***
Толкнув стеклянно-матовую дверь, она звшла в учительскую, опуская глаза в пол, чтобы не встретится с одетым в деловой костюм человеком. — Здравствуйте. — И тебе привет, Кэри. Как новая комната? — Кэролайн. Все отлично. Я удивлена, что у вас нашлось время меня навестить. — Пришлось перенести пару встреч, но я же должен знать, что ребёнок моего друга в порядке. Ты уже подружилась с кем—нибудь? — Скорее всего он улыбался, но разглядывать мягкий ковролин казалось более привлекательным. Ей хотелось выругаться. — Мистер Блайк. — С осторожной укоризной покачал головой, воспитатель, чьего имени она ещё не запомнила, но ровно три ночи назад, потирая бессонные глаза, рассматривала личное дело и посещенные им с рабочего компьютера сайты. — Наши психиатры работают с девочкой, но всё—же не уповайте на слишком скорые результаты. Она едва избавилась от проблем со сном. "— И от вашего наблюдения. Смотрите на повторе сколько влезет." — Да—да прошу меня извинить. — За то, что убили моих родителей? По наступившей тишине она поняла, что вертевшаяся на языке мысль выскочила на свободу. — Керолайн! — Мисс! — Воспитатель нахмурился, жестом удерживая побагрвоевешго человека за столом. — Это слишком громкие слова чтобы произносить их впустую, будьте добры проследовать в свои апартаменты и подумать о вашем поступке. Конец предложения встертил удаляющуюя спину. Нашарив в кармане голосмартфон, она выскочила в пустую, не считая звона посуды с кухник столовую. Повезло что в Ясном Лотосе технику не отбирали, скрывшись под одним из обеденных столов, и ей было с кем связаться. Гудки оборвались лишь спустя минуту ожидания, в беспроводном наушнике раздалось полусонное. - Кто там и чё надо? - Ты оставила мне свой номер. Мне можно расчитывать, что это означает готовность оказать некоторую помощь? Наёмница ответила через потраенную на понимание смысла слов паузу. - Ну, типа. - В таком случае мне нужна твоя подпись на документах о взятии под опеку. Подать заявление можно хоть сейчас, но для оформления некотрых бумаг понадобится до трёх суток. - Мелочь, блин, говори проще, я только встала! - Хорошо. - Постаравшись собрать все мысли в компактную форму, она спросила. - Ты можешь меня удочерить? На другой стороне уронили что-то металлическое и тихо выматерились. - Николь? - По телефону хулиганишь? Серьезно? - Я серьезно. - Тогда слушай сюда. - Перекатившись из положения лежа в позу для медитации, Николь произнесла как можно четче. - Я - преступница. Ты - с верхнего. На нижнем тебе опасно. Со мной - ещё опаснее. Поняла? И я не вожусь с детьми. "Вызов завершен". Наёмница провела ладонью по лицу, вглядываясь в цифры на единственном источнике света в гулкой от своего размера помещении. На нижнем уровне время суток можно было определить лишь по часам и редким проблескам неба в городском потолке. Слепо нашарив банку пива в изголовье брошегоно прямо на пол матрса, она приложила холодный метал ко лбу. - Пиздец. Если день начинается с такого... Пошли пернатый, нам надо развеяться.***
Спортивный костюм, натянутый поверх экзоскелета создавал илююзию что он чуть немнее хрупкий как было на самом деле. Даже не смотря на постоянный повтор в голове мысли что он играет не за класс варвара. он не удрежался чтобы заивстливо скользнуть взглядом по дымящему прямо на улице громиле. Из под козырька бейсболки сверкнули три глаза искаженного, причем тертий вырос не посередине лба, а прижал вниз левую бровь. Быстро отворачиваясь, Лайт ускорил шаг. Этот пункт был одним из самых глубоко опущеных, как на карте города, так и в списке, прижатый к транспортным кольцам, дальше котрых были лишь фабричные корпуса. Но перед глазами покачивался образ одноглазого брелка, такого неуместного на настоящем оружии. И когда на исписанной графити станции электрички, в глаза бросился его нарисованый близнец, страж почувствоал, что это задание он не провалит. Воткнутый в мрачный закуток под пешеходной галереей клуб пропах никотином, травкой и ядрёными ароматизаторами вейповых заправок. Полуподвальное помещение будто сплющили сверху и растянули по горизонтали, отчего люди, закованные в синтетическую кожу и мотоциклетные щитки, казались сборищем мифических горных троллей. Ещё больший сюрреализм картине придавали то и дело мелькающие в толпе искаженные. Высокий парень совершенно открыто сверкал костяными наростами на скулах и затылке, мимо ссорящихся из—за отдавленого хвоста двух шерстистых громил Лайт едва смог проскочить, машинально бормоча извинения. Шаря взглядом по толпе, он тщетно пытался выцепить из пестрящей нашивками и тату толпы хоть кого—нибудь, кто был—бы похож на черноволосую девушку с цветной прядью. "— Если конечно она ещё не перекрасилась". — Мрачно вздохнул он, при взглдяе на барменшу с ярко-фиолетывым ирокезом. Несущая признаки возраста женщина в чем-то похожем на кожаный корсет под драной джинсовкой шевельнула губами. - Что простите? - Совершеннолетний?! - Повысила та голос, перекрикивая сдобренную звуками хриплой гитары толпу. Лайт закивал и ткнув на почти неразличимый в темноте пункт меню показал один палец. Выбранный напиток пах чем-то химозным и холодил руку через стенку металлического бокала. - Эй? — Так и не решившись пить непонятно что, обратился он к безобидмону на вид, по сравнению со шкафоподобным громилой у кофейного автомата, подростку, цедящему чайного цвета жидкость из аллюминиевой стопки за столиком рядом. — Маска сегодня не появлялась? — А? Кто? — С визгливой как несмазанные качели хрипотцой отозвался подросток, сдвигая на лоб массивные очки—консервы. Под почти бесцветными глазами у него залегали такие насыщенные круги, что Лайт невольно подумал о восставших мертвецах. — Светлая кожа, волосы чёрные, фиолетовая прядь! Аномалка! - Вновь повысил он голос. — Таких половина, ты байк опиши! - Отозвался подросток гипнотизируя взглядом его бокал. — А у нее он есть? — Ты откуда сюда припёрся, гений?! Тут почти у всех есть, не знаешь байка — не найдешь и хозяйку короче. Музыка сменилась на что-то аккустическое и стало можно слышать друг-друга не пригибаясь на расстояние перегара. — Она ещё курит. Тонкие такие, вишней пахнут, как жвачка. — Бля, ну и начал бы с этого. Эй, Хребтина! Хребе—ет! — Подросток заглопнул остаток шота и подцепив испачканными в машинном масле пальцами подтаявший кубик льда, швырнул его в мутанта, кожаную куртку которого прорвал изнутри ряд толстых полупрозрачных шипов. Между остриями сверкнул короткий разряд и байкер поднял голову, отрываясь от голосмартфона в котором что—то писал несоразмерно тонким в его пальцах стилусом. — Жмурик, ты охренел?! — Кто у нас вишневой ароматкой дымит!? Знаешь!? — Проорал, пытаясь перекрыть назревающую в конце зала препалку, подросток. — Демон, Николь и Бродвей ещё! — тоже повысил голос Хребет. — А тебе нахрена!? — Да не мне, спрашивают тут. Эй, ты кто кстати? Ответ спрыгнул с языка прежде чем Лайт успел его обдумать. — Пегас. Шум в зале как раз приугас и голос стража прозвучал неожиданно громко. — Опять? Да вы новички заебали уже под этих айдолов с верхнего косить. Флаттершай будешь, раз такой оригинал. — Проворчал Хребет, вновь утыкаясь в экран. В спину красного от возмущения Лайта прилетел острый локоть. Радостно гогочущий Жмур отсалютовал уже другим, тоже металличесим бокалом. И вдруг посерьёзнев оперся на плечо стража и зашептал. - Никс там, на сцене, только ты если что на улице с ней говори, окей? Мне кровь с потолка отмывать не в кайф ваще вот будет. Кивнув, Лайт нырнул в сторону протянутой Жмуром руки и только протолкнувшись сквозь первый ряд толпы вспоминл. "- Чёрт, он же взял мой напиток!" Попытавшись успокоить себя мыслями из кодекса война дракона, где говорилось о великодушии он расслышал песню. БЕГЕМОТ То что Жмур назвал сценой на едле оказалось сложенными друг на друга поддонами под накинутым сверху куском пластика. Протолкав себе путь через покачивающуюся в такт песне толпу, страж увидел знакомого цвета челку. Гитаристка выбила несколько мелодичных рифов. И дергая ногой в такт метроному из колонки на занимающем едва ли не половин сцены диджейского пульта запела вновь. БЕГЕМОТ Кто-то из байкеров закинул ему на плечо руку, маленькая толпа покаичвалась из стороны в сторону и прихватила стража с собой. Николь слабо напоминала себя в огромных красно—розовых очках, без маски и без укрупняющего силуэт пальто. Но и та часть лица что он запомнил и голос были точь в точь те, что и в день, когда Стражи потеряли аномального ребёнка. Руки в доходящих до локтя беспальцевых перчатках взяли длинный мелодичный перебор. На открытых взглядам плечах теснились разномастные татуировки, набитые так густо что перекрывали друг-друга. БЕГЕМОТ Блики развешанных позади сцены диодных лент на очках прятали глаза, но колкий будто нож у горла взгляд отозвался холодом в зоне контактной пластины. Что-то сказав диджею, наёмница сунула гитару парню в блестящей от количества шипов косухе и растворилась среди людей. Страж встал на носки, как мог вытягивая шею, но полумрак и кожаные куртки надёжно закрывали весь обзор. Мощным рывком за его сбили с ног и потащили сквозь толпу.