Слишком правильная

Блондинка шла по улице, небрежно смахивая слезы рукавом своей джинсовой курточки. Хотелось закричать на всю от обиды и злости. Она винила себя за то, что не смогла предотвратить ссору, но в то же время была зла на Максима, который начал обвинять ее в том, чего она не делала и из-за того, что он не сказал ей о гонке. А вдруг с ним что-нибудь случится? Вдруг вновь что-то пойдет не так? И кто вообще этот Вадим? Видно, что Морозов начинает закипать от злости. Видимо, что этот человек ему неприятен и даже омерзителен. Только вот почему у ее парня такая реакция на Уварова Лиза даже не могла догадываться. За своими раздумьями и мыслями, Виноградова сама не заметила как добралась до дома Дарьи. Позвонив в звонок, блондинка прождала буквально полминуты, как перед ее носом открылась дверь и на пороге появилась Старкова, которая явно не ожидала увидеть свою подругу сейчас и такую заплаканную. — Лиз, что случилось? — тихо спросила та, пропуская девушку в дом, — Вы что с Максимом поссорились? — Да, — уткнувшись в плечо брюнетки, взревела Елизавета. — Из-за чего? — усаживая на диван блондинку, поинтересовалась Даша. — Он приревновал меня к нашему соседу, — ответила подруга, — а еще он не сказал мне, что будет участвовать в гонке завтра. А он обещал, что этого больше не будет, понимаешь? — Ну тихо-тихо, — поглаживая девушку по спине, произнесла Старкова, — Все будет хорошо, вы помиритесь. — А если он меня не любит? Вдруг, он относится ко мне также, как и к тем, кто был до меня? — еще больше разрыдавшись, сказала Елизавета, — Я так этого боюсь. — Ну что за глупости ты говоришь? — удивилась та, — Морозов никогда ни к кому не относился так хорошо, как к тебе. Это же видно, что он тебя любит, правда. И то, что он приревновал — ему свойственно, ты же знаешь какой у него характер. — Знаю, — тяжело вздохнула блондинка, — но мне все равно кажется, что он меня бросит. — Дурочка, — усмехнулась брюнетка, пытаясь успокоить девушку. Вот так вот и прошло около трех часов завываний и рыданий Виноградовой, к которой потом подключилась Дарья, так сказать «за компанию». Когда уже за окном окончательно стемнело и наступила глубокая ночь, подруги решили лечь спать, чтобы завтра в нормальном состоянии отправиться на учебу, но Елизавете все никак не удавалось уснуть. Время показывало около двух ночи, а блондинка все также просто лежала смотря в потолок и плача. Вроде бы уже успокоилась, но слезы все равно продолжали катиться по ее щекам, как только она представляла, что может расстаться с зеленоглазым. Ведь без него она не представляла своей жизни. Вдруг за окном послышался шум мотоциклов, которых по видимому было больше десяти. Виноградова прислушалась, ей показалось, что они остановились рядом с их домом. В следующую минуту Старкова уже упала с кровати от испуга, когда послышался звук сигнала байков. Звук был все настойчивей и настойчивей, громче и громче, но Елизавета решила проявить свою гордость и не выходить на улицу. — Лиза, или ты сейчас поговоришь с ним, или я убью вас обоих, — грозно прошипела Дарья, потирая ушибленное место. — Я не хочу, — кратко ответила Елизавета и отвернулась к стене. — Нет уж, так не пойдет, — запротестовала подруга и стащила блондинку с кровати за ногу. Все-таки через минуту сопротивлений, девушка соизволила встать и спуститься вниз к Морозову. Как только, Виноградова ступила за порог ее сразу же ослепил свет фар, который исходил от мотоциклов ребят — друзей Максима. Сам же брюнет стоял напротив своей любимой и держал за спиной огромный букет роз. Он смотрел ей в глаза виноватым взглядом, показывая, что хочет попросить прощение. Глубоко вздохнув, зеленоглазый все-таки подошел ближе к девушке и стал на колени. — Лиз, прости меня пожалуйста, — начал он, — я знаю, что ужасный собственник, что очень часто, сам того не замечая, обижаю дорогих мне людей. Я не хочу, чтобы ты думала, что окажешься для меня очередной и незначительной. Пусть мы вместе и не так долго, но для меня это время многое значило, оно было пожалуй самым счастливым. Я как только тебя увидел, у меня внутри, будто что-то перевернулось. Знаю, что звучит довольно-таки банально, но так оно и есть. Я люблю тебя, очень. И всегда хочу быть с тобой, всю жизнь, и никогда не стану думать иначе, — проговорил Максим, все также стоя на коленях, после чего протянул в руке маленькую красную коробочку, — не подумай, что я сошел с ума, но ты выйдешь за меня замуж? Сказать, что Елизавета была удивлена — не сказать ничего. Слова парня настолько поразили и обескуражили ее, что она не могла промолвить и слова. Неужели он правда говорит сейчас все это всерьез? Или это просто ее сон? Легонько ущипнув себя за руку, блондинка поняла, что все-таки это все реально, и на нее сейчас смотрит около десяти пар глаз и, конечно же, Максим, для которого это было очень волнительно. — Я согласна, — улыбнулась Виноградова, смахивая с щек слезы счастья и отвечая на поцелуй брюнета, который уже крепко прижимал ее к себе. — Ты прости меня за то, что не сказал о гонке. Я правда не хотел тебя обидеть этим, но и не хотел, чтобы ты волновалась. Просто Вадим — это тот парень с которым я соревновался тогда, когда случилась авария. Он вновь вернулся, чтобы показать свое превосходство, доказать что-то, я захотел поставить его на место, поэтому не удержался. Прости меня еще раз, я люблю тебя… — И ты прости меня, — начала та, уткнувшись в грудь зеленоглазого, на что тот только счастливо улыбнулся, — я не хотела с тобой ссориться, просто так получилось, еще этот Олег столько всего мне рассказывал, только прошу: не трогай его, ладно? Он же ни в чем не виноват. — Хорошо, — стиснув зубы, ответил зеленоглазый, — я не буду его трогать. А сейчас поехали домой? — Поехали, — ответила ему улыбкой Елизавета и парень подхватив свою любимую на руки, усадил ее на железного коня, после чего они на огромной скорости помчались к Морозову под гул других мотоциклов.

*******

Настало время гонок, так быстро и так непредвиденно. Виноградова все пыталась оттянуть этот момент, пусть не наяву, но в своей голове. И переубедить его не удалось, он же упрямый. Нельзя человека изменить в корни, все равно что-то останется. А здесь дело чести, нужно отомстить столь самоуверенному Бизону. — Максим, прошу, — вновь пыталась заговорить на эту тему Елизавета. — Лиз, все будет хорошо, — как обычно ответил он и обнял ее. У самого в душе было что-то неладное, может страх, а может злость. Боялся, что не выдержит и убьет его прямо здесь. Но он обещал, обещал не только блондинке, но и матери. Слава Богу, что она еще не знает обо всем этом. А, если вновь что-то случится? Нет, просто нужно не думать об этом. Еще совсем чуть-чуть и девица в яркой одежде, с флагами в руках объявит о начале. Виноградовой казалось, что ее сердце скоро из груди вырвется, не может она спокойно на это смотреть. И так страшно было, а теперь там еще и ее любимый участвовать должен. Брюнет, оставив Елизавету рядом с Дашей и Андреем, подошел к своему мотоциклу. Надо не наступить на одни и те же грабли, проверить исправность байка. Да, Уваров был очень даже предсказуемый. Тормоза вновь порезаны. Может это всего лишь часть его хитроумного плана? Или же действительно он настолько глуп? Наверное, просто не ожидал, что Морозов проверит все во второй раз, одним не ограничится. — Едем? — спросил Вадим. — Едем, — ответил зеленоглазый, — но я кое-что изменю, — подойдя к своему другу, продолжил он, — дай-ка мне свой мотоцикл. — Зачем это? — нервно спросил Бизон. — Свой марать не хочется, — только и молвил Максим. Прозвучал выстрел из пистолета, и началось состязание. Скорость зашкаливала, сердце отчетливо стучало, каждый удар отдавался в висках. Руки были напряжены, даже вены стали видны больше, чем обычно. Поворот, еще один поворот. Давно уже эта трасса считается одной из самых сложных. Не так место устрашающе и не до конца изведано, как дорога слишком уж с препятствиями. Никогда не знаешь, что тебя ждет дальше. И много, кто уже поплатился за свое незнание. Парни шли на равных, Уваров то и дело, что пытался как-то увильнуть в сторону, сбить с пути Морозова, но тот только вырывался вперед и делал опасные маневры. Нет, он так просто не сдастся. Не для этого он боролся за жизнь, не для этого провел столько времени в больнице. Совсем чуть-чуть. До финиша осталось немного. Только нужно поднажать и все получится. Бизон был в хвосте, но в последние моменты начал вырываться вперед, не давая этого сделать Максиму. Брюнет пожалел, что не взял свой мотоцикл, но надо было лучше тогда за ним следить. Все-таки набрав в легкие побольше воздуха, он решился на обгон. Была не была, но он должен достать эту победу, отомстить. Оказавшись на уровне, рядом с Вадимом, зеленоглазый еле проскочил между парнем и бетонной стеной. Зрители с замиранием сердца смотрели на все происходящее, Виноградова не находила себе места, казалось, что еще чуть-чуть и она от нервов потеряет сознание. Собрав все свои силы в кулак, Максим еще больше нажал на газ и оказался в первенстве. Ветер бил в лицо, пыль застилала глаза, но он уверенно двигался вперед. И да, победа была за ним. Успешно преодолев линию финиша, он со свистом притормозил и встал с железного коня. Елизавета, которая чуть с ума не сошла в ожидании окончания гонки, не скрывая радости, подбежала к любимому. Тот, обхватив ее руками, поднял и закружил в воздухе. — Господи, как же я переживала, — целуя его, произнесла блондинка. — Лиз, все в порядке, не волнуйся, — улыбнулся он, прижав ее к себе еще сильнее и поцеловав в губы. Казалось ничто не может прервать эту идиллию. И гонку он выиграл, доказал, что не промах, и Виноградова рядом с ним, станет его женой, но только осталось с Бизоном разобраться, он уж слишком давно заслуживал того, чтобы его хорошенько проучили. — Ну что, Морозов, поздравляю, — с фальшивой улыбкой, произнес Уваров. — Ага, — пожав ему руку, ответил зеленоглазый, но в тот же момент повалил Вадима на землю и начал избивать. Авдеев попытался оттащить друга от русого, но это оказалось весьма неудачно, позже к Андрею еще подключился и Денис. Когда брюнета наконец смогли утихомирить, блондинка подбежала к нему и крепко обняла, пытаясь не дать вновь полезть в драку. — Чтобы я тебя здесь больше не видел, — крикнул Бизону Максим, и вытер кровь с губы. Сторонники Морозова засвистели и захлопали ему ладоши, так как этот Уваров уже давно не давал спокойной жизни многим. И не один парень вот так же хотел с ним разобраться. Наконец, этой всей ситуации положен край и вряд ли тот вновь сунется к ним в город. — Ты злишься? — спросил зеленоглазый у своей любимой, — Я должен был ему отомстить, прости. — Все хорошо, — улыбнулась Виноградова, — только давай, чтобы такое больше не повторялось, хорошо? — Хорошо, — обняв за талию блондинку, произнес брюнет, — я люблю тебя, будущая Морозова. — А я люблю тебя, — прошептала Елизавета и ответила на поцелуй Максима, такой страстный и такой любимый.

Эпилог

Солнце возвышалось над городом, даря людям ощущение бесконечного тепла и счастья. На душе как-то легче становилось, на лице улыбка появлялась. Морозы миновали, стало так хорошо. Многие ждали эту весну, мечтали о ней. И наконец-то она наступила. В доме пахло свежеиспеченными блинами, от чего сразу же хотелось поскорее их съесть. Морозова во всю колдовала на кухне, стараясь порадовать семью вкусным завтраком. По радио звучала какая-то известная и веселая песня, в такт которой хотелось танцевать. — Мама, посмотри на меня, — на кухню вбежал мальчик трех лет, на голове которого была черная бандана, а в руках байкерские цепи, которые ранее лежали на полке в кладовой, — я, как папа. — И кто же тебе это все дал? — присаживаясь рядом с ним на корточки и беря на руки, спросила блондинка. — Правда ему идет, — в двери показался смеющийся Морозов, который видимо и затеял все это. — Максим, ну чему ты Никиту учишь? — улыбнулась девушка, подходя к мужу. — Ребенок хочет быть похожим на отца, — произнес тот, обнимая жену, — не вижу ничего плохого. — Он и так на тебя очень похож, — положив голову на плечо брюнета, проговорила Елизавета, — а для твоих байкерских штучек он еще мал, — поправив головной убор на мальчике, продолжила она, — хотя эта бандана ему очень даже идет. Даже на пять минут тебя нельзя оставить. Ты и сам, как ребенок. — Ох, ты ж моя слишком правильная, — улыбнувшись, сказал Морозов и, притянув к себе блондинку, незамедлительно прильнул к губам с поцелуем наполненным самой искренней любовью и самым настоящим счастьем.