By your side

На улице была мерзкая осень, холодный ветер поднимал полы пальто, и вместе с тем, обжигал холодом кожу. Дома было всяко теплее, но из-за одиночества и тоски, всё это тепло не ощущалось. Мориарти же подогнул ноги к груди и уткнулся в колени, когда сидел в пустом поместье. Он уже выпил несколько кружек чая, теперь переключился на вино. Было облегчение в том, что его никто не видел в этом состоянии. Остаться в Дареме было неплохим решением. Иногда он вслушивался в завывающий ветер что гулял и тут и там. Убеждая себя, что завтра обязательно всё станет лучше. Но лучше с каждым днём не становилось. Уильяму казалось, что он вообще лишился сил что-либо делать. — Как же я ненавижу это всё… — бокал выпал из его руки, глухо стукнулся о ковёр и немного покатился, проливая остатки содержимого. Хотелось уснуть и больше не просыпаться. Не видеть наглых лиц остальных дворян, не видеть ничего вообще. Сердце словно рвало когтями, вот он, Преступный Лорд во всей красе. В одиночестве, в пустом доме, думает о том, как бы поскорее исчезнуть. Льюис будет фыркать на тёмные пятна, но сейчас ему всё равно. У Уильяма, мысли совсем о другом. Когда он поднимает голову, чтобы посмотреть на свои руки, он не видит на них ничего кроме крови. В голове лишь едкий смех собственной тьмы. Чудовище, монстр, дьявол… Какими там ещё словами пугают детей если те не слушаются? И какими словами называют тех, кто совершает подобные нечеловеческие поступки. Уильям чувствовал, как внутри него, зарождается очередная волна отвращения. Он не хотел читать книги, не хотел заниматься решением очередных вопросов. Хотелось лечь и лежать, смотря в потолок, мечтая о чём-то несбыточном. С другой стороны, кто-то успокаивал его, говорил, что так надо, что потом уже будет всё равно. Надо всего лишь подождать. Уильям устал ждать, он просто закрывает глаза на время, пытаясь избавиться от мыслей. Это ни разу не помогает. Как назло, в его разуме появляются только новые идеи и новые сценарии. И так по кругу. Каждую чёртову ночь, он ждёт, когда его ум перестанет функционировать настолько, что он уснёт, не обращая внимания ни на что. Вслушиваясь в завывания ветра, он мрачно и довольно криво улыбается. Этот ветер, похож на голос, Уильям не понимает, что он пытается ему сказать. Может быть, это голос всех тех мертвецов, что иногда приходят во снах, и просто статично смотрят на него. После чего, их лица искажаются в ужасной гримасе, как-будто надевают театральные маски. От слабого света камина, комната ощущается мрачной и тяжёлой, скоро огонь потухнет и станет совсем темно. Он не заботится об этом. Нужно было бы идти в спальню, готовиться ко сну, ведь от пустых размышлений толку мало. Ноги ощущались словно чугун. Возможно, это от алкоголя, возможно, это потому что Уильям настолько устал морально, что физически, его части тела отказывались нормально двигаться. Он не знал. Когда мужчина встал, то перед глазами замелькали яркие круги, и всё поплыло. Равновесие удержать было трудно, поэтому пришлось ухватиться за столик стоящий рядом. Тяжело дыша, Уильям зажмуривает глаза, и пытается переждать, пока головокружение пройдёт. Только этого ему не хватало. Хотя, это, скорее всего, просто от недостатка сна и от того, что он резко встал с дивана. Да это просто всё потому, что он плохо спит. Когда он поспит, всё станет лучше. Ведь недаром говорят, что сон лекарство от всех болезней. Кое-как восстановив обзор перед собой, когда круги перестали прыгать туда-сюда. Мориарти только сейчас заметил, что в комнате на него уставились мертвецы. Они были призрачными, но ощущались как что-то реальное. И они просто молча смотрели, статично, как в кошмарах, не шевелясь. Их ярко-красные глаза были широко распахнуты, как и рты, похожие на зияющую пустоту. Уилл уже не впервой, видит подобное, но сейчас эти галлюцинации не связаны с тем, что у него снова сонный паралич. Он точно НЕ спит, так какого хрена?! Это всё действие алкоголя… Это всё из-за него. Надо будет узнать у Альберта, что это за марка вина, и выбросить целый ящик этой дряни, с третьего этажа, желательно. Сердце бешено бьётся в груди, он определённо не знает, что делать, куда бежать, смотрит словно прикованный. Мужчина не удерживается, и не замечает, как рука соскальзывает, он едва не падает на пол, другой рукой, случайно попадает прямо на упавший бокал, от чего тот с мерзким хрустом ломается, и острые осколки впиваются прямо в ладонь… — Ауч… Сука! — Лиам не заботится о том, какие слова вырвались у него изо рта. Вежливость и «аристократичность» он выбросил на дальнюю полку, сегодня вечером. Боль отрезвляет, и встав, он не заботится об осколках на полу, но те, что порезали руку и воткнулись глубоко в кожу, всё же вытаскивает кое-как. Теперь же, на его руках вполне реальная кровь, а не фантомная. Даже если своя собственная. Только спустя время, он замечает, что пятна крови на ковре похожи на буквы, а конкретно прослеживаются очертания слова начинающееся на: «Devi» Уильям скрипит зубами, а потом просто встаёт, и быстрым шагом прижимая руку к себе, идёт в свою спальню. Ему срочно нужно промыть рану и точно лечь спать. Он чуть ли не бегом скрывается за знакомой дверью, когда-та появляется в поле зрения. Мужчина запирается, тяжело дыша, а потом, так же быстро открывает окно, совсем немного, чтобы впустить свежий ночной воздух. Дождь на улице уже лил не так сильно, скорее просто моросил. И вскоре он идёт в ванную. Перед зеркалом он снова замирает, отмечая, как паршиво выглядит. В собственном доме испугался кучки видений. До чего же жалкий... Неприятный ком в горле заставляет, чуть ли не хватать ртом кислород. Но после, отвлекшись, он включает воду, и молится, чтобы вместо неё не полилась кровь. Когда он обрабатывает руку и оборачивает бинтом, становится легче. Умыв лицо, он вытирает его полотенцем. Кажется, спокойствие вновь возвращается. Пока дворянин умывался, то окно в комнату приоткрылось ещё шире, и туда кто-то пробрался. Когда Мориарти вернулся в спальню, он готов был снова испугаться, но увидев знакомое лицо, посмотрел на того, закатив глаза. — И чего ты тут забыл? Я вроде, тебя в гости не приглашал, — Уильям хотел злиться, и он действительно был раздражён, что Шерлок даже не соизволил постучаться, или хотя бы как-то его предупредить. Он и так в эту ночь готов был упасть в обморок. А такими темпами может и до инсульта дойти. — Прости-прости. Я не хотел тебя напугать. Просто подумал, что тебе нужно составить компанию. Шерлок нелепо смеётся, и стаскивает с себя влажный плащ, а сам садится на стул, стоящий рядом с кроватью. Позднее, он обращает внимание на руку Лиама и нахмуривается, — Что случилось? Ты порезался? — Уильям ничего не отвечает и просто садится на кровать, пытаясь хоть как-то прийти в себя. — Какая, тебе чёрт побери, разница? Оставь меня в покое. Я сегодня не принимаю гостей. Он склонил голову, ощущая, что она снова начинает болеть, опять чёртов смех проносится эхом, от чего Мориарти обхватывает её, пытаясь хоть как-то заткнуть его. Тяжёлое и сбивчивое дыхание, напрягает Шерлока, и он подходит к комоду, ища какой-то пузырёк, а потом вспоминает, что у него с собой есть разбавленный Лауданум. Достав нужную вещь, он вскоре даёт его Лиаму, и тот, поморщившись, от отчётливого опиумного вкуса, глотает с силой, после чего приходит в норму постепенно. — Теперь ты мне расскажешь, какого хрена творится? — Шерлок закуривает сигарету около открытого окна. — Ничего такого, просто головные боли, — Уильям не собирается рассказывать ему всех подробностей. Хотя он знает, что если Холмсу до чего-то нужно докопаться, он не будет спрашивать разрешения. — Я же вижу, что с тобой не всё в норме, Лиам, сколько ты спал? — он, потушив сигарету, подходит ближе и садится рядом на краю постели. Шерлок пытается говорить как можно мягче, чтобы не разозлить того ещё больше. Уильям внутри себя смеётся, "спал"? Какой сон, когда его мозг вечно работает не переставая. Когда приходится выжимать из себя все соки, чтобы хоть как-то повлиять, на чёртов сословный строй. Уильям Мориарти, не знает что такое нормальный сон. — А тебе какое, собственно, дело до меня? А? Если собрался наниматься в няньки, то боюсь огорчить, я уже не маленький! Он огрызается, не заботясь о приличиях, Шерлока похоже это не удивляет. Тот только терпеливо смотрит, от чего Уильяму на мгновение становится даже стыдно. Хотя ведь, он не может вечно быть улыбчивым, и говорить исключительно вежливо. — Извини, я не хотел кричать… — его лицо снова становится измученным и грустным, Холмс просто смотрит и потом обнимает. Без лишних слов или упрёков. Уильям на мгновение теряет дар речи. Он не знает, как ему реагировать, но слабость берёт своё. Парень осторожно обнимает в ответ, становится даже спокойнее. — Вот так, обычно, меня пытался так Джон успокоить, но я не давался ему, поэтому он оставался ни с чем. — Почему ты обнял меня, если не любишь прикосновения? — Уильям утыкается в чужое плечо. Пахнет приятно. — Потому что я вижу, что тебе это нужно, прости, если я слишком многое себе позволяю. Уильям отрицательно мотает головой, и вжимается сильнее, не смотря на то, что он чувствует ненависть мертвецов на себе, не смотря на то, что он Дьявол, этот человек всё равно пришёл к нему, когда он даже его не ждал. Не молился о нём. Не смотря на то, что Уильям был не в настроении. Шерлок всё равно остался рядом. — Тебе нужно отдохнуть, Лиам. Если что, я побуду рядом с тобой, если вдруг… Уильям резко перебивает его, — Мне привиделось, что на меня смотрят призраки, я потерял равновесие в гостиной, и упал прямо на пол почти, а рукой раздавил бокал. Голова закружилась. Потом на ковре, увидел очертания слова: «Дьявол»… Я… мне плохо… Шерлок выслушивает внимательно, и гладит по голове, после чувствует, как мужчина в его объятиях вздрагивает судорожно и плачет, — Прости… Я не хотел… Я так устал… — Уильям, кажется, пытается взять себя в руки, но не может. Глаза просто слезятся сами собой, а из горла вылетает лишь уродливый крик. Холмс продолжает просто утешать его, ничего не говоря, он хотел бы сейчас как-то его успокоить, но знает, что Уильяму нужно выпустить всё что накопилось, это было важно. Поэтому, самое лучшее, что он мог придумать, это продолжать поглаживать его, и просто быть рядом. — Посмотри на меня, пожалуйста, — Мориарти поднимает голову и смотрит своими заплаканными глазами. Он кусает обветренные губы, а потом, ощущает лёгкое прикосновение, поцелуй в лоб. — Я всегда буду на твоей стороне, что бы не случилось. Ты можешь это исправить, Лиам. Вот так, всё хорошо, никакой ты не Дьявол… Уильям чувствует, как тело тяжелеет, а веки закрываются сами собой, — Не… дь…я…вол… — произносит он, и вскоре засыпает прямо на Шерлоке. Холмс улыбается и перекладывает Уильяма на кровать нормально, и наблюдает, как тот уже сопит. Лауданум подействовал неплохо, и детектив решает остаться до раннего утра, чтобы ничто не мешало Лиаму отдохнуть. Потом, перед уходом, он обязательно оставит записку. Чтобы Уилл не счёл его ещё одним призраком.