2
4 января 2025 г., 23:38
— И зачем ты собрал нас? Последние несколько лет не нуждались в этом, — раздраженно произнес Аято.
Все братья сидели в давно забытой ими комнате. Абсолютно не было необходимости собираться здесь, братья прекрасно жили раздельно, живя при этом вместе. Каждый из них чувствовал некую неловкость от такого общества.
Рейджи сдерживался, чтобы не сказать пару «лестных» слов старшему из тройняшек.
— Никто из присутствующих не в восторге. И могу уверить вас, следующая информация вам точно не понравится, — начал второй Сакамаки. — Пришло письмо от того, кого меньше всех ожидаешь…
— Ну, дальше то что? — перебил Аято.
— Попрошу проявить терпение, — Рейджи вздохнул, глядя на конверт в своих руках. — Если быть максимально кратким, упуская все эпитеты и ненужные высказывания… Отец планирует женить каждого из нас. Девушек он уже выбрал. Он также настоятельно требует, чтобы с ними ничего не случилось.
— Что это за девушки такие, неужели мы сами не в состоянии выбрать себе угодных жен? — возмутился Лайто.
— А что будет при невыполнении его условий? — послышался размеренный голос самого старшего брата.
— Этой информации в письме указано не было, но, мы все прекрасно это понимаем, — ответил Рейжди.
— Я не хочу жену, не хочу! — закричал Канато. Он был без своего когда-то любимого медведя.
— Тц… Опять очередной эксперимент. Подопытные крысы какие-то, — процедил сквозь зубы Субару. — Если это все, то я ухожу.
Не успел второй из братьев кивнуть, как младшего и след простыл.
— Никакой культуры… — пробормотал Рейжди и испарился.
В итоге в комнате остались только Аято и Лайто. Каждый о чем-то задумался.
— Да какое он вообще право имеет так делать? Мне до потолка на его эти поганные эксперименты или что он там делает, пусть идет к черту! Да эта девка и недели со мной не протянет, уж я точно сделаю так, что она начнет страдать анемией в первые сутки, — злостно произнес старший из тройняшек.
— Ха-ха, братец, мне нравится твой настрой, я с тобой, — медленно с улыбкой протянул младший.
— Эй, у тебя своя будет!
— С братьями надо делиться.
— Тц, иди к черту… — произнес Аято и испарился.
Лайто хихикнул и исчез вслед за остальными братьями. В комнате настала привычная тишина.
В самом особняке эта тишина сменилась на что-то более угнетающее. Каждый из братьев, не признавая это, переживал. Переживал насчет «очередного эксперимента», в который те снова оказались впутаны. В эту ночь никто не покинул особняк по своим привычным делам.
***
Нехама проснулась в своей кровати. В груди было приятное ощущение, а сознание было затуманено. Девушка потянулась, зевнула и поднялась с кровати, направившись к окну. Оно было закрыто, а на ветке, что все еще задевала стекло, не было черенка, из которого мог расти тот плод. Нехама внимательно осматривала эту ветку и все соседние. На этой части дерева не было даже цветов, плодов тут быть точно не может. — Неужели это был просто сон? — пробормотала она. Дверь в комнату распахивается, отчего девушка подскакивает, ударяясь о подоконник. — Нехамочка, милая, я вижу ты уже встала! Воздухом свежим дышишь. Ну ты дыши, пока есть возможность, в городе такого нет! — тучная тетушка снова исказила пространство своим звонким голосом. — Автобус приедет через час, надеюсь, ты собрала вещи. — Конечно, тетушка, я собрала все вещи еще вчера В комнату зашли родители девушки. — Родная, как ты спала? — произнес отец. — Я так хорошо спала, аба. А вы, случайно, не заходили ночью в мою комнату? — девушке не давали покоя события, что произошли ночью. — Нет, родная, а что такое? — взволнованно спросила мама. — Ничего, просто показалось, — отмахнулась девушка. — Но знаете, мне такой сон приснился. Даже показалось, что это было на самом деле. Будто я не могла уснуть, а эта ветка опять билась о стекло, и я открыла окно, а там висит инжир. Такой наливной и красивый… — Инжир? — встрепенулась тетушка. — Да, я его сорвала и съела, а потом проснулась. — Какие необычные сны тебе снятся, деточка моя. Он точно сулит что-то необычное, — тетя подмигнула племяннице и собралась выходить из комнаты. — Давай собирайся, прощайтесь. Тебя ждет новая жизнь. — Но ведь я смогу приезжать к родителям на каникулах… Тетя помедлила. — Конечно сможешь, деточка моя, — и вышла из комнаты. Нехама осталась в комнате с родителями. Она молча подошла и обняла их. — Я так буду по вам скучать… — Родная, ты будешь приезжать на всех каникулах. А может когда-то и мы к вам приедем погостить, — мягко произнес отец. От его слов девушке стало тепло на душе. — Идемте на завтрак, мальчики уже, наверное, заждались нас, — произнесла мама. Завтрак пролетел как одно мгновение. Вот Нехама уже выходит из родного дома. Мама и братья стоят на крыльце и машут ей рукой, а отец помогает донести сумки до остановки. Вот она садится в старый и шумный автобус и машет отцу в грязное окошко. А вот она едет по бескрайней пустой дороге. Все, как один миг, даже опомниться не успела. Она боится неизвестности, что ждет впереди. Но эта неизвестность также интригует ее. Ожидание разрывает на куски. Нехама решает почитать, чтобы занять себя. Она открывает рюкзак и в поисках книги находит его. Тот самый инжир из сна. Настоящий. Девушка достает его из сумки. Запах точно такой же. Но если это был сон, то как она может помнить запах. Нехама, поддавшись инстинктам, подносит плод ко рту и кусает его. Только он касается ее рта, девушка проваливается в сон.***
Семья с тремя детьми сидит перед телевизором. Их лица в один момент искажаются в непонимании, а затем в ужасе. Глаза матери начинают наполняться слезами. Трое мальчиков переглядываются и не хотят воспринимать произошедшее. Муж крепко обнимает жену, прижимая ее к себе, из его глаз начинают течь горькие слезы. На экране телевизора мелькают кадры прямого эфира с места событий. Корреспондент стоит на фоне горящего расплющенного автобуса, который недавно выехал из небольшого общинного поселения на юге Израиля.
