V значит Виктория

«Насилие, и тем более убийство, никогда на самом деле ничего не решает.». — Директор Озпин. «Фигня — смотри, как надо!». — Ответ на это практически всех персонажей мира Хеллсинга.

***

«Ну что ж, это было предсказуемо…», подумала Серас, валяясь в траве с раскинутыми руками и ногами и меланхолично рассматривая дыру портала, висящую в воздухе метрах в десяти над ней. «Хотя, пожалуй, так даже к лучшему…». Конечно, будучи вампиром она могла запрыгнуть назад в портал — собственно, с этим бы справился и обычный человек, если бы стартовал с одного из деревьев, окружающих ее безмолвными темными стражами. Но… зачем? Подход Алукарда к обучению птенцов, конечно, был сильно… эмпирическим, если не сказать дарвинистским, но конкретно с этой своей выходкой он был кругом прав. Хотя вряд ли сэр Интегра согласится со своим подчиненным. Зашвыривать птенца за шкирку в первый попавшийся нестабильный портал, на который они наткнулись при зачистке очередной секретной нацистской базы (для разнообразия конкретно эти недобитки планировали захват соседних миров, а не родной Земли), это… Скажем так, глава Организации Хеллсинг вообще не любит отклонения от планов, и такая… импровизация точно не найдет у нее понимания. Но Мастер все равно прав, и не только потому, что он Мастер. Проблема была в связи создатель-птенец и ее давлении на психику Серас, заставляющем ее вести себя подобно… птенцу, за неимением лучшего слова. Если бы это действовало только в отношении Алукарда, это не было бы даже неудобством — в конце концов, он тот, кто он есть, она его безмерно уважает и доверяет, и когда она называет Мастера Мастером, она делает это совершенно искренне. Но ведь они не одни вдвоем на свете… А связь давит на мозги, заставляя ее вести себя совершенно дебильно и инфантильно, в лучшем случае подростково — растекаться лужицей перед любыми половозрелыми самцами, устраивать истерики на ровном месте и вообще штормить эмоциями на грани биполярного расстройства… Да и просто демонстрировать «манеры» и ляпы, от которых самой хочется сквозь землю провалиться. Тот совет у королевы сэр Интегра ей долго не забудет… И ведь самое обидное то, что целые тридцать лет, пока Алукард… отсутствовал после Битвы за Лондон, она вполне себе достойно его заменяла. Во всяком случае, сэр Интегра была довольна — но стоило ему вернуться, как она мгновенно регрессировала до уровня сопливой идиотки, и все вернулось на круги своя. В общем, с этим нужно было что-то делать, или она никогда не станет нормальным вампиром… И Алукард нашел кардинальное решение. Связь ослабляется с расстоянием — а куда уж дальше, чем в другой мир? По ту сторону портала что-то рвануло, и из него с грохотом вырвалась струя огня, на мгновение осветившая ночной лес вокруг Виктории. Не то, чтобы эта подсветка была ей нужна, при ее ночном зрении… Она не знала, сможет ли когда-либо вернуться, и этот факт, несомненно, вызовет недовольство сэра Интегры, разом потерявшей приличную часть боевой силы Организации. Но… Весь смысл и был в том, что это ее больше не касалось — намек Мастера был более чем прозрачным, ей давно пора начинать самостоятельную жизнь. Хотя — самостоятельность само собой, конечно, но Мастер мог бы и подкинуть оружия для начала! Ему что, ее любимого «Харконнена» жалко? Сам он все равно предпочитает пистолеты, а обычный человек вообще не сможет управляться с ее ручным монстром! Словно в ответ на этот вопль души, из портала вылетел… ствол восьмидесяти восьми миллиметровой зенитки и воткнулся в землю рядом с ней, встав столбом казенником вверх. И вот тут Серас все же разозлилась. Эта… шутка зародилась, когда при зачистке очередной базы нацистов им с Алукардом пришлось сражаться с уродами (для разнообразия только моральными) в бронированных экзоскелетах. К счастью, на базе нашлись винтажные зенитки, вовсе не потерявшие свою мощь за прошедшие полвека. К несчастью же — боеприпасов не хватило, так что в какой-то момент Серас пришлось идти с бронепехотой в рукопашную. Уродов-то она забила, импровизированная дубина не подвела — а вот Алукард этот курьез запомнил и напоминал ей о таком… нештатном использовании артиллерийских орудий при каждом удобном случае. Увы, при всех его достоинствах Мастер не понимал, что после многих повторов шутка перестает быть смешной, а злодеи нацисты упорно комплектовали Acht-acht-ами каждую вторую базу, предоставляя ему бесконечный материал для подколок… Она и сама не заметила, в какой момент она очутилась на вершине импровизированного столба и злобно зарычала в дыру в пространстве над своей головой… И, разумеется, именно в этот момент портал наконец захлопнулся. Прямо перед ее носом, окончательно отрезав ее от родного мира. И оставив ее, подобно какому-то вшивому оборотню, бессильно выть на луну. Вампирша сделала несколько совершенно ненужных ей вдохов-выдохов, пытаясь успокоиться… И только занимаясь этим она наконец заметила, что луна тут была… странной. Местные наверно назвали бы ее полной, но именно полной она и не была — она выглядела так, как будто кто-то разнес треть ее выстрелом из гигантской пушки. Луна — перманентный полумесяц с дырой и роем осколков на месте темной части. — Хмм… Стильненько, — хмыкнула она. — Какая дивная ночь… Где-то в стороне раздался вой. Серас завертела головой — человеку бы показалось, что вокруг был сплошной лес, чаща, совершенно одинаковая во всех направлениях, но она не была человеком. Через секунду она определила направление, а еще через мгновение телескопическое вампирское зрение, сфокусировавшись, выдало ей искомую картинку. Две маленькие девочки — одна, совсем маленькая и сидит в игрушечной тележке, и вторая, чуть постарше, запряженная в эту самую тележку. Одни. Посреди глухого леса. Рядом с какой-то разваливающейся хибарой. И их окружают злобно рычащие черные монстры странного внешнего вида, с белыми костяными выступами и накладками на теле. Серас поймала себя на том, что ухмыляется — эта наивно-голливудская сценка вызвала у нее умиление. — Воистину, дивная ночь… — повторила она, спрыгивая с насеста и перехватывая ствол поудобнее.

***

Кроу позже винил в произошедшем свое Проявление невезения. Глинда Гудвич, Винтер Шни и Серас Виктория независимо сошлись на том, что он просто мудак по жизни. А все остальные неизменно выражали свое отношение к этой его выходке просто — классическим жестом рука-лицо. Первое, что сделал Кроу, когда встретил спасительницу своих племянниц — это вонзил ей в спину свою косу. Справедливости ради, он перенервничал, услышав о том, что маленьких девочек зачем-то понесло в полный Гримм лес, и страшно боялся опоздать и найти лишь их безжизненные тела. И еще он был не совсем трезв — это только в книгах стресс мгновенно снимает опьянение, реальная жизнь так не работает. И нависающая над Янг с Руби посреди темного леса незнакомая девушка (женщина? он, разумеется, отметил ее неправдоподобно большие… достоинства) действительно выглядела жутковато, это он ощущал на интуитивном уровне, как и исходящую от нее силу. А поскольку в его понятии сила равнялась Ауре, он думал, что незнакомую Охотницу максимум просто отбросит от племяшек да собьет немного Ауры заодно с гонором. Вместо этого клинок пронзил ее насквозь, практически не встретив сопротивления — и обдав стоящую перед незнакомкой Янг брызгами крови. Что, впрочем, не помешало раненой легко отмахнуться от Кроу, отправив его в полет в кусты и разом сняв половину Ауры. После чего она, не показывая никакого дискомфорта, выдернула косу из тела, хмыкнув, сунула ее в руки Янг с просьбой подержать, и, пока ошарашенная девочка пыталась удержать на весу слишком большое для нее (и капающее кровью!) оружие, метнулась вслед за Охотником. И мир для Кроу померк…

***

В отличие от Кроу, Тайянг сознания при знакомстве с Серас не терял — но это отличие было чисто номинальным. Сначала был стресс от осознания той опасности, в которой находятся его дочери. Потом бессильное ожидание — нет, он разумеется тоже их искал, накручивая спираль вокруг дома, но он также понимал, что вся надежда на Кроу с его способностью в образе ворона покрывать большую территорию, а он по сути лишь удерживает форт… И наконец облегчение при появлении незнакомой Охотницы с невредимыми Янг и Руби — Руби она несла на руках, а Янг вообще сидела у нее на плечах. Заодно с ними нашелся и Кроу, довольно бесцеремонно утрамбованный в обнимку со своей косой в детскую тележку, которую Охотница тащила на буксире. Наверно хорошо, что он был без сознания — потому что выглядело это… болезненно, и Тайянг вообще не понимал, как такая упаковка физически возможна без пары переломов. В общем, отец семейства в данный момент выглядел несколько пришибленно и не очень адекватно воспринимал реальность. Что, пожалуй, все же было к лучшему, иначе последующий разговор мог бы произойти гораздо менее… конструктивно. — Они в порядке? Руби, Янг, вы в порядке? — заорал он чуть ли на весь лес при виде этой процессии. — Тшш! — шикнула на него Охотница. — Руби спит, она просто вымоталась. И да, все целы, даже этот… Кроу. — Дядя Кроу дурак! — припечатала с высоты своего насеста Янг. — Эээ… Тайянг запоздало сообразил, что шуметь все же не стоит. Да и дочку лучше не будить, для нее сон сейчас лучший вариант. Но… Хотя для Охотницы с открытой Аурой две маленькие девочки не нагрузка, они все же его дочери, и он потянулся, чтобы забрать их себе… И вместо них она сунула ему в руку ручку тележки. — Это… ваше? — спросила она таким тоном, как будто напоминала владельцу собаки на прогулке, что сюрпризы за питомцем все же следует подбирать. — Эээ… М-да, Кроу явно в своем амплуа. Тайянг не знал, что конкретно произошло и не был уверен, что хочет знать, но судя по всему знакомство невезучего ворона с новой девушкой прошло по стандартному сценарию… Но каким источником раздражения Кроу бы ни был, он все же был другом и бывшим партнером, и Тайянг не собирался бросать его посреди ночного леса. Даже если был абсолютно уверен, что он это заслужил. Так что тележку пришлось тащить, отчего Тайянг чувствовал себя полным идиотом. Как следует рассмотреть незнакомку Тайянгу удалось лишь когда они зашли в дом и она наконец сгрузила Янг на землю и передала мирно спящую Руби ему на руки. Гхм… Невысокая голубоглазая блондинка с длинной челкой и собранными пучком сзади волосами и странным выражением лица — создавалось впечатление, что у нее перманентно стиснуты зубы. Весьма женственная, скажем так, фигура, затянутая в странную форму — военного стиля, но желтого цвета в отличие от атласских бело-голубых тонов. Ну, и генерал Айронвуд бы лично посадил на гауптвахту военнослужащую, которая бы посмела предстать перед ним в настолько короткой юбке. И только тогда до него дошло, что красное пятно на ее одежде — это кровь, а вовсе не, как показалось ему в темноте, плащ Руби. — Эээ… — в третий выдал он гениальное начало фразы, указывая на пятно. — Я в порядке, — с нажимом повторила она. — Лучше уложите Руби спать… И мы поговорим. Пока он заботился о дочери, гостья успела выдать Янг чашку какао и уютно устроить ее в уголке под пледом — в отличие от младшей сестры, Янг изо всех сил боролась с сном, усталостью и последствиями стресса. Который впрочем был гораздо меньше, чем мог бы быть, она была недостаточно взрослой, чтобы полностью осознать всю глубину того ужаса, с которым чудом разминулась. Зато она сгорала от любопытства по отношению к новой знакомой, и вообще догадывалась, что взрослые сейчас будут обсуждать свои секреты, а ей до смерти надоело их покровительственное «только когда вырастешь» и «это неважно», она хотела наконец-то понимать, что происходит. Впрочем, гостья похоже вовсе не возражала против ее маленькой хитрости, наоборот понимающе подмигнула ей — и, устроив бессознательного Кроу в кресле, принялась осторожно вскрывать ему вену неожиданно острым и длинным ногтем. За этим занятием ее и застал вернувшийся Тайянг — и замер в растерянности, настолько это действие не вписывалось в его картину мира. — Ничего страшного с ним не будет — у вас же сдают кровь? — бросила девушка через плечо. — Ну так это то же самое… -… Зачем? — Затем, что я вампир. Ну, знаете — пафос, сверхсилы, питаюсь кровью… Которую он мне задолжал, нечего было косой тыкать, так что все честно. — Э? Кто такой… вампир? Пять минут объяснений спустя… — Не бойтесь, вампиром он не станет, именно ради этого я и не пью прямо из… горла. Или гулем? Он как вообще, девственник? — Эээ? До Тайянга вдруг дошло, что таких подробностей о Кроу он как-то не знает — по борделям они вместе не ходили, и он был уверен на двести процентов, что ни одна из лично знакомых ему девушек пьянице-ворону бы не дала. С другой стороны, взрослый человек вроде бы… Наверно… Кроу, конечно, шутил и хвастался достаточно убедительно, но если верить ему на слово, то он и Глинду уже покорил… — А какое это имеет значение? Прежде чем ответить, гостья аккуратно собрала струйку крови в одолженную на кухне кружку (причем Тайянгу показалось, что кровь текла весьма… целенаправленно, как будто подчиняясь ее желанию, и так же послушно прекратила течь) и осторожно пригубила напиток. — Хмм… Многовато алкоголя, но сойдет. Кровавая Мэри, да… А к вашему вопросу — вампиром становится девственник, укушенный вампиршей. Или девственница, укушенная вампиром. Во всех остальных случаях получается гуль — бездушный и бездумный ходячий труп, ведомый лишь инстинктами убийства и жажды. Ну, и абсолютно покорный создателю. — Эээ. То есть вы не Охотница? — Я не знаю, что вы имеете в виду под этим словом — видите ли, я не из этого мира, и вы первые люди, с которыми я здесь общаюсь. Ах да — меня зовут Серас. Серас Виктория. — Тайянг Шао Лонг, — машинально представился он в ответ. — С моими дочерьми и Кроу, я так понимаю, вы знакомы… А у вас странное имя, — заметил он, с ужасом понимая, что несет какую-то светскую чушь, и вообще вся ситуация совершенно абсурдна, но не представляя, что с этим делать. — В переводе с одного иностранного… теперь уже иномирного языка Серас Виктория означает «победа будет моей». У моих родителей была… развитая фантазия, хотя и нельзя сказать, что они оказались неправы… в конце концов. Серас поставила кружки на стол и заглянула Тайянгу в глаза — на секунду ему показалось, что ее зрачки полыхнули красным, в них что-то закрутилось… И он вдруг почувствовал доверие и необъяснимое желание выговориться. — А теперь, поскольку ты тоже у меня в долгу… Расскажи мне… все. Кто такие Охотницы, кто ты такой, и что тут вообще у вас творится.

***

За следующий час затихарившаяся в уголке Янг услышала много интересного. То есть, разумеется, про Гримм, Охотников, Ауру и Проявления она и так знала немало, но вот откровения вроде Дев Сезонов, главной злодейки по имени Салем и даже намек на то, что серебряные глаза Руби и ее матери не просто красивая фишка… Это было, пожалуй, даже слишком много для одного раза. Ну и, вишенка на торте, под конец Тайянг рассказал таки, кем была ее мать и почему и куда пропала. Что заставило девочку задуматься… Задумалась и сама Серас, отвлеченно попивая из чашки — что ослабило давление на Тайянга и позволило ему даже задавать свои вопросы. И «незаметно» принять боевую, ну, более боевую позу — что было встречено скептическим хмыком вампирши. — Серас… Я правильно понял, что ты убиваешь людей и пьешь их кровь? — настороженно спросил он. Серас на секунду задумалась, формулируя ответ. — Мне приходилось убивать людей. Но я никогда не делала это ради пищи — наоборот, я работала на организацию… Она машинально дотронулась до эмблемы на форме. -… которая защищает людей от монстров. Впрочем, тут уже вопрос определения — многие из монстров на моем счету на первый взгляд выглядели на удивление… человекообразно. Нет-нет, — поспешно пояснила она, заметив, как напрягся Тайянг, — я не имею в виду ваших фавнов или кого-то подобного. Я вообще не понимаю, почему вы так старательно отделяете фавнов от людей, если отличий по сути нет и вы можете иметь общее потомство. Просто эти… люди были настоящими злодеями и преступниками против человечества. Чтобы вы поняли масштабы — сколько смертей вызвала Салем за все время своего существования? Я имею в виду прямую ответственность, а не в смысле «она отвечает за все, что творят Гримм». Миллион? Два? Майор погубил три с половиной миллиона за одну ночь, и он даже не обладал какими-то сверхъестественными способностями. Серас попыталась отпить из чашки — и скривилась, обнаружив что она опустела. — Что же до пищи — мне не нужно убивать, чтобы питаться… Как ты и сам видел. И я вполне могу прожить и без этого — хотя это и будет весьма… неприятно, и мои способности ослабнут. Что же до сути вопроса… Серас выдержала паузу. — Я не собираюсь устраивать массовую резню… Да и вообще не планирую никого убивать, ну, кроме Гримм — я думаю подрабатывать как Охотница, пусть формально ей и не являюсь. Кстати, я буду благодарна, если ты выправишь мне документы выпускницы Патча, это уже, если я правильно понимаю, позволяет брать задания. Никакого мухлежа, я сдам все нужные экзамены, просто не хочу тратить годы на сидение в одном классе с детьми. Да ты и сам, я думаю, этого не хочешь… Но клясться, что никогда никого не убью, я не собираюсь — ситуации разные бывают, а своя рубашка ближе и все такое. Такой ответ тебя устраивает? Тайянг кивнул, принимая ответ. И задумался. — Ты не думала открыть себе Ауру? — Хм… Аура же завязана на душу, верно? А у меня… У меня есть только чужие души — тех разумных, которых я… выпила. Они, собственно, и питают мои способности. Так что если я поглощу кого-нибудь с открытой Аурой, возможно она у меня появится — но я не думаю, что мне можно ее открыть… обычным способом. У тебя нет случайно на примете кого нибудь, кого не жалко? Бывшая жена, например? Серас улыбнулась, показывая, что это шутка. — Не смешно, — пробурчал Тайянг, тема Рейвен была болезненной. — И она не бывшая… Серас примирительно подняла руки — по его тону было понятно, что Тайянг имеет в виду не только отсутствие формального развода, несмотря ни на что, он все еще испытывал к матери Янг какие-то чувства. — Тетя Серас… — вдруг подала голос Янг из своего уголка. Серас повернулась к девушке, изо всех сил стараясь скрыть, как ее покоробило от такого обращения. Какая она, нафиг, тетя? — Мама… Она же меня любит, правда? Просто… испугалась? — Эээ… — уже традиционно выдал Тайянг. Когда пауза затянулась и стало понятно, что он сейчас не в состоянии отвечать на вопросы дочери, слово взяла вампирша. — Я уверена в одном — ты тут ни в чем не виновата, так что нечего себя винить. И Салем как таковая тоже тут ни при чем, Рейвен просто испугалась ответственности. Что, на самом деле, означает, что эта самая ответственность у нее есть, просто… Просто подобно многим помешанным на силе людям, она в глубине души считает себя слабой и недостойной. — Это все не так просто… — подал голос Тайянг. — Так может, нужно просто с ней поговорить, и она вернется? — перебила отца Янг, явно пересмотревшая наивных детских мультиков. — Папа? В возбуждении она даже выскочила из своего укрытия и вцепилась в отца, заглядывая ему в глаза. Машинально обняв ее, Тайянг в отчаянной просьбе о помощи поднял глаза на вампиршу… И получил помощь, только вовсе не ту, которую ожидал. Серас вдруг кивнула головой. — А почему бы и нет? Янг, я обещаю, что верну тебе маму. Не все же мне убивать злодеев… — Я не понимаю… — пробормотал Тайянг, который действительно окончательно перестал что-либо понимать. — Видишь ли, я повидала достаточно бессмертных. И если есть что-то, что я поняла о… нас — это то, что чтобы не свихнуться окончательно, нам нужны не только обязательства, ну там, защищать человечество, мочить католиков… Нам нужны конкретные цели, которые можно достичь и идти дальше, к новым. Это то, что отличает людей от монстров — понятие победы, а не один только кошмар бесконечной и бессмысленной борьбы. И эта цель ничем не хуже других. Так что, Янг — будет тебе мама. В ответ Тайянг лишь обнял дочь покрепче, зарывшись лицом в ее макушку и позорно пытаясь сбежать таким способом от окончательно свихнувшейся реальности…

***

Несколько лет спустя, одним летним утром… В дверь дома Тайянга постучали. — Вот, примите и распишитесь, — поприветствовала его Серас, небрежно скидывая с плеча ему на руки обмотанное веревками тело. — Рейвен, одна штука. Как и обещала. — Эээ… — Тыыы! — из глубин дома раздался рев, подобный приближающемуся поезду. Тайянг еле успел отшатнуться в сторону, на всякий случай прикрывая собой жену (и привычно накрыв руками знакомые и не потерявшие упругости округлости), когда мимо него пролетел чем-то разъяренный Кроу — и улетел назад, столкнувшись с кулаком Серас. Серас проскользнула мимо хозяина в дом, и из гостиной раздались сопение и звуки возни. У Тайянга заняло некоторое время разобраться с ношей и дверью, и когда он наконец прошел вслед за нежданной гостьей (продолжая носить пленницу на руках — ему не тяжело, и, чего себе врать, приятно), оказалось, что Кроу уже был в отключке. И Серас как раз примеряется к его вене… — Ээээ… — Тетя Серас… — картинно вздохнула вышедшая на шум Янг. Она старательно изображала усталого от жизни и раздраженного на всех циничного подростка — она как раз доросла до соответствующего возраста. Ну и заодно на вдохе она лишний раз продемонстрировала свою… растущую фигуру. — Дай мне угадать — Кроу затаил обиду и теперь при встрече каждый раз на тебя бросается, неизменно огребает — он от всех девушек огребает, ты пьешь у него крови в порядке компенсации, и все начинается по-новой? — Ну вот видите, вы и сами все понимаете, ничего объяснять не надо. Знаете вы его, что ли? — попыталась замять вопрос Серас. И почему «тетя»? Ну почему из того давнего разговора Янг запомнила именно это? Похоже, даже в другом мире ей не избежать дурацких подколок… Хотя — а что она может поделать? Требовать титулования Прародительницей, как в принципе положено для старшего вампира данного мира? Янг в ответ лишь фыркнула и полезла в кухонный шкаф. А вот Тайянг еще не окончательно разочаровался в логике и человечестве вообще, и надеялся получить хоть какие-то разумные объяснения… — Эээ? — задал он гениальный вопрос, довольно невежливо ткнув пальцем в то, как Серас пристраивает лицо Кроу между своих внушительных… достоинств. Она устроилась на диване, поставив бессознательное тело Кроу на коленях между своих ног. И как раз примерялась когтем к вене на его запястье — над поставленной на журнальный столик чашкой, судя по рисунку дракона, одолженной ранее у Янг. — Так сердцебиение усиливается, — пояснила вампирша. — И вкус получше, более… тонкий, а то уж больно спиртом шибает… — Ээээ… Возможно ему не хватало утреннего кофе, но Тайянг все еще не мог сообразить даже какие собственно вопросы ему следует задавать. Зато у Янг, которая наконец нашла себе чашку на замену и запустила кофеварку, таких проблем не было. — Это что, типа здрасте, теперь я должна ее принять и уважать? — выдала она, ткнув пальцем в сверток на руках отца. Серас равнодушно пожала плечами. — Да нет, с чего бы это — это она тебе задолжала, а не наоборот… И вообще… Вампирша наконец закончила доить Кроу и довольно бесцеремонно задвинула его тело ногой под столик. Пригубила напиток из чашки — и явно осталась довольной. — Сбежать она не сбежит — я отобрала у нее и Проявление и силу Девы, так что справитесь. Ну и сделала… внушение, так что будет она паинькой, никуда не денется. Я вообще не понимаю, в чем была ваша проблема, именно таких трусих, понимающих только язык силы, и проще всего заставить держать себя в нужных рамках. — Ну да, нужно всего лишь быть страшнее Салем… — скептически фыркнула Янг. — Именно — она конечно бессмертный монстр, но, видите ли, тут тоже есть своя градация, — ухмыльнулась Серас, «случайно» показав клыки. — Да и вообще — по сути, вы ее так боитесь лишь из-за бессмертия, а это… решаемая проблема. Перефразируя генерала де Голля, «бессмертными кладбища полнятся» — и многих из них я сама упокоила. — Эээ… — в очередной раз промычал Тайянг. — Ну так вот… Девочек она больше не бросит, а с замужеством разберетесь сами, я не нанималась работать семейным консультантом. Хотя, насколько я знаю, как раз с сексом у вас проблем никогда не было… Янг вот неплохо получилась. — Серас! — смущенно возмутилась Янг, в то время, как Тайянг лишь перехватил жену… покрепче, да. И попытался сменить тему. — Эээ… Ты сказала, что отобрала у нее Проявление и силу Девы? Как? Я думал, тебе для этого нужно… убивать? — А чем, ты думаешь, я все это время занималась? Сначала по крохам информации нашла Охотника с Проявлением, позволяющим отнимать чужие Проявления. Вот кого, кстати, точно жалеть не нужно — тот еще урод… был. Ну а после того, как я поглотила его Проявление вместе с Аурой, дальше все было делом техники… То, что я смогла заодно отхватить себе силы и Девы, было приятным бонусом. Ладно… Вампирша отставила опустевшую чашку. — Думаю, пора и честь знать, тем более, что я тут вломилась без предупреждения… — Погоди! — Тайянг наконец додумался до действительно важного вопроса. — А что ты теперь собираешься делать? — Думаю… Думаю, соберу себе силы всех Дев, все пять частей, почему бы и нет? Магия мне понравилась… Да и вообще, пора уже что-то делать с этой вашей бесконечной и бессмысленной войной. Пока, всего хорошего! И, вероятно в порядке наглядной демонстрации, Серас рассекла ладонью руки пространство перед собой — и как ни в чем ни бывало ушла в образовавшийся проход. — Эээ… Озпин будет против… — выдал ей вдогонку Тайянг гениальное возражение. — О, доброе утро! — поздоровалась Руби, входя в прихожую и забавно тря лицо кулачками. — Что я упустила?

***

Еще некоторое время спустя… — Директор, — поздоровался Айронвуд, как только связь установилась. — Генерал, — в тон ему отозвался Озпин. — Чем… — Не буду тратить время на пустые слова. Винтер Шни не получила силы Девы Зимы. Где-то на пару ударов сердца изображение директора в свитке закаменело. — Как? — наконец спросил он. — Дева скончалась сегодня. Мирно, в своей постели в хосписе, во сне и от естественных причин, все как и ожидали врачи — разве что прогресс неприятно удивил… У всех общавшихся с ней создалось впечатление, что она просто устала и сама захотела уйти. И Винтер рассказала, что в последнее время Деве часто снилась белобрысая девушка с клыками — и эти сны явно оказывали на нее сильное влияние… — Вампирские штучки, — подвел итог директор. — Серас, — согласился с очевидным генерал. — И раз уж у нас откровенный разговор… Директор, не хотите мне ничего рассказать? На вас, извините, лица нет… Несколько секунд Озпин молча раздумывал — он предпочитал держать карты при себе, но весь его опыт нашептывал ему, что время для секретов стремительно уходит… — Серас недавно получила и силы Девы Лета тоже. Не знаю, где и как — но я это… почувствовал. — И что теперь? — Ну, для начала я отзову Кроу с Эмбер с миссии… И, разумеется, именно в этот момент свиток директора показал еще один входящий звонок. — Кроу… — простонал Озпин, умудрившись одним словом выразить все свое отношение к ситуации в целом и уместности Проявления ворона в частности. Впрочем, звонок он принял и даже на стал разводить секретность, подключив Кроу к разговору с генералом — функционал свитка это позволял. — Кроу, в чем… — На Эмбер напали, директор! Я помогаю, но… — Кто? Серас? — Нет, кто-то от Салем! Трое! Раздались звуки ударов, борьбы и падения — судя по всему, Кроу выронил свиток. А Где-то минуту собеседники могли лишь бессильно вслушиваться в звуки драки… А потом свиток подняли. — Алло? — прозвучал незнакомый женский голос. — Кто вы? — спросил Озпин, невероятным усилием воли сдерживая эмоции. — Чего вам нужно? Если вы от… Нее… — О нет — я только от себя, — усмехнулась девушка. — Серас на связи… Директор. — Что… Что происходит? — Синдер с приспешниками вбивают Кроу с Амбер в землю, — честно ответила Серас. — Если честно, вы отвратительно готовите Дев, директор. Неудивительно, что магия от вас уходит. — Эээ… И вы не собираетесь им помочь? Если силы Девы попадут к Салем… — То в этом будет лишь ваша вина, директор, я тут ни при чем, — перебила его Серас. — Нечего валить с больной головы на здоровую. — Возможно, но… — И потом, я думала, что вы против того, чтобы я во все это вмешивалась, не так ли? Озпин стиснул зубы в бессильной ярости — со стороны Серас видео-связи не было, но генерал это ясно видел. — Так что, наверное, хорошо, что вы для меня не авторитет. Да и вообще — вы потеряли право голоса в тот момент, когда отказались от своей магии, вдобавок изуверски порвав ее. Нельзя сказать, что она обиделась, но… Если я вообще что-то в этом понимаю, в магии важнее всего намерение, а вы свое отношение высказали более чем явно. В общем, вы выбросили, а я подобрала, так что без обид, хорошо? — подвела итог разговору Серас, судя по звуку, опять бросая несчастный свиток. До невольных слушателей донеслись звуки битвы, ударов и падений. В какой-то момент отчаянно прислушивающегося Озпина вдруг перекосило так, как будто кто-то пронзил ему внутренности раскаленным железом, генерал почувствовал боль даже через изображение, директор забился в припадке… И наконец все затихло. С обеих сторон связи. — Озпин? — через некоторое время осторожно позвал Айронвуд. — Кроу? Что происходит? Докладывайте! — по привычке рявкнул он, забыв, что они не его подчиненные. Раздались звуки шагов, и наконец свиток был поднят. — Директор, — отчитался Кроу каким-то… помятым голосом. — Это Айронвуд. Что происходит? — Генерал. Из плюсов — все наши живы. Амбер понадобится медицинская помощь, но ничего срочного или критичного. А с другой стороны… Их главная мертва, ее помощники бежали поджав хвост. Серас тоже ушла… Сама по себе. — А… Силы Девы? — У Серас. Это из минусов, если вы не поняли. Где Озпин? — На связи… Теоретически. С ним случился какой-то… припадок во время вашего боя. Кажется, он потерял сознание. Я послал Глинде сообщение, чтобы она проверила, что с ним. — Таак… — Кроу, ты что-то понимаешь? — Я не уверен, я был без сознания и в этот момент только начал приходить в себя, но… Когда Серас… приняла силу девы, я лишился и образа ворона тоже. И вместе с ним… мне показалось, что она впитала какой-то кусок… извне. Издалека. Она еще сказала что-то вроде «Ну вот и последняя часть на месте, наконец-то…». И еще раньше — Тайянг говорил, что она упоминала пять, — Кроу выделил это слово голосом, — частей сил Дев, он еще удивился и потому запомнил… — А нам она сказала, что Озпин сам отказался от своих сил, — кивнул генерал. — То есть… — То есть… У меня есть глупый вопрос — а насколько бессмертие, да и вообще здоровье Озпина завязано на его магию? Потеряв ее, он все еще остается бессмертным? На связи установилось угрюмое молчание…

***

Еще некоторое время спустя… — Где она? — прорычала Янг, прижимая голову Джуниора к стойке бара и тыкая пальцем в фотографию перед его носом. — Где… Серас? За ее спиной громко хлопнула дверь за последним посетителем, спешившим сбежать подальше от разборок Охотников. В разгромленном баре теперь оставались лишь сам хозяин, Янг и близняшки Мэлакайт, работающие тут вышибалами. В данный момент одна из них, сидя на попе посреди покрытого осколками бутылок танцпола, хмуро разглядывала разошедшуюся по шву юбку (причем, похоже, непорядок в одежде заботил ее больше, чем наливающийся под глазом синяк — или тот факт, что ноги после пропущенного удара ее не держали), а вторая взвешивала в руке отломанную ножку от стола, пытаясь принять трудное решение — если огреть ей Янг по затылку, это решит проблему или только сделает все еще хуже? — Это ты про меня? — вдруг раздался новый голос со стороны, в которой секунду назад, Джуниор готов был поклясться, никого не было. — Да! — рявкнула Янг, не отвлекаясь от своего увлекательного занятия. — Так вот я… — Где? От этого диалога Джуниору захотелось побиться головой о стойку на добровольной основе — остановило его лишь понимание того, что это лишь добавит сюра в и так бредовую ситуацию. — Тетя Серас! — наконец спохватилась Янг, заставляя ту уже привычно поморщиться. — Куда ты запропастилась, тебя же разыскивают по всем королевствам! Даже меня припахали — только потому, что я лично знакома и могу опознать… — А фотографии на что? И полиция? — не понял Джуниор, который предпочел бы даже рейд полиции одному визиту этой сумасшедшей недо-Охотницы. — Да толку от них… — фыркнула Янг, машинально поправляя волосы, травма первой официальной корочки никак не желала проходить. — Если судить по фоткам в документах, мы с тетей — сестры-близнецы и вдобавок урожденные закоренелые преступницы. — Ну… — начал Джуниор и заткнулся, узрев Эмбер Селику перед носом. — Погоди… Почему ты вообще решила, что узнав, что власти объявили меня в розыск, я просто так пойду и сдамся? — Но… Это был не розыск! То есть да розыск, но никто не собирается тебя наказывать, наоборот, тебя хотят наградить! Хотя… Это тоже, как посмотреть… Серас и Джуниор переглянулись — и синхронно закатили глаза. — Янг… Остановись, успокойся, выпей водички… И объясни все по порядку. Хряпнув подсунутой ей сорокаградусной «водички», Янг заметно… расслабилась — но, как ни странно, ее объяснения после этого стали более внятными. — Тетя Серас… После смерти директора Озпина Салем связалась с советом Вейла. И заявила, что желает вести переговоры — с тобой лично, и никак иначе. Ну… Или нет. — Как сказал папа, когда он вместе с генералом наконец смог втолковать совету, что это все всерьез, советники чуть не обосрались. Это его слова, нечего на меня хмуриться! В общем, теперь все бегают взъерошенные и ищут тебя. — Какие переговоры? О чем? — Не знаю. И никто не знает, все только догадки строят — когда она сказала, что будет разговаривать только с тобой, она имела это в виду буквально. И еще… — Погоди… — Серас с намеком покосилась на греющего уши Джуниора. — Да не важно, это как раз секретом не является… Это в принципе в секрете не сохранишь. «Уж точно нет, раз тебя в это посвятили», подумала Серас, но от комментариев вслух воздержалась. — Возможно, но дело не только в этом, — притормозила она Янг. — Джуниор, в качестве платы за подслушанную информацию ты простишь Янг ее долг. — Какой еще… О! — Янг только сейчас осознала масштабы учиненного ей разгрома. Секунду Джуниор пытался меряться взглядами… С вампиршей, ага. — Ладно… — наконец сдался он. — Но лучше бы это того стоило… — Что-то мне подсказывает, что ты в накладе не останешься. Серас перевела взгляд на Янг. — Так что ты еще хотела сказать? — Ну… — Янг почему-то смутилась — несколько запоздало. И формальным тоном, явно цитируя, зачитала «приговор»… — В согласии с высказанным в завещании директора Озпина пожеланием, подтвержденным советом Вейла, Охотница Серас Виктория назначается директором Бикона. — Что? В стороне захихикал Джуниор. Серас и Янг синхронно показали ему кулаки — что лишь вызвало очередной приступ смешков. — Они что, с ума посходили? С какой стати? Хотя… Пусть Серас никоим боком не была политиком, но после тридцати лет рядом с сэром Интегра чему-то она все-таки научилась, и была вынуждена признать, что своя логика в этом есть. Королева Гримм не может вести переговоры с частным лицом — вернее может, но тогда это будут именно переговоры частных лиц, к которым политики никак не смогут примазаться. А упускать из рук власть и перспективы… Такие раззявы в совет Вейла не попадают. С другой стороны, понятно, что ее саму никто в совет вводить не будет, причины смотрите выше. Армии у Вейла нет, а скажем назначить ее каким-либо служащим или принять в полицию — курам на смех, да и сама Серас пошлет подальше. А тут — удачно освободилась должность, последняя воля самого Озпина, преемственность, все такое… Озпин, кстати, сука — даже из могилы подгадил. Манипулятор с вековым опытом, блин… И нафига ей в это лезть? Подтирать сопли и вправлять мозги подросткам? — Тетя Серас, ты должна нам помочь! Ты же обещала закончить эту войну, нет? — вмешалась в ее мысли Янг. — Да и вообще, защищать людей от монстров… — …В лице учеников Бикона? Джуниор энергично закивал в знак согласия. — Ну… Тетя Серас, а ты знала, что в Биконе постоянно открыт пункт сдачи донорской крови? Люди с открытой Аурой ее быстро восполняют, так что для учеников это еще один источник дохода… А у тебя зато не будет никаких проблем с питанием! — Янг… Признайся, ты просто уже придумала шутку насчет учителей-кровопийц, и теперь только и ждешь «подходящего» момента для нее? — Ну… Янг завертела ножкой в совершенно неубедительной пародии на Руби. «Бернадотт, а ты что скажешь?», мысленно спросила Серас у своего первого друга… своей первой жертвы и поглощенной души… своего вечного и верного напарника. «Что скажу? Надо посмотреть, как говорил один мой знакомый… И пощупать тоже желательно…». «Бернадотт!». «Это я о том, что глупо прятать голову в песок, так что переговорам быть — а там посмотрим. А ты о чем подумала, что так смутилась?». «…» «И нечего ханжествовать. Кого ты пытаешься обмануть, я же знаю, что у нас одинаковые вкусы в отношении девушек. И зрелых женщин тоже. Даже если они очень… зрелые.». «Бернадотт!». «А если тебе больше нравятся девушки помоложе… Или даже парни, я как-нибудь переживу… Тогда тем более на школу надо соглашаться.». «Вот как знала, что придет Бернадотт и все опошлит…». «Ну а если серьезно — переговоры всяко лучше войны, даже если только на время. И ты не представляешь, из какого говна и палок мне порой приходилось лепить солдат, так что и со школой прорвемся. Не парься, Бернадотт с тобой, так что все будет хорошо!». «Вот только за сексуальные домогательства наказывать будут меня одну… Ладно, убедил». — Ладно, убедила, — повторила Серас вслух для Янг. — Веди, Макдуф! — Кто? — И чему вас только на Патче учат…

***

Салем готовилась к переговорам весьма тщательно. Как не раз намекали ей доведенные до ручки приспешники, даже слишком тщательно. Дело было не только в тщеславии. И не только в том, что это был Исторический Момент. Противостояние с Озпином наконец закончилось, не самым идеальным способом, конечно — но не возрождать же его теперь только ради удовольствия прикончить лично? Она все же была не настолько сумасшедшей. Пора смотреть в будущее — а оно обещало быть… интересным. Нет, она не воспылала вдруг любовью ко всем людям, человечество в общем она презирала (говоря объективно, довольно справедливо… в общем) — но вместе с Озпином ушла и вынужденная необходимость мстить бессмертному врагу опосредственно, через его любимых пешек. Она не собиралась тратить на людей больше усилий, чем они заслуживали, подобно тому, как адекватные люди не посвящают всю свою жизнь мести муравьям. И если в плату за то, чтобы она оставила их в покое, люди согласятся приносить ей разумную дань — она не будет слишком уж упираться. Главной причиной того, что ее уверенность в себе неожиданно дала трещину, была личность представителя человечества на переговорах. И нет, от нее не ускользнула ирония того, что Серас как раз человеком не является, в конце концов Салем сама назначила ее своим… партнером. Когда-то, давным-давно, ее привлекла в Озме сама его суть, его магия. Какими бы не были их… личные счеты и идеологические разногласия, на инстинктивном уровне их всегда влекло друг к другу, как единственных представителей Хомо Магикус на планете. Собственно, в этом и состояла большая часть трагедии их истории… И как она подозревала, именно это… безысходное одиночество и побудило Озму поделиться магией с Девами… И в конце концов привело к его падению — а вот его магия… осталась. И досталась достойной, наконец-то. Если Салем была сильнее Озмы, после передачи им сил Девам уж точно, и не убивала его лишь потому, что это бы противоречило ее целям, позволив ему хотя бы на время сбежать от ответственности и заслуженных мук совести… То в Серас она видела равную… несмотря на ее молодость — тут скорее настораживал ее потенциал. Серас сильна, безжалостна, уверена в себе и, как она подозревала, вполне способна закончить ее бессмертное существование — и это пробуждало в Салем давно забытые за ненадобностью эмоции. Щекотало давно, казалось бы, затянутые паутиной уголки ее души. И если уж быть совсем честной самой с собой — и тела тоже. Королева Гримм уже несколько часов выбирала платье, в котором она явится на первую встречу с Серас. И, сама того не замечая, мечтательно улыбалась.