Don't found me

Дни тянулись медленно. Юнги проводил всё своё свободное время за изучением докладов от стражи, слушал мнения Советников по поводу надвигающейся войны с Силлой и ждал вестей от своего слуги, который уже пятые сутки не появлялся во дворце, пытаясь выполнить приказ Принца. Намджун был очень умён. Впервые молодой Наследник встретился с ним на самом первом совете, куда его позвал отец, когда юноше было 13 лет. И с первых секунд, стоило только Киму начать говорить, Юнги понял, что именно этот человек нужен ему. Невидимый и бесшумный, словно тень, сильный и верный, как сторожевой пёс, а главное — он способен сделать всё, что ему прикажут, без вопросов и смятения. Мужчина каким-то образом смог создать по всей стране некое подобие паутины, в которой он является главным, наблюдает за всеми и знает обо всём происходящем в Империи. За это Юнги ценит его больше всего, именно поэтому Мин не сомневался, что слуга сможет выполнить приказ и найти того, кто очень давно занимает часть мыслей Наследника. Свечи уже почти погасли, когда Принц тяжело вздохнул и махнул рукой, отпуская советников отца и выгибаясь в спине, слыша неприятный хруст в спине и чувствуя сильную боль от долгого нахождения в одной позе. Ноги затекли, мышцы кололо, словно тысяча иголок пронзали всю плоть, заставляя Мина медленно и осторожно подняться с пола и подойти к раскрытому окну. Надвигалась ночь, воздух становился прохладнее, зима близилась, и вместе с ней близились последние дни жизни Императора, который больше не мог вставать с постели и лишь бредил, говоря о скорой встречи с женой. Юнги это пугало. Он хотел, чтобы отец прожил как можно дольше, и одновременно с этим желал его скорейшей смерти. Лежащая на нём ответственность ничуть не пугала, по крайней мере, так думал сам блондин, однако ощущение чего-то неизбежного не давало ему покоя. Казалось, что со смертью отца, весь мир, как и вся жизнь Юнги, изменится полностью, и юноша не был уверен в том, что изменения будут к лучшему. Перед глазами внезапно что-то промелькнуло. Мин прищурился, вглядываясь в едва освещённую улицу, и вдруг напротив него оказался высокий мужчина, медленной походкой идущий к окну. Наследник узнал слугу и кивнул ему, как только Ким оказался достаточно близко к нему. — Мой Император, — Намджун склонил голову и выпрямился, начиная говорить как всегда тихим, но настойчивым голосом. — Мой отец ещё жив, Намджун, — Юнги ответил грубо, напоминая брюнету о правилах и ладонями хватаясь за деревянную поверхность рамы. — Ты нашёл его? Мужчина замолк на несколько секунд, после чего покачал головой. — Нет, тано, я не смог его найти. Этот человек хитёр, скрытен и никому не известно его лицо. — Найди его! — раздался гневный крик Принца, ладони с силой сжимали дерево, лицо исказилось от злобы. Брюнет посмотрел прямо в глаза Наследника и медленно кивнул, собираясь уходить. — Если ты не сможешь, тогда никто его не найдёт. — В моих правилах нет интереса о том, зачем я выполняю тот или иной Ваш приказ, тано, но сейчас я вынужден спросить Вас, зачем Вам нужен этот человек? — Ким заметил, как выражение на чужом лице меняется, становится немного мягче, однако взгляд смотрел на слугу всё также строго. — У меня долг перед его отцом, и я должен вернуть его, — Юнги выпрямился, намекая, что разговор на этом окончен, и развернулся спиной к окну, направляясь к выходу из своих покоев. Намджун проводил взглядом удаляющуюся спину Наследника и кивнул в пустоту, исчезая во тьме погасших фонарей.

●▬▬▬▬๑۩۩๑▬▬▬▬●

В покоях Императора был полумрак, лишь несколько почти погасших свечей освещали небольшое пространство возле кровати мужчины. Юнги сжал ладони и медленно подошёл к ложу, тихий звук шагов раздавался в ушах, а взгляд не отрывался от уставшего и изнеможённого лица отца. Светлые глаза с большим усилием открылись и взглянули на сына, дрожащая слабая улыбка появилась на губах, а рука попыталась приподняться, однако не смогла добраться до цели и повалилась на постель. Мин взял ладонь отца в свои и приложил её к своей щеке, садясь на колени рядом с головой лежащего. — Ты уже готов, сын? — Отец, ты давно подготовил меня, — Наследник прикрыл глаза и тяжело вздохнул. С каждым днём Императору становилось хуже, и уже несколько суток он не мог подняться с постели, молча глядя на потухающие свечи над ним и ожидая, когда потухнет и его внутренний огонь. — Но не торопись уходить. Мужчина раскрыл рот и начал смеяться, но смех быстро перешёл в хриплый кашель, болью распространившийся по всему телу. Мин испуганно приподнялся и хотел было позвать врача, что стоял за дверью, но его ладонь крепко, насколько хватило сил, сжали, давая понять, что в этом нет необходимости. — Силла уже здесь, да? — Несколько людей нашли пару дней назад в столице. — Близко же они подобрались, — Император с новой силой закашлял, пытаясь приподняться на локтях. Юнги помог отцу привстать, наблюдая за его тяжёлым дыханием. — Юнги, ты помнишь своё обещание? — Отец, — Мин замолк. Он не знал, что ответить. Конечно, он не забыл то, чего хотел от него отец, но юноша даже представить не мог, как сможет выполнить эту просьбу. Мужчина нахмурился и со всей присущей ему силы сжал лицо сына в ладони, говоря серьёзно и немного агрессивно. — Он не твой брат и не мой сын. Его не должно быть здесь, ты знаешь это. — Я обещал ей заботиться о нём и любить его как брата, — Юнги свёл губы в тонкую полосу и немного прищурился. Свечи почти догорели, и лицо отца уже с трудом можно было разглядеть во тьме комнаты. Император захрипел и лишь ещё сильнее стал настаивать на своём. — А я обещал ей не убивать этого слугу и пощадить их выродка. Но её здесь больше нет. — Отец. — Твоя мать взяла с меня клятву, что он будет жить здесь как мой сын до тех пор, пока ты не займёшь моё место, — лицо мужчины исказилось от неприязни, которая была такой очевидной, что Юнги стало плохо от этого. — А теперь я беру клятву с тебя, что после моей смерти, ты выгонишь его отсюда, и больше никогда его дух не покажется в доме моей семьи. Блондин сглотнул и сжал в ладони ткань своего одеяния. Он понимал, что его отец прав, и Тэхён не может быть сыном Императора, однако это не делает его чужим для юноши. Юнги всегда считал его братом, и даже после рассказанной ему правды он не может отказаться от него. Мужчина лёг обратно на постель и закрыл глаза, будучи уверенным, что его истинный Наследник выполнит последнюю волю своего отца. В то время как сам Мин, покидая покои, погрузился в глубокие раздумья. Юнги врывается в собственную комнату и от злости опрокидывает погасший напольный канделябр высотой чуть ниже юноши. Воск ещё не затвердел, отчего стал медленно вытекать из своего бывшего место нахождения. Слуги у стены испуганно вздрогнули, услышав громкий удар встречи золота с деревом, и постучали в двери. Наследник не отвечал, лишь с безразличным лицом слушал причитания женщин. За окном раздалось тихое покашливание, и Мин направился к источнику звука, вновь встречаясь взглядом с Намджуном. Мужчина вздохнул, переводя усталые глаза на Принца, и склонил голову вниз. — Не стоит таким образом демонстрировать ваши чувства, Император. — Ты уже нашёл его? — с нескрываемым сомнением в голосе спросил блондин, ведь они виделись только пару часов назад, а раз Намджун не сумел отыскать хварана за несколько дней, то эти часы и вовсе не помогли бы ему в поисках. Ким покачал головой в разные стороны, как и предполагал Юнги, и, опережая дальнейшие высказывания из чужих уст, поспешил объяснить юноше причину своего внезапного возвращения. — Ваш брат, тано, выбрался в сад. — Его кто-нибудь видел? — прежнее настроение быстро сменилось на встревоженность и напряжение. Блондин наклонился ниже, чтобы лучше видеть лицо слуги и в ожидании сцепился руками в раму, понижая голос и почти шепча, беспокоясь, что их кто-то услышит. В ответ мужчина снова покачал головой. Мин облегчённо выдохнул и отстранился, возвращая себе самоконтроль. — Отведи его к конюшне, затем проводи в покои. И не выпускай за стены дворца. — Как пожелаете, Император. Намджун скрылся в наступившей тьме, оставляя Наследника наедине с собой. Юнги подошёл к кровати и обессиленно рухнул на неё, закрывая глаза и издавая обречённый стон. Женщины за дверью затихли, прислушиваясь и стараясь найти новые поводы для россказней, однако в покоях Принца была разочаровывающая тишина. В голове Мина проносились тысячи мыслей, юноша не знал, за какую ухватиться, что нужно делать и как исправлять то, что оставил ему его отец. Обещание к его матери и брату, обязанности перед Империей, последняя просьба отца и нескончаемые мнения Советников по поводу этой надвигающейся войны. Юнги хотелось просто закрыть глаза и, когда бы он вновь их открыл, увидеть сидящую рядом с ними маму и лежащего на полу брата, почувствовать то спокойствие и счастье, которое возможно только в детстве, и которое он утратил слишком быстро. Тэхён осторожно, изо всех сил стараясь не шуметь и постоянно оглядываясь по сторонам, ступал по земле в сторону высокого кривого дерева. Только так у темноволосого была возможность пробраться через стену и оказаться по ту сторону, где находился длинный огромный рынок, сплошь заполненный различными товарами по утрам и оказывающийся в жуткой и пугающей тишине ночью. Сегодня была третья ночь полнолуния, значит, его будут ждать, поэтому Мин надеется как можно скорее оказаться рядом со своим другом и спокойно вздохнуть. Накидка с большим капюшоном, чтобы скрыть длинные волосы, и завёрнутый в испачканную ткань уголь в кармане каждый раз сопровождали парня в его побегах, но в этот раз всё пошло не по плану. Уже подойдя к дереву, Тэхён увидел смутно знакомую фигуру. Намджун склонил голову перед юношей и подошёл к нему ближе, протягивая руку в сторону и кивая в том же направлении. Тэ закусил нижнюю губу и услышал, как сердце стучит в ушах с небывалой силой. Он не стал спорить или пытаться убежать, только сжал ладони и направился туда, куда указывала рука мужчины. Он узнал этого человека как слугу его брата, который очень редко, но оказывался в покоях брюнета. Зачем, Тэхёну было не ясно, но он догадывался, что таким образом Юнги присматривает за ним, посылая этого человека узнать о его состоянии. Но как же не вовремя это было сейчас. Они подошли к конюшне, что несколько удивило парня. Намджун открыл ворота и провёл младшего сына к нужному деннику. Конь дышал очень медленно и словно через силу, почти не двинулся, когда юноша дотронулся до него, и даже не открыл глаза, продолжая стоять. Тэ не мог поверить, что когда-то сильный, красивый и мощный конь сейчас едва ли сможет взмахнуть хвостом при наступлении опасности. Сувон выглядел изнеможённым, дряхлым и словно вот-вот развалится на части. Ему и правда оставалось недолго, похоже, что эта зима станет для него последней. — Ваш отец в тот день выглядел едва ли лучше этого коня, — Ким некоторое время наблюдал за парнем молча. Он знал о просьбе умирающего Императора к своему сыну, и также знал, что молодой Принц не сможет исполнить её. Тэхён сглотнул, продолжая гладить спутанную и почти полностью выпавшую гриву животного. Тэ совсем не смутила эта фраза, он почти и не слышал её, наблюдая за мирно посапывающим конём и рассуждая про себя, как же так вышло, что он вот-вот умрёт. — И говоря это, я имею в виду Вашего истинного отца. — Что? — рука юноши замерла над ушами зверя, а непонимающий взгляд уставился на спокойно смотрящего в ответ мужчину. Эти слова всё же пробились сквозь мысли темноволосого, и тот ошарашено раскрыл рот, не понимая их смысла. — Человек, что соблазнил покойную Императрицу и дал жизнь Вам, — Ким прищурился, кажется, вспоминая что-то в голове, пока брюнет продолжал в ступоре смотреть на слугу. — О чём Вы говорите? Какой человек? — Вам необходимо вернуться в покои, Принц распорядился не выпускать Вас сегодня за стену, — Намджун развернулся и вышел из конюшни, заставляя ребёнка последовать за ним. Мужчина дождался, когда Мин поравняется с ним и продолжил говорить. — На улицах теперь небезопасно, наш Император будет крайне расстроен, если вдруг с его младшим сыном… — на этих словах он исказил голос, говоря словно с издёвкой и глядя очень странным взглядом на парня. По спине Тэхёна пробежал холод, и дело было вовсе не в поднявшемся вдруг ветре. — Случится беда. Он проводил юношу до окна и помог ему залезть внутрь. На последок, прежде, чем исчезнуть во тьме, Ким ещё раз одарил темноволосого тяжёлым взглядом и низко поклонился, произнося тихим ледяным голосом последние слова. — А наш Принц, разумеется, не хочет, чтобы что-то навредило его дорогому брату. Мужчина пропал из виду, а тело Тэ покрылось мурашками. Он не понимал, что имел в виду слуга, почему говорил эти странные вещи и смотрел так, словно Мин ничего не понимает. Его пугало такое поведение, а больше всего пугали чужие слова.