Оно и к лучшему

Киса кончает и слезает с Вари не сразу — сил нет. Да и она вроде не против — гладит его по плечу и не возмущается. — Хинкалина, а ты это? — Киса пытается посмотреть в глаза, но она отворачивается. Краснеет. Мило так. Варя вообще довольно милая, когда не в сварочной маске и не смотрит на него исподлобья. — Да все норм, Кис, — шепчет Варя, но для него это дело принципа. Тем более Варя так классно стонет, когда кончает. Он запомнил. Он спускается вниз и не дает Варе свести ноги обратно. — Кис, ну куда, мы только что же. — Хинкалина, ты откуда вылезла вообще такая? — ржет Киса, устраиваясь поудобнее. - Че за институт благородных девиц при МВД? Варя не отвечает, да ему и не надо — в нос ударяет ее запах — возбуждения, смазки, пизды в целом — Киса не очень ебет, он не специалист. Но запах ему пиздец как нравится. Сначала он облизывает все вокруг и улыбается, когда Варя начинает елозить, пытаясь упереться ему в лицо. Кисе не хочется ее мучить — поэтому переходит на клитор, стараясь не переборщить. Варя громко дышит и запускает руку ему в волосы — ей, видно, нравятся его волосы, всем девочкам они нравятся, Киса давно заметил. Что там еще девочкам нравится? Он вспоминает кое-что из того, что успел попробовать, и, продолжая лизать, вводит в Варю палец. Внутри очень мокро — и Киса собой доволен до ужаса. Приятно, когда от тебя так текут. Тем более Хинкалина. Он начинает двигать пальцем внутри, и Варя до боли впивается в волосы, но Киса не останавливается. Она постанывает, приподнимая бедра, и он добавляет второй. Когда Киса разводит их, давя на стенки, Варя стонет уже в открытую. — Нормально, Варь? — он видит, что нормально, но хочется убедиться. — Да, Кис, я щас, — Варя берет его свободную руку и кладет себе на грудь. — Можно… Он понятливо сжимает сосок пальцами, и Варя всхлипывает почти жалобно. А потом дергается и кончает. Киса вытирает подбородок об ее бедро и пытается отдышаться. У него снова привстало, но сил дрочить особо нет, а Варю просить не хочется. Она и так лежит с расфокусированным взглядом и не похожа на человека, у которого можно попросить хуй в руку взять. Или в рот — Киса представлял эту картину как-то перед сном, но вряд ли Варя на такое пойдет вообще в ближайшее время. Она сама охуела, когда он ей тогда отлизал. А что-то просить и продавливать не в его стиле. Поэтому Киса пытается подумать о чем-то неприятном. Егэ по литературе. Варин батя. Мамина готовка. Вариантов масса. *** Хочется прикрыться. Варя и наедине с собой особо не ходит голой, а тут еще Киса. Одно дело, когда возбуждение туманило мозг, а теперь она чувствует себя слишком открытой, слишком уязвимой. Словно Киса может все прочитать. У него таких проблем, конечно, нет, он просто подтягивается и ложится рядом, кидая на пол презерватив. Нужно не забыть его убрать, а то пацаны еще ржать будут. — Охуенно было, да, — спрашивает Киса с совершенно довольной рожей. Словно они идут домой с какой-нибудь вписки, особо удачной. — Понравилось тебе? — Ты видел. И слышал, наверное. Киса кивает и коротко целует ее в губы. Варе хочется полежать у него на груди — даже больше, ей хочется уснуть с ним в обнимку, но она не может вот так вот предложить. — Хинкалина, я вообще че сказать хотел, — говорит Киса чуть более серьезным тоном. Варе страшно. — Здорово мы с тобой придумали? Ну, в смысле — и удовольствие получить, и общаться нормально можно. Без мозгоебства. Варя ничего не придумывала. Она просто согласилась на то, что предложили. — Без мозгоебства самое то. Покурим, может? *** У них все хорошо. Как раньше и даже лучше, по крайней мере, Киса не лезет с шуточками про отца. Они собираются с пацанами на базе, но когда Киса довозит ее до дома, то всегда идет за ней в подъезд. Один раз их чуть не спалила соседка с руками в трусах, и поэтому Варя соглашается заходить иногда к нему, когда мама на смене. Видеть Ларису все еще неловко, и она уверена, что это взаимно. Родителей они благоразумно не обсуждают. Как будто этого не было в их биографии, и все тут. — Смотри, придут завтра, — Киса показывает Варе фото кроссовок, которые ждет сильнее, чем окончания школы, наверное. Такой шмоточник, она даже умиляется про себя. Они лежат на его диване, он все еще голый, а Варя в трусах и его футболке — конечно, она стесняется все меньше, но боязнь, что придется подрываться, услышав звук ключа, решает. Интересно — знает ли Лариса? Варя качает головой про себя — о чем ей знать вообще? Они же не встречаются, это все было только для ее отца. Если он ей не сказал, конечно. Варя не в курсе, общаются ли они. — Че с ебалом, Хинкалина? — спрашивает Киса, замечая, видимо, что мысли у нее не очень приятные. — Че не так? Ответить ему правду она не может. — Да дома… С Оксанкой ругаемся последнее время. Прям как в детстве. Это даже не ложь, на самом деле. — Хуево, — Киса в семье один, и особых советов тут явно дать не может. — Хочешь, отвлеку? Варя бросает взгляд вниз — у него снова стоит, и это, конечно, не ее заслуга. Они молодые же, это нормально. Он ей рассказывал как-то, что встать может вообще рандомно. Даже у доски на уроке. Но, если честно, у нее совсем нет сил на второй заход. В квартире Кисы сложно расслабиться на сто процентов. Да и смена у Ларисы скоро должна закончиться. — У нас презервативы кончились. Конечно, Киса может ей напомнить, что в первый раз ее ничего не смущало, и глупо строить из себя правильную. Но Киса не спорит. — Да, блять, точно, — в его голосе слышится разочарование, и вот это ей точно не нужно. — Ну давай просто, — Варе не хочется говорить «давай подрочим», она надеется, что он сам поймет. — Просто че? — ухмыляется Киса. Мудак. Знает же, что ей неловко. Варя чувствует, что краснеет, и отворачивается. — Эй, ну ты че, Хинкалина, — Киса пытается заглянуть ей в лицо, и Варя вертит головой. Не хватало еще устраивать истерики ни с хуя. Она решается. — Кис, ляг, пожалуйста. — Да не хочешь, не надо, я че, тебя застав… — Кис, ляг, блять, и заткнись, — Варя поворачивается и давит ему на плечо. — Не смотри только, хорошо? Это глупо, но она знает, что не выдержит, если он будет смотреть. — Куда не смотреть? — спрашивает Киса, но, когда Варя спускается ниже к его паху, до него доходит, — А, блять. Варе вдруг приходит в голову, что Киса может и не хотеть, чтобы ему отсасывал кто-то совсем без опыта. Можно же и неприятно сделать. — А ты хочешь вообще? — она рада, что ее лицо не видно за падающими волосами. — Еще бы, — отвечает Киса сдавленным тоном, и Варя решается. Сначала она просто проводит языком от основания к головке. Ничего особо противного в этом нет, просто странно. Странно и страшно сделать что-то не так. Киса ее не торопит, и Варя ему очень благодарна. Она пытается взять в рот головку — но волосы, как назло, лезут куда не нужно. — Блять. Состричь бы их к хуям, — Варя знает, что покраснела до кончиков волос, и надеется, что Киса все-таки не смотрит. — Зачем? Они красивые. Давай я подержу, — он приподнимается и собирает пряди в руку. Смотрит. Варе хочется провалиться. Но они уже начали, так что она плюет на стеснение и снова обхватывает член губами. *** Варя совсем не умеет сосать. Но Кису это не смущает, он и не ожидал, что у нее с первого раза получится. Он-то тоже не сразу научился свои дела делать. Ему показали, как надо. Он не говорит про зубы, боясь обидеть, и тем более не давит на затылок, чтоб взяла поглубже. Кому-то, конечно, так нравится, но не хочется спугнуть. Тем более, вид Вари с его членом во рту вставляет сам по себе. Красиво пиздец — тут уж сложно сдержать обещания не смотреть. Пусть пиздаболом зовет, похуй. Киса не выдерживает и гладит ее по щеке, вызывая стон. Ему хочется что-то сказать, подбодрить, что-ли, но все слова теряются. Особенно когда Варя догадывается, что можно помочь себе рукой. Тут-то она уже хорошо знает, как ему заходит. Киса и откидывается обратно на кровать и отдается ощущениям. Главное, не спустить в рот или на лицо, это слишком будет. — Варь, Варь, я щас, — Киса тянет ее за волосы, чтобы отстранилась. — Руками закончи. Варя слушается, и он быстро кончает себе на живот, выгибаясь и мыча на одной ноте. Оргазм выходит даже сильнее предыдущего. — Охуенно было, Хинкалина, — искренне говорит Киса, отдышавшись. — Спасибо. Он сразу думает, что хуйню сморозил, кто так говорит вообще, но Варя только кивает и вытирает рот, испачканный его смазкой. — Пожалуйста. Блять! Последнее она произносит тише. Потому что, как и Киса, слышит, что в двери поворачивается ключ.