Will you save me?

Солнце опускалось всё ниже. На улицы стал опускаться лёгкий туман, из-за которого фонари, фары машин, те вывески, которые горели и вообще всё, что могло светиться, немного размывалось. Скоро стало немного темно, и мне пришлось приостановить мытьё тарелок, чтобы подойти к выключателю, и включить девять ламп, вмонтированных в кухонный потолок. Затем я снова вернулся к раковине. Там остались только два стакана и одна большая глубокая тарелка. Я снова отвлёкся, чтобы поиграться с последними закатными лучами и стеклом. Свет преломлялся на гранях, создавая разноцветные блики по всей комнате - красиво. Лёгкая улыбка проступила на моём лице, но, так же резко, как появилась, она исчезла. Если я сейчас останусь дома, то моё прошлое меня просто задавит. Мысли о том периоде моей жизни приходят всегда, но обычно это происходит уже ночью, когда уставший лежишь на диване и знаешь, что скоро уснёшь, и всё это исчезнет. Сейчас спать хочется, но не хочется. То есть хочется психологически, а вот физиологически совсем не хочется. Если бы я это кому-то объяснил, то этот человек понял бы явно немногое. У меня, вообще, с объяснением какие-то жёсткие проблемы. Но какая разница, если мне всё равно некому что-то объяснять. Ха-ха, ищем везде позитивчик. Если спать не вариант, то можно пойти погулять. Родители уехали на 4 дня, а я кроме того, чтобы ложиться на несколько часов позже, этим никак не воспользовался. Самое время это исправить.

*****

Одна ступенька, ещё одна, и ещё - всего из было восемь. Привычным уже движением я открыл дверь правого прохода (левый я вообще никогда не видел открытым, он всегда был заперт). Затем снова левый и правый проход, оба из двух дверей, но на этот раз и тот, и тот всегда были открыты. В первый раньше обычно шли только те, кто забыл пропуск, так как ближайший к нему турникет был рядом с пунктом охраны, и обычно был открыт. В два других же турникеты можно пройти только, имея этот самый пропуск. Но потом кто-то кого-то засудил, выяснилось, что на них слишком много зарабатывают, не давая возможности пользоваться виртуальной формой, и теперь уже 2 года можно спокойно проходить по телефону. Между ними стоял автомат, в котором можно было приобрести бахилы. Я быстро переобулся, повесил мешок на свой крючок в раздевалке, и почти побежал к кабинету, где должен был проходить первый урок - математика. Но когда я туда подошёл, что только рюкзак Софи лежал рядом с дверью. Её самой ни в классе, ни где-то поблизости не было. Снова приходится писать: — Ты где? — Ой, ты уже на месте. Сейчас приду. И действительно через минуту она была уже там же, где и я. Сегодня она была в средней длины чёрной юбке и такого же цвета футболке с небольшими, обрамлёнными тонкими металлическими ободками вырезами на плечах. Здороваться как-то надо было, но никто из нас не знал, как, потому что-то какое-то приветствие мы придумать ещё не успели. Стоим, молча смотрим друг другу в глаза (а глаза у неё ничего такие, красивые), потом начинаем одновременно смеяться так, что нас даже вопросительно посмотрела стайка пятиклассников (пяточков, как из называла наша географичка, и в это под такое название попадали не только ученики самих пятых классов, но и шестых, седьмых, а иногда даже и восьмых), идущих куда-то по коридору, а потом просто хлопком по ладоням… рукопожатнулись? Совершили рукопожатие звучит не особо лучше, на самом деле. Для того, чтобы развеять образовавшуюся неловкость, как раз можно было задать вертевшийся у меня в голове вопрос: — А где ты была? — По школе гуляла. Изучала, как тут всё. — Ммм… понятно. — Может зайдём? - предложила Софи, беря рюкзак и указывая на проход в кабинет математики, но не продолжая на меня пристально смотреть — Да, можно. Я улыбнулся, и она, вслед за мной, тоже. Мы быстро заняли вчерашнее место, повесили там свои рюкзаки и достали новенькие учебник, тетрадь и пенал, а затем снова оказались в коридоре. Получается, что Софи пришла раньше, потому что хотела осмотреться. Наверное, теперь она будет приходить позже. Или нет? — А ты обычно когда в школу приходишь? - спросил я после нескольких секунд размышлений. — Ну, сложно сказать, когда я буду здесь, пока не знаю, но, скорее всего, позже, чем сегодня. — Просто я хотел предложить встречаться, а потом до школы идти уже вместе. — Когда ты начал говорить, я немного о другом подумала, не важно. Да, хорошая идея, только где? Ой, а так не было задумано. Интересно, а она не против? Хотя, нет, она точно против, плюс я сам не горю желанием - рано. Можно спросить, конечно, но зачем, если понятно, что ответ будет «мы всего два дня знакомы», и я такой: «факт». — Можно у входа в парк, видела его? — Ага. — Можно даже орехи взять, мало ли белки будут. — Классно, хорошее ты место выбрал. Зазвенел звонок. Софи с немного удивлённым лицом посмотрела на меня и спросила: — Непривычно, у нас другая музыка на звонки стояла, в моей предыдущей школе. А эта вызывает ощущение, что кто-то просто громко включил её на колонке. — Привыкай. Пойдём? Мы не успели дойти даже до ближайшей лестницы, а уже пришлось возвращаться назад. Несколько первых минут учитель потратила на импровизированную речь о новом учебном году, и тому, сколько всего нового предстоит изучить. А дальше ничего интересного не происходило. Это был просто урок повторения материала мая. Софи ответила несколько раз, я ответил несколько раз. Теперь можно было отдохнуть. Хотя в школу очень хотелось, но не ради того, чтобы учиться, так сразу уж точно. У меня с алгеброй всё было хорошо, у моей подруги, судя по тому, что я нашёл во время поиска информации о новичках ещё тогда, когда только появился список учеников нашего класса (а это была середина августа), тоже: — Как тебе учитель? — Норм. Ммм, слушай, а ты не записал список олимпиад, которые нам вчера называли? — Не, зачем, тебе разве учитель не скинула ссылка, где все они есть? — Неа. Либо я такой уникальный, либо про Софи забыли. — Щас исправим… — О, спасибо, - поблагодарила она меня, и тут же стала просматривать сайт. Учитель тем временем продолжала свой рассказ. Я уже было собрался слушать, но соседка осторожно тронула моё плечо: — У тебя как с инфой? — Вроде хорошо, а что? - ответил вопросом на вопрос, поворачиваясь к ней, я Девушка указывала на один из квадратиков: — Хорошо, тут вот есть командная на четыре человека, дающая бонусы при поступлении. — Круто. — У тебя есть кто-то на примете, кто мог бы вместе с нами поучаствовать? — Один человек найдётся, а вот ещё один… хм, надо подумать. — Думай, у тебя подходящих знакомых явно больше, чем у меня. — А это, кстати, не факт. — Факт, факт, давай. — Пытаясь, просто пока все, кто приходят в голову не достаточно шарят, чтобы написать такого уровня олимпиаду. Не, они не тупые, просто знаний недостаточно. — А у тебя-то самого? Я как-то быстро приняла тот факт, что ты участвуешь, ни в чём не убедившись. — Побольше, у других. И я в целом в олимпиадах, а особенно по инфе, много участвую. — Хорошо. Познакомишь меня тогда с третьим и четвёртым человеком, чтобы мы друг другом сконектились. — Насчёт четвёртого: ничего не обещаю. — Думай, думай. — Можете выйти, если вы такие гении, но потом на контрольной дописывать не дам, - обратилась к нам учительница, из-за чего пришлось замолчать.

*****

Я обулся, проверил, что телефон и ключи лежат в карманах шорт и выключил свет. У других детей в детстве такой тёмный коридор превратился бы вместо обитания монстров. Ну а у меня он превращался в место, по которому после того, как выломают дверь, будут идти бандиты. Я один был таким странным? Хотя нет… кажется, Софи когда-то говорила, что у неё также было. Забыть! Забыть! Забыть! Именно ради этого я и иду на улицу. Четыре оборота одного замка, ещё четыре второго - теперь можно спокойно гулять. Даже за окном жизнь не кипела, а побулькивала, в доме же было совсем пусто и тихо. Когда же я вышел из подъезда, то стало немного громче в ушах: у подъезда на лавочке сидела троица студентов (судя по возрасту, рюкзакам и тому, что они обсуждали пройденное на сегодняшней лекции) с пятью пустыми зелёными брендовыми бутылками в мусорном баке, шестую допивала девушка с ярко-красными волосами, сидевшая посередине. Несмотря на то, что жидкость, которая ими переливалась из стекла в себя, явно была хотя бы минимально крепкой, вели они себя довольно мирно, пускай и эмоциональнее обычного состояния, обсуждали что-то умное.