Love and Hate

Love hate sunshine and rain tears and laughter? Joy pain go or stay before and after There she goes now look who follows After everything now they're all wondering But they could not separate 'cause their love was stronger than their hate Любовь и ненависть, солнце и дождь, слёзы и смех. Наслаждение и боль, иди или останься, до и после... Вот она идет, смотри, кто следует за ней. Теперь после всего они интересуются, Но они не могли бы расстаться, Потому что их любовь сильней, чем их ненависть. Ayo – Love and Hate

Белокурая вампирша стояла на балконе своего номера, наслаждаясь загадочной темнотой города. Ее глаза были прикрыты, а легкий ветерок развивал золотистые локоны, а также легкое платье. Зачем она вернулась в этот город? На этот вопрос она и сама не знала ответа, ведь все сделанные здесь дела она могла бы уладить и на расстоянии. Но все же ее тянуло в этот город, словно магнитом. И она больше не могла сопротивляться этому притяжению. Тогда может, наступил тот день? Тот особенный день, когда пора уже возвращаться к своему мужу. Сейчас она с уверенностью может сказать, что не чувствует к нему ненависть. Только вот вопрос: А была ли эта «ненависть» вообще когда-то? Она всегда его любила, но последние года прятала эту «любовь» за толстой коркой по имени «ненависть». Любовь и Ненависть какая же тонкая грань между ними. В один момент ты можешь сходить с ума от своей любви к человеку, а в другой ненавидеть его всем сердцем за его опрометчивый поступок. А было ли его предательство опрометчивым поступком? Ведь она всегда знала его тяжелый характер, каждый раз видела, как он закалывает своих родственников, как бы тяжело это не приходилось, и прекрасно понимала, что все это он делал из-за боязни потерять их. И все равно оставалась рядом, поддерживала его в эти тяжелые мгновения и любила всем своим нутром. И все же после стольких лет расставания это корка треснула и начала ломаться на маленькие кусочки, открывая дорогу любви. Хотя теперь она может сказать, что этой ненависти вообще не было. Она сама для себя придумала это чувство, и сама себя заставляла его ненавидеть. Ведь ненавидеть всегда легче, чем прощать. Эта «любовь» засела настолько глубоко, что можно было бы вырвать это горькое чувство только вместе с сердцем. Эта «любовь» была настолько безумна, что хотелось плакать. А самое главное она была не против этого чувства. Она просто хотела любить и быть любимой. И с уверенностью могла сказать, что он тоже ее любит. Вдруг она услышала тихие шорохи сзади себя, а потом почувствовала на своем животе такие теплые и родные руки, от которых волна наслаждения разлилось по телу. История повторилась: они опять стояли вместе, наслаждаясь красотой ночного Нового Орлеана с высокого этажа отеля. Только вот в прошлый раз все закончилась плачевно, она оттолкнула его, заставила уйти. А сейчас ей наоборот хотелось, чтобы он остался и, наконец, поставил жирную точку этому расставанию, этой муки и боли. Все слова, которые он хотел ей сказать, вмиг улетучились только от одного взгляда на расслабленную любимую. Тепло разлилось по его телу, когда он чувствовал ее хрупкое тело в своих объятиях. Сейчас Клаус чувствовал легкость и умиротворение, и уже ничто не могло потревожить его. Ведь она рядом, она с ним. Это расставание было слишком тяжелым для него (и он не сомневался, что и для нее), и больше он уже никогда не сможет отпустить ее, хотя бы, потому что просто не выдержит новой разлуки, в общем, как и она. - Я скучал, - тихо прошептал он ей куда-то в волосы. Всего два простых слова, но зато, сколько же они значили, какими же были искренними! В них можно было услышать боль, из-за их долгого расставания, а также радость, что после всего этого он может обнимать ее, вдыхать приятный аромат ее волос, чувствовать под своими руками тепло ее тела. - Я тоже, - она накрыла его руки своими и блаженно улыбнулась. Не было сил что-либо скрывать, она просто уже устала от всего этого. Она хотела просто открыться ему, простить его и быть счастливой со своими любимым человеком. Разве она многого просила? Каждый ведь имеет право быть счастливым. И что теперь поделать, если она счастлива только рядом с этим человеком, только когда находиться в его объятиях, только когда видит его любящий взгляд?! Он не мог поверить своим ушам, в душе раздался фейерверк эмоций: такими разными цветами, но все были светлыми и яркими. Он еще крепче обнял ее и счастливо улыбнулся. - Мне не хватало тебя, - он поцеловал ее в шею, не отрывая губ от ее нежной кожи. - Мне тоже, - уголки ее губ приподнялись. - Я больше не отпущу тебя, - от этих слов она еще шире улыбнулась и почувствовала, как на глаза выступают слезы. - Я больше не смогу уйти от тебя, - все-таки одна слезинка не выдержала и скатилась из закрытого глаза. Только вот это были не слезы из-за боли и горечи, это были слезы счастья и радости. Казалось, ее душа улетела далеко и парила в небесах. Сейчас она бы ни с какой бы силой не смогла оторваться от этих любимых объятий. После стольких лет она дала волю себе насладиться этими родными прикосновения. Клаус развернул блондинку к себе лицом и заметил на ее щеках соленый дорожки. - Не плачь, любовь моя, - с горечью произнес он, так как опять винил себя в ее слезах. Он взял в свои руки ее лицо и аккуратно начал стирать большим пальцам капельки слез. Она лишь посмотрела ему прямо в глаза, как будто проникая глубоко в душу, и улыбнулась. Своим взглядом она словно как будто говорила то, что не могла передать словами. Он видел в этих глубоких небесно-голубых словах такие фразы, как: «Я прощаю тебя!», «Не отпускай меня!», «Люби меня!» Мужчина притянул ее к себе и поцеловал. Она только ответила на него, обнимая за шею и зарываясь в его волосы. Уже через несколько секунд легкий и нежный поцелуй превратился в страстный и жадный. Они упивались им словно сочным нектаром, словно это был глоток воды в безлюдной пустыне, словно от этого зависела их жизнь. Он приподнял ее и прошел вместе с ней в комнату, все еще не разрывая контакта губ. Гибрид прислонил ее к стене, на что она обвила его талию ногами. Его губы стали переходить на шею, плечи, не оставляя ни единой клеточки без прикосновения. Она стянула с него футболку, блуждая руками по его мускулистому телу. Стон сорвался с ее губ, когда он прикусил мочку ее уха. Ее разум уже давно отделился от души, а тело безрассудно отвечало на ласки любимого мужчины. Она хотела его, хотела каждой клеточкой своего существа, сердца, души. Она хотела соединиться с ним телом, душой и даже с кровью… Поэтому в следующее мгновения она прокусила его кожу на шее, наслаждая вкусом крови гибрида. Услышав стон мужа, она еще глубже впустила свои клыки, чувствуя внутри поток энергии и как кровь в венах смешивается с его. Он также не остался в долгу, потому что уже через пару секунд она почувствовала, как в ее плоть входят клыки мужа. Она в наслаждении прикрыла глаза и прикусила свою губу. Боль вперемешку с наслаждением охватили ее тело, из-за чего она не сдержала очередного стона. Уже через секунду она почувствовала под собой холодную и шёлковую поверхность простыни и притянула его за плечи ближе. Вампирша нашла своими губами его, и они снова соединились в поцелуи, который увлек их в водоворот страсти. Этой ночью они слились воедино, они почувствовали себя каждой клеточкой, наслаждаясь друг другом. Уже ничего не сможет препятствовать их счастью. Их любовь гораздо сильнее, чем все думают. И в этом их сила, мощь, с помощью которой они смогут пойти против всего мира. И уже когда ее головка будет покоиться на его груди, а глазки сонно будут закрываться, она услышит родной голос, который будет наполнен нежностью и теплом. - Я не смогу без тебя… - Тогда давай больше не расставаться, - тихо в ответ прошепчет она, еще крепче обнимая его. - Я люблю тебя, Кэрри… - Я тоже люблю тебя, Ник…

All that suffering we can overcome everything… Все эти страдания, мы можем преодолеть всё…