Убей меня еще раз, детка

Брук

Мы с Фором вернулись за час до рассвета, чем привели в восторг друга нашего солнышка. Парни даже пообнимались. Но я так хотела спать и знала, что через два часа подъем, так что просто отсалютовала этим двоим и направилась в общежитие. К своей кроватке. К мягкой и такой комфортной кроватке. Завалившись спать прямо в одежде, продрала глаза и поняла, что в спальне никого нет. Зато под подушкой рукой почувствовала что-то странное. Достав этот предмет, поняла, что это обычная бумажка. А на ней написано, что я могу выспаться до обеда, ведь в первой половине дня снова стрельба. И просьба не шататься по фракции и не подслушивать чужие разговоры. Явный намек на то, что Фору из-за этого влетело. Но он понимал мое состояние и решил в очередной раз рискнуть. Лишь бы я выспалась. Ну не это ли поведение настоящего друга?! Приняв душ на скорую руку, оделась и рванула в Яму. Даже если сейчас еще не обед, то я могу просто потренироваться сама. Вот только влетела я туда как раз во время тренировки урожденных. Ее вел незнакомый мне бесстрашный и Эрик. Впрочем не удивительно, у них критерии жестче, так что нахождение тут Лидера ничуть не удивило. — Здоров, чуточку ебнутая, — раздался у меня за спиной знакомый голос и я тут же повернулась на его источник. Передо мной на скамье сидела Линн и выглядела она не лучшим образом. Правый глаз начал заплывать, бровь над ним разбита, скула с левой стороны ее красивого личика тоже наливается синяком. — Хуево выглядишь, — с улыбкой протянула я и села рядом, — но рада, что в сознании. — М-да уж, наслышана я о новых правилах Лидера, — пренебрежительно кивает она в сторону Эрика, — но рада, что они не распространяются на урожденных. А то валятся нам с тобой на соседних койках, да бубнеж Роя слушать. — Почему сразу бубнеж? — удивилась я и мне даже стало как-то обидно за моего мистера Доктора, — по делу ведь говорит. — Это для тебя он по делу говорит, — хмыкнула девушка и тут же скривилась от боли, — а для меня с детства только бубнеж. Свезло мне в крестные врача заполучить. — С детства? Он же из Эрудиции! — я вскинула брови в удивлении, — я думала, что ему около тридцати. — Тридцать семь, — выдала мне конфиденциальную информацию Линн, — проходил видите ли инициацию с моими родителями и завязалась дружба на века. — Хорошо сохранился, — единственное, что я смогла выдать. — П-ф, еще как, — недовольно морщит она нос, — у меня обе подруги в шестнадцать поплыли от него. Такого мозгоебства я в жизни не видела. Подавай им его вкусы и привычки. Заебали. — Тут есть и плюсы, хоть одну из подруг ты могла устроить в надежные руки, — попыталась я остудить ее пыл. — Надежные руки? То, что он врач, да еще из Эрудиции перешел, не значит хороший. Он тот еще блядун. Брук, ты слишком наивна, — легонько ударяет она меня кулачком по плечу, — кстати, а ты тут каким хуем оказалась? Фор же сегодня на стрельбище отправился. — Это тайна, — зашептала я, а поймав загоревшийся взгляд урожденной, придвинулась к ней ближе, — Фор в виду моих успехов в стрельбе дал поспать подольше. — В нокаут отправить бы тебя за такие слова, — так же шепотом ответила Линн, — вот почему вам достался лапочка Фор, а нам этот изверг? Джэд же не инструктор, а просто блядский черт. — Скажу больше, наше солнышко еще и психологом подрабатывает, — улыбнувшись, толкнула ее плечо своим, — только не бей. — Раз пошли такие разговоры, — тянет девушка, — как Эрик? У нас он лютует по страшному. Помню, как он тебя избил в первые пять минут после прыжка, но судя по видео, ты сама нарывалась. Нас он так гоняет каждый раз, как появляется. — У нас он появляется чаще и беснует не хуже, — поспешила я успокоить брюнетку, — слушай, а можно вопрос? — Валяй. — Твои волосы… — я не знала, как правильно и деликатно спросить, потому выбрала тактику «прямо в лоб», — ты же красивая, тебе бы длину отрастить и будешь всех разить наповал. Нахуя сбрила? — Не хотела поблажек от своих парней, — пожимает она плечами, — это вы все незнакомцы, а мы выросли вместе. Спарринги проходили хуево. Они не видели во мне достойного соперника, жалели. Помнили ту девочку с которой бесились. Как-то так. Теперь мой черед. Почему ты свои не подрезала? Это же слабое место. — Я готова хоть через день просыпаться в лазарете, но моя шевелюра — это святое, — выдаю я то, что не раз уже обдумывала. Нет, нет и еще раз нет! Ни за что не обкорнаю свои локоны! — Уверена, что чутка ебанутая? — с иронией глянула на меня Линн, — по мне, так отбитая на всю голову. Волосы она, блять, бережет! — Да вы охуели! — раздается рядом с нами раздраженный голос Лидера. Вот те на, даже не заметили, как он подошел к лавке. — Одна чуть в нокаут не ушла, вторая вообще тут быть не должна! Попиздеть захотелось?! На ринг, живо! — Против кого? — пищу я, боясь своих мыслей. — Друг друга! — рявкает Эрик. — Но мы ведь не тренируемся с урожденными, — говорю я, вроде как пытаясь воззвать к голосу разума парня, но судя по глазам, то ему абсолютно похуй на это. — На ринг! Еще раз придется повторить, каждая выйдет против меня! — не унимается блондин. — Идем, — Линн хватает меня за локоть и тащит за собой. Оказавшись на ринге, где ноги утопают в матах, обе становимся в оборонительные стойки. Я вижу по глазам брюнетки, что она не горит желанием бить меня. Одариваю ее таким же взглядом. — Начали! — рявкает Лидер. Мы еще несколько секунд смотрим друг на друга, пытаясь придумать, как выйти из этой ситуации живыми и невредимыми. В мою голову ничего не лезет, как назло. И урожденная все еще стоит на месте, тоже не может придумать план. — Значит против меня, — Эрик скидывает свою черную жилетку на край матов и уже намеревается подняться к нам, как мне в ребра с правой стороны прилетает не хилый такой удар. Согнувшись пополам, смотрю на девушку и без слов ее понимаю. Если не мы друг друга, где хоть одна победит, то Лидер отправит нас обоих в лазарет. Где мы будем слушать бубнеж ее крестного. Урожденная отходит назад, все еще стоя в защите. Мы кружив по рингу, никто не хочет наносить удар. Но так долго не может продолжаться, мы понимаем это обе. И вот выпад со стороны Линн. Обманка. Эрик мне показывал такие приемы. Так что без труда блокирую ее. И прежде, чем брюнетка заносит очередной удар, налетаю на нее всем телом и сбиваю с ног. Я в выгодном положении. Линн крепко зафиксирована моими ногами, а наношу тяжелый удар ей по здоровой части лица. Пусть лучше будут равномерные синяки, чем я ударю туда, где уже больно. Только я не учла один момент. Я не настолько большая, что бы зафиксировать еще и ноги девушки. Так что ощущаю сильный толчок коленом в спину и кубарем перелетаю через ее голову. Я пытаюсь блокировать руками ее удары ногами, но не всегда выходит. Как-то не проходили мы с Эриком такой сценарий. Потому проходит всего пару минут, а потом я отключаюсь. *** Открыв глаза, первое, что вижу, так это до блевоты знакомый потолок лазарета. А потом в поле моего зрения показывается две мордашки. Спокойная и сосредоточенная Дока, взволнованная и извиняющаяся Линн. — Прости, — выпаливает девушка, — не хотела тебя так бить! Напомнило просто одну ситуацию, и я взорвалась! Сильно больно? — Да не больно ей, — раздраженно выдает Рой, — что ты над ней, как клуша скачешь?! — Да какого хуя, Рой?! — взрывается урожденная и вскочив на ноги, толкает в грудь моего врача, — мне что, по праву рождения теперь нельзя о человеке побеспокоится?! — Тихо! — рявкнул мужчина, а потом уже более спокойно продолжил, — беспокоится можно всем, то, что мы бесстрашные не отменяет человеческих эмоций. Но ты, дорогая, видимо пропустила мои слова. С Брук все хорошо, пара сломанных ребер заживет до завтра, синяки пройдут уже к вечеру. Как и у тебя, Линн. — Ой, — смущенно воскликнула она, — я забыла. Прости. Ты ведь простишь? Ты ведь мой любимый и единственный крестный! — В чем тебе очень повезло, между прочим, — менторским тоном оповещает он нас обеих, — урожденные не имеют права так избивать переходящих. И даже проигнорированный приказ одного из Лидеров принес бы тебе меньше проблем, чем такое действие. А если бы убила? Трибунал и расстрел. — Эй, она не виновата! — тут же встаю я на защиту брюнетки, отчего получаю снисходительный взгляд. — Виноват Эрик, знаю, — пожимает он плечами, — но правила — есть правила. — Тебе ведь не сильно больно? — шепчет Линн, когда доктор отходит на приличное расстояние, — прости, пожалуйста. Брук, ты просто своим захватом… Блять, звучит как оправдание. Просто прости. — И не злилась, — улыбаюсь я, беря руку девушки в свою, — но что бы я еще раз оказалась на вашей тренировке… — Если окажешься, лично пинок под зад дам в сторону двери! — воодушевленно восклицает урожденная. И я бы хотела что-то ответить позитивное, но удар двери о стену заставил меня перевести взгляд туда. Эрик. Собственной персоной почтил меня. Размашистым шагом подошел к моей койке и вперился в меня злобным взглядом. А это значит только одно. Либо очередной бой с кем-то сильнее меня, либо личное наказание. И мне плевать. У меня две задачи, как сказал Фор. Не сболтнуть лишнего и не дать свою кровь на анализ. — Линн, — обращается он к девушке, — хорошая работа. Баллы зачту. — А… — Брук, — перебивает он урожденную, — слишком слабая. Слишком убогая. Мне такие неофиты нахуй не нужны. Но у тебя есть шанс реабилитироваться. Выйдешь один на одни против меня на пересеченной местности. Победишь, не выгоню к Изгоям, проиграешь и пулей отправишься обслуживать этих уебков. — Поняла, когда? — четко задаю я вопрос. — Как оклемаешься. — Зайди за мной вечером, — мой тон серьезный. Понятное дело, что он разочарован. Убил столько времени на мои тренировки и я проиграла. И вот такое наказание я выдержу. Стреляю я намного лучше, чем дерусь. Победа будет за мной, тут даже переживать не стоит. *** Три часа. Всего три блядских часа Лидер дал мне на восстановление. А потом пришел какой-то солдат, незнакомец, и под белы ручки повел к выходу из фракции. Ночной прохладный воздух ворвался в мои легкие и я даже на пару секунд прикрыла глаза, а потом меня толкнули в спину. Вот же ты, солдатик, урод! — Медитировать будешь после тренировки! — громкий и раздраженный голос Лидера ворвался в мой мозг. А я просто кивнула. Не хочу нарываться. Пусть все идет по его плану. Я точно знаю, что справлюсь. Мы проехали Эрудицию, главную площадь которой ярко освещали огни. Выехав за пределы жилища умников, оказались в каком-то слишком блеклом и сером квартале. Одно-двухэтажные домики в окнах которых уже не горел свет, хотя часы на панели показывали всего девять вечера. Это же… ну откуда Трис в общем. Джип к моему удивлению даже на грунтовой дороге ехал плавно, не подскакивал на кочках. Амортизация на уровне. Не машинка, а чудо какое-то. Умей я водить, выпросила бы у Фора взять такую тачку и дать мне покататься. Но в Нью-Йорке такие пробки, что я даже не стала учиться вождению. Метро или такси, вот привычный транспорт жителей Большого яблока. Я перевела взгляд от лобового окна на Эрика. Расслабленно откинулся на спинку сидения, лишь одной рукой держит руль, вторая покоится на коробке передач. Дорога неосвещенная, но от мягкого света фар могу рассмотреть его профиль. Спокойная поза чуть ли не насмешкой кажется, учитывая сжатые губы в явном раздражении. Может он уже и сам не рад, что устроил эту поездку и это наказание? Проехали теплицы, огороды и сады Дружелюбия. Уже почти три часа едем, а никто и слова из нас не проронил. Салон наполнен тягучей тишиной. Музыку бы сейчас! Да хоть прогноз погоды из радио! Резкий поворот влево заставил меня чуть ли не навалится на Эрика. М-да уж, а сколько раз мне таксисты говорили пристегиваться! Лидер бесцеремонно пихнул меня рукой в плечо и я приняла нормальное положение на сидении. Даже одарил пренебрежительным взглядом. Хотела было я уже возмутиться тому, что не я тут виновата, а он со своим стилем вождения, как стекло с моей стороны разлетелось в осколках. Крошево стекла обрушилось на меня, а я инстинктивно схватилась за голову и нагнулась к своим коленям. — Блять! — парень резко крутанул руль, но теперь я впечаталась в дверь. Разбитое окно помогло услышать автоматную очередь. Заднее стекло так же разлетелось в дребезги. Да что за хуйня тут происходит?! Кто может шмалять по джипу Бесстрашия?! — Вот уебки! — рычит Лидер, а потом я чувствую, как мне в бок что-то твердое врезается и поворачиваю голову в сторону водителя. Пистолет. Он пытается всучить мне оружие. — Перелазь на заднее сидение и прикрывай! Пробьют колесо или бензобак и мы трупы! — Эрик, я… — а что я? Стрелять умею только по предметам? Пусть и движущимся, но предметам. Не по людям! Сука, я никогда не стреляла в человека! — Бездарь ебучий! — находит он емкую характеристику мне, — давай за руль, я сам прикрою! — Рули, я сама! — моментально принимаю я решение и лезу назад. Трупом становиться мне перехотелось уже давненько, так что я лучше выживу и буду мучаться совестью и грехи замаливать, чем сяду за руль и тогда точно улечу в первый же овраг! Или обниму ближайшее дерево. Нет, в стрельбе у меня больше шансов сберечь лидерскую головушку, а уж он-то точно вытащит нас из этого пиздеца!

Эрик

План проебан, абсолютно и бесповоротно! И кто сейчас обстреливает нас я не ебу! В зеркало заднего вида вижу грузовик Дружелюбия, но эти обдолбанные придурки не способны не то, что взять оружие в руки, но тем более выстрелить. Значит его кто-то угнал. Из-за обстрела я сменил курс, вдавил педаль в пол, выжимая максимум, так что мы уже далеко от бойцов, которые должны были припугнуть Брук на поляне. Простой план, нарядить их изгоями и дать захватить девку в плен. Перед лицом пыток и смерти она бы им все выложила, а мне потом лишь прочитать отчет. Так нет же, все пошло по пизде! Как и всегда бывает с этой чокнутой! Кто же там, блять, за нами гонится?! Да и нахуя вообще?! Те же Изгои нападают на пеших патрульных, еще никто не брал штурмом наши джипы. Выстрелы слышаться совсем рядом, значит Брук таки начала отстреливаться. Лишь бы в истерику или панику не впала, если попадет в человека. Сам я не смогу и на дорогу смотреть и палить по врагам. — Минус один! — вдруг кричит блондинка, причем радостно так, что я от неожиданности чуть не прошелся боком машины о дерево. Она там, блять, серьезно?! Даже я не радовался первому убийству. А потом до меня доходит. Адреналин помноженный на отчаяние. Девку накроет осознание позже. А сейчас она, как говорил Фор, лучший стрелок. — Сколько их?! — Хуй знает, вижу еще двоих, а кто там в кузове поди разбери! — Водилу убирай! — даю я четкий приказ и снова слышу выстрелы со стороны Брук. Да неужели?! Значит приказы выполняем только, блять, при смертельной опасности?! Машину стало заносить вправо, значит эти уебки пробили заднее колесо. Так мы далеко не уедем. Девка уже второй магазин у меня взяла, но и он не поможет, когда по нам палят из автомата. Лишь бы в бак не попали, а то взлетим на воздух и станем изысканным барбекю! Надо хоть немного оторваться и валить из джипа. — Брук, пали по колесам и по моему сигналу будь готова прыгать! — рявкнул я, выворачивая руль влево, петляя среди деревьев. Ну какого хуя эта идиотская рация не работает около Стены?! Неужели умники не могли придумать как обойти электромагнитные волны?! Нам надо отъехать аж на километр, что бы поймать сигнал, а нас прямо-таки загнали к Стене! — Пробила! — крик блондинки возвращает меня в реальность. — Прыгай! — снова приказ и снова выполненный. А я сразу следом за ней. Джип катится вперед по инерции, вокруг темнота, так что виляющий грузовик Дружелюбия все еще тащится за нашей тачкой. Я успеваю лишь за шкирку поднять чокнутую на ноги, как машина обдолбанных тормозит в десяти метрах от нас. Видимо заметили, что двери открыты. — Вперед, — я толкаю Брук в спину, доставая на ходу второй пистолет и прикрываю неофитку. Все идет хорошо, мы даже умудряемся зайти за какие-то высокие заросли, когда по нам снова открывают огонь и пуля попадает мне в правое плечо. Ствол выпадает из рук, а я лишь сжал зубы. Нельзя выдавать нашу позицию! Блондинка замечает мое ранение и громко охает. Вот же тварь! Выдала нас с потрохами! Очередная автоматная очередь, уже более прицельная. Блять! Вторая пуля входит мне в голень и я падаю на мокрую землю как подкошенный. Я не левша, да к тому же не могу передвигаться самостоятельно. Моя жизнь зависит от блядской Брук! А значит я труп! Ей нет резона меня вытаскивать из этого дерьма, зато кинуть и получить фору, когда атакующие уебки признают во мне одного из лидеров Бесстрашия, вполне на руку девке. — Давай руку, — шепчет блондинка, пытаясь меня поднять с земли. И я даю ей эту возможность. Отойдем подальше и я придумаю план. Сдохнуть вот так нелепо, вот так бездарно… ну нахуй! Закидываю руку Брук на плечо, ощущаю, как она обнимает меня за талию и буквально переносит весь мой вес на себя. Далеко мы так не уйдем, я вдвое тяжелее ее, но хоть что-то. Мы прошли метров двести, хотя я на такую дистанцию даже не рассчитывал. Адреналин и не ту хуйню позволял творить. А именно на нем девка и держится. Но и ее силам приходит конец, так что она спотыкается и мы оба падает в лужу после дневного дождя. Такой шум точно привлек внимание наших преследователей. И тут у меня только один вариант развития событий. — Дай мне мой ствол, — шепчу я, — я прикрою, а сама вали к джипу. Отгоняй его на километр от Стены и вызывай помощь. Даже с пробитым колесом доедешь. — Ты левой рукой не попадешь, — так же тихо говорит блондинка, вытаскивая меня из лужи. Взяв под мышки тащит вперед, а потом облокачивает меня спиной о дерево. — Я не уйду. — Я знаю, что ты чокнутая, но это приказ, — я тоже соблюдаю тишину, — ты в последнее время слушалась меня. Так выполни и это. Время я выиграю, а как свяжешься с нашими, передай координаты. Найдешь их в навигаторе. — Ага, а ты в это время сдохнешь, — шипит Брук мне на ухо, — знаешь, что, Лидер ты ебучий, пошел нахуй со своими приказами. Либо вместе выбираемся, либо никак. Усек? — Если выберемся вместе, я тебя под трибунал отправлю за несоблюдение прямых приказов в военное время, — я пытаюсь ударить кулаком левой руки хоть куда-то по ее телу, но лишь заваливаюсь на бок. Лишь силой воли не издаю не звука от боли, что пронзила моб ногу. — Иди сюда, — девка осторожно поднимает меня в сидячее положение, расставив ноги и притягивает меня к себе. Я спиной облокачиваюсь на ее грудь. Дышит тяжело, да впрочем как и я. Опаляет мне ухо горячим дыханием. — Эрик, твой приказ я игнорирую. Понял? — Я, блять, серьезно, — мой стальной тон действует всегда, даже на бесстрашных, что уж говорить о перешедшей неофитке, — валишь к тачке и выполняешь приказ. — Пошел нахуй, Лидер, — шепчет она мне прямо на ухо, а потом делает то, что я даже не ожидал. Целует меня в макушку. Сука, да ни одна баба так не делала! — Либо вместе, либо никак. Сколько еще раз повторить? В ответ на ее слова раздалась автоматная очередь. Они не знали, где нас искать, так что просто палили куда ни попадя. Но Брук лучше них владеет оружием. Я в этом сомневался, если честно, но когда она одним выстрелом в голову смогла убить нападающего, что подобрался слишком близко, понял, отчего блядский Фор тогда ее отпустил. Идеальная меткость. Я слышал еще двоих, что крались с двух сторон. Второго она таки заметила и так же филигранно и красиво нарисовала ему дырку во лбу. А вот третьего пропустила. Да и я не успел предупредить, указать. За что словил пулю прямо в живот. Надо было надеть бронежилет. А еще надо было натаскать Брук в стратегии. Это была моя последняя мысль. Дальше темнота. *** Сильная тряска привела меня в чувство. Глаза я не спешил открывать, боялся просто блевануть. Зато чувствовал две вещи. Раны от пуль не так болят и прохладные, но подрагивающие пальцы на моей щеке. Приоткрыв одни глаз, понял, что лежу на заднем сидении, а голова моя покоится на коленях чокнутой. Именно ее прикосновения я чувствовал. Блондинка смотрела перед собой и гладила меня по щеке. Блять, да почему так приятно?! — Мик… — тихонько протянула девка, — с ним же все будет хорошо? Вы ведь вылечите его? — Вылечим и самостоятельно пришибем, — хмыкнул мой врач. — Нихуя, — недовольно протянул Шон, — пусть оперируют без наркоза. Ишь, блять, чего удумал! Сдохнуть решил! Да пошел он нахуй с такими заскоками! — Мальчики, — тихонько обратилась к ним чокнутая, — ему ведь досталось. Он меня прикрывал. Не злитесь. — Брук! — рявкнул вдруг Мик, — защищай его сколько угодно, но он наш Лидер, мы под его началом работает, ему помирать вообще не вариант! А уж отдавать тебе приказ бросить его, так вообще ни в какие рамки! Надаем по башке, может мозги на место встанут! Ишь, блять, король нашелся, жертвенность проявил! Пошел он нахуй с такими заскоками! — Вы уже повторяетесь, — недовольно тянет блондинка. — Да хоть слово в слово скажем, пиздюлей получит от обоих! — раздраженно говорит Шон. — Пока полностью не оправится, никто из вас с обвинениями не полезет! Ясно?! — такой стальной тон от Брук я не ожидал. И не ожидал, что он заткнет моих бойцов. — Хорошо, — чуть ли не одновременно протянули мой врач и мой снайпер. Я лежал все это время с закрытыми глазами и просто наслаждался тем, как ладонь блондинки поглаживает мою щеку. В какой-то момент она то-ли забылась, то-ли захотела, но прошлась мне большим пальцем по сухим губам. Все в джипе были уверены, что я в отключке. А потом я почувствовал мягкие и влажные губы Брук на своих. Может хоронила меня? Хуй знает. Но было приятно. Она не была очередной шлюхой. Я вообще редко придаю значение поцелуям. Но от этого легкого касания губ во мне что-то надломилось. Брук ослушалась приказа, стерегла и отбивала мою жизнь. А теперь так волнуется. Никто и никогда не ставил меня выше себя.

Только эта чокнутая.

Только Брук.

Только моя девочка.