The princess of Black

Сумерки сменились солнечными лучами. Легкий утренний ветер мягко гладит открывшую кожу юной девушки, заставляя ее невольно передвигаться по постели, в попытке закрыться от сменившейся температуры комнаты. Темные волосы беспорядочно лежали на белоснежной подушке и обещали стать непослушными локонами, когда проснется их обладательница. Повернув голову в бок, девушка встретила теплый, солнечный луч, что заставил её всё-таки открыть глаза и окончательно проснуться. Лениво приняв сидячую позу на постели, она взглянула на не зашторенную террасу. Радовали глаза лишь невероятный вид с нее. Рассвело и оранжево-красные оттенки преобладали на небесах, также окрашивая будто прозрачные воды в свои огненные цвета и даря острову прекрасный пейзаж. Оторвав свой взгляд от очередной красоты природы, брюнетка потянулась, не желая вылезать из-под теплых одеял, которыми она окончательно укуталась. Но её планам не суждено было сбыться из-за служанки, что тихо подкралась в её покои, боясь разбудить свою госпожу. Но увидев ее проснувшейся, она склонив голову произнесла: — Доброе утро, принцесса. Принцесса Рейнира желает увидеть всю семью за столом в ближайшее время. Совсем тихо что-то пробормотав себе под нос, принцесса все же выскользнула из-под одеял, и они не хотя отпустили ее, нежно огладив ее кожу. После всех водных процедур после сна, встав перед зеркалом, она взглянула на служанку. Не прошло и мгновения, как та без слов принялась помогать принцессе надеть на себя свои одеяния. На сегодняшний день принцесса выбрала платье бледно лавандового цвета, с отблеском аталаса, длинными рукавами и струящимся за ними более прозрачной ткани того же цвета, что и само платье. В завершении принцесса решила подчеркнуть талию темным корсетом, прекрасно контрастирующийся на фоне светлой ткани. С волосами все было проще. Вместо излюбленных матушкой кос и всяческих причесок связанных со множествами косичек, принцесса предпочитала простые струящиеся за спиной локоны и несколько закрепляющих заколок. И на этот раз также приказала прислуге закрепить передние пряди необычной заколкой, украшенной несколькими камнями. Это было украшение из бронзы с замысловатым орнаментом и по центру которого был небольшой рубин, который как говорил её старший брат и по совместительству брат-близнец Джейс смотрится прекрасно с ее темными волосами. Это украшение также было подарено им самим. Когда все было готово, принцесса несколько мгновений покрутившись перед зеркалом любовалась собой, после чего спешными шагами пересекла холл и спустилась к своей семье, что уже почти собралась. — Дорогая, ты выглядишь как всегда безупречно, — Рейнира встретила свою дочь с сиящей улыбкой и пригласила ее сесть за стол. Девушка приветливо улыбнувшись выполнила то, что от нее ожидали и обвела стол взглядом, заметив, что ее брата-близнеца еще нет с ними. — Матушка, а когда спустится Джейс? — принцесса снова обратила свой взор на будущую королеву. Принцесса Рейнира пожала плечами и пробормотала «надеемся скоро», заставив юную девушку скрыть свою усмешку за вовремя поднесенным ко рту кубком с апельсиным соком. Не прошло и минуты, как объявился Деймон, который сразу же заслужил доверие дочери Рейниры, помогая ей и обучая ее всему тому, что знает сам и продвигая ее интересы, не заставляя принцессу заниматься тем, что она не желает, но считает «нужным принцессе». Деймон уселся рядом со своей женой, положив свою ладонь на слегка подрагивающую руку Рейниры, которой она сжимала один из столовых приборов. Нежный, мягкий взгляд вечно задорного и серьезного отца не смог ускользнуть от внимательного и скучающегося взора принцессы, и она заметила легкий тремор матери. Не осмелившись омрачать утро и задавать явно неудобные вопросы матушке, принцесса опрокинула свой взгляд на свою тарелку, начав считать царапины на блестящей поверхности. — Доброе утро, — провозгласил Джекейрис, усаживаясь рядом со своей сестрой. Та не удержалась и приблизившись к нему прошептала что-то, что заставило Джейса задохнуться от сдерживаемого смеха. Его заставило принять серьёзный вид строгий взгляд матери, обращённый на них двоих. Виновато склонив головы, они все же усмирились. — Раз уж мы все собрались, то у меня есть некие вести, — начала Рейнира, сложив локти перед собой и скрестив пальцы между собой, что выдавало ее тревожность. — Для начала скажу, что вести порадуют не всех. — Она уловила беспокойные взгляды детей и поспешила продолжить, — Корлиса Велариона ранили на Ступенях. Посему его брат, Веймонд претендует на его трон, что отстраняет Люка от законной наследственности. — Разве дедушка не может сам решить проблемы наследственности? Он ведь все еще сидит на троне, — наконец подала голос Рейна, заглядывая в очи мачехи. — Понимаешь ли, Рейна, твой дедушка пока не в состоянии даже подавать голос, он сильно ранен и пока он восстанавливается, на троне сидит ваша бабушка, принцесса Рейнис. — жестикулируя объяснила Рейнира, несколько раз роняя взгляд вниз. — Матушка, в чем твоё беспокойство? — спросила брюнетка, устав ждать объяснения. Рейнира помолчала, обдумывая свои дальнейшие слова. — Сегодня мы отправимся в Королевскую Гавань, — ответил Деймон вместо своей жены, — всей семьей. От такого заявления Люк подавился слюной. События прошлой встречи с Хайтауэрами пронеслись перед глазами всех детей, кто был в тот день. — Вы шутите? В это логово змеюк, которые пользуются своим положением как только могут? — воскликнула юная принцесса не сумев сдержать эмоции. — Визерра! — тем же тоном ответила Рейнира, и заметив счастливого и гордого словами падчерицы Деймона, послала ему грозный взгляд лиловых глаз. — Прошу простить матушка, но к этим, — брюнетка замолкла, подбирая слова и пытаясь удержать нецензурную лексику, что так и наровило вырваться из ее уст, — к этим я никогда в жизни больше не подойду! — Визерра, мы отправимся туда только ради того, чтобы оправдать законность наследия Люка, твоего брата! До и после суда ты можешь хоть не выходить из своих покоев, только пожалуйста, прислушайся ко мне, — с нежностью в голосе протянула Рейнира, немного наклонившись вперед. Поймав вынужденный согласный кивок дочери, она улыбнулась ей и обратилась к другим, — После завтрака собирайте все, что вам нужно. Ближе ко дню мы отправляемся в путь. Дети закивали и поддакнули, после чего все в кои-то веки приступили к трапезе. Визерра поникла, но слова и касания брата-близнеца взбодрили ее, заставляя иногда усмехаться и даже улыбаться. Таргариенов из Драконьего Камня встретил почти во всем изменившийся Красный Замок. Вместо привычных эмблем и гобеленов дома Таргариенов стояли семиконечные звезды. На принадлежность замка Таргариенам отслылали лишь некоторые редкие символы трехголового дракона, которых невооруженным взглядом было легко пропустить из виду. Расположившись в быстро предоставленных покоях родители решили наведать Короля, взяв с собой совсем маленьких Эйгона и Визериса, чтобы представить Королю их пополнение в семье. А детям они приказали не проказничать и не встревать в конфликты, но в конечном итоге попросили старших Джейса и Визерру приглядывать за остальными. Старшие нехотя взяли на себя ответственность за своих братьев и сестру. Рейна с Джоффри остались в своих покоях, ссылаясь на то, что хотели бы расложить свои вещи сами, не желая чтобы это делали незнакомые им слуги. Всякое можно ожидать ото всех в Красном Замке, когда как оказалось всеми тут управляли Королева Алисента и ее отец Десница. Это не Драконий Камень, что был их родным домом, посему быть бдительнее им не помешало бы. Старшие согласились с их доводами и пожелали им удачи, а сами тем временем решили прогуляться по совсем изменившемуся замку, в котором вместе выросли. Спустя недолгой прогулки, Джейс, Визерра и Люк пришли в Западный двор, где столпилась небольшая группа простолюдин, что наблюдали за некой схваткой рыцарей. Заинтересовавшись происходящим принцы двинулись в сторону толпы, одергивая сестру с призывом присоедниться, пока она не уронила тренировочный меч на доску с остальными оружиями. Протиснувшись средь толпы Веларионы сразу узнали белоснежные волосы и увидев повязку на глазу поняли кто упражняется перед ними. Эймонд Таргариен, их дядя, которого они успели искалечить в детстве сейчас сражается с ненавистным ими Сиром Колем. После очевидной победы, Эймонд замечает разительное различие между одеяний новых зрителей и других простолюдин, после чего поднимает свой взгляд на свою родню. Его единственный глаз расширяется, устрашая кажущимся безумным взглядом, заставляя мурашки пробежать по спине Веларионов. — Пришли потренироваться, племянники? — произнес с усмешкой Эймонд, наслаждаясь выражениями лица своей родни. Он отложив свой меч, медленно приближался к ним. — Не замечать леди — дурной тон, не правда ли, дядя? — подала голос Визерра, привлекая внимание к себе, чтобы дать своим братьям время подготовить более выразительный ответ. — Посмотрите-ка, сама Визерра Веларион. Или правильнее будет Визерра Стронг? — его тонкие губы снова изогнулись в усмешке, а издевка во взгляде разожглась сильнее словно пламя. — Сколько лет прошло, а вы все не учитесь на ошибках, — ответила ему принцесса с той же ухмылкой, пылко глядя на него. Пока девушка не торопливо приближалась к нему, он не сводил с нее глаз. Принцесса воспользовавшись этим, резким движением руки сорвала небольшой кинжал с пояса Таргариена и покрутила им в ладони прямо перед его лицом, — Или вам напомнить? Несколько раз проморгавшись, Эймонд изогнул губы, полу-усмехаясь и протянул на высшем валирийском: — Впечатляюще, племянница. На что Визерра улыбнулась, даже не заботясь о тех взглядах и внимании, что были на них обращены. Она обернулась лишь за тем, чтобы ее братья окликнули ее и призвали возвращаться к родителям, которые послали за ними слугу. Очевидно, кто-то уже сообщил им о недавнем спектакле между родичей. Не желая играть с гневом или беспокойством родителей, Веларионы быстрым шагом прошмыгнули в замок и направились в покои родителей. — Что я у вас попросила перед нашим визитом к Королю? — Рейнира даже не повернувшись строгим тоном начала отчитывать своих детей, что только успели закрыть за собой двери покоев. Дети склонили свои темные макушки, покорно готовясь к отчитыванию. Повернувшись к ним лицом, она заметила их поджатые губы, кроме Визерры, которая похоже не считала себя виноватой в этой ситуации. — Джекейрис? — требовательный голос матери заставил его поднять голову и посмотреть на мать виноватым взглядом. Рейнира кивнула, подав знак своему сыну начать говорить. — Вы сказали нам не натыкаться на конфликты и ни в коем случае не начинать их, — Джейс снова уронил голову вниз, не выдерживая холодный взор матери. — И что же вы сделали в итоге? — Рейнира слегка склонила голову, переводя взгляд то на дочь, то на младшего сына. Не дожидаясь ответа Рейнира требовательно позвала, — Визерра, что это было на тренировочной площадке? — Матушка, это было лишь приветствием с дражайшим дядей. Мы ведь так давно не виделись, — принцесса подняла голову и склонив голову поджато улыбнулась в добавок к своим словам. Она покачивалась на месте в разные стороны, сцепив руки перед собой, что единственное выдавало ее волнение. — Девочка моя, ты как никто должна знать, что такие вещи не забываются Хайтауэрами, — Рейнира подошла к дочери и взяла ее лицо в свои ладони, трепетно и с материнской нежностью заглядывая в ее зеленые глаза. Принцесса почувствовала укол вины, только сейчас осознавая всю серьёзность ситуации. — Они могут безапелляционно заявить, что это было покушение на жизнь принца. — Я поняла, матушка. Я прошу прощения за содеянное, — Визерра виновато опустила глаза и взяла ладони матери в свои, крепко сжимая в доказательство своих слов. — Надеюсь мы завершили этот семейный момент драмы, — подал голос Деймон, который сидел в кресле немного вдали от них. Но даже это не помешало ему с нежностью глядеть на свою семью и слушать их разговор. — Суд состоится завтра. — Деймон встал из кресла и медленно подходил к своей семье, — А теперь детки, идите отдыхать, путь был не легким. Сильная рука опустилась на поясницу Рейниры, нежно поглаживая его. Она тепло улыбнулась и не оспаривая слова своего мужа кивком головы отпустила детей в собственные покои. Рейнира повернулась к Деймону, позволяя ему полностью обнять себя, и склонила голову, упираясь лбом в его сильное плечо. Другая рука Деймона опустилась на макушку принцессы, успокаивающе поглаживая ее. — Я так не желаю снова связываться с Хайтауэрами… — прошептала она в ткань одежды своего мужа, — Они имеют наглость поить моего отца этим чертовым маковым молоком, превращая его в живого мертвеца. Она подняла стякленные глаза, встретившись с мягким взглядом Деймона. Он тоже был расстроен состоянием своего брата, хоть и пытался этого не показывать. Однако, с Рейнирой он позволял себе открыться и не пытаться что-то утаить или фальшивить. Он доверял ей больше чем себе и во всех смыслах связал себя с ней. — Я боюсь, что они что-то да сделают с нашими детьми, — Рейнира положила свою ладонь на уже округлившийся живот, заботливо поглаживая, — От них можно ожидать все что-угодно. Деймон также с любовью положив свою ладонь поверх своей жены, таким образом показывая свою поддержку. Он склонил голову и наклонившись, соединился лбом с Рейнирой, показывая всю свою нежность и заботу. — Я не позволю, любовь моя, — прошептал Деймон, все еще поглаживая живот любимой женщины, — Я сделаю все, чтобы защитить наших детей. Если придется, я убью каждого из зеленых, но защищу нашу семью. Слова мужа для Рейниры было лекарством от открывшейся старой раны, и она позволила одинокой слезе скатиться по щеке, но улыбнулась, счастливая и окруженная желанной любовью.