Collateral

      Утро того дня, когда Грейнджер начала вести себя странно, ничем не отличалось от любого другого утра за последние четыре года.       Драко, как обычно, выпил на завтрак чашку чая в своём лофте, который находился в Лондон-Сити, потратил значительное количество времени, выбирая мантию для предстоящего дня (победу одержала серая), и успел несколько минут понежиться под горячими струями воды в душе, затем оделся и наконец, отправился в Министерство Магии.       Быстрой походкой он шел мимо множества витрин и в каждой третьей проверял либо свою причёску, либо свой сногсшибательный вид в целом, пока не дошел до маленького кафе, где он насладился ещё одним бодрящим напитком. Эспрессо (крепкий и двойной, конечно же).       Он с лёгкостью пронёс бумажный стаканчик сквозь магловские улочки, а затем и через оживленный атриум, пока не присоединился к другим ведьмам и волшебникам, которые ожидали в длинной очереди лифт.       И вот только тогда он сделал свой первый глоток.       Всё шло своим чередом. Как и в любое другое утро.       Пришел лифт, но он оказался настолько забит, что Драко решил не втискиваться в кабинку к другим двадцати пяти не выспавшимся чиновникам из Министерства и подождать следующий.       Как делал это всегда.       Только после того, как он вошёл во второй лифт и встал прямо перед золотой решеткой, чтобы первому выйти на нужном ему этаже, он понял, что что-то было не так. Вернее, что-то выбивалось из привычной картины.       Боковым зрением он заметил очень знакомую стройную ногу, прикрытую до колена совершенно невзрачной костюмной юбкой и обутую в такую же невзрачную обувь. Каблук был достаточно высок, чтобы подходить для деловых встреч, но всё же он вряд ли мог взбудоражить фантазию какого-нибудь любителя красивой обуви. К каким Драко не мог себя не отнести…       Но дело было не в этом! А в том, что эта стройная нога, вместе с этой скучной юбкой и удобной обувью, принадлежала никому иному, как Грейнджер и её присутствие здесь было абсолютно неправильным.       Драко посмотрел на свои часы и обнаружил, что Грейнджер пришла, по крайней мере, на сорок пять минут позже, чем обычно. Вдобавок ко всему, она ошиблась лифтом, ведь в отличие от него ей не нужно было выскакивать на седьмом уровне или на каком-либо ещё, кроме девятого, где располагался Департамент Тайн. Потому, что именно там она работала в последнее время.       Нахмурившись, он задумчиво отпил свой эспрессо и выбросил эту мысль из головы, как только лифт остановился. На сегодня у него было запланировано несколько важных встреч, в том числе с Митчеллом из Wimbourne Wasps, за которым он гонялся в течение нескольких недель, для долгожданного подписания контракта. Так что он довольно быстро выбросил мысли о Грейнджер из своей головы тем утром.       Вот только в течение двух следующих дней он натыкался на эту ведьму в лифте снова и снова. Он бы поинтересовался у неё, куда она направлялась, если бы кабина не была так переполнена. Её перемещения явно выбивались из её расписания.       Обычно распорядок дня Грейнджер был таким же четким и выверенным, как и его. Откуда он так хорошо знал об этом? Просто он изучил его вдоль и поперек, после того, как отправил резюме в Департамент Магических игр и спорта и получил там работу. Поскольку в его планы не входило пересекаться с ней совсем, он неделями наблюдал и изучал её пристрастия и привычки, чтобы на их основе построить свои собственные. Когда она приходила, когда уходила, где обедала, каким камином предпочитала пользоваться (кстати, поэтому он в основном пользовался входом для посетителей, чтобы попасть в Министерство) и так далее, и тому подобное. И благодаря тому, что Грейнджер была такой точной, их пути почти никогда не пересекались. По крайней мере, до сих пор.       В понедельник, следующем утром, когда Драко не встретил Грейнджер в своем лифте, он расслабился и начал неспешно потягивать свой эспрессо, радуясь тому, что всё, кажется, вернулось на круги своя. Но не тут то было! Потому, что первым человеком, которого он встретил, когда в половине первого вошёл в лифт, чтобы спуститься в кафе при Министерстве, была она. Снова.       Она стояла в одном из дальних углов кабинки, потупив взгляд, одетая в свою скучную юбку и удобную пару обуви. Она оставалась стоять там до тех пор, пока две последние ведьмы не вышли на четвертом уровне, оставив их наедине.       — Грейнджер, — поприветствовал её Драко, лёгким кивком. Отчасти затем, чтобы она знала, что он заметил её, и это выглядело бы грубо, если бы он этого не сделал. А Драко был воспитан лучше. Ну, в основном.       — Привет, — выдохнула она и её щеки покраснели.       Что за?...       Нет, определённо что-то было не так. Что-то было не так с ней. Но прежде чем Драко начал размышлять об этом, лифт остановился, и она пронеслась мимо него. Он смог расслышать что-то похожее на глубокий вздох, перед тем, как она исчезла.       Спустя ещё неделю (после того, как Драко пытался вытеснить все события предыдущих дней), Грейнджер, неожиданно, оказалась за ним в очереди в кафе, во время обеденного перерыва. Это был первый раз, когда он встретил её здесь. Ведь обычно, и он знал это точно, перерыв Грейнджер начинался ровно в двенадцать и она проводила его вне стен Министерства с Уизли или Поттером, или с обоими идиотами сразу.       Он терпеливо ждал своей очереди, чтобы расплатиться, когда услышал тот странный вздох снова. Грейнджер определенно втянула в себя воздух. И, когда он быстро и незаметно посмотрел на неё через плечо, то обнаружил, что она стояла гораздо ближе к нему, чем это было допустимо, особенно если вы стоите в очереди. Глаза у неё были закрыты и, казалось, что она всё ещё продолжала глубоко вдыхать воздух.       Драко прочистил горло и Грейнджер вздрогнула. Она в шоке распахнула глаза и издала нечто наподобие писка, прежде чем развернулась и ринулась к выходу. Заметьте, не заказав ничего.       Он и не знал, что ему думать. Грейнджер действительно принюхивалась к нему только что? Покачав головой, он двинулся вперёд, чтобы заплатить за свой обед, но он настолько глубоко погряз в своих мыслях, что ему пришлось дважды уточнять у продавца цену, прежде чем расплатиться.       Два дня спустя, он встретил Грейнджер в коридоре собственного отдела. Он как раз подсчитывал в уме сборы за последние два матча Falmouth Falcons Chasers, сопоставляя их с предстоящими расходами в будущем сезоне, и почти дошёл до конца коридора, когда понял мимо кого он только что прошел. Не сбавляя шаг, он обернулся и увидел, как Грейнджер вдыхает воздух вокруг себя, прежде чем поспешно ретировалась.       Какого черта?       В следующий вторник, когда Драко, в конце рабочего дня вошёл в лифт и обнаружил там Грейнджер, он не сильно удивился. Но по мере того, как лифт начал свое движение, а она начала подходит к нему всё ближе и ближе и, даже, наклонилась слегка вперёд, чтобы снова понюхать его, Драко решил, что с него довольно.       — Грейнджер, — прошипел он, отодвигаясь в сторону.       Она подпрыгнула и посмотрела на него своими широко распахнутыми оленьими глазами, нежное выражение которых вызывали странное чувство в его животе. Если бы в лифте с ним не было кучи чиновников из Министерства, он, безусловно, сразу же выяснил причину её странного поведения. И сделал бы это тщательно. Но Драко решил подождать несколько минут, чтобы прояснить ситуацию.       Он не вышел из лифта в атриуме, как планировал сделать это раньше, вместо этого он застыл на месте, чем, казалось, выбил из колеи Грейнджер, которая явно намеревалась вернуться в Отдел Тайн. Её руки дрожали, а глаза сканировали кабинку лифта, словно надеялись наткнуться на появившийся из ниоткуда аварийный выход. Лифт остановился на девятом уровне, и она тут же поспешила выйти. Но так как ноги у Драко были длиннее, и он чувствовал себя словно на задании, ему не составило никакого труда догнать её.       Она попыталась скрыться от него в ближайшем женском туалете, но он успел поставить ногу между проёмом и дверью, прежде чем та захлопнулась, и затем тоже вошёл в комнату. Он наложил невербальное Homenum Revelio, перед тем, как закрыл дверь быстрым Colloportus.       Теперь ей некуда было деваться, Драко изо всех сил старался побороть вспышку злости, которая пронзила его со всей своей мощью.       Чёрт бы её побрал! На протяжении нескольких лет он, изо всех сил, старался избегать её и ситуаций подобно этой, пока она не испортила всё своими недельными преследованиями и обнюхиванием его. Так что было вполне справедливо, если сейчас она ответит на парочку его вопросов.       — Почему ты преследуешь меня, Грейнджер? — прорычал он, медленно приближаясь к ней.       Грейнджер прижалась к одной из выложенных плиткой стен, наблюдая за ним со смесью подозрения и предвкушения, что надо сказать, было довольно странным сочетанием. Хотя всё то, что происходило в эти несколько недель, было таким же странным.       — Я не преследую тебя, — пробормотал она, прикусывая своими зубками нижнюю губу, и от этого волна жара сразу же ударила Драко прямо в пах.       Плутовка. Эта ведьма.       — Нет, преследуешь! Ты считаешь меня тупым или что-то вроде этого? — рявкнул он на неё и она вздрогнула. Её слегка порозовевшие щеки, придавали ей ещё более привлекательный вид, что только взбесило Драко. — Сначала я нахожу тебя в своем лифте утром, затем во время обеденного перерыва, потом в моем отделе, а теперь и на пути домой.       Взгляд Грейнджер напряжённо скользил по его лицу. Туда-сюда, туда-сюда. Она явно пыталась подобрать правильный ответ.       — У меня была встреча в Отделе магических происшествий и катастроф, — наконец пропищала она.       — Каждый гребаный день в последние три недели? — уточнил Драко, делая ещё один шаг вперёд.       — Нет, ну… только в первый день, — она сильно откашлялась. Теперь её щеки просто пылали. Но ей это только шло. — В тот день, когда я в первый раз воспользовалась тем же лифтом, что и ты.       — Ха, — победоносно воскликнул Драко, тыча указательным пальцем ей в лицо. — Тогда позволь спросить, почему, с того самого дня, ты появляешься везде, куда бы я ни пошел? Я не говорю уже о том, как ты обнюхивала меня, каждый гребаный раз. Грейнджер тихо застонала и приложила ладони к своим щекам, видимо пытаясь их охладить. Она снова начала покусывать свою нижнюю губу, Драко не смог удержаться и уставился на её рот. Шалунья.       — Ты… ты заметил это? — со вздохом спросила она и в смущение, отвела взгляд.       Драко подошёл совсем близко, и теперь их разделяло всего несколько дюймов.       — Хочешь верь, хочешь нет, но деликатность — не самая сильная твоя сторона, — сказал он, изучая её лицо. — Так скажи мне Грейнджер, что с тобой происходит? Хочешь, я скажу тебе, каким одеколоном я пользуюсь? Есть ли у тебя какой-нибудь пахучий жених, которому ты хочешь преподнести эгоистичный подарок к Рождеству? Сейчас только начало Декабря, но зная тебя… ты всегда тщательно подходишь к своим исследованиям.       У Грейнджер округлились глаза, и она как раз открыла рот, чтобы ответить ему, но тут волна упомянутого запаха ударила ей в нос. Её ноздри раздулись, она ахнула, а затем издала тихий всхлип, от которого Драко мгновенно напрягся. Салазар.       — Нет, нет… это не так, это просто… — бормотала она бессвязно.       — Грейнджер, — Драко застонал от отчаянья. — Просто скажи это уже. Скажи мне, что твою мать, здесь происходит, или я заставлю тебя.       Его рука приземлилась на плитку рядом с её головой. Он угрожающе навис над ней.       Его самообладание и контроль — испарились, и это было делом её рук. Именно она была той, кто преследовал его, принюхивался к нему, соблазнительно краснел, и издавал кокетливые звуки в его присутствии. Он всегда соблюдал дистанцию, делал всё, что от него зависело, чтобы держаться от неё подальше. Можно сказать, что он был образцом сдержанности. Если сейчас всё пойдёт прахом, то это будет явно не по его вине.       — Амортенция! — воскликнула она так внезапно и неожиданно, что Драко даже вздрогнул.       Несколько секунд он просто смотрел на неё пустым взглядом.       — О чем ты, чёрт возьми, говоришь, — процедил он сквозь зубы, спустя некоторое время.       Кто-то подсунул ей любовное зелье, и теперь она зацикливалась на нём? Кто-то украл у него прядь волос или что-то вроде этого? Если это так, то он голыми руками убьет того, кто повинен в этом. Какая неописуемая жестокость! Не по отношению к Грейнджер потому, что она справилась бы, Драко был в этом уверен. Но он бы страдал. Снова. Возможно на протяжении нескольких месяцев!       Его эрекция пропала, когда он это осознал, за что он был благодарен. Ведь, в противном случае, несложно было бы представить, что могло случиться, если бы он поддался своим бесконечным фантазиям.       — Тогда достань гребанное противоядие, — раздражённо протянул он. — Ты, насколько я знаю, вполне способна сварить его самостоятельно, если стесняешься его купить. Почему ты неделями слоняешься по Министерству, под действием зелья?       Настал момент, чтобы уйти. Ему просто нужно оттолкнуться от стены, как можно скорее покинуть общественный туалет и отбросить любые мысли о Грейнджер на задворки его сознания, там, где им самое место. Мерлин! Сегодняшний день отбросит назад его, с таким трудом достигнутое безразличие на месяцы, если не на годы.       — Ты неправильно понял, — выпалила она, чем задержала Драко. Прищурив глаза, он снова взглянул на нее.       — Может, тогда просветишь меня? — спросил он, не выдержав. Ему действительно необходимо было вытягивать всё самому? Каждое гребанное слово?       — Я не делала этого, — прошептала она. — В смысле, я не пила зелье.       На это Драко лишь приподнял бровь, показывая, что он всё ещё ничего не понимает. Теперь она начала лепетать, словно боялась, что он исчезнет, если она не начнет говорить. (Что, надо сказать, он и планировал сделать, пусть исходя из своих крайне эгоистичных соображений).       — Моя Амортенция пахнет, как Рон, — продолжила она.       Драко закатил глаза так сильно, что, пожалуй, он мог увидеть свой собственный скальп.       — Что же, как удачно для тебя, — безэмоционально сказал он, — и, надо полагать, для Вислого.       Вот что было ему нужно — непроизвольно стать свидетелем личной жизни Грейнджер или лучше сказать её любовной одержимости. Ведь насколько ему было известно, она и Вислый расстались несколько лет назад. Но, очевидно, для неё ещё ничего не закончилось. Тогда, ей следовало найти этого придурка и рассказать всё это ему, вместо того, чтобы беспокоить его, нарушая его рабочий график и медленно, но верно, сводить его с ума.       — Или я так думала, — торопливо продолжила она. — В классе у Слизнорта, моя Амортенция пахла свежескошенной травой, полем для квиддича в Хогвартсе и зубной мятной пастой, которой пользуется Рон. Или пользовался, я точно не знаю. — Сморщив нос, она замолчала на секунду, явно что-то обдумывая. — Но там было что-то ещё. Что-то терпкое и тяжелое, запах нового пергамента, нотки кофе, сандал и запах свежевыстиранной мантии. А потом… ну, тогда…       — Тогда что? — фыркнул Драко, явно теряя терпение из-за её бормотания.       Что, гиппогриф её забери, эта ведьма, пыталась ему сказать?       — Тогда, в тот день, три недели назад, я пришла на работу позже, чем обычно потому, что как я уже сказала, у меня была назначена встреча. Затем, в лифт вошёл ты и, внезапно, воздух наполнился им. Ароматом моей Амортенции. Я смогла почувствовать каждую ноту этого запаха. Весь оставшиеся день, я занималась варкой зелья, чтобы перепроверить. Зелье действительно пахло, как и раньше. Поэтому, конечно, мне нужно было удостовериться.       У Драко на секунду замерло сердце. Может и на две или на три. Он не был уверен, что оно бьётся, когда взглянул на Грейнджер, пытаясь уловить смысл её слов.       Это было невозможно, или нет?       — Тебе… что? Поэтому ты обнюхивала меня, — это всё, что он смог из себя выдавить.       — Мне нужно было убедиться, — она повторила и закивала, широко распахнув глаза.       Внезапно, весь мир Драко перевернулся.       — Но мы не сказали ни слова друг другу за последние четыре года, — ошеломленно сказал он. — Мы почти не видимся!       Грейнджер скривилось и, на мгновение, закрыла глаза.       — Да, я знаю. Думаю поэтому, я была так сильно удивлена. В смысле, после стольких лет…       — И?       — И что?       — Что… что показало твоё исследование?       Грейнджер снова прикусила свою нижнюю губу, (Мерлин, помоги ему) и покраснела ещё больше, если это вообще было возможно.       — Абсолютное совпадение? — прошептала она.       Она произнесла это осторожно, словно опасалась, что он может взорваться от такого предположения. Маловероятно, что она догадывалась о том, что он как раз был готов это сделать, вот только не так, как она это себе представляла.       — Это не может быть правдой, — недоверчиво проговорил Драко. Он провел свободный рукой по волосам, вероятно, полностью испортив свою укладку, но сейчас это его волновало меньше всего.       Грейнджер поджала губы и внезапно смесь печали и стыда промелькнули в её глазах. Она несколько раз моргнула.       — Я знаю, знаю, — запричитала она. — Но тебе не о чем беспокоится Малфой. Теперь, когда я убедилась, я буду держаться от тебя подальше, как и раньше и не…       — Держаться от тебя подальше, как и раньше? — он тут же прервал её. — Что это значит?       Она слегка поежилась, когда он приблизился к ней снова и облокотился двумя руками, по обе стороны от её головы. Нет, она не должна была оправдываться и оставлять его в неведении. Он не собирался так просто позволить ей уйти. Он был сыт этим по горло. И он достаточно страдал.       — Хорошо… возможно я увлеклась тобой… на восьмом курсе? — Это было больше вопросом, чем ответом. — Или даже раньше, но… я думаю, что произошло несколько событий, которые затмили все остальное.       Что же, ей точно не нужно было ему напоминать.       — Но я знаю, что ты не чувствовал того же тогда… или сейчас, поэтому я старалась избегать тебя, чтобы ситуация не стала хуже.       В её последних словах сквозило такое отчаяние, что теперь настала очередь Драко закрыть глаза. Это почти физически было больно. Он действительно готов был взорваться, чертовски готов.       — Ах ты, глупая девчонка, — он вздохнул, медленно качая головой. — И тебя всё ещё считают Самой Яркой Ведьмой нашего времени? Невероятно!       — Что? — всхлипнула она, явно сбитая с толку.       Когда он снова взглянул на неё, то заметил, что её глаза стали влажными, а нижняя губа подрагивала.       — Ты действительно ничего не понимаешь, да? — он усмехнулся, смотря на неё с нежностью.       Затем он наклонился и прижался к ней своими губами. Грейнджер ахнула от удивления, но прежде чем она успела отреагировать на его порыв, он уже отстранился от неё. Сначала ему было необходимо сказать ей несколько слов потому, что потом, когда он начнет целовать её как следует, он не скоро сможет остановиться.       — Это я избегал тебя, чтобы не стало хуже. С тех пор, как я работаю здесь, я старался видеться с тобой как можно реже, чтобы не сорваться в один день и не затащить тебя в какой-нибудь пустой кабинет. Чёрт Грейнджер, я даже составил свое рабочие расписание так, чтобы мы не пересекались, но я представлял себе, — он задышал чаще, — как ты задираешь эту строгую юбку и наклоняешься передо мной, над моим столом. Или сбрасываешь свои чертовски ужасные туфли, чтобы обвить своими, о боги, такими красивыми ногами мою талию. Ты действительно не знаешь, что ты делала со мной все эти годы? Просто бросая быстрый взгляд? В моих мечтах? Мерлин…       Он замолчал, но лишь затем, чтобы снова наклониться к ней и поцеловать, и в этот раз его поцелуй был встречен вздохом нетерпения. Её нежный язык переплетался с его, маленькие ручки, сжимали его рубашку, а стройное тело охотно прижималась к нему. Да, да, да.       Драко позволил себе погрузиться в свою тайную фантазию, в свою многолетнею, скрытую мечту, как ловец, выполняющий маневр Вронского. Он застонал и оторвал её руки от своей рубашки, мягко направляя их в нужном направлении, пока его собственные были заняты тем же.       Ей придется оставить это скучный наряд потому, что у него не хватит терпения раздеть её, как это сделал бы джентльмен. Не сегодня. Но он обязательно сделает это завтра и послезавтра, и во все последующие дни. И он позволит ей нюхать себя столько, сколько она захочет, если это делало её счастливой.       Потому что она была всем, чего он хотел. И одновременно всем тем, что он никогда не смог бы, как он думал, получить. На что, не смел надеяться. Но вот она. В его объятьях, в его руках, её губы на его губах.       Он лишь надеялся, что Грейнджер не устанет от запаха своей Амортенции потому, что теперь она точно не сможет избавиться от него. И он с удовольствием подстроиться под её расписание, раз уж он всё равно вставал рано. Может теперь он снова сможет пользоваться каминной сетью? Может они могли бы проводить обеденные перерывы вместе?       Это была его последняя мысль перед тем, как он издал полный удовлетворение, сдавленный стон, поднял её на руки и посадил на ближайшую поверхность, для того, чтобы наконец-то, смаковать её.