — ладно, собрались мы тут не за этим. — Странно, я думал, ты ехидничать пришёл, — закатив глава, подал голос Хонг. — Мэй, нам всем интересен пол, — останавливая перепалку, сказал дзёнин. — Пол? — Мальчик или девочка? — резко спросил гримёр, будто его этот вопрос волнует больше всех вместе взятых, глаза его заискрились интересом. Немного помедлив, сохраняя небольшую интригу, девушка загадочно ответила: — и. — Что? — одновременно нахмурились и спросили Хонг с Сатоши. Кицунэ поспешила пояснить, слегка улыбаясь: — мальчик и девочка. Все резко переглянулись, восторженно улыбаясь. Амайя прикрыла открытый от удивления рот ладонью, Сино прыгала на месте, хлопая в ладоши. — Парня наколдовала всё-таки, молодец! — воскликнул Сатоши, уже явно строя свои планы на детей. — Как назвала? — спросила Сино-Одори, складывая руки на груди. Мэй перевела взгляд с девушки на Такао и, грустно улыбнувшись, ответила, смотря в эти призрачно-голубые глаза: — Морико и Шин. Настроение компании с радостного сменилось на удивлённое, Мэй опустила взгляд вниз. — Почему Шин? — спросила Сино и Амайя заинтересованно склонила голову, видимо, её тоже волновал этот вопрос, ведь все прекрасно понимали в честь кого назвали девочку, а почему такое имя у мальчика? — Так звали отца Кадзу, — ответил Такао, грустно улыбнувшись. По взглядам мужчин было ясно, что они тоже знали это имя. Ёкай подошла ближе и обняла девушку за плечи. — Всё будет хорошо, ты справишься, мы поможем, — проговорила Сино, неспешно поглаживая её по спине. Было ясно, что подруга уже была в курсе всех событий, ведь прожила в клане несколько дней. — Знаю. Услышав слезливый шмыг носом, девушки обернулись на источник звука. Амайя стояла вся в слезах и тщетно пыталась вытереть лицо рукавом. — Что такое? — обеспокоено спросил Такао. — Я..это просто всё так..мило, правильно, — светловолосая девушка, закрыв лицо руками, начала плакать ещё сильнее. Её слёз никогда никто не видел, поэтому компания не понимала как себя вести, стоя в ступоре. Кицунэ первая опомнилась и, подойдя вплотную к подруге, обняла за плечи одной рукой, а вторую незаметно положила на её живот. От этого жеста девушка начала потихоньку успокаиваться. — Извините, — проговорила она, вытирая влажные глаза. — Я сейчас, — кинув на Такао многозначительный взгляд, Мэй поспешила в дом Чонгана. Вернулась она быстро, держа в руках чашу. — Выпей, полегчает, — протянула она ёмкость с отваром Амайе. Она, не спрашивая, выпила сразу. — Лучше? — прищурившись спросила девушка, ловя на себе вопросительные взгляды. Слишком уж странное поведение для Мэй. Чтобы она без спроса заходила в чужой дом, так еще и забирала что-то. Интересно. — Да мне и так было.. — не успела она проговорить, как резко закрыла рот рукой и отбежала на несколько шагов. Мэй перевела хитрый взгляд на дзёнина. — Знакомая ситуация.. — задумчиво прокомментировал Хонг. — Да, действительно, — улыбаясь, согласилась девушка, не сводя взгляда с главы клана, который стоял широко раскрыв глаза. Белая кицунэ поспешила вернуться обратно. — Что-то дурно мне стало, — нахмурилась она и стыдливо опустила голову. Сино-Одори тут же подлетела к ней и начала обнюхивать девушку. — Сино, что ты..? - начала белая кицунэ, но её перебили. — Всё так! Мэй, всё так! Ждите пополнения! — перебила её ёкай, держа ладонь на животе девушки. Куноити победно улыбнулась, а у Амайи на лице читался испуг. — Нет, ну это ни в какие рамки. Это уже не клан, а зверинец какой-то, — пытался скрыть радость за ворчанием Сатоши. Все перевели весёлые взгляды на Такао. Его растерянность сменилась счастьем, он с такой нежностью посмотрел на Амайю, что она не смогла скрыть смущения. — Всё больше и больше ёкаев, — ухмыльнулся Хонг, а Сино-Одори горделиво подняла подбородок. — Как-то многовато потрясений, — сказала зеленоглазая девушка, не отводя взгляда от своего мужчины. — Самые лучшие потрясения, — ответил мужчина, не отводя взгляда от своей женщины.

***

      Так проходили дни. Мэй с детьми перебрались обратно в свой дом. Сатоши с Хонгом смастерили две детские кроватки, Амайя сшила игрушки, но несмотря на это дедушка всё равно не подпускал никого к детям. По его словам, их здоровье пока очень слабое и из-за этого они могут поймать любую заразу. Так и прошёл месяц. Кими учила Мэй кормить грудью, а Чонган правильно успокаивать детей и убедившись, что девушка справляется без их помощи, они перестали её навещать так часто. Теперь в доме не так одиноко, теперь у неё есть замечательные сын и дочь. Девушка постоянно находилась с детьми, поэтому у неё было мало времени на мысли. И нет, внутрення боль и пустота никуда не ушла, лишь на время пряталась в дальний угол, чтобы мирно ждать своего часа. Её время наступало ночью, когда Мэй ложилась спать в одиночестве. Тогда её терзания души возвращались к девушке как к старой, доброй подруге. Благо, сейчас была далеко не ночь. «Думаю, Чонган не будет злиться, если я позову их к себе. Детям ведь уже месяц.» После этих мыслей она взглянула на сына с дочерью, которые сейчас были очень заняты игрушками. Убедившись, что им ничего не угрожает, девушка аккуратно вышла из дома, прикрыв за собой дверь. Почти подбежав к дому дзёнина, она постучала, как всегда, два раза. — Мэй? — Амайя удивлённо вскинула брови, — давно тебя не было видно. — И это оправданно, — хмыкнула она, — если не заняты, позови всех, хочу познакомить, пока дедушка не видит. Светловолосая девушка тут же обрадовалась и активно закивала головой, после чего Мэй поспешила вернуться в дом. — Ну опять всё разбросала, неугомонная, — по-доброму сказала кицунэ, подбирая игрушки с пола. Морико была капризной и эмоциональной девочкой, Шин же наоборот, был более спокойным. «Мне кажется, я подозреваю кто именно пинал меня в животе.» Не успела она собрать все игрушки, как дверь бесцеремонно открылась. Первый на пороге стоял Сатоши. Ну конечно, кто же ещё мог так влететь в дом без стука. За ним заинтересованно пытались что-то разглядеть остальные. — Ну что встал-то на проходе? Не видно ж ничего, — недовольно произнёс Хонг, несильно толкая гримёра локтем, — Доброе утро, Мэй. — Доброе, проходите, чай заварю. «Так было интересно, что сразу примчались?» Всем, видимо, было всё равно на чай, ведь они сразу двинулись в сторону детских звуков, а не стола. Мэй, бросив своё занятие, пошла с ними. Пришлось протиснуться сквозь небольшую толпу, ведь они встали как вкопанные в проёме перед кроватками в соседней комнате. — Вы чего? — вопросительно подняв бровь, спросила девушка, смотря как компания смотрит на кроватки, будто перед ними не дети, а рогатые О́ни. — Мы очень давно не видели детей, — вышел из ступора Такао. — Можно? — спросил гримёр, протягивая руки к мальчику. — Удивлена, что ты умеешь спрашивать разрешение. Мужчина, цокнув языком, осторожно поднял на вытянутых руках Шина, взявшись за его бока. Мальчик нахмурился, но протестовать не стал, девочка же рассматривала каждого нового человека, но быстро потеряв интерес, прикрыла глаза, напоследок что-то крикнув. — Ох, какой серьёзный, — прокомментировал Сатоши, рассматривая ребёнка со всех сторон. Хонг стоял рядом и стал так аккуратно протягивать руку, чтобы дотронуться до Шина, будто может обжечься. — Это тебе не кукла, — хмыкнула Амайя, сложив руки на груди. — Дык я ж не знаю как их надо держать, — оправдался синоби, пытаясь по-другому перехватить Шина. — Какие замечательные! Красивые! — поголосила Сино, разглядывая малышей. — Они кицунэ? — спросил дзёнин, не отрывая взгляда от Морико. — Не знаю, время покажет. По запаху как-будто да, но может кто-то один, а не оба сразу.Сино, ты как думаешь? — Не знаю, запах правда есть, но непонятно, — ответила она, облокачиваясь на кроватку Морико и заглядывая внутрь. — Глаза у него такие, как у тебя были раньше, — сказал Сатоши, всё ещё держа на вытянутых руках сына. У Шина круглые, выразительные глаза чёрного цвета. У девушки действительно были такие же до того, как она стала активно заниматься колдовством. Сейчас же её глаза обрели янтарный оттенок, говоря о том, что она склонна больше к огню, нежели к иллюзиям.Так как об изменениях цвета глаз у кицунэ ни в одной книге не написано, они с Такао пришли к такому выводу сами. Мэй хмыкнула и утвердительно кивнула. — Смотрите, — перевела девушка внимание на себя, подойдя к кроватке девочки. Сатоши, с помощью Амайи, положил поудобнее Шина на руки и подошёл вместе с остальными ближе. Кицунэ закрыла ладонями лоб и нижнюю часть лица девочки, чтобы видно было только глаза. — Морико, — ласково произнесла Мэй и та неохотно открыла свои очи. Все застыли в шоке. На них как-будто смотрит не маленькая девочка, которая родилась месяц назад, а Кадзу. — Невероятное сходство, — отойдя от шока, произнёс Хонг. — Надеюсь, они не возьмут хотя бы ваши характеры, а то я не вынесу ещё и копий, — пробурчал Сатоши, неловко играясь с Шином руками. Такао склонился над кроваткой девочки так, что его белые длинные волосы свисали над Морико и, конечно же, её это заинтересовало. Поэтому, издав какой-то непонятный звук, она схватила прядь его волос и потянула на себя. Мужчина опешил, но повиновался и подошёл ближе, чтобы волосы не натягивались так сильно. Амайя и Сино-Одори засмеялась в голос, Сатоши и Хонг прыснули в кулак, а Мэй закрыла рот ладонью, чтобы сдержать смешок. — Вот кто над тобой имеет власть, — смеясь сказала Амайя. — Какая наглость, Морико, что-то мне подсказывает, что ты будешь своенравной, — по-доброму сказал дзёнин и щёлкнул пальцами. На его руке тут же появился голубой цветок, витающий в воздухе. Девочка ослабила хватку и тут же переключила своё внимание на колдовство. Глава клана победно улыбнулся и выпрямился, чтобы его не схватили ещё раз. — Ты ей понравился, — сказала Амайя, кладя свою ладонь на плечо мужчины, он посмотрел на неё с нежностью и ответил: — Скорее мои волосы. — Мэй, можно я буду тебе помогать иногда с детками? Мне же учиться надо, — положила девушка на свой живот вторую руку. — Да, если тебе хочется, — рыжая кицунэ не стала говорить, как сложно ей справляться с детьми одной и что будет только рада, если ей помогут. — Тебе тоже не помешает, — сощурила белая кицунэ глаза, как-то укоризненно смотря на Такао. — Ну, видимо, придётся обучаться у тебя, Мэй, — ответил он с улыбкой. — Око за око, — пожав плечами, ответила она, — И Такао, ты мне кое-что обещал. — Надеялся, не вспомнишь, — невозмутимо ответил он и перевёл взгляд на других. — Понял, уходим, — сказал Сатоши и, укладывая Шина в кроватку, помахал детям рукой. Все быстро попрощались и вышли из дома. Девушка же продолжила заваривать чай, чтобы беседа была приятнее. «Хотя уверена, её ничего не скрасит.» Такао сел за стол и Мэй разлила согревающий напиток по чашечкам. Немного отпив, мужчина произнёс: — Надо научить всех заваривать также. — Посчитаю это за комплимент, — улыбка получилась слабой. Такао кивнул, соглашаясь с выводом. — Ты же про заказ Кадзу хочешь узнать, я не ошибаюсь? — Он оперся локтями на стол и руками подпер подбородок, внимательно наблюдая за девушкой. — Не ошибаешься, — на её лице не дрогнул и единый мускул. — Что ж..это было в любом случае неизбежно, — мужчина на миг прикрыл глаза, собираясь с мыслями, — Как я и говорил, заказ был от моего знакомого. Он занимается нелегальной продажей и ему нужна была императорская печать, дабы поставить на нужные документы. Рассказывать какие именно не стану — бессмысленная информация для тебя. Мэй застыла в шоке, страшные мысли опять стали лезть в голову. Была бы она сейчас лисой, шерсть определённо встала бы дыбом. — Кадзу нужно было украсть императорскую печать? — спрашивает она, когда к ней наконец возвращается способность говорить. — Да, — ответил колдун, сочувственно посмотрев на неё. — Это была правда..что подходили только ты, я и он, ведь только мы из клана лучше всех знали дворец изнутри.. — проговорила девушка, опустив голову вниз, мужчина утвердительно кивнул. — Ты не виноват, — подняла она голову, чтобы встретиться с ним глазами, — никто не виноват. Такао слабо кивнул. Было видно, что он всё ещё чувствует вину за то, что вообще взялся за этот заказ, но кицунэ считала нужным проговаривать это снова и снова. «Может, я стараюсь верить, что он сбежал лишь потому что так легче? Возненавидеть легче чем смириться.» — Не могу поверить, что он погиб.. — вырвалось из уст девушки полушёпотом, пока она пыталась сделать дырку пустым взглядом в чашечке. — По правде говоря, я тоже. Прошло слишком много времени, чтобы надеяться на его возвращение, но я всё же рад, что ты перестала думать о его побеге. Я сделал его могилу, чтобы.. — мужчина начал подбирать слова и Мэй решила продолжить за него: — Чтобы отдать дань уважения и памяти. Такао утвердительно кивнул, также смотря куда-то в стол. Наступила тишина и она совсем была не неловкой, а даже уместной. Каждому нужно было подумать о своём. Правда этот покой решили нарушить дети, что-то крича из другой комнаты. — Извини, — кицунэ начала подниматься на ноги, но дзёнин почему-то поднялся вместе с ней. Увидя замешательство на женском лице, поспешил спросить: - Могу с тобой? На её лице дрогнула мимолётная улыбка и она утвердительно кивнула головой. Зайдя в комнату, они увидели, что дети кричат и льют слёзы. — Почему они плачут? — Такао был в замешательстве. — В это время они обычно спят. Предполагаю, что Шин уже уснул, а Морико не хотела засыпать без меня, поэтому начала кричать, а следом и Шин..Так часто происходит. Он обычно редко плачет, но она на это его подначивает, — пояснила Мэй и взяла на руки дочку. Дзёнин хмыкнул и ,посмотрев как именно девушка взяла на руки ребёнка, сделал также с Шином. Мальчик разглядывал мужчину с интересом и осторожно протянул руку к его волосам. — Они совершенно разные, — улыбнулся Такао. — Посмотрим, какие вырастут.. «Может правда начать писать Кадзу письма? Все мысли о нём..»