Right into the ring

Улица встречает осенним дуновением ветра. Лицо опаляет холодом, от чего румянец захватывает щеки своим розовым оттенком. Чимин слегка ежится от погоды, лучше завязывает пушистый бежевый шарф, укутываясь в него по нос, и идет к стоянке. Сегодня выдался сложный денек. Хочется приехать домой, посетить горячий душ и, укутавшись в одеяло, пить чай. Но... о нет, разгребать кучу бумаг новеньких, которые недавно записывались в секцию. Чимин тяжело вздыхает, нажимая кнопку на ключах. Темно-серая "ауди" дает о себе знать коротким сигналом. Быстро отыскав ее в темноте парковки, Чимин кидает сумку на заднее сиденье и плюхается за руль. Выдыхает томно, расслабляя наконец-то конечности, собираясь завести машину. Смотрит вперед, слегка удивляясь и наклоняя голову в бок. Перед глазами вдруг возникает силуэт в освещение только что включенных фар. От насмотревшихся хорроров Пак ненароком думает, что его час настал, но быстро отбрасывает эти глупые мысли, когда это нечто оказывается Мин Юнги. Прошло около недели с той самой тренировки. Ребята стали увереннее играть, кто-то даже пытался повторить трюк тренера, а у сборной получилось этот прием расфасовать и на другие позиции, не только на разводящего и атакующего. Пак Чимин же посетил травматолога, того самого, который на протяжении нескольких лет его консультировал, советовал мази, проверял плечевой сустав, направлял на массаж и терапии. Они до этого момента не виделись около трёх лет, а тут, такая ситуация. Пак знатно получил от доктора за свою неосторожность и глупость. И слезно пообещав больше так не делать, вылетел из кабинета. Что насчет Юнги?... Тот как-то странно посматривает постоянно в сторону тренера, спрашивает больше вопросов, даже мелочи, которые, по идеи, сам должен знать уже давно. А во вторник он вообще удивил. Чимин тогда к директору в кабинет бумаги относил, а когда возвращался, то Юнги неожиданно окликнул его на первом этаже. Обратился неформально и даже не извинился, словно это в порядке вещей называть своего тренера, который старше тебя на одиннадцать лет, по имени. Тогда Пак и задался вопросом: "Что с этим парнем не так?". Только ответа не нашлось. Юнги подходит к окну, медленно опускающемуся вниз, облокачивается рукой на крышу машины и смотрит на недовольное лицо Пака. — Чего тебе, Мин Юнги? Спрашивает старший, тяжело вздыхая. Порядком поднадоело это все. Юн протягивает карту с пропуском, на котором яркими красными буквами написано "Пак Чимин" и делает подобие улыбки "не благодарите". — Вы забыли свой пропуск. Старший берет карту из пальцев парня, делая выражение лица попроще. Он явно уже себе напридумывал многого и, что главное, лишнего. В голове тайком появилась мысль и про возможную симпатию Юнги к нему. Ну, собственно, а почему и нет? Чимину хоть и двадцать восемь, но выглядит он шикарно. Подтянутое тело, накаченные бедра, миловидное, приятное лицо, пухлые губы. Характер тоже ничего, бывает агрессия, иногда, настигает, а в целом и общем можно сказать, что Пак мечта каждого и каждой. То, что он пользуется популярностью у женского пола — известно уже давно, так как на многих соревнованиях слышны с трибун яркие голоса фанаток обращенные не только к сборной школы, но и к самому тренеру: "Смотрите! Смотрите! Сборная идет, вместе с тренером. Он у них такой красивый!". Что-то такое обычно и происходит. А насчет парней, тут все сложнее. Были человек 5-6, которые явно испытывали интерес. Один даже попросил номер телефона, как бы невзначай сходить прогуляться, выпить кофе, посидеть где-нибудь, поговорить в конце концов. Один вообще в клуб звал, чтобы потусить, развеяться, выпить. И лицо у него такое было, словно изнасиловать хочет. Другие так, со стороны смотрели. Просто смотрели они, как на добычу. Что говорить о самом Чимине — он не знает вообще ничего, ему никого не надо. У него есть работа, баскетбол и куча бумаг на рабочем столе, которые необходимо заполнить. — Спасибо. Хотя... Ну может быть и надо кого-то. — Ты на автобусе? Спрашивает неожиданно для самого себя Чимин и бьет мысленно по лбу. Вот чего это он сейчас творит? А что, если Мин и правда каким-то образом на него претендует. Может это и звучит как бред, а в жизни очень даже похоже на правду. Юнги оказывает знаки внимания взглядом, самым осторожным, но сбивающим с мыслей, например, во время перерывов. Когда Пак направляется к тренерской, попить или отыскать что-нибудь в бумагах; улыбкой тоже, особенно во время игр, когда мяч находится в руках у рыжеволосого; своими вопросами о приемах, передачах и т. д., хотя все сам прекрасно знает. А иногда Мин специально ошибается, зная, что Чимин обязан подойти и объяснить, по-другому никак. — Да, скоро будет последний. Мне нужно поторопиться. — Не нужно. Садись, я подвезу тебя. Юнги пару секунд стоит, пытаясь, наверное, обдумать предложение, а после кивает, обходя машину спереди, и приземляется на пассажирское, рядом с Чимином. — Спасибо. Отзывается младший и тянется к ремню безопасности. По салону разносится элегантный рев мотора, и через несколько секунд шикарная "ауди" трогается с места. Первые минуты едут в тишине, но тут Пак понимает, что не знает куда ехать. — Адрес скажи, а то завезу тебя куда-нибудь. Напугаешься. Усмехается Чимин. С шутками у него плохо, особенно под вечер. Но Юнги издает тихий смешок и поворачивает голову в сторону тренера. — Каннамгу. 16 Дэчи, вторая дон. Чимин глаза от удивления раскрыл, потому что, черт возьми, этот мальчишка богатенький. — И как это тебя занесло в обычную, среднестатистическую школу Сеула, которая находится почти на окраине района? Спрашивает старший, поворачивая руль в право. Нужно развернуться. — Я не хотел учиться с богатенькими, обычно они из кожи вон лезут, чтобы быть в центре внимания. Или топчут тебя, как грязь под ногами, чтобы ты боялся не их самих, а то, какие деньги они имеют, точнее их родители. Высказал Юнги свое отношение. Пак кивнул на такое точное замечание и продолжил путь. Заводить об этом разговор нет смысла. Тут парень уже все кратко сказал. Даже добавить нечего. Ехать около 15 минут, поэтому нужно как-то расслабляться в присутствии Мина, все же сам вызвался подвозить. Никто за язык вроде бы не тянул. — Как ваше плечо? Вдруг спросил Юнги. Улыбка медленно сползла с лица старшего, понимая, что на вопрос придётся ответить, даже если не очень приятно. — Сейчас все хорошо. Коротко бросил Чимин, продолжая пристально следить за дорогой. Светофор. Ещё на минуту больше напряжения по всей машине. И как из этого выбраться? Расслабить тело просто не получается. Чимин явно не оценил вопрос и младший это заметил, но не стал ничего говорить, а то вдруг, получиться еще хуже. — Раз пока мы стоим, я спрошу кое-что. Начал старший, привлекая внимание Юна. Чимин тоже повернул на него голову, оглядывая одежду на подтянутом теле. Черные джинсы, толстовка того же цвета и большая, пухлая куртка поверх. Гармонично, дорого, красиво. — Почему на именной футболке для соревнований написано «SUGA», а не Мин Юнги? Юнги улыбнулся, когда услышал произношение Чимина с этим американским акцентом «SUGAR» и отвел взгляд, чтобы мысленно посмеяться. — Знаете, с таким акцентом, как у вас, мой псевдоним никто еще не произносил. Продолжал улыбаться Мин. — «SUGA» произносится без американского акцента, просто «Шуга». — Учту на будущее. Говорит Пак и начинает движение, так как светофор давно горит зеленым. — Я иногда пишу музыку. Играю на гитаре, на фортепиано, сочиняю лирику. Мой друг однажды сказал, что я просто сахар на одну из моих песен. Так и разошлось, что меня все начали Шугой называть. Просто я сократил, убрав последнюю букву. Чимин удивился тому, что знает этого парня уже 3 года, а псевдоним выведал только сейчас. Интересная история, на самом деле. Задуматься, у Чимина тоже есть псевдоним. Точнее, это больше кличка, которая стала использоваться самим Паком. — На моей футболке было написано «Lachimolala». Юнги посмеялся под яркую улыбку Чимина. Да смешно, но классное же прозвище. Главное не знать то, как оно было завоевано. — Оно такое странное. Как вы додумались до этого? — Это была моя кличка, которая потом стала псевдонимом. Друзья дали. Юнги поглубже вздохнул, принимая первую веселую информацию о своем тренере. Интересно это все. Узнавать о человеке, которого вроде всего уже знаешь. Всегда знал и никогда не забывал. А тут такие подробности. Но Юнги, по правде говоря, видел, что было написано на футболке игрока «Номер 1». Лично видел. — Господин Пак... — Ой, Юнги, зови по имени уже. А то ты скачешь с формальности до не. Мне иногда страшно становиться за твое состояние. Смахивает на биполярку. Младший заливается низким хохотом, откидываясь на спинку кресла вновь. Чимин тихонько смеется за компанию, все еще следя за дорогой. — Значит на "ты". Уточняет еще раз Юн, дабы не попасть на злую шутку своего тренера. — Получается. Констатирует Чимин, вдруг резко тормозя. Перед глазами проносится вся жизнь, а перед носом автомобиля пролетает вылетевшая из-за поворота легковушка, выезжая при этом на главную полосу. Нарушая все возможные правила дорожного движения и нервы Пак Чимина, отчего тот зло бьет посередине руля рукой, разнося по округе громкий звук клаксона. Юнги раскрывает широко глаза, вцепляясь рукой в ремень безопасности, как за свое последнее спасение. — Ох, блять. — Мин Юнги! Теперь широко раскрывает глаза Чимин, потихоньку выдыхая и медленно нажимая на педаль газа. — Фух, блять. — Пак Чимин! И салон снова заполняется низким хохотом в вперемешку с заливистым смехом тренера. И кажется, что напряжение уже давно спало. И идея подвести Юнги больше не видится такой странной и отталкивающей. Наоборот. Чимин думает, что это было лучшее решение за сегодняшний день. А может и за жизнь.