forever in your heart.

***

кусок стекла слегка царапнул кожу юноши. тот отошёл на приличное расстояние. в состоянии некоторой дисфории он тяжело дышал, отказываясь воспринимать всё ранее произошедшее. словно блестящие камушки слезы скопились на краях глаз. канун Рождества. улицы Сеула так и блещут различными вывесками и гирляндами. все в предвкушении праздника. ничто не может испортить сей день. все счастливы. абсолютно все счастливы. абсолютно все заряжены атмосферой и настроением. абсолютно все, кроме одного их представителей фамилии «Ли». поместье пустовало. внутри был лишь Минхо. всего лишь один Минхо. всего лишь Минхо, который до определённого момента казался человеком, который нашёл себя, своё призвание. но действительно ли важен внутренний мир и призвание, если в жизни нет счастья? никакая нормальная судьба не сложится без счастья. работа, духовные ценности. всё это просто увлечение. это не то, что Минхо по настоящему ценит. это не его счастье. так стоит ли тогда вообще жить? правильнее сказать, достоин ли Минхо дальше проживать на этой планете, в этой стране, в этом городе, на этой улице, в этом доме. кажется, что ответ отрицательный. он не может. просто не может оставаться здесь. он сам лишил себя своего счастья. разве такое свершит достойный жизни человек?. об пол стукнулась маленькая слезинка. затем ещё одна. мокрая лужица, накапавшая со временем слегка разбавила кровь, что хлестала из запястья. Минхо неподвижно стоял напротив разбитого окна. перед глазами проносились все счастливые моменты из его жизни. если верить легендам, перед смертью, за семь секунд до того, как оказаться на дальнем береге, ты проживаешь жизнь заново. в состоянии некого эскапизма, Ли хрипло усмехнулся и опустил голову. пробило 12 часов. в городе раздались дикие оры. Минхо прикрыл уши ладонями, в последствии чего по виску стекла ярко красная кровь, что немного обожгла парня. ему не хотелось слышать то, как все радуются. ему не хотелось слышать чей то голос. ему не хотелось осознавать того, что он такой же человек, как и все. ему не хотелось существовать в этой вселенной, где нет ни одного человека, что вывел бы Ли из такого состояния. ему просто не хотелось жить. Минхо присел колени и чуть придвинулся к разбитому стеклу. взяв кусок побольше, он приставил стекляшку к горлу и прошептал что-то, скорее всего очень значимое, но этого, к сожалению, никто не услышал. или. — ээй, ты что творишь??!! — вблизи с Минхо раздался звонкий голос незнакомого парня, который явно был в разы младше хозяина дома. Минхо, чисто из-за любопытства, вскинул голову, временно отстранив стекло от шеи. к Ли подбежал парень, вид которого был немного болезненный. — ты с ума сошёл??!! я конечно суицидников видел, но они хотя бы вешались, или таблеток много глотали, но точно не бошку себе отрубали! тем более стеклом. — парень нахмурился и зашёл внутрь дома, чуть наклонившись на Минхо. — я. я не. эм. ладно, соглашусь, это странный способ. но кто ты такой, и нахрен ты ко мне зашёл. — едва проговорил Ли и взглянул на парня. почему — то чувства в нем смешались. он вовсе не хотел нагрубить, или что-то такое. хотелось просто чуть поболтать с этим. щекастым? парнем. да, щеки у него действительно были, но не очень пухлые. возможно, в этом их восхитительность. чуть разомкнув линию губ, Минхо вдруг подумал о том, что возможно этот парень воскресит душу Ли. возможно, он станет новым счастьем для Ли. — я Хан Джисон из 5 отделения центральной больницы Сеула! у меня шестая палата. мне 15, и я неизлечимо болен фатальной семейной бессонницей. хахах, думаю, что по названию болезни всё понятно. я зашёл к тебе, чтобы отговорить, зачем же ещё. я очень люблю людей, поэтому мне очень больно, когда кто-то умирает. — спокойно проговорил парень, с лёгкой улыбкой на лице. Минхо же был в недоумении. — ты так просто говоришь о смертельном заболевании?.. — Ли сделал жалостное лицо. в его понимании что-то перевернулось. — а я стыдиться должен, или что? я смирился, уже давно. в конце концов, смерть всех нас когда нибудь настигнет. но если человек пытается сам себя убить, то это надо остановить! — Хан вновь нахмурился. в голове Минхо появился вопрос: «почему я не могу быть таким же оптимистичным?.» — ээй, ты весь в крови. давай я доведу тебя до травмпункта, а дальше пойду к себе. — борзо сказал Джисон и протянул руку, чтобы Минхо оперся на неё. в этот момент в голове Ли была куча мыслей, которые не давали доверять этой руке, но всё же, полный надежд Минхо, подал свою руку в ответ, а затем с некоторым затруднением встал. — ты сможешь сам идти? — чуть потише сказал Хан, слегка надув губы. теперь он был ну оочень похож на белку. — эм… наверно. да. — Ли поджал губы в тонкую линию. взгляд его внезапно пал на блестящие глаза Джисона. — тогда отлично. — парень прошёлся по снегу, отойдя от окна на пару метров. | Ли вновь сидел в одиночестве. во влажном воздухе витало лишь отчаяние. было тихо. теперь ни слезы, ни кровь не капали. запястье было обвязано бинтом, а капля крови с виска была стерта. мысли Минхо были заняты лишь тем парнем, что буквально вытащил Ли из царства мёртвых. к сожалению, они толком не разговаривали. Хан шёл, что-то напевая и оглядывался по сторонам, иногда задавая Минхо вопросы по типу «ты в порядке?» «ничего не болит?». Ли хило кивал, смотря в асфальт. как только те дошли до травмпункта, Джисон развернулся, сказал «прощай» и, кажется, двинулся в центральную больницу, где была его палата, номер которой Минхо почему то запомнил. «я обязян его посетить.» — подумал Ли и задремал.