Кто мы?

Антон Тогда в воскресенье? Арсений Да, я придумаю, что делать будем. Весна, школа, тёплые деньки, готовность с сдаче ОГЭ, конец третьей четверти, каникулы, в конце концов. Арсений и Антон — ученики 9А класса, лучшие друзья. Они решили перед первым днём каникул, тридцать первого марта, устроить у кого-нибудь дома а-ля вечеринку, вдвоём. Конечно, можно было бы и втроём или даже четвером, но Серёжа с Димой отказались по своим причинам: Серёжа, если вы не знаете, тусер ещё какой. Его главная задача на корпоративе — покушать и поиграть в телефон. А потом говорит, что вечеринка не задалась. В общем, Серёжа будет сидеть дома, кушать и играть в телефон. Если говорить о Диме, то у него упорное заучивание материала, готовится к ОГЭ, хочет пойти на вышку, а потом в медицинский. К тому же, его родители хотят от него того же, только больше, а значит гулять его не пустят. В итоге в последний учебный день перед каникулами, на перемене после мучающей алгебры, они, как и всегда, направлялись на своё место, а именно в уголок их кабинета. — Может вы у себя по домам посидите, — спросил Матвиенко, прямо смотря в глаза Арсения, сидя на высоком подоконнике — Серёж, они неделю собирались, —отвернувшись от учебника по обществознания, произнёс Дима. — ты думаешь, что они сейчас всё надуманное бросят? Парень, устремивший взгляд на отличника, только пожал плечами. Спустя несколько секунд молчания Позов повернулся на стуле уже всем телом, посмотрев на друзей. — А что вы вообще надумали? — вопросительно выдал он. — Я подумал, — первым произнёс Арсений, — что такого бы не делали парни на вечеринке, и думаю, это готовка на кухне, — выговорил брюнет и хотел было уже продолжать свою мысль, но его прервали: — Вы че, собираетесь девчачьими делами заниматься? — оторвавшись от телефона, непонимающе спросил Серёжа у ребят, — может вы поиграете? — он развернул телефон к Арсению, на экране которого была игра наподобие стрелялки. — Серёж, тебя всё равно там не будет, — только влившись в разговор, сказал Шастун. — Ладно, я молчу, — проговорил серёжа голосом, в котором была заметна грустинка. — Не расстраивайся, я с тобой сыграю один раз, — подбадривая сказал парень в очках, на что ему только усмехнулись. — Вообще, без разницы что мы будем делать, импровизивуем, — продолжил свой монолог Попов, который недавно сорвали. — А у кого дома будете? — вновь задал вопрос Дима. Оба не стали говорить, а направили большие пальцы, жестом указывая ответ на вопрос. А показали они на друг друга. — Это как? — улыбнулся отличник. Антон, первый повернувший голову на Арсения засмеялся от ситуации. Брюнет, изначально нечего не поняв, повторил движение Шастуна и подхватил хохот. — Получается, не определились, — досмеиваясь, произнёс Арсений. Звонок на урок, а именно на скучную биологию.

***

После отсиживания в школе, Антон лёжа на своей односпальной кровати, отдыхал, залипая на маловажные видео на популярных платфорах. Листая ленту, ролик за роликом, сверху на телефоне высветилось уведомление. Антон, видя знакомое имя, нажал на сообщение и перешёл в другое приложение. Дима 21:38 Че, как с «вечеринкой»? Точно. Спустя несколько часов, Антон успел забыть обо всём. Вы 21:38 Бля, мы всё ещё не решили. Дима 21:40 А вы правда будете готовить? На самом деле, Шастун не знал. Арсений взял инициативу в свои руки, поэтому парень ни о чём не беспокоился. Вы 21:40 Я не знаю=/ Арсений что-то придумал, сказал, что всё заебись будет. Дима 21:42 Ладно. Потом расскажете, что было:)) Вы 21:43 Замётано. Шастун заметил, что уровень зарядки показывает «5%», поэтому нажал на кнопку выключения и отбросил телефон в сторону. Он раскинул руки в разные стороны, как обычно, кисти рук свисали с кровати, и Антон начал глядеть в потолок, перебирая мысли одну за другой. Время уже было позднее, но Шастун ещё ни разу не зевнул, а это было странно для него, ведь он жаворонок, засыпает рано и просыпается с первыми лучами солнца. Придётся или не спать, или выпить тёплого какао. Второй вариант был лучше, и Антон, поднявшись с кровати, медленно зашагал на кухню. В комнате не горел свет, однако яркие лучи луны проходили по комнате, играя роль ночника в темноте. Борщ спал на окне. Нет, это не еда, это был кот. Антон подошёл к окну и удивился такому яркому свечению спутника. Луна была полная. как и Борщ. Шастун положил руку на кота и начал водить ей по всему телу, от чего тот продолжал спать и мурлыкал. Взгляд плавно перешёл на окна параллельной многоэтажки, освещенные тёплыми оттенками золотистого цвета. На этом фоне виднелись тёмные силуэты людей, занимавшиеся своими делами. Шастун отошёл от окна, набрал воды в электрический чайник и поставил его на подставку, кипятить воду. Шум бурления воды заполнил комнату. Антон достал из холодильника молоко, а в шкафу гарнитура, взял упаковку какао и сахар. Из деревяного буфета он вытащил кружку с каким-то знаком зодиака, это, вроде, был рак. На памяти Антона не было человека с этим знаком, эта информация была странной, как и сама кружка. Вообще в серванте таких чашек было много, именно странных, потому что появление посуды на полках Шастун не знал. Например, кружка в форме рыбы, синего цвета, а «горло» кружки в виде открытого рта. Ладно, хватит о кружках. Вода в чайнике уже закипела, пришло время какао. Кружка, ложка порошка, ещё одна ложка, ну и третью можно; одна ложка сахара, маловато, ещё половину ложки, заливаем водой. Готово. Антон приземлился на кровать, аккуратно держа кружку, но капля воды всё же попала на кофту, на что Шастун только выругался. Он решил поставить кружку на кровать, а сам пойти за какой-нибудь вкусняшкой. Посуда не упала, это успех, наконец. В шкафу он нашёл целую коробку мишек «Барни». Вероятно, это было не ему, но родители в отъезде, поэтому всё разрешено, сегодня у Антон вип-день. Зайдя в комнату, он увидел следующую картину: на кровате сидит кот и попивает недавно сделанный Антоном какао. — Борщ, сука! — крикнул Антон, нахмурив брови. От такого натюрморта с котом у него глаза на лоб полезли. Шастун кинул коробку с едой на кровать и побежал оттаскивать Борща от уже общего напитка.

***

Сидя на кровати и смотря уже сороковую серию «Смешариков», Антон, доедал последнего мишку. Всё-таки надо утешать своего внутреннего ребёнка. Борщ спал и мирно сопел около ног хозяина. Досмотрев серию, Шастун захлопнул ноутбук и упал телом на кровать, слушая шум пустоты и начинающего стука капель дождя по окну. Время подходило к концу дня, а у парня сна ни в одном глазу. Что делать? Вопрос риторический. Антон снова впал в дыру мыслей. Он вспомнил про ночёвку. Антон с Арсением всё ещё не разобрались, у кого будут сидеть. Да и вообще, что делать будут. Шастуну было без разницы каким делом заниматься, главное, что с кем-то. С кем-то вроде Арсения. Честно, ему нравилось проводить с этим человеком время, он будто заряжал его невидимой энергией счастья. Антон бывало задумывался над тем, как относится к Арсению действительно, какие на самом деле чувства. Нет, он точно не был в сумасшедшей любви и желанием выцеловать щёки, точно нет. Наименование «лучший друг» было наилучшим. Но всё же, глаза Антона могли останавливаться на Попове и минутами разглядывать линии лица, одновременно наблюдая за его движениями. Возможно, это потому что Арсений жгучая красотка, к которой тянуться девушки. Ну, или Антон всё ещё не определился со своей ориентацией, хоть ему нравились девушки. Кстати, хоть к брюнету и приставали девочки, Шастун не видел и не слышал, чтобы он с кем-то встречался, это было странно. Что говорить о Антоне, у него просто не получалось с девушками. С последней они повздорили из-за того, что у Антона на неё хуй не вставал. Но он замечал это и ранее, когда смотрел на фотки каких-то женщин. Тишину разрезает звон в дверь. Антон хлопает глазами от испуге и неожиданности. Родители должны приехать через неделю, но возможность, что они приедут сегодня, была. На улице дождь, кого может принести к Шастуну в плохую погоду? Антон встаёт с кровати и быстрыми шагами идёт к двери. Он решает не смотреть в глазок, а сразу открыть дверь: Перед ним стоит… Арсений? На нем мокрая от дождя кофта с капюшоном и характерные, как верхняя одежда, джинсы. Его глаза, словно после слёз, усталые, смотрящие тяжёлым взглядом. На лице нет улыбки. Такого Попова, Антон не видел, что дало ему начать переживать, за друга. — Что… — начал было Шастун, но его перебил тихий, хриповатый голос. — Я устал, — спокойно сказал парень, без сил переступая порог и падая в объятия, закрывая глаза. Антон ничего не понимая, только притягивает того ближе, давая чуть любви. Арсений глубоко дышит в плечо друга. С его волос на пол стекают капли воды. От него веет холодным воздухом и давно выветреным одеколоном. Проходит несколько минут тишины, дыхание Арсения перешло на обычный темп, стук сердца стал медленее. Спокойствие. Дверь квартиры так и была открыта, успел зайти холодный воздух, который обдувал их ноги. Антон открыл рот, в желании что-то сказать, но его вновь перебили: — Какао пьёшь? — хрипло спросил Попов, на что зелёноглазый удивился, как Арсений узнал, что он делал недавно. — Откуда ты знаешь? — вопросом на вопрос Шастун продолжил диалог. — На столе, — сказал брюнет, отходя от Антона и смотря на кухню, а именно на стол. Антон повернулся, узнать, что там. И вот, очередная картина: стол, открытая коробка какао и… Борщ головой наполовину в упаковке. — Борщ, блять! *** — Ты расскажешь, почему ты сейчас у меня в квартире в… два часа ночи?! Уже два часа ночи? — после того, как Антон загнал кота в его комнату, он наконец задал Арсению вопрос. Шастуна удивило время на часах. будто недавно был обед, а тут уже скоро утро. — Родители, — кротко отвечает Арсений. Антон только понимающе кивнул. Семья Поповых часто вздорили и бывало даже сильно. Бывало его просто выгоняли из дома, как, наверное, и сейчас. Попов всегда скрывал то, что происходит у него дома. Но когда его выгнали уже шестой раз, он пошёл к Антону, тогда он рассказал об этом. В остальные разы он либо гулял по улицам, либо шёл к бабушке, которая его недолюбливала, но понимала ситуацию и оставляла на ночь. — Будешь, — Антон медленно повернулся в сторону стола, — чай? — Давай, — с вздохом произнёс Арсений. Они сели на кровать в комнате Шастуна. Арсений уже выпил свой чай и сейчас с пустой кружкой в руках, облокотившись на стену спиной, смотрел в потолок. Шастун в это время аналогично смотрел вверх и лежал, раскинув руки. Окно в комнате открыто, было слышно как заканчивается дождь и начал чувствоваться запах мокрого асфальта. Тишина. Каждый думает о своём. — Всё хорошо? — спокойно спросил Антон. — Да, вроде. — Что-то хочешь поделать? — продолжил разговор Шастун. — Спать, — Арсений прикрыл глаза, он хотел только быть в кровати, или в объятиях. Попов правда устал, натягивать улыбку было уже сложно. Антон поднялся с кровати, взял из шкафа себе и другу одежду и повернулся к Арсению. — Держи, потом в душ пойдёшь, — он отдал пижаму голубоглазому, а сам пошёл в другую комнату. Арсений продолжал пялится в потолок. Ему было комфортно находиться рядом с Шастуном. Если честно признаться, ему нравился он. Но признаться в этом — сложнейшее испытание. Ему нравилось всё: от улыбки до волос с редкими кучеряшками. Иногда хотелось его просто прижать к себе и не отпускать, но он не знает как тот может отреагировать. Страх мешает искренним действиям. Антон уже вернулся с ванной. На нём была безразмерная футболка и характерные штаны. Волосы растрёпанны, влажные от воды. В руках полотенце и кольца, которые он носил весь день и снял перед входом в душ. Арсений поднялся с кровати и поплёлся в сторону, откуда пришёл зелёноглазый. Попов вышел из ванной комнаты комнаты двинулся к Шастну. Антон лежал в кровати. — Мне спать на полу? — спросил брюнет, — или… с тобой? — немного подумав, продолжил тот. — Ложись, — Антон спокойно откинул угол одеяла и продвинулся к стене. Арсений улыбнулся такому предложению, но показал это не полоностью. Даже уставши, он продолжает что-то скрывать. Голубоглазый нырнул под одеяло, но ему стало некомфортно. Ведь он всегда спал в обнимку с какой-нибудь игрушкой, или простым одеялом, а тут сложно сказать, что хочешь обнимашек. Он решил опять всё скрыть и просто заснуть. — Спокойной ночи, — уже закрывая глаза, сказал Арсений. На что он услышал краткое «Спокойной». Спустя десять минут Арсений ровно дышал, его глаза были закрыты, всё говорило о том, что он спит. Антона вновь захватывали мысли. На первом месте в голове сейчас стоял его друг, который его действительно привлекал. Он это понял недавно, прямо сейчас, когда думал. Шастун устал крутить мысли одну за другой и решил, что пора бы ложиться спать, всё же четыре утра на часах. Он повернулся лицом к Арсению. Глаза забегали по лицу спящего. Истрёпанные тёмные волосы, запустить бы в них руку и переплётать пряди вокруг пальцев. Подгагивающие ресницы. Чуть румяные щёки. Губы… обычные. Рука Антона поднимается из-за желание коснуться. Он нежно кладёт ладонь на щеку, большим пальцем, проводя по немного выступающей скуле. Шастун будто в трансе смотрит на сопящего Арсения. — Такой красивый, — шёпотом говорит парень, не будя Попова. Рука Арсения поднимается и ложиться на талию Антона. Ранее спящий раскрывает глаза. Глаза Шастуна становятся шире, он в недоумении, страхе и стыде одновременно. — Ты не спал? — всё ещё не понимая на яву ли это, или он уже давно спит и это сон, запинаясь спрашивает Антон. На что ему лишь кивают. На лице Арсения появляется незаметно подлая улыбка. Антон погружается в стыд. Кладёт ладони себе на лицо и отворачивается, дабы уйти куда-нибудь и не вспоминать этот случай. — Мне стыдно, то, что я говорил — это был не я, прости-прости-прости… — зажмуривая глаза начал повторять Антон. Рука Попова, которая осталась на талии друга, начинает оглаживать бок, чтобы успокоить нахлынувшую волну эмоций, которую Арсений толкнул сам же. — Повернись, пожалуйста на меня, — тихо и успокаивающе попросил брюнет. Но ему помотали головой в стороны. Арсений настоял и перевернул Антона к себе лицом, потянув за талию. — Анто-он, — полушёпотом протянул Попов и ухватился рукой за запястья зелёноглазого. Шастун не хотел отрывать рук, но хватка пальцев оттянула их. — Тош, — произнёс Арсений, на этом слове Антон открыл глаза и посмотрел прямо в другие, — ты мне нравишься. Шастун не поверил его словам, он сразу подумал, что это очередной прикол. — Это ещё один прикол? — недоверчиво спросил Антон. Ему не ответили, но руки Арсения легли на спину и талию друга и прижали того к телу голубоглазого. — Ты такой прекрасный, — начал тихо Попов, прижимая того к себе, — по-моему, я тебя люблю. Настала тишина. Арсений начал переживать, что ещё больше ухудшил ситуацию. Но ему ответили. — И я тебя, — Антон склонил голову и прислонился к плечу Арсения. Через несколько минут они уснули. Они рады, что признались друг другу. *** Тёмные шторы были открыты, так же, как и окно. Погода была на удивление хорошая: лучи солнца падали на пол и Шастуна. Ветер был тёплый и дул потоком в другое окно соседней комнаты, обвивая шторы и качая их. — Тош, — послышалась через сон любимая форма его имени, в детстве его так звала мама. Но сейчас это был его… друг? С кровати послышалось сонное ворчание. Антон лежал там, где изначально был Арсений, который уже давно проснулся. Он повернулся от стороны стены в другую. Попов присел на корточки, их лица встретились. — Антон, — снова позвал Арсений. Ему наконец-то отозвались: — М-м? — сил не хватало для слов, но этот звук определённо означал: «что тебе блять надо? Дай поспать». — Вставай, — начал Попов, — тебе чай или кофе? — Чай, но перед этим повеситься бы, — сказал Антон, с всё ещё закрытым глазами. — Дурак, — Арсений усмехнулся и положил руку на волосы до сих пор не проснувшегося Шастуна. Пальцы начали водить круги по голове, от этого на их губах появилась улыбка. — Ладно, виселица переносится, — Антон открывает глаза, их взгляды встречаются, — а что по времени? — Два часа дня. — Ахуеть. После того, как Антон встал с кровати, они пошли на кухню. Всё-таки надо позавтракать, или это был уже обед. Зеленоглазый сделал себе чай. Арсений же любил больше кофе. Окно на кухне было приоткрыто, свежий тёплый ветер шатал шторы и волосы. Небо было ясное, даже безоблачное, солнце светило во все тридцать два луча и давало людям тепло, которого всегда не хватало. Сидя за столом и держа кружку с чаем двумя руками, Шастун смотрел в одну точку и о чём-то думал. — Арс, — тот поднял голову на Антона, — кто мы? — Мы… — Арсений посмотрел в глаза Шастуна, — а как ты хочешь? — вопросом на вопрос. Какой ты невыносимый, Попов. Антон встал из-за стола и подошёл к крану, чтобы помыть кружку. Арсений подошёл к Шастуну и остановился в упор к спине. По Антону пробежался табун мурашек. Арсений обхватил талию парня, головой упёрся в плечо и начал дышать в шею Антону. У того слегка затряслись колени и перехватило дыхание. Он выключил воду. — Антон, — низким голосом сказал Арсений. Этот тон взбударажил зелёноглазого, от этого он развернулся лицом к лицу брюнета. Руки потянулись к шее, цепляясь за неё, как обезьянка. Антон приблизился к лицу парня, но Арсений быстрее припал к губам, сминая их. Шастун впал в объятия к брюнету, прижимая руками парня за талию и спину. Попов держал ладони на лице зелёноглазого, продолжая нежно целовать. Медленно убирая руки, Арсений отстранился и посмотрел в глаза Антона. — Так кто же мы? — улыбаясь, спросил Попов. — Счастливые.