Красная луна

Игорь пропустил меня первую в дом. То, что я сразу же увидела, не вызвало во мне никаких особых эмоций. Самый обычный дом, самая обычная мебель. Комната, в которую я попала, представляла собой что-то среднее между гостиной, кухней и столовой. Тут был диван, книжные шкафы, маленький столик для двоих человек, а так же кухонные тумбочки и шкафчики. Хотя нет, вру. Эмоции были. Точнее, одна. И я не смогла ее скрыть: - А чего тут так грязно?! Действительно. Весь пол был усеян травой вперемешку с землей, причем, по всей видимости валялось тут это настолько давно, что некоторая трава уже успела пожухнуть и пожелтеть. На тумбочках были горы (действительно, горы!) немытой посуды, книг, одежды и еще всякого хлама, столик был изгваздан чем-то нелицеприятным, окна помутнели. Хорошо, хоть на люстре носки не висели. Там висели сушеные грибы. А по углам располагалась наисимпатичнейшая пафосная паутина. С жертвами. - Ну... - протянул Игорь, - не знаю. - Это же твоих рук дело, как можно не знать?! - воскликнула я, вытаскивая первую попавшуюся книгу из-под завалов. Ах да, забыла сказать. Комната, судя по всему, не проветривалась несколько лет, потому что тут стоял обворожительный удушливый смрад. - Ч. Цыдендамбаев. "Дожи, сын Банзара" - прочла я на книге. - Я не читал. Я на ней гадаю иногда. - Гадаешь? Как это? - Ну, знаешь, задаешь вопрос, открываешь первую попавшуюся страницу, тычешь пальцем и читаешь ответ. Но у меня редко чего получается, может, ты попробуешь? - Нет, давай уж вместе, - ответила я, - спрашивай, я открою, ты тыкнешь, а я прочитаю. - Ну хорошо. Итак, вопрос: Что мне делать? Я посмотрела на Игоря, как на идиота, но тем не менее, открыла книгу, Игорь наугад ткнул в нее пальцем, и я прочла следующее: - "Таскай свой сундук с собой". - Неплохо, если б я еще знал, что за сундук! А так в тему. Я с натяжкой улыбнулась и полезла в сумку за мобильником. Сети по-прежнему не было. - Где у вас тут сеть ловит? - поинтересовалась я, ведь если по-хорошему, мне надо было позвонить домой и сообщить о том, что я жива-здорова, вернусь вечером. - Нигде, - ответил Игорь. - Как нигде?! - Очень просто, если ты еще не заметила, мы окружены какой-то прочной незримой дрянью. За ней может и ловит, а тут нет. - И как за неё выйти? - спросила я. - Без понятия. - Что?! - я была уверена, что он знает, - как так? И что это значит? - Присядем? Мы сели на диван. Ну, кто сел, а кто плюхнулся. Конечно же, это была я. И в результате этого из дивана повалили клубы пыли. Я смачно трижды чихнула. Игорь только один раз. Привык уж наверно. - Тебе как рассказывать, все с самого начала, или самую суть? Я призадумалась. Крепко призадумалась. И в итоге решила, что пусть лучше с самого начала, так мои мозги это проще воспримут. - С начала, - ответила я и уселась поудобнее, задрав на диван ноги. - Что ж, тогда слушай. Я был нормальным студентом, ни от кого не отличался особо. Отучился один курс на художника. И мы с ребятами решили это немного отметить, поехали в лес, взяли мяса, картошки, огурцов-помидоров, выпивки... Костерчик развели, песни пели под гитару... - Перебью, - встряла я, задрав вверх палец, - ты умеешь рисовать и играть на гитаре?! - Давай поговорим об этом чуть позже? - Ладно уж, продолжай. - Так вот. И все бы ничего, но тут из глубин леса вышел мужик какой-то, подошел ко мне, и говорит, мол, пошли, отойдем, кое-что скажу. Я не очень нормальный человек и люблю разговаривать с незнакомыми людьми. Поэтому, не долго думая, пошел за ним. Вскоре мы оказались в том месте, где была, как оказалось, его компания. Компания состояла только из девушек. Он там был единственным мужчиной. Он стал пудрить мне мозги, что мы орем, не даем им расслабиться, ну и в том же духе. Я попросил прощения и ушел. Точнее, как ушел, развернулся, один шаг сделал, смотрю - а я на крыльце стою. Я уже вдохнула воздух, чтобы вставить что-нибудь, но Игорь не дал мне этого сделать и как-то раздраженно продолжил: - Да-да, на том самом крыльце второго этажа. Туда мы тоже поднимемся сегодня, но чуть позже. Так вот,дальше произошло примерно то же, что и с тобой, только я не так феерично отлетел от купола, потому что я на него не бежал. - Купола?! - Да, это не стена, а купол, точнее, шар. Никаких лазеек в нем нет. Более того, я подозреваю, что на самом деле он находится немного не здесь. - Как это? - Потом объясню. Мне кажется, да я почти уверен, что это временная ловушка, из которой выбраться не так-то просто. И вот, представь, маленький клочок земли, небольшой двухэтажный дом, и всё, всё это заперто. А я живу тут уже два года. Не надо на меня так смотреть. А что я мог поделать? Есть тут нечего, можно сказать, но трава имеется. Растет вполне быстро, поэтому мне хватает. Изредка грибы попадаются. Короче, жить можно. Вода, главное, есть, в пруду. Короче, все условия для жилья. - А туалет? - На улице. - Блин. - Привыкнешь. - Нет! Я не собираюсь к этому привыкать! Мы отсюда выберемся в кратчайшие сроки, и пусть мне будет стыдно, но траву есть каждый день я не намерена! Если это проклятье, а им тут не просто пахнет, а воняет, то его как-то можно снять. Я так понимаю, контакта с внешним миром мы не имеем? - Нет. - Значит, справимся сами, ничего страшного. Я найду выход отсюда. - Я тоже так мыслил первые несколько дней. А потом бросил это дело. Потому что нереально это все. - Во-первых, мыслил ты не так. Ты не знаешь, как мыслю я, если мне это пришло в голову, то я сделаю все возможное, чтобы достичь цели, чего бы мне это ни стоило и сколько времени бы ни потребовалось. Во-вторых, это все реально. Вот скажи мне, что за той дверью? - Она заперта, я не знаю. - И ты до сих пор не попытался её открыть?! - Пытался, - ответил Игорь, смутившись. - Как? За ручку подергал и отстал? Игорь молчал. - Все ясно, - ответила я, - мы ее сегодня же откроем, возможно, приблизимся к выходу. - Не может все быть так просто. - А может тот, кто нас сюда засунул, как раз рассчитывал на эти мысли в наших головах?! Мы должны обшарить всё. - Хорошо, ты права. Но для начала ты расскажи свою историю. - Как я сюда попала? - Нет, конечно. Слезливую историю из жизни о несчастной любви. - Свинья. - Сама такая. - У меня дома не такой срач! - Мне откуда знать? - Игорь! - Руфина! - Что? - Кончай дурить и рассказывай. - Хорошо. Его звали Александр. Его длинные русые волосы и ботинки-казаки настолько пленили мое сердце, что... - Не смешно, - пробубнил Игорь. - Ладно. Я должна была из города уехать. Села в маршрутку и уснула. Просыпаюсь неизвестно где. Выхожу - и на крыльце оказываюсь. Вот и вся история. - Хорошо. Кто в маршрутке этой был? - Пассажиры, - удивилась я странному вопросу. - Одни женщины? Я задумалась. Правда что, ни одного мужчины вспомнить не смогла. - Похоже, да, - ответила я. - И водитель мужик. - Ну ясное дело, мужик! - Все ясно, это одни и те же скорее всего, - задумавшись, проговорил Игорь, - только вопрос - что им от нас нужно? С какой целью они нас здесь заперли? Я молча смотрела на Игоря, не мешая ему думать. Тем временем он продолжил: - Так-так... Скажи, почему ты вдруг так рьяно понеслась на купол? Ты там что-то увидела? - Как это? Конечно увидела! Дорогу проезжую, поэтому к ней и кинулась. - То есть вокруг ты видишь то место, откуда сюда попала. - Скорее всего да, я не очень его запомнила, там был всюду лес, но похоже не то, - медленно проговорила я, пытаясь сопоставить картинку того, что видела сейчас за куполом, и того, что видела в окна маршрутки, - но что ты хочешь этим сказать, прости? - Я хочу сказать, что я-то как раз дороги не вижу. Всюду лес. То есть, то место, откуда я попал сюда. И самое интересное. Каждый день я вижу эту злополучную банду. И знаешь, что они делают? - Что? - Уходят. - Не поняла? - Еще кое-что. Каждый день за этим куполом повторяется одно и то же. То есть, проходит один и тот же день с начала до конца. С 12 утра до 12 ночи. - А ночью что? - чуть помедлив спросила я. - День перематывается назад. - Как это? - В прямом смысле слова. Сама увидишь, короче. Сколько времени на твоих часах? - Ровно 12. Стоп. Они не ходят! Остановились к хренам! Что с ними?! - Так надо. Тут все так. Кроме живых существ. Ничего не ломается, нет электричества, все чисто на механике. Мне повезло, мои часы как раз механические, - и он пафосным движением руки продемонстрировал мне свои наручные часы. - Что еще тут работает? - Часы наверху есть и патефон. Они работают. Но сейчас не об этом. Я делаю еще один вывод - попасть сюда можно только ровно в 12 дня. Ни минутой раньше или позже. Я тоже попал сюда в 12. Это начало дня, который потом повторяется и повторяется. Я был прав. Это временная ловушка, из которой мы выберемся. Опять же вопрос, как мы это сможем сделать? Но и это не важно. Куда мы попадем? Куда попаду я? Туда же, где все началось? И по времени и по месту? И ты точно так же. Если это так и есть, то это хорошо, никто ничего не узнает и не заподозрит, волноваться не будет, милицию на уши ставить тоже. Хорошо... - Плохо! Я ничего не понимаю! - воскликнула я. - Поймешь. Тем плохим людям зачем-то понадобилось нас тут запереть. После того, как они переместили меня сюда, они тут же ушли, это я вижу каждый день, то есть никаких пикников у них тогда не было. И зачем им, интересно знать, это понадобилось? Почему, спрашивается, именно я? Ладно, об этом подумаем позже. Давай-ка лучше я покажу тебе второй этаж. По степени загрязненности второй этаж от первого не сильно отличался. Но давайте выкинем это обстоятельство из головы. А вообще-то, знаете... Не будем его выкидывать. Иначе описание всего, что там было, лишится всей своей непревзойденной красочности. Итак, поднявшись на второй этаж, мы оказались в небольшом коридорчике. Вероятно, когда-то давно он был очень даже неплох, потому что здесь висели на стенах и стояли на полу горшки с высохшей землей и желтыми останками растений. Когда-то, наверное, это выглядело не так плачевно. Еще здесь висели фотографии одних и тех же людей - светловолосой очень красивой девушки, и парня, по всей видимости, ботаника, волосы были гладко зализаны, и он носил очки. Вероятнее всего, эти фотографии были сделаны на каком-то отдыхе, причем крайне давно - они были черно-белыми. А еще здесь было две двери. Одну я сразу узнала - она явно вела на то злополучное крыльцо. А вот вторая... Знаете, если бы не неимоверный бардак, тут был бы рай. Посередине стояла двуспальная кровать, явно очень богатая, потому что на ней предполагался полог, который в непонятном состоянии болтался на, простите, соплях. Сама кровать была из резного красного дерева, но находилась в таком запустении, что ужас. Всё бельё было отсыревшее и неприятного желтого цвета. - Ты здесь спишь? - спросила я Игоря, сморщив нос. - Ну да. Я промолчала, сделав соответствующие выводы. Продолжим же описание комнаты. Слева от кровати, а точнее, того, что от нее осталось, стоял тот самый работающий патефон. Не знаю, каким образом Игорь проверял его работоспособность, потому что на несчастную штуковину было надето сразу две пластинки, покрытые паутиной. Все остальные пластинки в хаотичном беспорядке валялись вокруг. Мое сердце обливалось кровью, когда я смотрела на это. Пластинки! Это же пластинки! Не отдавая себе отчета в действиях, я подошла к патефону и посмотрела, что за пластинка на нем стоит. - Rolling Stones, идиот! Как?! Как можно так обращаться с таким сокровищем?! The Kinks, The Who, Led Zeppelin, Black Sabbath, Deep Purple, Scorpions, о Боже мой! - орала я, бережно перебирая пластинки, - Игорь, ты просто... просто... у меня слов нет! Для меня великая честь просто держать в руках это богатство! Ну как же можно так обращаться с ними, а?! - Я не слушал, что там есть... Я вообще музыку особо не слушаю. - Ну капец... А я вот живу музыкой, без неё никуда, - протянула я, отыскивая к каждой пластинке упаковку и бережно протирая их, - это просто уму не постижимо, ну надо же! Интересно, кто тут жил? Явно, очень хорошие люди. - Я подозреваю, что жили тут те двое, которые на фото. - Неужели, ты видел их? - В смысле? - Изображения на фото. Ты их видел? Просто ты не видел, какая музыка на пластинках, что за дверью на первом этаже! Я думаю, на этом список не ограничивается! Твоей невнимательности можно просто завидовать! - Да что ты такая нервная? - взорвался Игорь. - Нервная? - уже намного спокойнее спросила я, ставя The Kinks на патефон, предварительно очистив его от паутины, - а каким был ты, когда попал сюда? - Да, прости... Я все понимаю. - Так-то лучше, - ответила я, заводя патефон. Вскоре комнату наполнили звуки моей любимой музыки. Я блаженно вздохнула. - Успокоилась теперь? Рокерша, блин, - усмехнулся Игорь. - Скорее, любительница хорошей музыки. - У меня друг такой же. Как свой рок услышит любимый, так в транс уходит, а под что-нибудь тяжеленькое так и вообще засыпает. - А под что-нибудь тяжеленькое лучше всего и засыпается, если ты не знал еще. - Ну ничего ж себе, никогда бы не подумал. Я всегда считал, что только мой друг так может. - Хороший, вероятно, твой друг. - Вероятно, я о нем ничего плохого говорить не буду, он же мой друг. - Логично, - ответила я и немного убавила звук. Вдруг раздался неистовый вопль кукушки. - Это что?! - воскликнула я. - Часы. Вторая вещь, которая тут работает. Часы висели с другой стороны от кровати и показывали половину первого. Там же возле стены стоял раскрытый шкаф со скомканной одеждой внутри. Одежды было настолько много, что она туда уже не помещалась и добрая половина валялась на полу. А вот рядом со мной, это получается на левой стене, висело зеркало. И выглядело оно следующим образом: овальное такое, в резной раме, красивое до невозможности. Правда настолько грязное, что ничего не видно. Там даже не было ни малейшего хотя бы более-менее чистого куска. Не знаю, может быть оно такое от старины, а может от чьей-то безалаберности, но факт остается фактом. Под зеркалом был комод с выдвижными полками. - Скажи мне, друг мой Игорь, - пропела я, - тебе не стыдно девушку приглашать в такой гадюшник? - Стыдно, - потупил взгляд парень, - но что я мог поделать? Другого выбора у меня не было, не мог же я тут убраться за пять минут. - За пять пожалуй, нет. Но ты мог бы просто не выходить из дома, я бы продолжила дубасить стену до скончания веков, а ты бы в это время прибрался. Хоть чуть-чуть. - Не подумал. - Ну да ладно, не будем об этом. Значит, вместе убираться будем. Сегодня же. Прямо сейчас. И тут мой желудок издал протестующие звуки. - Он против, - сказал Игорь, указывая на мой живот, - сначала нужно поесть! Я улыбнулась Игорю тепло и искренне впервые за все время, ведь когда человек хочет тебя накормить, то никакой другой улыбки он не заслуживает, только самой лучшей. Единственное "но", несчастного парня это, видимо, слегка смутило, он подумал, скорее всего, не совсем то, что надо, покраснел и потупил взор. Я дико рассмеялась: - Ну так иди готовь, чего встал?! Игорь вздрогнул, развернулся и пошел к выходу на автомате. Перед самой дверью он развернулся и проговорил: - Но это в первый и последний раз, больше в одиночку я готовить не буду! В следующий раз вместе. - Хорошо, хорошо, - посмеиваясь отмахнулась я, а после того, как дверь захлопнулась, добавила, - надеюсь, следующего раза не будет. "Так, хорошо. Он ушел. А мне-то что делать? Начну, пожалуй, убираться", - подумала я, оглядываясь вокруг. И начать я решила со шкафа. Это, надо думать, второе по интересности своей место в этой комнате. Первое место занимали пластинки. Чего тут только не было! И все, что было, оно было настолько шикарным, что сил моих не было. Тут были завалы олдскульной одежды, годов, наверное семидесятых, причем вещи эти были явно куплены за большие деньги, более того, велика вероятность, что за границей. Было явно видно, что они действительно старые, а не как сейчас, тупой закос под старину, потому что многие современные дизайнеры не в силах больше ничего придумать. Здесь были и нежные платья с оборками в мелкий цветочек, и длинные юбки в пол а-ля хиппи, и платья-рубашки, и строгие брючные костюмы, тут даже завалялась парочка полупрозрачных блузок с неимоверным количеством блесток в стиле "диско". Но все то, что я перечислила выше - фигня, хоть и интересная фигня. Особой популярностью в шкафу пользовалась кожаная одежда. Вот это меня действительно заинтересовало. Одних только кожаных женских штанов тут было три пары, одни с плетенкой, и двое простых, две косухи, женская и мужская, несколько кожаных юбок, жилетки... о, мама!!! Как мне повезло, что я застряла здесь! Внезапно мне захотелось остаться тут навечно. Всегда мечтала попасть в то время, когда происходил расцвет рок музыки! И вот, я здесь! И у меня куча одежды и пластинок! Из того времени причем, а это тебе не тындры-мындры. Я восхищенно неистово заорала. Послышался топот. Распахнулась дверь. Игорь узрел счастливую меня, развалившуюся на полу вместе с кучей кожаных шмоток. - Эм... Все в порядке? - Ага-а-а... - голосом дебилоида протянула я. - Ну ладно. Скоро обед будет готов. Минут через пять-десять спускайся. - Ага-а-а... Дверь захлопнулась. Я блаженствовала. Только что слюной не истекала. Внезапно вскочила, напялила на себя штаны с плетенкой, какую-то красную футболку, по-моему, даже мужскую, и косуху. Ах, это чудесное ощущение собственной крутости... Вот бы в зеркало себя увидеть! Я бросилась к своему подобию сумки и вывалила оттуда все содержимое. Отыскала тени, к которым прилагалось еще и зеркало. Поставила на комод. Отошла. И снова блаженно вздохнула. - Я САМА СЕБЯ ХОЧУ!!! - заорала я на весь дом. - Ты точно в порядке? - донесся до меня голос Игоря откуда-то снизу. - Да! В полном! Как хорошо, что он этим делом не увлекается, а то ведь так бы и отжахал полностью. Еще немного порывшись в шкафу, я нашла кожаные перчатки без пальцев и даже обувь! Самые что ни на есть настоящие казаки! Вроде, женские. Не суть. Рядом стояли такие же, на несколько размеров больше. Эти, по всей видимости, принадлежали парню. Я немедленно напялила еще и это все дело на себя, из кучи того, что высыпалось из сумки, извлекла расческу, причесалась, ярко подвела глаза и поглядела на результат. Не особо, конечно, издалека все это видно, но то, что я увидела, меня все равно крайне радовало. - Руфина! Иди есть! - позвал Игорь. Я усмехнулась, пафосно откинула волосы назад и летящей походкой вышла из комнаты. *** - А-а-а-а! - заорала я, сопровождаемая неимоверным грохотом. - Тихо, тихо, не шевелись! - бросился ко мне Игорь, размахивая руками, - погоди, я помогу тебе. Он аккуратно взял меня под руки и помог подняться. - Всё цело? - спросил он, обеспокоенно меня оглядывая. - Так, ботинки вроде в порядке, штаны тоже, косуха... посмотри сзади! - Дурында, я про твои кости спрашиваю! - Ах, это... Да, кости вроде целы. - Как же ты так умудрилась, а? - спросил он точь-в-точь тоном моей маменьки. Как? Видите ли, когда человек внезапно становится до крайности шикарным, он дальше своего носа с высоты своей крутости не видит. Лестница не заслужила моего внимания, я неаккуратно, но пафосно, наступила на ступеньку, после чего произошло абсолютно непафосное падение кувырком вниз. И вот, я здесь. Но Игорю на его вопрос я ничего не ответила, а вместо этого проговорила: - Кто-то еду обещал голодному человеку. - Ах да. Прошу за стол. Стол был по прежнему изгваздан чем-то не особо аппетитным, поверх стояли четыре разные тарелки с непонятным содержимым и две почерневшие ложки. В стаканах была мутная вода, либо сами стаканы просто были мутными, а в одном, похоже, еще что-то плавало. Интересно, что это? Умирая от любопытства, я подошла к столу и посмотрела. Всего лишь трава. Ну ладно. А в тарелках что? - Это что такое? - потерянно спросила я, глядя на то, что стояло на столе. Надо сказать, там были разнообразные блюда из травы, травы и травы. - Среднестатистический обед для среднестатистических запертых в этом месте. "Вот как, значит. Интересно, как он тут ещё не подох?" - подумала я, - "Как вообще можно обедать без мяса?" Нет, он меня предупреждал, конечно. Но воочию видеть это было как-то... странно. - Чего уставилась, садись! Привыкай к вегетарианскому образу жизни. Хотя нет, к травоядному. Да ты не переживай, иногда мы сможем позволить себе грибы. Вон там у тебя в супе даже плавает что-то похожее... Я попыталась найти там это самое что-то похожее, ковыряя "суп" ложкой. Ну да, что-то там явно есть кроме травы... - Еще тут ягоды есть, - продолжал загонять Игорь, - можно сходить и собрать, если хочешь. Вода тут очень вкусная, а если не полениться и развести костер, то можно даже чай сделать. Меня просто трясло. Я не представляла, как тут можно вообще прожить больше одного дня. Еще недавно я могла умереть от жары, но сейчас всё резко изменилось - теперь я, оказывается, умру от голода. Хотя, не удивлюсь, если завтра нас затопит и мы утонем вообще. Или сгорим, или я не знаю, что ещё. Единственное, что грело мне душу, сейчас было надето на мне, да и то уже как-то не особо оно эту душу грело. Тем не менее, я ела тот самый суп, не брезгуя. В конце концов, я объедаю человека, которому и так есть нечего, и не даю ему ничего взамен. Он мне тут, можно сказать, жизнь спасает, а я буду ещё нос воротить? Ну уж нет. Как говорится, жри, что дают. Не сказала бы, что всё это было вкусно. Нет, об этом даже речи идти не может. Суп был холодный, а тут и так прохладно и страшно, поэтому меня дрожь пробрала до костей. Салат по вкусу почти не отличался от супа, всё та же трава. И вот ты жуешь, жуешь эту траву, время от времени попадается ягода, но потом опять жуешь, жуешь и жуешь... Этот горьковатый вкус потом сопровождал меня на протяжении всего моего пребывания здесь, потому что кроме травы мы ничего не ели. И не пили, потому что и чай здесь был тоже из местной сушеной травы. Зелёный, типо, ну-ну. Как вы думаете, с чем мы пили чай? Нет, не с травой. Ни с чем, просто пили. Итак, вернемся же к нашему фееричному обеду. Вся эта еда запивалась простой водой, потому что чая сегодня было не предусмотрено. Вода как вода, не знаю, что этот Игорь так ею восхищался... В скором времени с обедом было покончено. - Спасибо, было очень... - я осеклась. - Невкусно? Чего душой кривить? Я усмехнулась: - Ну да, чего уж врать. Игорь тоже усмехнулся. А что ему оставалось делать? - Ну вот, поели, - громко сказала я, пытаясь разрядить обстановку, - теперь можно и поспать! - Кто-то хотел убираться, если мне память не изменяет, - тонко намекнул Игорь. - Это ясное дело,- ответила я, - не буду же я спать в этом гадюшнике! - Так что, откуда начнем? - Знаешь, я бы для начала все же немного прогулялась по улице. Покажи мне, что тут есть. Через пять минут мы уже прогулочным шагом шли по направлению к пруду. - Это что такое было? - спросила я, когда Игорь подошел к водоему, зачерпнул оттуда воды и выпил её с нескрываемым аппетитом и громким бульканьем, намочив всю свою щетину, точнее, полущетину-полубороду. - Я пить захотел. А ты будешь? - Прям отсюда?! Она же не кипяченая! Прям из пруда! Ладно, если б из колодца, но это... - Ты за обедом пила её совершенно спокойно, - проговорил Игорь. Мне поплохело. В преддверии фееричного дрища, я молча пошла дальше. - Ну, - сказал Игорь, догоняя меня, - собственно, это и всё. Вон там ягоды растут. А это туалет. Тебе не надо? - Да нет, спасибо, - ответила я, узрев нелицеприятный домик задумчивости, при одном взгляде на который лично у меня пропало всякое вдохновение испражняться. - Как хочешь, ну что... Я никогда не узнаю, что хотел сказать Игорь, хотя и догадываюсь, потому что в этот момент я понеслась со всей дури на невидимый купол. Ну, не знаю. А вдруг он исчез? Однако же, когда я оказалась второй раз за день пятой точкой на траве, поняла, что никуда это чудо не делось. Пообещала себе всем телом его больше не проламывать. Взяла палку. Пошла к куполу. Попыталась его проковырять. Бесполезно. Но я продолжила, не смотря ни на что. - Руфина, это всё ерунда. Это не стекло, не кусок волшебной материи, это... Как же объяснить? Мы в другом месте. Ты видишь одно, я другое. Этот дом на самом деле вообще не в лесу, я не знаю где он. В каком-нибудь цивилизованном населенном пункте. То, что ты видишь - не здесь. Это другое измерение, другой временной промежуток, все другое! Ты так просто его не сломаешь. Тут другой выход должен быть. Совсем другой. Я его почти не слушала, а продолжала рьяно ковырять палкой купол. - Я не хочу... Не останусь здесь. Мне плохо... - причитала я, - мне холодно и страшно, я хочу есть! Мамочка... Холодно... - причитала я, чуть не плача. Игорь тихо подошел ко мне и забрал палку из ослабевших рук. - Всё хорошо. Нужно немного отвлечься. Ты свыкнешься. А может, не успеешь, раньше выберемся. Кто знает? В любом случае... - За что это мне? Что всё это значит? - не особо слушая парня, прошептала я. - Что теперь мы живем вместе. - Ёлки-палки... Да как же такое возможно?.. Мне нужно домой! Родители с ума сойдут, - тихо причитала я, замерев на одном месте, - брат некормленый, работа, универ... Мне нужно выйти отсюда. Я выберусь отсюда... С этими словами я продолжила ногтями царапать невидимую дрянь. Игорь некоторое время молча наблюдал за моими действиями. - Я тут два года живу, но ещё не смог выбраться, - сказал он мне, когда я в отчаянии уже просто слабо била стену кулаком, облокотившись на неё всем телом. Я ничего ему не ответила. А что я должна была сказать? - Так мы точно не выберемся, - продолжил парень, - тут явно должен быть какой-то другой метод. - Слышала уже. - В любом случае, варианты, что делать дальше, если мы так и не выберемся, у нас имеются. - Первый - жрать траву всю жизнь и умереть здесь? Угадала? - спросила я горько усмехаясь. - Грубо говоря, да. Можно в подробностях, конечно, но зачем? Не будем о грустном. Есть второй вариант, конечно, он слегка повеселее. - И что же это за вариант? - поинтересовалась я. - Ну-у... Ты девушка, я парень... Рано или поздно тебе захочется... - Чего-чего?! А ну быстренько пасть захлопнул! Молодец! - похвалила я, когда он виновато закрыл рот рукой, - Во-первых, я до свадьбы этого делать не намерена, во-вторых, я найду отсюда выход так быстро, что ты не заметишь и не успеешь захотеть подобных непотребств, и в-третьих... - Игорь выжидающе на меня уставился, продолжая закрывать рот рукой. По глазам видно, что улыбается. - Ты совсем дебил? Это не смешно! - Я не смеюсь, просто ты забавная такая, когда бесишься! И я доволен, что смог тебя немного отвлечь от этого безобразия, - Игорь махнул головой в сторону купола, который всё еще продолжал рябить. - Безобразие, - проговорила я нервно, - это то, что ты сейчас несешь! И я не бесилась! Ты меня еще в бешенстве не видел! Ты меня вообще не знаешь, а уже говоришь о подобных мерзостях! Кошмарище! - Ногой топни. - Что? - Для завершения образа. Ногой топнуть осталось, чтобы... Но он не успел договорить, потому что получил от меня смачную пощечину. - Ау! - наигранно завопил Игорь, наигранно потирая щеку. - Козлина. Придурок! Почему ты? Что, не к кому больше меня поселить было? Ты слышишь меня, гребаный водитель сраной маршрутки?! - завопила я куда-то в небо, - извращенец, - продолжила я, повернувшись к Игорю спиной и направившись к дому, - говнюк, засранец! Ненавижу. Гнусный... гнусный... - Ублюдок, - подсказал парень, догнав меня, и улыбаясь во все тридцать два. - Ты хоть знаешь, что это значит? - Знаю. - И что же? - Нет, я к ним отношения не имею. Просто, первое оскорбление, пришедшее в голову. Я покачала головой в разные стороны, восхищаясь богатым словарным запасом Игоря. Мне было грустно. Крайне грустно. Вообще-то я не плачу никогда. Ну, очень редко. Но тут вдруг слезы из глаз сами потекли, я всхлипнула, громко так и палевно, отвернулась от Игоря и понеслась в дом. - Картина Репина. Рокерша рыдает, - проговорил Игорь, когда нашел меня в спальне, свернувшуюся калачиком на полу в обнимку с пластинками. - Тебя что-то удивляет? Пошел вон вообще. Я услышала безнадежный вздох. Казалось, этот вздох говорит: "Эх ты, наивная улитка! Не так-то просто меня прогнать, никуда я не уйду". Как оказалось, спустя несколько мгновений, я угадала. Потому что Игорь вскоре оказался возле меня и стал легонько гладить по волосам. Я дернулась, пытаясь согнать его клешню. Безуспешно. Тогда я не поленилась, подняла свою руку и шлепнула его по запястью, давая понять, что не хочу я, чтоб меня тут успокаивали. Игорь руку-то свою убрал, только не туда, куда я хотела. Вместо того, чтобы взять, убрать её совсем, куда-нибудь, чтоб мои глаза ее не видели, он обнял меня за плечи и притянул к себе. Я принялась неистово извиваться. Что он себе позволяет вообще?! - Тихо, тихо... - прошептал он мне в самое ухо, прижимая меня к себе изо всех сил, - я ничего такого... Просто, успокойся, поплачь. Проще, когда кто-то рядом. Правда, не стесняйся. - Проще, когда рядом тот, кто тебе дорог, - прогнусавила я, однако же перестав вырываться. - Может быть, но я вроде тоже ничего. - Ты засранец. - Я знаю. Извращенец, идиот, козлина. Но тебе придется пока что смириться с моим существованием. Все хорошо будет. Правда. Надо только верить. Мгновение спустя я уже не пыталась скрыть бурного потока слез, громко всхлипывая и шмыгая носом, уткнувшись в насквозь мокрое плечо, да и вообще, бесцеремонно прижавшись к Игорю. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я успокоилась. Но когда это произошло, я вдруг окончательно поняла свое местонахождение и отскочила назад. На белой футболке Игоря в районе плеча красовалось два черных пятна от моей подводки. А в огромном радиусе вокруг, все было насквозь мокрым. Я попыталась представить, как приблизительно выглядит мое лицо и ужаснулась. - Ты чего? - Не смотри на меня! Это ж ужас. - Да ладно... Не так уж и ужасно. Можешь сходить и умыться. Набрать воды тебе? - Да нет, - отмахнулась я, - у меня влажные салфетки есть. Пока я приводила себя в порядок, стирала черные круги под глазами и подводила их снова, Игорь начал убираться в комнате. А если сказать точнее, занимался полнейшей чушью, потому что он заправил кровать и стал подметать пол. Идиота кусок. - Слушай, ты убирался в своей жизни хоть раз? - поинтересовалась я. - Конечно, а что? Опять что-то не так? - Ну кровать ты только зря заправил, потому что белье однозначно надо менять. А пол обычно подметают в последнюю очередь. - Ну да... Просто тут так грязно, что я не знал, с чего начать. - Теперь знаешь. Снимай с кровати бельё и постарайся повесить этот самый... балдахин как следует, а я пойду за водой и начну вытирать пыль. - Нет уж, - возразил Игорь, - девушке я воду таскать не позволю. Давай наоборот, ты кроватью займись, а я пылью. - Дискриминация! - воскликнула я в шутку, - ну ладно. Но не забудь, что пыль обычно вытирают сверху, то есть для начала нужно убрать паутину из углов. - Не учи ученого! - Который только что пол пытался подмести в первую очередь? Игорь усмехнулся и вышел из комнаты. Я в это время начала складывать некоторые вещи в аккуратные стопочки, некоторые развешивать на вешалки. Помимо обычной одежды в шкафу отыскались горы фирменного нижнего белья, а так же дорогие кружевные постельные комплекты. Со шкафом было покончено как раз тогда, когда Игорь вошел в комнату с ведром наперевес и кучей тряпок подмышкой. - Чего так долго? - спросила я. - Тряпки искал. А тут, похоже, конь не валялся! - Я шкаф разбирала, - возмутилась я, - собираюсь менять постельное белье. Помоги мне. Сняли старое белье мы без труда, но новое одевать мне совсем не хотелось. Подушки и одеяло были какими-то влажными, поэтому мы вынесли их до вечера сушиться на улицу. Я занялась пологом, а Игорь в это время метался по комнате с длинной палкой, намотав на нее тряпку, и убирал из углов паутину. Полог крепился к кровати по тому же принципу, как шторы, поэтому много времени у меня он не занял. Однако же, когда я посмотрела на то, что получилось, поняла, что его надо срочно снимать и бросать в стирку. Он был весь какой-то засаленный и желтоватый. Собственно, так я и поступила. И с ним, и с тюлью и шторами на окнах. И не только в спальне. Везде. Порывшсь в шкафу, я достала свежее белье и положила его на кровать, чтобы потом не копаться, и все готово было. А порывшись еще получше, я нашла запасной балдахин ярко-синего цвета. Его и повесила вместо старого. Пока мы убирались в этой комнате, я постоянно задавалась вопросом: "Какие буржуи тут жили?" За шкафом Игорь нашел гитару и теперь старательно ее протирал. Я за это на него прикрикнула и он продолжил возиться с сантиметровыми слоями пыли, меняя воду каждые пять минут. Я в это время мыла окна, видимо два года уж точно их никто не открывал. Комната сразу наполнилась чистым свежим воздухом, а ужасный смрад потихоньку стал испаряться. Напоследок мы подмели пол и помыли его. Осталось только зеркало, но когда я попробовала протереть его, оно совершенно не поддалось. Игорь посоветовал мне оставить его на потом. Я с ним согласилась. Поэтому мы принялись за коридорчик. С ним мы управились на редкость быстро, оборвали увядшие цветы, убрали паутину, протерли рамки с фотографиями, подмели и помыли пол. Окон тут не было, поэтому мы открыли злополучную дверь. Спускаясь вниз, мы подмели лестницу, а вот после этого началось самое страшное. Одну только грязную посуду мы выволокли к пруду наверное за полчаса, потом часа два мы ее там мыли, потом заносили обратно, протирали пыль, расставляли книги на место, стол я оттирала, наверное, около часа, окна тут были грязнее, чем в спальне, короче говоря, на уборку кухни нам потребовалось часа четыре как минимум. Игорь принялся уже подметать пол, а я пошла в спальню бороться с зеркалом. Я уже больше получаса колдовала над ним тряпкой, но лучше практически не стало. Это, конечно, логично, потому что оттирала я его простой водой из пруда, безо всяких моющих средств. Я устало бросила тряпку в ведро и спустилась вниз. Игоря на кухне не было. Я решила воспользоваться моментом и все хорошенько рассмотреть. Как вы думаете, откуда я начала? Ну да, с той самой странной запертой двери. Она была закрыта на самый обыкновенный ключ, и скважина была такая, что в неё подглядывать можно, поэтому я незамедлительно сделала это. Увы, ничего я там, кроме темноты, не увидела. Я зачем-то подергала дверь за ручку, и тут вошел Игорь. Я услышала скрип входной двери и моментально развернулась к нему лицом. Вид при этом у меня был до такой степени невинный, что любому дураку это покажется подозрительным. - Чего смотришь? - спросил он, - можешь продолжать свои грязные делишки, мне все равно, это теперь и твой дом тоже. - Никакие они не грязные, просто вдруг мы сможем приблизиться к разгадке, если откроем эту дверь? Может, за ней и есть выход? - Не знаю, повторюсь - это было бы слишком просто. Ну ладно, открывай. - Как?! - Я откуда знаю? Я нервно выдохнула, махнула рукой и пошла наверх, чтобы закончить возню с зеркалом. Примерно через час, надо сказать, получилось что-то более-менее пристойное. Во всяком случае, уже стало видно, что там происходит. Но беда состояла в том, что моего собственного отражения там не наблюдалось. Меня бросило в дрожь, я не знала, что и подумать. На душе было противное ощущение того, что я исчезла, и это мой бесплотный дух, не отражающийся в зеркале. С другой стороны, как я могу есть траву и трогать разные вещи? Хотя бы как я оттерла это зеркало? Вопросов за долю секунды накопилась такая необъятная масса, что я не видела другого выхода, кроме как... - И-И-И-ИГО-ОРЬ!!! Парень моментом прибежал ко мне наверх. Он не успел ничего спросить или сказать. - Смотри... Смотри на это! - причитала я. Он подошел ко мне и заглянул в зеркало. К моему облегчению, он там тоже не отражался. Ну хоть не я одна такая. - Ну и? - Чего? - не поняла я. - Что ты хочешь от меня? - Чтобы ты посмотрел на отсутствие собственного отражения, наверное! - Да, но ты знаешь, я уже ничему не удивляюсь, - проговорил Игорь, - когда закончишь его вытирать, спускайся вниз, мне тоже надо тебе кое-что интересное показать. С этими словами он вышел из комнаты. Да уж, его безразличию, конечно, могли способствовать некие факторы, такие, как полное отсутствие здоровой пищи, два года без общения, усталость после первой в жизни уборки например... Но нельзя же настолько беспечно относиться к таким вещам! Это же легко может стать подсказкой! Подгоняя себя этими оптимистичными мыслями, я дотерла зеркало. Не сказала бы, что оно блестело, но обзор был там вполне сносным. И тут я кое-что еще заметила. Пластинка крутилась на патефоне, кровать была убрана, полог был белоснежным, а не синим, на окнах висели шторы. Меня снова пробрала дрожь. Это не отражение. Я не знала, что это такое, но это, скорее всего, поможет нам выбраться. Я решила пока что ни в чем не разбираться и пошла в низ. Там уже меня поджидал Игорь с ведром песка. - Зачем тебе это? - спросила я. - Хочу кое-что продемонстрировать. Для этого нам потребуется залезть на крышу. Однако, мне уже больше нравится это место! По крышам можно лазить! Мы вышли на улицу и зашли за угол дома, где стояла лестница, ведущая на крышу. По ней мы и забрались туда. Обзор отсюда был вполне симпатичным, жаль, правда, что лес повсюду... Мне больше нравятся панорамы с деревенскими домами, ну или просто виды на город. А когда сплошная зелень, не интересно. Крыша располагалась под небольшим углом, что было не очень приятно, поэтому я вросла в одно место и не двигалась. Тем временем Игорь зачерпнул песок из ведра и сказал: - Ну, твое дело теперь смотреть! - и кинул эту горсть вверх. Потом набрал ещё и снова бросил, и так несколько раз. Я инстинктивно зажмурилась, чтобы песок не попал в глаза. Когда он прекратил демонстрацию силы притяжения, то есть закончился, я увидела, что заперты мы действительно куполом. Вокруг нас невидимая дрянь вибрировала как раз точно по такой форме. Зрелище, бесспорно фееричное, но печальное. Я стряхнула с волос песок, который меня хорошенько обсыпал, и спросила: - И что ты этим хотел сказать? - Ну, я хотел, чтобы ты сама все увидела своими глазами. Что мы конкретно влипли по самое не хочу, и нужно продолжать искать зацепки. - Зацепки, значит. Слушай, ты нормально себя чувствуешь? По-моему это элементарно - нужно открыть ту дверь! Но как? Как можно умудриться за два года не сделать ничего существенного?! Игорь пожал плечами. Я издала вопль разочарования и полезла вниз. Ну а с другой стороны, хорошо, что он не открыл эту дверь, ведь скорее всего, он нашел бы выход, и теперь мне пришлось бы жить тут в полном одиночестве, полагаясь только на свой отсутствующий мозг. Хотя, если бы он тут уже всё разгадал, я бы проще простого смогла выбраться. Но, опять же, вопрос - а действительно ли выход за той дверью? Может, Игорь прав, и это действительно слишком просто? В любом случае, нельзя её не открыть. - Итак, займемся же дверью! - бодро произнесла я, когда мы оказались на кухне. - Нам еще белье стирать нужно. - Ну точно же! - хлопнула я себя по лбу. Следующие часа два мы с Игорем старательно напару настирывали простыни, шторы и все тому подобное. Я совершенно выбилась из сил. Окончательно. Стирка без порошка, скажу я вам - это что-то страшное. Тем временем на улице уже начало темнеть. Мы просто убили день ни на что. Ни шага к выходу. Один только маленький шажок в виде зеркала, мы даже не открыли дверь! Меня захлестнул приступ депрессии. - Я хочу напиться, - оповестила я Игоря. - Поверь, это не лучший выход из ситуации. Тем более, пить, в плане "выпить", у нас тут нет. - Ну да, пока мы убирались, я ничего подобного не обнаружила. Мы натянули веревки и развесили стираное белье. Подушки и одеяло уже были не настолько влажные, поэтому я взяла их и направилась в спальню. Пока я заправляла кровать, я чувствовала как последние силы уходят от меня, просто утекают. Я разделась до нижнего белья и принялась искать ночную рубашку или пижаму, решив оставить дверь на завтра, как вдруг случилось то, что обязательно должно было случиться. Такое всегда случается в дешевых сериалах или ванильных фильмах. Так вот, открылась дверь и в комнату зашел Игорь. И больше с места не сдвинулся. Замер. Я тоже замерла и во все глаза смотрела на парня. Усталость и моральное потрясение лишили меня дара речи. Игоря, видимо, тоже. Не знаю, сколько мы стояли, уставившись друг на друга. Наше молчание прервала кукушка, как всегда неожиданно выскочившая из часов, издавая неистовые громкие звуки. Для меня это послужило сигналом к действию. Я заорала еще более неистово и попыталась чем-то прикрыться, Игорь орал не так неистово, как я, но все равно более неистово, чем кукушка, он закрывал себе ладонью глаза и никак не мог найти дверь, оттого, что ничего не видел. С горем пополам я замоталась в одеяло, а Игорь выбежал из комнаты. Я сидела минут, наверное, пять или десять, пытаясь отдышаться. Потом продолжила поиски. Нашла только горы развратных ночнушек. Выбрала самую менее просвечивающую, её и надела. И тут я зачем-то повернула голову в ту сторону, где было зеркало, и зря. Потому что там я отчетливо увидела ту самую девушку с фотографии на стене. Для полной уверенности я зажмурилась и помотала головой, но она все еще продолжала на меня вальяжно пялиться, покуривая сигарету и пафосно пуская дым. Тогда я заорала не своим голосом, еще более громко и пронзительно, чем до этого, и осела на пол, спрятавшись за кроватью и бешено дыша. На эти звуки прибежал Игорь и сразу же оказался возле меня. - Ты чего орешь, как ошалелая? Я чуть в штаны не наделал! - Там, в зеркале!.. - Я помню, там мы не отражаемся, ну и чего орать-то?! - Нет, там кто-то другой есть! Я видела, правду говорю! Отвечаю! - разорялась я. - Кто, ну кто там может быть? Ты сошла с ума, ну или как минимум переутомилась. Все это время я пряталась за кроватью, держась за голову руками и не в силах заставить себя выглянуть оттуда. - Сам посмотри. Игорь чуть привстал, выглядывая из-за кровати. Я внимательно наблюдала за его реакцией. Внезапно он побелел и осел на пол. Он смотрел на меня бешеными ничего не понимающими глазами и молчал. - Ну, чего смотришь? Говорю же тебе, там кто-то есть. Точнее, не кто-то, а хозяйка этого дома. - Их там уже двое. На этот раз мы выглянули на счет три вдвоем. Парочка ухахатывалась, словно произошло что-то настолько смешнючее, что сил нет. Хорошо, что мы их хотя бы не слышали! Точно, мы их не слышали. А вот они нас, похоже, да. - Это же не честно, - сказала я, - они нас слышат! - Подожди, как думаешь, если мы к ним подойдем поближе, они нам ничего не сделают? - еле слышно прошептал Игорь. - Не знаю, но подойти, похоже, стоит. Так мы и сделали. Медленно и аккуратно, шаг за шагом приближались к зеркалу. В это время эти двое с явным интересом за нами наблюдали. Вскоре мы стояли уже буквально на расстоянии полуметра от зеркала, а они все не хотели причинять нам никакого вреда. Даже не интересно. Я решилась задать им вопрос, предварительно прочистив горло: - Почему мы вас не слышим? Тогда блондинка кивнула, взяла ручку и листок, написала что-то и продемонстрировала нам. "ухревс ьнемак ан етимжан" - Чо?! - не поняли мы. - По-моему, нам надо прочитать это наоборот! - с умным видом предложила я. - Да ты что? - Игорь уже нажал на зеленый камень, который притаился сверху в одном из завитков ажурной рамы. - Самый умный, да? - Вряд ли, успокойся. Тем не менее, это действительно сработало. - Ну что, слышно теперь? - спросила блондинка. - Слышно! - ответили мы хором. - Вот и отлично, - продолжала она, - меня зовут Яна, а это мой муж Захар! - Очень приятно, я Руфина. - Я Игорь. - Взаимно, взаимно, - пропела Яна, туша сигарету в пепельнице на комоде, которую мы с Игорем только сегодня чистили, - ну, рассказывайте! Всё, от начала до конца. Мы воодушевились и стали рассказывать свои истории наперебой, мы искренне надеялись, что вскоре высвободимся из этой дыры. - Вон как, значит, у вас... - подал голос Захар. - Да, у нас по другому, - проговорила Яна. - Что?! То есть вы тоже в ловушке, но в другой, и не знаете, чем нам помочь?! - воскликнула я. - Собственно, да, так и есть, - ответил Захар. Мы с Игорем переглянулись и грустно-прегрустно вздохнули. Ведь мы были так близки к выходу! Яна встала, демонстрируя нам изысканное, облегающее аппетитную фигурку, платье неприличной длины, которое я уже видела в гардеробе. - Восемь вечера, - бросила она, - не хотите с нами по бокальчику вина? - Откуда мы его возьмем? - спросил Игорь. - Из погреба, конечно, - кокетливо пожав плечами, сказала Яна, причем стояла она к нам в пол-оборота и закуривала новую сигарету. - Какого погреба?! - изумились мы с Игорем. А потом до меня дошло: - Та дверь внизу! Это погреб, что ли? - Скажем так, она ведет туда. За дверью лестница, - объяснила Яна. - Но как открыть её? - спросил Игорь. - Очень просто, - сказал Захар, - рядом с дверью, за второй доской справа спрятан ключ. Возвращайтесь, тогда и поговорим обо всем. - Кто у нас хотел выпить? - задорно спросил меня Игорь, открывая передо мной дверь в подвал. Я засмеялась и воодушевленно бросилась вниз по лестнице. В погребе были просто волшебные залежи разного вина. Видимо, они его делали сами, потому что на бутылках не было этикеток. - Ты представляешь, какого они года? Им как минимум сорок лет! - воскликнула я. - Да-а-а, - протянул Игорь многозначительно, - ну так что, какую берем? - Какую? Может, ты хотел сказать "какие"? - Думаешь, нам не хватит одной бутылки? - Думаю, нет... Взяв наугад четыре бутылки с разных полок и прихватив бокалы из кухни, мы отправились наверх. - Осилите? - криво усмехнулась Яна, увидев количество бутылок, - домашнее, и крайне крепкое. - Ну нам не обязательно же выпивать все, - ответил Игорь. - К тому же, меня алкоголь не берет, - встряла я гордо. - Как знаете, пожала плечами наша новая знакомая, - наливаем! И выпьем же за встречу! Я вылила в себя залпом весь бокал и втянула воздух. - А теперь, - произнесла Яна, едва только пригубив из своего бокала и снова закуривая, - я расскажу вам то, что с нами произошло. - Да, хотелось бы послушать, - произнес Игорь. Я подтвердила это, многозначительно кивнув. - Итак, слушайте, - Яна сильно затянулась и выпустила дым через нос, - мы с Захаром познакомились совершенно случайно. Я ехала на своем мотоцикле, а он шел из института, довольный весь, поступил только что. А шел он по обочине проезжей части, явно от радости ничего вокруг не замечая. Я решила, что он пьян и остановилась. Я была в косухе и кожаных штанах, а лица не было видно из-за шлема. Поэтому он решил, что какой-то хулиган решил напасть на него, ведь он был чистой воды ботаник. Поэтому он прибавил шагу, практически побежал. Я, конечно же обогнала его, подсекла мотоциклом и сняла шлем. Естественно, перед моей красотой он устоять не смог. - Скромно, - бросила я. - Но ведь так и есть! Не люблю напрашиваться на комплименты, я и так знаю, что я красива! Так вот, рассказываю дальше. Я предложила Захару подвезти его до дома и он сразу согласился. С этого-то все и началось. Думаю, не стоит рассказывать, какой силы и бешенства была у нас любовь! Мы были молоды и богаты, объездили полмира вместе, это были волшебные времена. - Стоп. Я, конечно, все понимаю, - встрял Игорь, - но какое это имеет отношение к нашей проблеме? - Да ну тебя, - отмахнулась я, - мне интересно, давай, рассказывай дальше! - Хорошо. Я думаю, ты, Руфина, уже успела узреть одежду, которую я привозила тогда из-за границы. Это было по-настоящему шикарно, все нам с Захаром завидовали. Нам это, несомненно, льстило. Кстати говоря, я слышала, что тебе понравились мои пластинки. - Еще как! Но, постой! Вы что, постоянно слышали то, что здесь происходит? - Время от времени, иногда это становилось невыносимым, особенно, когда Игорь подражал оперным певцам, сочиняя собственные песни! И не всегда на русском языке, представь себе! Игорь густо покраснел. - Да не волнуйся, я их практически не слышала. Когда ты начинал орать, я сразу нажимала на камень. А тут появился кто-то новенький. Но мы пропустили значительную часть рассказа. А остановилась я на том, что нам все завидовали. Но нельзя было бесконечно продолжать это. Родители давно уже построили дом для Захара, деньги у нас были, поэтому мы решили пожениться. Свадьба была шикарна, как наша жизнь, даже еще шикарнее. Все подруги восхищались и завидовали, ведь чего там только не было! Различные дорогие блюда, живая музыка, самый настоящий ансамбль, а не пьяный гармонист. Короче говоря, роскошь... - И пафос, - добавил Игорь. - Что? - Продолжай. - Ну ладно. Проснулись мы здесь и продолжили празднество. Целую неделю гуляли. - Неделю?! - заорали мы с Игорем. - Ну да, а что вас так удивляет? Когда эта неделя закончилась, мы попросили не ходить к нам никому на следующий день, что мы хотим провести его вместе, вдвоем. Какое счастье, что мы до этого додумались. И вот этот день настал. Тишина и покой, и только мы вдвоем. Но этот день повторился снова. И снова, и снова. И до сих пор повторяется. Один и тот же день на протяжении уже многих лет. - То есть как? - не поняла я. - Мы живем тут давно, очень давно, я даже не могу точно сказать, сколько. И каждый раз просыпаемся снова в одном и том же дне. Мы все прекрасно помним, а вот окружающие живут так, будто ничего не происходит. Каждый день на улице повторяется все то же самое, мы уже все наизусть знаем, будто пересматриваем один и тот же фильм. Сначала мы пытались что-нибудь интересное делать каждый день, и у нас даже получалось. Но вскоре наша фантазия иссякла. Её хватало только на такие вещи, которые за один день не сделаешь. Ну так потихоньку мы тут и живем. И абсолютно не знаем, как избавиться от этого кошмара. - Все понятно. Вероятно, вам даже тяжелее, чем нам, - проговорил Игорь, - только интересно, кому все это надо и для чего. - Кому, это понятно, - наконец подал голос Захар, - тем странным людям, но вот зачем? Это и правда вопрос. Все замолчали, каждый, наверное, думал о том, зачем же им это понадобилось, а может и не об этом, в любом случае, я думала о запеченной курице с макаронами и майонезом. - Между первой и второй пуля не должна пролететь, - воскликнула вдруг Яна, - а мы уже давно не пили! Кто говорит следующий тост? Давай, Руфина! Пока этих дождешься, уже ночь наступит! - Ну... - протянула я многозначительно, - думаю, нужно выпить за то, чтобы мы поскорее выбрались отсюда. - Принимается! Зазвенели бокалы, во мне оказалась еще одна порция вина. А потом еще одна, и еще, и еще. И все под пафосные речи о мире и свободе. И все бы хорошо, но тут я зачем-то встала, и поняла, что уже немного пьяна. Сделала вывод, что надо уже сокращать дозу. Но одного вывода было мало, я все оставила как есть. И тут как раз Яна, вновь закуривающая сигарету, проговорила: - Выпьем же за любовь, наконец! Вы двое так чудно смотритесь! Поэтому, что мы сейчас дружно кричим? Конечно... ГОРЬКО! Воцарилась тишина. Мы с Игорем инстинктивно отодвинулись друг от друга (ещё бы, он бы хоть побрился сначала, тогда я, может быть, ещё бы подумала), Захаров мозг алкоголь еще не затронул, поэтому он не поддержал Янину идею, а просто сидел и молча откупоривал следующую бутылку. - Ну... - виновато произнесла Яна, - ну ладно. Не хотите - не надо, а так было бы здорово! Я бы посмотрела! Да, здорово. Особенно после нашего с Игорем интересного разговора, тогда, возле купола. Я подумала о том, что хорошо сейчас было бы не напиться окончательно, а то мало ли на что я способна на пьяную голову. Правда, эти мысли почему-то моментально вылетели из моей головы, когда я увидела погрустневшую Яну. - Ну давайте просто за любовь! - сказала я, поднимая бокал, - зачем же грустить по таким пустякам? - Согласна! - улыбнулась Яна, - за неё, родимую! И вновь звон бокалов, вновь этот вкус во рту... - Игорь! А налей-ка мне ещё! Закончилось! - слегка заплетающимся языком промолвила я. - Так! Руфина уже хорошенькая! Не надо ей больше! - посоветовал Захар. Но было уже поздно, потому что в мой бокал полилась новая порция вина. - Я хочу выпить за наших мужиков! - заорала я, - вот так вот! - Прекрасный тост! - согласилась Яна, - куда же мы без них, вот понадобится что-нибудь разломать - они ведь с удовольствием помогут! - Разломать? - переспросил Игорь. Яна пьяненько хихикнула и поднесла бокал к зеркалу. Все последовали ее примеру. Потом она встала и пошла к проигрывателю, поставила какую-то пластинку и комната наполнилась веселыми звуками старинной музыки. К моему удивлению, это был не рок-н-ролл, а какой-то вальс. Захар встал и пригласил Яну на танец, после чего они здорово и слаженно, как будто занимались этим всю жизнь, закружились по комнате. Игорь последовал примеру Захара, я конечно же, была не против потанцевать, но, думаю, смотрелись мы на редкость смешно. Мои ноги заплетались от алкоголя, я постоянно подпрыгивала, а Игорь вообще, похоже, забыл, что он как бы парень, и должен вести. В итоге я свалилась на пол, Игорь конечно же, меня не удержал и повалился рядом. Так мы и валялись, пока музыка не закончилась и Яна с Захаром нас не заметили. *** - Р-р-руф-ф-фина! - глядя сквозь меня произнес Игорь, - ты... нра... вишься мне... в этом... В этой ночнушке! У тебя сосцы... того. Торчат. Я смотрела на трёх Игорей, сидящих передо мной и мерцающих всеми оттенками радуги, и тихонько охреневала, наверное, даже краснея от стыда, но не предпринимая никаких попыток прикрыться. Я уже даже забыла, во что вообще одета. Я когда еще трезвая была, об этом забыла, потому что эти двое в зеркале появились так внезапно... Мы практически опустошили третью бутылку, а две выпитые валялись на полу рядом с разбитой тарелкой из-под травяного салата. Яна полумертвая валялась на кровати, бормоча что-то невнятное, а Захар, слегка пошатываясь сидел перед нами, не в силах сказать ни слова. Мне в голову пришел очередной тост и я заорала: - Пр-р-редлагаю выпить! - и резко встала. Меня конкретно повело и я налетела на кровать, распластавшись на ней и все еще сжимая бутыль в руках, удивительным образом не пролив ни капли. - А, пофигу! - махнула я рукой, чуть привстала и опустошила бутылку из горла. Затем я кинула её в стену, она не долетела и упала на пол. Игорь что-то пробормотал, Яна захрапела, а Захар плюхнулся лицом на комод. Потом я смутно помню, что рядом со мной свалился Игорь и начал ко мне приставать, а я согнала его на пол. Затем комната вдруг залилась красным светом, но я не обратила на это внимания, скорее всего я все-таки сильно перебрала, а вот потом наступила кромешная тьма... *** Проснулась я с дичайшим сушняком, поэтому первое, что я захотела сделать - это пойти к пруду и напиться воды прямо оттуда. Я попыталась понять, в какой позе лежу. Оказалось, что ничего криминального - на кровати было только туловище, а ноги с нее свисали. Я встала и пошла искать свои ботинки. Ноги меня не слушались, они словно были опухшими, поэтому меня часто заносило не в ту сторону и я едва успевала переступать через Игоря, который распластался на полу среди пустых бутылок, осколков тарелки и травы, вырванной, как оказалось, с корнем на чью-то нетрезвую голову, и храпел, причем натянув какую-то шапку себе на половину лица. Из-под нее виднелся только давно небритый подбородок. Вскоре от создаваемого мною шума парень начал недовольно кряхтеть и ворочаться. В зеркале обстановка была крайне интересная. Все было чисто, никаких бутылок на полу, как у нас, не валялось, Яна и Захар в обнимочку спали на кровати, как будто ничего особенного не произошло. Я так поняла, что у них день уже начался заново. Поэтому проснутся они бодрые, без сушняка и головной боли, в отличие от меня. Наконец, я нашла обувь и попыталась одеть на себя, но она не налезала ни в коем разе. Я рассмотрела свои ноги. Они и правда опухли. Не сильно, но заметно. Ну и что делать в таком случае? Неужели, это тоже особенности этого места и я скоро лопну? А почему Игорь худой тогда? Голова не хотела думать, она все еще кружилась, и я полезла в шкаф, чтобы найти себе что-нибудь другое, потому что босиком в такой холод я не пойду. В итоге я нашла какие-то Захаровы ботинки, размера, эдак, сорок пятого, даже на моих распухших ступнях они болтались. Больше я не стала ничего искать, потому что мне дичайше хотелось пить и я поплелась, громыхая чеботами, вниз. Выглядела я, наверное, интересно. Распухшая, непричесанная, в развратной ночнушке Яны и здоровенных ботинках Захара. Но, знаете, меня это сейчас не сильно волновало. На улице было темно и прохладно, но уже светало. Я потянулась, меня снова куда-то повело и я неровной походкой проследовала к пруду. Я набирала трясущимися ладонями воду и жадно выпивала её всю. Не знаю, сколько я выпила в итоге, но мне показалось, что около литра. Вроде бы стало получше. Внезапно мне приспичило опорожнить органы пищеварения и я пошла к ближайшим кустам, в тот деревенский страшный клозет с опарышами мне вовсе не хотелось. Совершив свои подвиги, я решила побродить вокруг дома и подышать свежим воздухом. Так я с полчаса наматывала круги, пока мне снова не понадобились кусты. И только теперь я заметила странные вещи, происходящие по ту сторону купола. Там время шло наоборот, как будто отматывалось, машины ехали задом вперед. Я ощупала купол. Все как всегда. Тут я и вспомнила, что мы не пробовали еще одну вещь - подкоп! Я прямо руками начала рыть землю, но бесполезно. И тут я вспомнила, что Игорь говорил мне, что это не купол, а шар, половина которого уходит под землю. Я обреченно вздохнула и поплелась в дом. Я вошла в спальню, сняв перед входом ботинки, и присела на кровать. Игорь все еще дрых. И храпел. Я подумала о том, что неплохо было бы узнать, сколько сейчас времени, и как-то сопоставить этот факт с происходящим на улице. Я посмотрела на часы с кукушкой. Их уже никто давно не заводил, поэтому они остановились еще в одиннадцать вечера. Потом я посмотрела на Игоря. Он лежал, извернув руки, и соблазнительно поблескивая часами на правом запястье. Я встала с кровати и на цыпочках начала обходить её, но случайно задела валяющуюся бутылку, она с грохотом подскочила и не менее громко покатилась, ударившись об стену. Игорь перестал храпеть и лег поудобнее, шапка с него при этом слетела, но часы все еще сверкали. Я лениво сидела на кровати и смотрела на Игоря. Длинные, почти до лопаток, волосы рассыпались по полу, брови его были очень толстые и густые, нос такой большой и длинный, а еще угнетающая щетина, которую с утра надо будет ему посоветовать сбрить. Рубашка Захара, которую он надел вместо своей ужасной футболки, которую я изгваздала подводкой, была расстегнута и сильно распахнута, что видно было весь торс с ввалившимся животом и выделяющимися ребрами. Руки были до того худющие, что часы с запястий не слетали только потому, что ладони Игоря были довольно широкими. Штаны чудом держались на ремне с дырками, которые Игорь явно проделывал сам по мере своего похудения. Мне вдруг стало его очень жалко, до того жалко, что даже глаза мои намокли. Ну тут надо брать во внимание тот факт, что я еще была не до конца трезвая, но все же... И еще появилось смутное осознание того, что где-то я его уже видела... Я потихоньку подошла к нему, присела на корточки, убрала с лица прядь и затем посмотрела на часы на его руке. - Так, сколько у нас времени? Какие-то странные знаки, то ли цифры, то ли демонические символы, да еще и в два ряда, да ещё и вниз головой, и плывут перед глазами... Я посмотрела на них и сказала сама себе: - Что-то нихрена не ясно. А, ну нафиг. Встала, отвернулась и махнула рукой, собираясь уже лечь спать обратно. - Без пятнадцати, - вдруг раздался сзади страшный голос из преисподней. Я вскрикнула, но потом поняла, что это Игорь проснулся. - Чего? - Два. - Капец! Всего два часа! Ладно, надо дальше спать... Я легла и мгновенно уснула.