Неважно

— Господин Кун, это правда? — от встревоженного голоса Баама сердце медленно тлеет. Золотые глаза широко раскрыты, каждая клеточка его тела напряжена. Кун же выглядит слишком спокойным для того, чьи чувства только что выплеснули в открытую при таком количестве свидетелей. Разумеется, он не из тех, кто будет устраивать истерику из-за чужого болтливого языка, поэтому он делает вид, что ему абсолютно все равно на происходящее. — Господин Кун? — снова спрашивает Баам, но Кун ничего не отвечает. Он молча поднимается, сунув руки в карманы брюк, и удаляется из комнаты, слыша умоляющий крик Ли Су: — Кун, любовь моя, вернись, я ничего не знал! Я действительно думал, что вы встречаетесь! Прикрыв глаза, Кун раздраженно думает: «Заткнись…», и его желание исполняет, видимо, Андросси, потому что Ли Су тут же громко ойкает и шипит от боли. Раздающиеся следом шаги не дают забыть о случившемся, а растерянное «Кун?» заставляет остановиться. Агеро поворачивается полубоком к тяжело дышащему Бааму, но ему внезапно совершенно нечего сказать. Так они и молчат, глядя друг на друга: Кун — расслабленно, с ледяным спокойствием, Баам же — взволновано и как будто виновато. Он порывается начать разговор, но, только открыв рот, останавливает себя и отводит взгляд. Так и не решается произнести хоть что-то. — Хочешь поговорить об этом? — спрашивает Кун, и Баам, с готовностью подняв голову, кивает. Они идут в сторону жилых комнат, по пути не перекинувшись и словом. Только когда дверь за Куном закрывается, он настороженно интересуется: — Не боишься оставаться со мной наедине после того, что услышал? Баам мотает головой. — У меня нет причин для опасений. — Хорошо. Агеро проходит в комнату, падая в мягкое кресло. Словно вернулся к себе после тренировки, чтобы наконец позволить себе отдохнуть. Вот только, вместо отдыха, сейчас ему предстоит явно невеселый разговор. Баам садится напротив. Его руки сжаты в кулаки и лежат на коленях, спина ровная, напряженная — нервничает. Разговор ожидаемо начинается с молчания. Подпирая ладонью голову, Агеро заинтересованно наблюдает за Баамом, который очень хочет что-то сказать, но боится. Наконец, он словно решается — это заметно по вспыхнувшему блеску в глазах. — Так это?.. — начинает он. — Правда, что я влюблен в тебя? — ровно перебивает Кун, даже не дослушав. Ведь прекрасно знает, о чем его собирались спросить. — Да. Уверенность Баама немного сникает. Он смотрит на свои руки и бормочет уже чуть тише: — Простите, что не заметил раньше. — Ты и не должен был, — в ответ на растерянный взгляд Агеро поясняет: — Баам, я отлично понимаю свои шансы на взаимность — это во-первых. Ну и во-вторых, это все не так уж и важно. — Не так уж и важно? — возмущенно вздыхает Баам. — Как можно так просто отмахиваться от собственных чувств? На его лице отражается нечитаемая эмоция, которую Кун видел часто, когда Баам очень хотел помочь кому-то, но не мог. Сжимая переносицу двумя пальцами, он едва слышно чертыхается. — К этому привыкаешь. Я буду очень признателен, если ты сделаешь вид, что тебе до сих пор ничего неизвестно, — он смотрит на него немного устало. — Я не хочу, чтобы между нами что-то изменилось из-за какой-то глупости, поэтому, пожалуйста… Потупив взгляд, Баам прихватывает нижнюю губу, на что Агеро невольно засматривается. Густое молчание, которое хотят нарушить столько невысказанных слов, намекает, что этой темы они еще не раз коснутся. А пока пусть наслаждаются уютом вечерней тишины, разбавленной неловким послевкусием короткого разговора.