До встречи в МХЛ

— Выход один на один, Шастун обходит Козловского, передает шайбу Щербакову, Щербаков вырывается к воротам, передает обратно Шастуну, какой момент! Хочу отметить, что сегодня бурановцы уделяют огромное внимание обороне, по сравнению с предыдущей игрой. Шастун доезжает до ворот, опасный момент… Го-о-ол! Шайба в воротах! Антон Шастун, десятый номер, капитан ХК «Буран», Воронеж, после великолепной передачи от нападающего Алексея Щербакова из-за ворот закрывает игру со счетом 6-5 на последней секунде матча. Какая игра, вы сами все видели, дорогие телезрители. А я, комментатор сегодняшнего матча Артем Красовцев, вынужден с вами попрощаться и до встречи на следующей неделе на одной четвертой плей-офф чемпионата Молодежной Хоккейной Лиги. Всем пока. Антон устало заходит в раздевалку, садится на лавку и запрокидывает голову, прикрывая глаза. Шум трибун от их победы раскатом заполняет небольшое помещение, ударяется о бетонные стены и проносится дальше по коридору. Где-то вдалеке ревом слышны крики болельщиков, скандирующих их главную фанатскую кричалку: Буран — это я! Буран — это мы! Буран — это лучшие люди страны! Несмотря на всеобщее ликование, Антон не хочет выходить на лед, где вся его команда с упоением празднует победу, купаясь в лучах славы сегодняшнего матча. А им точно есть, что праздновать — уже четыре игры подряд они выходят победителями, чего не было со времен победной серии игр в девяносто восьмом — тогда Бурану удалось выйти в плей-офф молодежной хоккейной лиги без единого поражения и забрать себе кубок Харламова: тот теперь гордо украшает ледовый дворец, где Антон проводит шесть дней в неделю, тренируясь вместе со своей командой. Как и бывает, вкус победы немного приедается, когда ты так старательно и упорно занимаешься, зарабатывая синяки, ссадины и переломанные конечности, усердно пытаясь вывести ребят к успеху. Антон аккуратно снимает шлем и разглядывает свое отражение в зеркале напротив: уставшие глаза, намокшая челка, прилипшая ко лбу, делает его завитушки еще более неаккуратными, а уши еще более оттопыренными. Но, несмотря на все сказанное, Антон улыбается, понимая, каким тяжелым трудом ему досталась каждая победа, каждая шайба, забитая Щербаковым, который любит поспать и вечно опаздывать на тренировки. Каждый поворот Сабурова, который забывает, что он стоит на воротах и в самый последний момент, не щадя сердце и голосовые связки Шастуна, отбивает любую брошенную шайбу. Он знает, с каким трудом занимается Косицын, недавно повредивший руку на последних сборах в Чехии, но уже через две недели крепко стоящий на льду, прорывает оборону противника. У них нет права на ошибку — впереди только победа, и Антон готов сделать все, чтобы получить заветный кубок в тренерскую, которая и так переполнена всевозможными наградами. Шастун снимает перчатки и вытирает изрядно вспотевшие ладошки — у него с детства так: стоит лишь немного перенервничать, и его руками можно орошать все грядки в деревне у бабушки, старательно выращивающей клубнику, которую так любит ее внук. Потихоньку команда начинает заваливаться в раздевалку, радостно обсуждая сегодняшнюю игру. — Нет, ну вы видели, как я сегодня их уделал? — бросая шлем на лавку, восторженно говорит Стогниенко. — Он же почти перегородил мне дорогу, но я отправил эту гребаную голевую передачу. — Молодец, Миша, ты сегодня в ударе, — похлопав по плечу сокомандника, говорит Равдин. Сам он сегодня провел на льду каких-то десять минут, а потом, после неудачного броска, повредил руку и все оставшееся время сидел на скамейке и вместе со всем стадионом орал кричалки. — Шаст, а ты чего с нами не остался? — Устал, — не вдаваясь в подробности, отвечает Антон, и начинает переодеваться. Стянув с себя новенькую форму, выданную аккурат перед турниром, он быстро закидывает ее в спортивную сумку, берет полотенце, гель для душа, надевает наушники и идет по длинному коридору, чтобы поскорее смыть с себя остатки тяжелой недели. У Антона есть ритуал — после каждой игры он надевает водонепроницаемые наушники и включает свой любимый плейлист. Там, в этом узком маленьком пространстве, по размерам сравнимым разве что с картонной коробкой Чебурашки, он может на некоторое время отвлечься от повседневной рутины и хорошенько проораться под Linkin Park, зачитать Касту или звонко распевать сквозь шум воды, что нужно взглянуть на небо и посмотреть, как плывут облака. Шастун наспех смывает с себя аромат усталости и бессонницы, заменяя его, кажется, лавандой и чем-то восточным, и выходит в раздевалку, где Нурлан открывает уже третий батончик мюсли, желая восполнить, кажется, годовой запас энергии. — Нур, опять живот болеть будет, выкинь каку. Парни, соберите весь инвентарь и унесите в кладовку, завтра мелкие с утра занимаются. Кос, завтра ты можешь отдыхать, побереги руку. — Хорошо, мамочка, — хором отвечают парни и начинают дико ржать, дружно уходя в сторону душа. Антон спешно натягивает свой любимый счастливый свитер, джинсы, накидывает жилетку и, скинув остатки вещей в сумку, поворачивается к Лехе, окидывает того слегка мутным взглядом и протягивает ему руку для их коронного рукопожатия. — Тебя домой закинуть? — Нет, Шаст, я прогуляюсь, спасибо, — отвлекаясь от сборки клюшек, бубнит Щербаков. — Ты лучше езжай и отоспись, на тебя смотреть страшно. Ты как заебавшаяся лиса из мема. До завтра, Ларе привет. Шастун выходит из здания и вприпрыжку бежит в сторону машины, чтобы поскорее убраться отсюда — хватит ему ежедневных тренировок, а отсутствие пива в организме плохо влияет на его мыслительные процессы — он слишком сильно загоняется из-за отсутствия личного времени, личного пространства и личной жизни. Не дойдя каких-то жалких пару метров до своей ласточки, Антон слышит звонок. Шаст не ожидает подставы (десять вечера, между прочим, какого хера), поэтому чуть не роняет мобилу и, в попытках спасти несчастный телефон, с грацией картошки падает на асфальт аккурат у двери своей машины. — Чертовы звонки так поздно, алло! — Антон Андреевич Шастун? — раздается приятный женский голос на другом конце провода, явно обескураженый подобным приветствием. — Меня зовут Арина Романова, я журналист газеты «Спортивная правда». Мы сейчас пишем статью о чемпионате МХЛ и хотим взять у вас интервью. Но я вижу, что не вовремя звоню, — смущается девушка, — простите, если отвлекла. — Это вы меня простите, не ожидал звонка. А почему у меня? — Шастун зажимает телефон ухом и, держа в одной руке сумку, другой нещадно пытается нащупать ключи на асфальте. — У нас есть тренер, он лучше сможет ответить на ваши вопросы. — Да, я понимаю, что это немного нестандартный формат, но мы хотим поговорить именно с вами. Вы молодой капитан команды и имеете все шансы выиграть этот турнир. Антон, я в вас верю, — слегка шепотом произносит журналистка. — Тогда я просто обязан победить, Арина, — попытавшись пофлиртовать, говорит горе-романтик, но вместо этого только что героически найденные ключи снова выпадают из рук. — Завтра в двенадцать будет удобно? — Да, спасибо вам, Антон. Я приеду на стадион. До свидания. — Пока, — говорит Антон потухшей телефонной трубке и, чертыхаясь, продолжает поиски. Антон заводит свою Шевроле Лачетти, ласково называя ее Лачуга, и медленно направляется в сторону дома. На свою машину парень накопил сам. Родители предлагали ему на восемнадцатилетие подарить новенькую камри, но он, узнав об их намерении, завел свою обычную шарманку, мол, все сам, я не маленький мальчик. Так и проработал, откладывая с небольших шабашек и стипендии. Вообще, Антон к своим девятнадцати годам из веселого, кудрявого, розовощекого парня с широченной улыбкой и маленькими, кошачьими зубками, вырастает в двухметровую гиперответственную мать двадцати непоседливых детей, как та обезьянка из мультика про бешеных обезьянят. Теперь он умудряется не только следить за каждым из них, чтобы никто не прогулял, не сломал себе ничего, не отъехал кукушечкой во время летних сборов, но и хорошо учиться, следить за машиной, мониторить все выигрышные стратегии, улыбаться во все тридцать два зуба поклонникам и побеждать, побеждать, побеждать. Серьезно, для Антона, кажется, в жизни нет ничего важнее победы — стартует ли он с какими-то малолетками на светофоре, играет в бирпонг или участвует в конкурсе макраме — Шастун точно найдет, как по японской технике сплести за полчаса костюм гладиатора со всеми вставками, реалистичностью и даже поищет железные пластины, чтобы бедный гладиатор не погиб в бою за сердце принцессы. А еще обязательно свяжет ему туда маленький кармашек, чтобы положить белковую печеньку. Не дай бог рыцарь в хилых доспехах погибнет на поле с голодухи. Живот предательски урчит, заглушая тихие звуки музыки рокотом стаи китов, которые бьются уже третий день в море в поисках провизии. Надо скорее домой — там мама, она точно уже приготовила его любимую картофельную запеканку. У них в семье есть традиция — после каждой важной игры Майя Олеговна готовит вкусную еду, папа отпрашивается с работы и они проводят вместе вечер за просмотром последних фильмов. Зайдя в квартиру, Антон скидывает свои белые кеды и направляется в сторону комнаты. Блаженно улыбнувшись и почувствовав запах той самой запеканки, он быстро переодевается в домашнее и идет в сторону кухни. — Привет, мам, — он слегка приобнимает женщину сзади и целует ее в макушку, ведь детина вымахала под два метра, а Майя так и осталась миниатюрной женщиной с добрым взглядом и паутинкой у глаз. — Привет, дорогой. Разделся уже? Как игра? — спрашивает заботливо мама, вытирая руки о кухонное полотенце. — Ну куда ты кусочничаешь, иди давай мой руки и садись за стол. Отца только позови. — Сейчас, мам, — кричит уже из коридора Антон. — Пап, я вернулся, пошли есть. После вкусного ужина и недолгого просмотра кино, Майя прощается с семьей, целует сына и идет спать. Маленькая стрелка часов подползает к двенадцати, когда каждый разбредается по своим комнатам и, нацелившись на хороший сон, ложится спать. Антон никогда не видит сны, но сегодня он катается жопой на ледянке под звонкий смех своего некогда близкого друга. Во сне его приятель является нечеткой фигурой, которая стоит где-то за спиной и подбадривает его подозрительно странным взрослым голосом. — Шаст, начни уже отдыхать, ну серьезно. Жизнь по режиму, конечно, хорошо. Дисциплина и другие бла-бла, но когда последний раз ты напивался до тумана в голове? Я знаю, ты выиграешь этот турнир. И получишь свой красный диплом. Очень хорошо, что есть друзья рядом, но тебе же не это нужно, верно? Отдохни, а я подстрахую, если нужно.

***

Наутро Антон ничего не помнит, но чувствует себя подозрительно бодрым и отдохнувшим. Наспех собравшись в институт, он заводит Лачугу и, отгрызая остатки бутерброда, второй рукой пытается натянуть на себя кеды. Сегодняшний день ничем не отличается от других — Антон встает с пением воображаемых птичек, как в сказке про Золушку, однако птички не настоящие, а лишь на смартфоне, да и злой мачехи у него нет. Но перебирать ежедневно просо от мака ему приходится — золотым медалистом просто так не станешь, да и феи крестной у него также нет. После пары он сбегает на тренировку, с разрешения деканата, конечно же, — он у них гордость института, отличник, спортсмен. Администрация выдала ему заветную бумажку со свободным посещением универа, но это не мешает Антону после долгих тренировок наверстывать пропущенное дома, корпя за учебниками, пока та самая стрелка не дойдет до двенадцати часов или пока его подруга Лара не придет и не заберет его на улицу таскаться по кафешкам, ночным переулкам или просто сидеть на диване, молча глядя в окно. Она повесила ему в комнату новогодние гирлянды и теперь включает их каждый раз, когда кому-то из ребят становится грустно — тогда кажется, что маленькие лампочки забирают всю тревогу и усталость, которые грузом скапливаются в течение долгого дня. Подъезжая к дворцу, он замечает неизвестную ему машину: огромную иномарку с люком на крыше. Антон всю жизнь мечтает о Шевроле Тахо, (или Трахо, как называли ее сокомандники). Немного залипнув на авто, он вспоминает про время и бежит в сторону раздевалки. На часах 12:10. Зайдя в помещение, он первым делом видит, как незнакомая девушка рассматривает их грамоты, некогда повешенные тренером для поднятия духа. — Здравствуйте, вы, наверное, та самая Арина? — Антон улыбается и протягивает руку. — Ой, а я вас не заметила, — смущается девушка, поправив русую прядь. — А вы, я так понимаю, тот самый Антон. Очень приятно, — улыбается она. — Ну что, приступим? — Да, конечно. Проходите пока на трибуны, я подойду через пять минут, — произносит Шаст, снимая толстовку и забрасывая ее в шкафчик. Шастун наспех натягивает форму, хватает клюшку и выходит в сторону трибун, где Арина уже успевает уместиться на лавке рядом с выходом на лед. — Красиво у вас тут, — произносит девушка, включая диктофон и открывая нежно-розовый ежедневник, который никак не сочетается с огромной черной пацанской машиной. — Антон, мы все давно следим за вашими успехами. А расскажите немного о себе. Не об успехах на льду, а именно о себе. Какую музыку вы любите? — Вы уверены, что хотите это знать? — смеется Шастун. — Если я скажу, что одинаково могу слушать СкарЛорд и Сережу Лазарева, это не сильно отпугнет ваших читателей? — О нет, вы что. Я сама люблю такое. — Лазарева? — Нет, я про Мариуса, — улыбается девушка. — Я подготовилась и узнала, что вы не только спортсмен, но еще и отлично учитесь. Не тяжело совмещать? — А еще я феноменально умею открывать пиво глазом, — смеется Антон. — Шучу, глазом не пробовал. Нет, совсем не сложно, — вспоминая бессонные ночи на первом курсе, огромные мешки под глазами и желание броситься под любую проезжающую машину, продолжает он. — А вообще, когда живешь по режиму, это становится как-то незаметно. Просто ставишь цель, делаешь и все. — А как же личная жизнь? С таким графиком, как у вас, невероятно сложно совмещать столько дел. — С этим как раз все просто. Вы правильно подметили, Арина, девушки не для меня. — Вы, э-э-э, ну, вообще? — смущается девушка, едва округлив глаза. — Нет, вы не подумайте, я нормально отношусь к подобному. — О нет, что вы, Арина. Не хочу расстраивать мужчин, но я по противоположному полу. Просто вы правы, с таким графиком это невозможно, — улыбнувшись в свои тридцать два зуба, говорит Шаст. — Но тут дело выбора каждого. Либо успех, либо личная во всех смыслах жизнь, и я свой выбор сделал. — А что вы скажете про своих соперников — питерское Динамо? Они показывают отличные результаты и уверенно двигаются по турнирной сетке. — Да, я слышал про них, но мы не пересекались с ними еще, а следить за играми других спортсменов, не взявших кубок, у меня нет времени. — Ну я бы посоветовала вам присмотреться к ним. С заменой тренера в прошлом году, команда лидирует во всех чемпионатах. Кстати, их капитан тоже из нашего города, но потом переехал в Питер. Арсений Попов, возможно, знаете его? Антону кажется, что он ослышался. Встряхнув головой, он переводит взгляд на трибуны, затем обратно на девушку, и переспрашивает. — Кто? — Ну, Арсений Попов, капитан команды Динамо. Они идут с таким же общим счетом, как у вас. Ему, кстати, тоже девятнадцать лет, вроде, одна возрастная категория в спорте. Вот я и подумала, может, слышали о нем ранее? Антона отбрасывает на много лет назад. В детстве, когда его отец был не настолько занят на работе, они часто гуляли на детской площадке, рядом с которой была заветная хоккейная коробка. Тогда-то, в новогодние праздники, дед Мороз, очень похожий на Андрея, принес маленькому Антону его первые коньки. Всю зиму они учились кататься, постоянно падая и разбивая несчастные коленки, но затапливая весь двор детским смехом, на который однажды прибежал маленький пацан лет семи, укутанный заботливой мамой с головы до ног в шарф. Он около недели смотрел, как отец и сын весело катаются на коньках, а потом однажды вечером пришел за руку со своей мамой и новенькими коньками, долго зашнуровывая непослушные завязки и не желая принимать помощи. В тот вечер нужного знакомства не произошло — парни негласно разделили коробку на две половины и каждый катался на своей части, украдкой подглядывая за успехом друг друга. Через пару дней, все же немного привыкнув к ежедневным совместно-отдаленным тренировкам, маленький Антон подкатил к надутому, как ежик, пацану. Молча протянув свою детскую ручку в варежке на резинках, заботливо надетыми мамой перед выходом, он посмотрел на его смешные черные завитушки, торчащие из-под шапки, и гордо произнес: — Антон. Малой долго разглядывал сначала протянутую руку, а потом улыбнулся во всю оставшуюся половину молочных зубов, которые совсем недавно стали выпадать, и громко крикнул: — Я Алсений. Так и завязалась дружба на года. Откатавшись всю зиму на коньках и показывая явные успехи, парни продолжили весной лепить снеговиков из сильно подтаявшего, грязного снега; летом бегать с палкой за крапивой и торговать волшебными камнями за листочки от березы. Осенью они вместе пошли в первый класс, сев за одну парту на первом ряду. От хулиганов в третьем классе они решили защищаться вместе, взяв палку побольше и гуляя с ней с утра до вечера. Конечно же, никаких хулиганов не было, но подросшему Арсению нравилось думать, что он защищает их дружбу от всяких вредных мальчишек, жаждущих забрать у него Антона и бутерброды, которые мама положила ему на тренировку, чтобы они не проголодались. Зимой они так же продолжали кататься на коньках, взяв в руки старую дедушкину клюшку и по очереди забивая камень в ворота. Со временем у них появилась некая команда поддержки: ребята из соседнего с Антоном подъезда, брат и сестра, которые смотрели с восторгом сначала из-за ограждения, а потом уже на самом поле, звонко выкрикивая кричалки. Лара, так звали младшую, придумывала разные стишки, которые лились на весь ночной по их меркам двор. А Леша, на два года старше нее, выпросил у родителей коньки и гордо встал играть с ними в импровизированный хоккей. Родители, видя их рвение, посовещались и отдали парней в местный хоккейный клуб, капитаном которого сейчас и является Антон Шастун. А Леша Щербаков — его правая рука и нападающий — тренируется с ним уже долгие девять лет, за которые они становятся настоящими братьями и оберегают уже боевую Лару. Хотя она сама может постоять за себя и дать пинка назойливым поклонникам. Арсений же занимался с ними еще год, но потом его родители спешно переехали в Питер — его папе предложили должность главного инженера на каком-то местном заводе, от чего семья быстро собрала свои пожитки, продала квартиру и уехала в туманную столицу, оборвав связь между друзьями. Антон недолго горевал: писал письма, выводя аккуратным почерком «Арсению Попову, моему другу» на конверте, облизывал уголки и заклеивал его марками, но потом письма прекратились, как и наличие Арсения в его жизни. В детстве, когда ты ежедневно видишь миллион новых людей, получаешь килотонну информации и можешь подружиться с любым человеком, за пять минут став его лучшим другом, воспоминания быстро стираются. Лёха Щербаков уже несколько лет встречается с девушкой Евой, которая по совместительству является лучшей подругой Ларисы. Писаная красавица, от такой, как говорят, глаз не оторвать. Леша добивался ее несколько месяцев, а потом все решил банальный случай: девчонки возвращались после школы домой, как к ним стал приставать бомжеватого вида подвыпивший сосед. Антон с Лехой тогда шли с тренировки, но, услышав крики, бросились грудью на амбразуру защищать честь и достоинство. Как потом оказалось, бедному Анатолию Семеновичу нужно было лишь пятьдесят рублей на «некую покупку», но выговорить этого словами через рот он так и не смог, чем сильно напугал девчонок. Антон сунул ему купюру и повел разбушевавшуюся Лару домой, а она, между прочим, пыталась отхреначить старика своей сумкой. Чуть позже Шаст обнаружил, что те самые пятьдесят рублей так и остались у него в кармане, а вот несчастная пятитысячная купюра, бережно отложенная на черный день, радовала еще не один вечер счастливого соседа. Ева в тот день оттаяла, поцеловала в щеку своего спасителя, и вот уже третий год они планируют свою жизнь где-то в Канаде, подальше от России, чтобы можно было и в хоккей играть на профессиональном уровне, и путевку в жизнь получить. Так и разделились. Все свое свободное время Антон теперь проводит с Ларой: смотрит новых мстителей, играет в приставку или сплетничает о ее новых ухажерах, которые не задерживались у нее дольше полугода. Но это не расстраивает Лару — она вообще легкая на подъем, отличница и все свое время забивает учебой и предстоящими экзаменами. Став лучшей подругой Антона, теперь она вечерами забегает к нему домой и подставляет свое сильное не по-девичьи, но оттого не менее хрупкое плечо в тяжелые моменты, когда делать что-то не особо хочется. Они могут просидеть всю ночь в темноте комнаты, глядя на яркие фонари за окном и молчать, положив голову на плечо друг другу. Лара — красивая, миниатюрная блондинка с горящими глазами, с целой планетой в голове и нескончаемым фонтаном идей. Она может легко заткнуть любого недалекого человека, который посягает на ее личные границы и честь ее друзей. Вообще, они с Арсением очень похожи: одинаковые характеры, одинаковые шутки, понятные только им, не по годам острый ум и храброе сердце, не подпускающее никого постороннего на расстояние ближе пяти метров. Чтобы заслужить их дружбу, нужно пройти огонь, воду, медные трубы, испытание форт боярд и иметь хотя бы зачатки интеллекта. Именно поэтому у них так мало настоящих друзей, но за их спокойную жизнь ребята переломали бы все ноги или убили одним лишь взглядом. Иногда Антону кажется, что отъезд Арсения дался ему так легко потому, что с ним рядом оказался человек, так похожий на его некогда лучшего друга.

***

— Не то слово, Арина, знакомы. Но я давно не слышал о нем ничего. Не думал, что он продолжает играть, мы вместе начинали. — Ну вот, Антон. Это отличный повод вспомнить старого друга, — улыбается девушка. — А теперь давайте к игре… Всю тренировку Антон безбожно залипает, гоняя в голове мысли. Надо же, Арс продолжает играть. А какой он? Он вспоминал о нем? А как у него дела, как жизнь сложилась? Воспоминания настолько затапливают Антона, что он пропускает две передачи от Лехи и решает, что сегодня они закончат тренировку пораньше. Добравшись до дома, он первым делом пишет Ларе, чтобы она пришла — они не виделись неделю, так как девушка готовилась к пробному сочинению, и ей точно нужен небольшой перерыв. Затаскивая подругу с порога в свою комнату и закрывая дверь на замок, он падает на кровать и долго смотрит в окно, игнорируя приходящие уведомления на телефон. — Ну, не томи, Шаст, что случилось? — Да все нормально, Лар. Сегодня давал интервью и мне рассказали очень интересную вещь. Ты знала, что Арс не бросил хоккей? Он продолжает играть, более того он играет за питерское Динамо и они идут по турнирной сетке вверх с тем же количеством очков, что и у нас. — Арс, тот самый? Ты не шутишь? — озадаченно смотрит на него девушка. — Вот это новости. Ты расстроен? — А? — задумавшись, переспрашивает Антон, и отрывается от столь интересного окна. — Нет, почему мне надо расстраиваться? Просто странно как-то это все. Прошло столько лет, а он даже не объявлялся. Круто, конечно, надо посмотреть, как он играет. — А ты не пытался его найти? Я понимаю, что вы были маленькие, но сейчас то, в эпоху соцсетей, можно найти любого. — Лар, ты же знаешь, я там почти не сижу, только твиттер. Я даже не знаю, как там искать в этом твоем Контакте, — начинает Шастун, но Лара его уже опережает: — Арсений Попов, девятнадцать лет, СПбГЭУ. Капитан сборной хоккейного клуба Динамо. Есть собака Лаки, часто тусуется на Ваське. Ссылку на инсту скинула тебе в телегу. А он красавчик. — смеется подруга. — Надо будет ему написать, хотя, вряд ли он меня вспомнит. — Лаврентий, в тебе живет три человека: Лариса, Арсений и Берия. Тебя легко найти, невозможно потерять и при самом большом желании не забыть. Ауч, — подушка тут же прилетает в голову, и Лара, с присущей ей грацией, хватает вторую и начинает дубасить Шастуна. Спустя несколько часов веселья, пару килограмм смеха и одну неудачную попытку домашней стрижки (Ну, Шаст, я только кончики подровняю. Да куда ты все время убегаешь? Стой на месте, иначе больно будет) Антон остается один. Расправив диван, он закрывает глаза, но сон никак не идет — виной тому пару кружек кофе или вечно заряжающая энергией Лара. Он открывает телеграм, пролистывает все непрочитанные сообщения и натыкается на новое от подруги с той самой ссылкой. Перейдя на профиль, Антон начинает жадно разглядывать старого знакомого: темные волосы, огромные голубые глаза отлично выделяются на фоне темно-зеленой формы. Острый нос, заразительная улыбка и хитрый взгляд — все, что нужно, чтобы клеить девчонок. Весь его профиль забит фотками себя любимого. Вот он стоит на фоне моря, держа солнышко в руках и улыбаясь так, словно от этого зависит его жизнь. Следующее фото уже на пробежке рядом с собакой — утренний Питер шикарен, подмечает про себя Антон — Исаакиевский собор в лучах утреннего солнца добавляет какой-то уличной магии. Вот Арсений на фото в костюме графа, а на следующей карточке взлетает куда-то в небо, оплетенный проволокой. И ни одной фотографии с друзьями, Арсений буквально везде один. Вот он загадочный, вот хмурый, вот злится на свое отражение в зеркале. Пролистав фотки аж до две тысячи восемнадцатого года, Антон находит самые обычные «себяшки», на которых запечатлен счастливый и радостный парень без образа и лишнего жеманства. Недолго думая, он сохраняет себе на телефон пару фоток, лайкает собаку и проваливается в сон.