Люби меня так чтоб закон нам запретил любит

Спустя 6 часов безудержного вещания, татуированная девушка стояла на перроне с сигаретой в руках. Ее заплаканные глаза и распухшие веки были следом страха Виолетты. Любимая красная вельветовая кепка, спортивки и сумка под ногами. Ее последняя сигарета, последний глоток ред Булла и ее последнее воспоминание о возлюбленной. Красная кепка обнимала девушек что провожали ее и стараюсь не думать о плохой, что плохо выходило. — Бля телки, сделайте фото меня на память для нее … я хочу чтобы она вспомнила меня когда проснется. — да, виолетт, секунду. — Кира достала фотоаппарат, наводя фокус на девушку. — Спозируй как нибудь. Вилка вытерла глаза, сняла кепку и попытаюсь натянуть улыбку на лицо. Она хотела чтобы на фото Рината увидела тепло и уют, а не боль которую испытала ее наркоманка. На вокзальных часах объявили ровно 00:02 часа ночи, а это значит что Виолетте пора отправляться. Обнявшись со всеми на последок, она отдала билет на проверку и после одобрительного кивка скрылась за дверью в вагон. * я больше ее не увижу * Последнее что проскочило в голове у Виолетты перед уходом в новую, красивую и чистую жизнь. Девушку провожали взглядом 4 пара глаз, пока сам поезд не скрылся за горизонтом. Слезы над их лицах говорили о сожалении и боли утраты. Обнявшись, дамы пошли к машине, пока капли с их лиц вновь и вновь пачкали одежду что находилась под ними. Ночной город натягивал тоску от разлуки и пониманья, но стоять надо до конца. В машине доигрывало ночное радио, как машина уже стояла возле дома. Компания поднялась наверх, обратно в квартиру. Но в ней уже не было той радости или каких либо эмоций. Ни злости и печали, ни радости и счастья. дом стал мертвецом без хозяев