Возвращение

Меня зовут Александр. Родился я в семье военного и до первого класса прекрасно себя чувствовал. Детский сад, первый раз в первый класс, бабушка с её неизменными пирожками в доме напротив. И конечно соседский парнишка, ставший мне другом. Но неожиданно отца по службе отправили в другой город за сотни километров от привычной мне атмосферы. Проблема заключалась в том, что переехали мы всей семьёй и все связи, дружеские отношения — всё это было потеряно в один момент. Конечно, попадание в атмосферу военного городка со своими устоями и правилами сильно осложнило мне жизнь. Хоть я и был малым боевым и спортивным, но дети военных меня как-то сразу невзлюбили, что выливалось в драки и оскорбления. Только спустя пару лет, когда мы в очередной раз переехали в новое место, я узнал, что отец мой был отправлен в очередную воинскую часть наводить порядок. Такая вот неблагодарная работа, которая отражалась на его семье. Друзей я не заводил, усиленно занимался спортом и боевыми искусствами, чтобы давать отпор очередным решившим меня побить. Шли годы. Менялись части и школы, а я превратился в «волка-одиночку», готового чуть что дать отпор любому обидчику. Впрочем, когда я стал старше, после первых мордобоев со мной предпочитали не связываться, что меня вполне устраивало. Парнем я был не глупым, с хорошей памятью и помимо спорта стал осваивать игру на гитаре, да и голос, как выяснилось, у меня был вполне неплох. Внешне тоже был вполне себе симпатичный подросток. Высокий, сероглазый, с короткими чёрными волосами. Атлетическая фигура, мускулы и редкая, но, видимо, притягательная улыбка. В школе общался только по делам класса, играл в школьной команде по футболу. В целом, меня всё устраивало. Одноклассницы стали чаще кидать на меня заинтересованные взгляды и часто просили сыграть им на гитаре. Пацаны тоже, в целом, нормально относились, несмотря на некую мою нелюдимость. Возраст давал о себе знать, и стали создаваться парочки. По слухам, кто-то уже и прелести секса вкусил, но я, по привычке, не пытался даже проявлять знаки внимания к девушкам. К тому же я неожиданно понял, что нравятся мне парни… Учитывая моё местонахождение и факт отца-военного, мне только и оставалось, что предаваться фантазиям. Так как парнем я был в свои шестнадцать лет вполне самостоятельным, то осваивал не только спорт и музыку, но и готовку, чем приятно удивил маму, которая, по её собственному утверждению, готовила несколько проще и не так вкусно. Так что вскоре готовка полностью перешла ко мне, а мама нашла себе занятие по душе. В какой-то момент всё складывалось, как мне казалось, довольно неплохо, пока девушка из параллельного класса, увидев меня на улице с гитарой, не попросила ей спеть. Я, как правило, не отказывал в таких просьбах, да и необычного в этом ничего не было. Но её парень, видимо, так не думал и, стащив табельный пистолет отца, подкараулил меня тем же вечером на турниках, куда я ходил для поддержания формы и, зная, что я играю в футбол, выстрелил мне в ногу. На выстрел сбежались все, кто только мог. Ещё бы, стрельба в части — это ЧП! Боль была адская и, честно говоря, я хоть и старался держать себя в руках, но, видимо, от потери крови я в какой-то момент отключился и очнулся уже в госпитале… Новости стали валиться на меня, как из рога изобилия. Во-первых, данный инцидент мог слишком негативно сказаться на большой группе военных, и конфликт каким-то образом замяли. Во-вторых, с ногой всё не так хорошо, и я останусь хромым навсегда. Хотя третья новость меня порадовала. Мы возвращаемся в мой родной город окончательно, отцу дали должность в министерстве и новое звание, а я перееду в бывшую бабушкину квартиру и получу право не только распоряжаться своей жизнью как посчитаю нужным, но и деньги, которые годами копились в банке за сдаваемую квартиру родителей. Пока отец закрывал дела в части, мама отправилась заниматься ремонтом квартир в наш родной город, чтобы к тому времени, как я смогу передвигаться не только на костылях, а хотя бы с палкой, можно было вернуться домой в приспособленное для жизни место. Папа каждый день заходил ко мне в госпиталь и в первое время винил себя в произошедшем. Я же старался его подбодрить, хотя и понимал, что его вина в какой-то степени есть. Но всё, что могло уже произошло, и я не видел смысла заострять на этом внимание. Единственное, что я хотел знать, это всё ли нормально в их отношениях с мамой. К моей радости, всё стало нормально, хоть в какой-то момент чуть и не дошло до развода. Молодой организм неплохо приходил в норму, и через некоторое время я вполне сносно научился ходить с палкой. Конечно, это было непривычно, да и боли были, но я привык справляться с ней и чаще просто игнорировал. Перспектива жить отдельно меня неплохо вдохновляла, и мы наконец-то перевернули эту страницу нашей жизни, вернувшись в город моего детства.