Caistea: chance — for life

Сотни тысяч лет люди живут на космических станциях, борясь за спасение своего вида от ядерной катастрофы, случившейся на Земле. Каждая станция связана с главной. Станция «город президент» — Плерион. В нем находится все оборудование для поддержки жизнеобеспечения. Главнокомандующий меняется множество раз и каждый был самым мудрым, сильным и организованным человеком. Между жителями были разногласия, но совместными усилиями они смогли быстро все решить. Каждый год или, за исключением нескольких месяцев, на приборах показываются точки на планетах, а это значит, что в такие дни есть возможность — жизнь. Каждый раз, когда что-то подобное происходит, из жителей выбираются добровольцы для выезда на планеты, а также команда обученных людей, которые на случай, если что-то случится или в случае необходимости, отчитаются на станцию. Однако это случалось очень редко, и на протяжении тысячи лет на настоящей земле люди бывали лишь небольшое количество раз. С годами исследователи меняются, а ученые продолжают выяснять причины, по которым природа отказывает человеку в выживании на Земле. Солнце, ядовитые вещества, ураганы и истребление причиняют вред жизни на Земле.

СТАНЦИЯ ПЛЕРИОН. 30 ДЕКАБРЯ 3735 ГОД.

ВРЕМЯ 06:27…

— Для вас хорошие новости, главнокомандующий Ким Джиху! — Один из стажеров — Ча Ыну — входит в служебный модуль. — Какие? Я ухожу в отпуск? — смеётся старший, поворачиваясь к стажеру. — Ваша жена сегодня родила — Поздравляем! Ким Тэхён — альфа, родился в 6 утра. Вот несколько фотографий со станции Огма. — Ыну кланяется, вручая конверт. — Будущий управленец. Запомните его хорошенько. — говорит Джиху. Он смотрит на фотографии своего новорожденного ребенка и комментирует, как мило он выглядит и как он, кажется, мирно спит.

СТАНЦИЯ ВЕТУС. 01 СЕНТЯБРЯ 3737 ГОД. ВРЕМЯ

10:45…

В инструкционный модуль открывается дверь, и входит старший агент Хван Хёнсо. Она направляется прямо к управляющему Чон Чонхо. — Поздравляем, мистер Чон! У тебя сын! Омега очень красивый. — Агент передает ему фотографии сына. — Такой маленький, весь в Чон Хи. Он еще устроит вам тут работенку. — смотрит на фото и смеется. Маленький Омега лежит на специальной кровати, а его жена Чон Хи стоит рядом и осматривает малыша. Вот так и родились — Альфа, Ким Тэхён со сладким запахом кленового сиропа, и — Омега, Чон Чонгук со вкусным запахом печенья. Никто еще не знал, что эти двое окажутся нарушителями спокойствия.

СТАНЦИЯ ВЕТУС

Станция Юридического — правоохранительного управления. В ней живут и работают люди. В полиции, судах и мире безопасности жизнедеятельности есть блоки с разными наказаниями. За серьезные нарушения правил все предстанут перед судом, после чего будет определено наказание. Несовершеннолетних правонарушителей отправят в блок станции «Ветус», а совершивших более серьезные правонарушения — в блок для преступников и несовершеннолетних. Альфы и омеги юридически равны, но для омег есть исключение — их наказание смягчается тем, что они отправляются на легкие работы. Если омега проявляет инициативу и усердно работает, вместо этого его отправят на тяжелую работу. За убийство и повреждение устройств жизнеобеспечения, наказанием является — казнь. Если оно доказано, то нарушителя выбрасывают в открытый космос. Независимо от чьего-либо статуса, человек является нарушителем, а значит, должен быть наказан.

СТАНЦИЯ ОГМА.

Станция — медицинского управления. Здесь в основном живут и работают медики. Здесь работают ученые разных направлений, в том числе биологи, астрологи, химики, зоологи. Также есть родильное отделение и операционные. Самый большой модуль — летаргический сон, который используется для сохранения жизни ученых или сотрудников. В родильном модуле большие блоки для омег и их новорожденных детей. Им нужно будет оставаться на этой станции в течение месяца, после чего они могут вернуться на станцию, где живут.

СТАНЦИЯ ТЕРРА

Станция — учебного управления. Здесь живут и работают люди, занимающиеся преподаванием в школе, колледжах и университете. На младшем уровне обучаются учащиеся от 6 до 10 лет. На среднем уровне учащиеся от 11 до 14 лет. На старшем уровне учащиеся с 15 до 19 лет. После школы студенты поступают в колледжи по выбранным ими профессиям, из нескольких, но чтобы выжить, им приходится выбирать из того, что есть на данный момент и что требуют станции. После колледжа студентов перенаправляют на станции по специальности, где они распределяются и обучаются в течение нескольких лет. После этого они могут создать семью и работать. Есть обычная станция выращивания продуктов — станция Вега. Производство продуктов и препаратов происходит на станции Плайон. Мебель, декор и другие предметы, улучшающие жизнь в космосе и помогающие с транспортом, производятся на станции Альтейор. Две станции Пабор и Фиби идеально подходят для людей с ограниченными возможностями. В них есть все необходимые удобства для комфортной жизни.

СТАНЦИЯ ВЕТУС. 20 МАРТА 3768 ГОДА. ВРЕМЯ

12:30…

Вчера Чонгук отдыхал с Юнги в модуле со своими коллегами, так что сегодня он встал очень рано. Ночью была вечеринка в честь дня рождения одного из стажеров, и группа решила пойти в клуб. Чонгук сейчас, вставая с постели, сразу идет сначала в душ, а потом за таблеткой для головы, но и супчика бы от похмелья сейчас съесть, да лежать сутки в постели. К сожалению, его недавно назначили специальным агентом ФБР, поэтому выходных у него нет. Это значит, что он на шаг ближе к главному на станции. Его отец до сих пор занимает административную должность на станции, а мама каждый день ездит в Фиби и работает с детьми-инвалидами. Им под 60, а они еще работают. Они зарабатывают на жизнь на станции, а Чонгук идет своим путем. Все его силы направлены на обеспечение безопасности жизни. Сегодня все, как всегда, работа в штабе и обход станции. Также необходимо каждый день ездить на поезде Эльзиум на другие станции для проверки. В 22:00 проходит своего рода собрание, на которое приглашены только руководство, два специалиста и специальный агент. — Мам! У нас есть таблетка? — Чонгук заходит на кухню и обнаруживает, что его мама упаковывает сумку. — Тебе не нужно было так много пить. — сказала она, указывая на шкафчик. Там все лекарства, бинты, пластыри и так далее по списку. Одетый в домашнюю одежду, с ободком на голове и маской на лице, Чонгук подходит к шкафчику и достает пачку таблеток. Делая, глоток, запивает таблетку водой, он выдыхает полной грудью и обнимает со спины Чон Хи. — Как хорошо сейчас, я бы ещё супчика поел, увы, мне через полчаса на работу, а то меня папа там прибьет. — Чонгук целует маму в щеку и идет обратно в спальню, крича: «Хорошего дня!» Чонгук видит своего отца на работе вечером или, когда приходит домой позже него. Однажды Чонгук не пришел домой, и его родители забеспокоились. Однако позвонил его друг Юнги и сказал, что Чонгук занят нарушителем. На это родители рассмеялись и сказали ему, чтобы он потом хорошо отдохнул, если он не собирается идти домой. Юнги пообещал позаботиться о Чонгуке и позже уложить его спать. Чонгук и Юнги познакомились в колледже, но, как оказалось учились в одной школе, а их всего было три. Но Мин всегда был слишком застенчивый, чтобы поговорить с Чонгуком, и поэтому последний сам первым подошёл к нему знакомиться. Они подружились и держались вместе несмотря ни на что, даже после окончания. После колледжа, вместе поступили в университет. Там Юнги успевает повстречаться с одним альфой, но через месяц они расстались. Чонгук ни с кем не встречался. Он посвящает свою жизнь тому, чтобы стать агентом и обеспечить безопасность другим, поэтому у него никогда не было времени на отношения. Чонгук одевается в форму и надевает специальные наушники, после чего выходит в главный модуль, где расположены около 10 блоков. Проходя мимо людей, живущих в его модуле, он здоровается с ними и помогает им с устройствами и датчиками. Все, как всегда. Он подходит к развилке и встречает Юнги возле лифта. Омега разговаривает с кем-то из стажеров, и он выглядит сонным. — Всем, космический привет, — Чонгук кладет руку на плечо Юнги и машет парню впереди. Он надеется, что прибыл вовремя. — Я вовремя подошёл? Юнги смотрит на Чонгука, после опускает глаза на часы — 12:55. Он опоздал на пять минут. — Чонгук, ты опаздывал три дня подряд. Я скоро уеду без тебя. Кстати, как спалось? — спрашивает Юнги, снимая руку Чонгука со своего плеча. — Не особо, но таблетка помогла мне оживиться. — Не́чего было, так много пить, ты всё время подставлял стакан для добавки, а Кио только рад и был тебе подлить. — ворчит Юнги и вызывает лифт. Человек, который стоял рядом с ним, уже ушел, узнав все, что хотел. — Я что виноват, что Кио такой болтливый, он заговорит любого. Мохито был вкусным, зря ты, тебе надо было попробовать. Они вошли в лифт, нажимая кнопку четвертого модуля, а именно туда, куда им нужно было идти. Их встретили коллеги и трейни, которые проходили стажировку. В руках бумаги и планшеты с графикой. Они точно агенты? Не суть. В штабе опять какой-то переполох, и почти сразу же их обоих вызывают, застав их, сидящими за своими рабочими местами. Одного забирают до камер преступников, другого в управление. Чонгук идет с одним из агентов в офис, где его встречают отец и командор. Оба стоят перед экраном, где красным светятся точки с питанием. Ясно, что здесь что-то не так. — Что случилось? — Чонгук не мог не спросить, что происходит, когда входит в штаб-управления. — В двух местах прошла утечка, но вот кто это сделал ещё не нашли. Кто-то говорит, что видели, как из другой станции приходит человек… — вещает командор Пак, указывая на то, что энергоблок на станции был поврежден и находится в ремонте. Он предполагает, что тот, кто повредил источник, возможно, ищет что-то более важное, чем питание станции. — Но зачем им наш блок питания? — Бывают ли ситуации, когда он не работает? Может быть, это действительно был кто-то с другой станции, и их блок питания мог быть нарушен. А до следующего обновления еще далеко. — ответил Чонгук, подходя к мужчине. На экране отображается камера, на ней видно блок из которой торчат два винта, и красная метка сбоку от двери. Камера показывает человека в черном, закрывающую ее. Это уже было дважды, и дважды ловили людей. Сейчас они работают на отработках, но еще один человек, совершивший такое же нарушение, также совершил убийство. После чего он был казнен. Об этом мало кто знает. Эта информация является строго конфиденциальной, о ней знают только те, кто расследовал дело и суд. — Сынок, сможешь узнать кто мог перерезать провода? — Конечно, попробую узнать, я свяжусь с нашими людьми на станциях, чтобы узнать, есть ли у них какая-либо информация. Я думаю, было бы лучше встретиться сегодня вечером, чтобы обсудить это. К этому времени попытаюсь что-то узнать. — отвечает Чонгук. — Тогда мы рассчитываем на тебя. Получая дело, омега возвращается в штаб. Сначала Чонгук звонит в станции и просит записи с камер наблюдения. Когда он вернулся, то увидел, как Юнги отчитывает стажеров, омега смеется про себя, садясь за свой стол. Это так смешно выглядит. Его друг полтора с кепкой и эти шкафы под два метра. — Господин Чон, вы сегодня хорошо выглядите! — 28-летний альфа сидит на стуле и подъезжает к нему. Он такой бесящий. — Хёль, поезжай обратно, сегодня не получилось. Парень закатывает глаза и грустно вздыхает, возвращаясь к своему столу на стуле. Он пытается приблизиться к Чону уже две недели, но тот все время отталкивает его и отправляет учиться флиртовать дальше. Но Кио даже не нужно учиться. — Хэй, Чон! Классные заколки, где взял? — Альфа подходит к столу Чона и ставит на него чашку чая. Похоже, вчерашняя вечеринка до сих пор не вышла из его организма. — Ащ, Кио, из тебя, что ещё мохито не вышло? Ты в самом деле на работе, а я старше тебя! — Чонгук поднимает голову к стажёру, который улыбается всеми 32-мя зубами. Кио красивый, жаль, что пахнет, не так, как нравится Чонгуку. Киви для него ужасен. Кио — киви, вот это родители креативные. — Заколки, брал в Оме, там была распродажа. Вдруг откуда-то раздается громкий рев и топот. Потом громкий крик. — Чонгук?! Ты почему мне не сказал, что в Оме была распродажа? Мы же должны были одинаковые наборы купить, а ты…— Запыхавшийся и злой Юнги стоит рядом с альфой и выражает свое разочарование. Чонгук прыскает в кулак, глядя на омегу. Черт, что здесь происходит вообще? — Юни, ты в последнее время часто смотришься в зеркало? — Ч-что ты имеешь в виду?! У меня что-то на лице… Он подбегает к своему столу, хватая зеркало. О, нет! Над его губой чуть ли не целый рисунок от ручки с черной пастой. И вот кто, так пишет! — Господи, да чего же я…у кого-нибудь есть чем смыть? Чонгук! Мне нужна твоя косметичка, срочно. — он подбегает к омеге и трясет его за плечо. Чон закатывает глаза, наклоняется к ящику и достает маленькую сумку, оттуда достает умывалку и протягивает Юнги, тот пулей бежит в туалет. Чонгук кладет сумку на стол и оглядывается. Все чем-то заняты, вот только не работой. — А у нас, что перерыв? Я не вижу, чтобы кто-то, хоть что-то делает. Если один из старших решает, что самое время идти умываться — это не значит, что все делают, перерыв на еду и тому подобное. До обеда еще час, но мы работаем и не отвлекаемся. Вас, стажёр Кио, это тоже касается, идите к устройству! — Поднявшись из-за стола, строго сказал Чонгук, затем повернулся к стажёру, который все еще стоял рядом, развернулся полностью и мягко подтолкнул его к устройству. Наконец-то в этом чертовом штабе тишина и слышны только звуки приборов, да тихие переговоры. Вот бы всегда так. Чонгук просматривает данные на своем планшете, ставя под сомнение станции. Он начинает со станции Терра, и ему говорят, что сегодня было мало отправлений, и только два доставлены на станцию Огма. Затем он звонит на станцию Фиби, но никто не отвечает. Он вычёркивает еще один пункт из своего списка, но, как только Чонгук начинает на мониторе вводить код станции, что-то идёт не так. Он услышал громкий звук, поэтому откинулся назад и посмотрел, откуда он исходит. Кресло закачалось от резкого движения, ножки стула не выдержали, и он рухнул вместе с ним на металлический пол. Откуда-то сбоку слышится громкий смех, некоторые работники начинают вставать и идти со своих мест к нему, чтобы помочь. Чонгук лежит на полу, пытаясь успокоить вырывающийся крик. Но что действительно беспокоит его, так это Юнги, который все еще громко смеется. — Нет, но Чонгук… о боже, я сейчас описаюсь от смеха. — Мин снова расхохотался, крутясь на стул. — Мин Юнги, черт тебя дери, харэ ржать! Лучше бы помог, а он все ржёт. — Чонгук разочарованно рычит, наблюдая, как смеются рабочие вокруг него. Он сам не может сдержать смех, но был бы признателен, если бы Юнги хотя бы попытался помочь. — Господи, что здесь произошло? — агент Чонхо заходит в штаб с тележкой, на которой четыре ящика. — Чонгук? Ты чего на полу развалился? — Отец, я упал. — Понятно, почему ты не встаёшь? Вокруг тебя так много людей, которые готовы помочь. А ты как будто притворился мертвым. У тебя вроде другое дело. — он проходит мимо сына, посмеиваясь с него про себя. Чонгук приоткрывает один глаз и презрительно смотрит на мужчину. Он медленно поднимает корпус, оставаясь сидеть на полу. Поворачивает голову в сторону, почти успокоившегося Юнги, прыскает с него и с помощью подставленной руки Кио, встаёт на ноги. Поблагодарив стажера, просит всех остальных вернуться на свои места. Омега оглядевшись вокруг, пытается понять, откуда исходил звук. Ничего кроме устройства на ум не приходит, он возвращается к планшету. — Божеее, Чонгук, я еле как успокоился! Ты чего, так неожиданно упал-то. Я, аж испугался. — Юнги внезапно подходит к нему и кладет руку ему на плечо, изучая экран перед собой. Там он видит три станции с зелёными и красными нитями между ними. — Услышал что-то, вот и все. Чего припёрся? У тебя работы нет что-ли? Стажёры вообще-то еще идут и идут. — омега, дёргает плечом, убирая руку Мина, тот цокает на его слова, закатывая глаза. — Стажёры на обеде, в отличие от нас, бо-ос-с… — В отличие от вас, а-агент-т-т… они делают свою работу быстрее, чем вы. Так, что булки напрягаем и шуруем к экрану. Мне все еще нужна твоя помощь, так что закончи свою работу до обеда. — отвечает Чонгук, слегка похлопывая друга по заднице, и тот вскакивает, и прикрывает рот руками. — Господин Чон, вы флиртуете со мной?! С омегой? — едва сдерживаясь от смеха, говорит Мин и тут же нагибается, когда в него летит папка. — Еб твою мать, Мин, я тебе сейчас штраф накачу! — строго говорит Чонгук, и, как только он отворачивается к экрану, наклоняет голову вниз и, прикрывая рот ладонью, смеется. Ну и придурок же у него друг. После часа обзвона всех станций ему удалось выяснить некоторые подробности. Со станции Плерион ему, как всегда, ответили насмешкой, которую он не мог вынести. Не можете говорить четко и быстро? Но нет, мы должны сначала поговорить о жизни в течение часа, потом узнать, каково это на Ветусе и только потом ответить, чего Чонгук ждал больше всего. И ответ был очень интересным. Спина у него немела от того, как он сидит, все время вертясь в разные стороны, причем постоянно, то вставая, чтобы выпить стакан воды, то походить по штабу, собирая взгляды коллег на себе. Замучился он конкретно. Чонгук целый час ищет Юнги по всему штабу, но ни в одном из обычных мест его не находит. Сначала, он идет в тренерский блок, там его не было, как и стажеров, которые, как по времени на часах должны быть здесь. Но их нет, что весьма странно. Записывая проёб инструктора на планшете, омега направляется в столовую, но Юнги там тоже не было. Расспрашивая пару коллег, ему сказали, что Юнги в последний раз видели в самом штабе. И куда он испарился? По пути в туалет, омега замечает, что кто-то копается в экране возле модуля настроек. И, конечно же, это Юнги. — Тебя днём с огнём не сыщешь. Куда ты пропадаешь и что здесь делаешь? — обращается Чонгук к Юнги, подходя к нему. — Ебаные стажеры, вот, что, — нетерпеливо отвечает Юнги, поворачиваясь к Чонгуку с плоскогубцами в руках. — Эти…как бы их помягче, то назвать, короче, я прихожу в тренерский блок, там ни одного стажера, я топаю за ними в комнату отдыха и, как ты думаешь, что они мне сказали? — говорит Юнги, смахивая мешающие волосы с лица. — Тебе могут, что угодно сказать, в лучшем случае просто промолчать. — отвечает спокойно Чонгук. — Нет, они сказали, что сегодня у них нет тренировки, потому что, видите ли, я им сам вчера сказал об этом, а ты прекрасно знаешь, что было вчера, а мой пьяный язык может сболтнуть что угодно. Ну, как видишь, я отправил их в тренировочный блок, и сейчас пытаюсь понять почему у нас там нет света, — Юнги кидает пассатижи в ящик с инструментами и закрывает его. — Чего искал то? — М-м, у тебя есть время, чтобы помочь мне? У нас сейчас как раз обед. Юнги смотрит на часы, сверяя время с расписанием. Время обеда, так, что у него есть 30 минут свободного времени. — Свободен. У тебя есть полные полчаса, чтобы заручиться моей помощью. — произнес Юнги, похлопав Чона по плечу. Чонгук рассмеялся, закатывая глаза. Он точно у него собирается помощь просить? — Тогда пойдем к поезду, хотя нет… не к поезду, — задумался Чонгук. — Ты иди к энергоблоку и жди меня там, засекай примерно 10 минут. — Зачем это? — Кто-то перерезал провода питания, и этот кто-то, наверное, с какой-то станции, откуда на меня все ужасно злятся, так вот, мне нужно проверить, вернее, провести какой-то эксперимент, если получу результат, я не буду уволен. — поджав губы и сузив глаза, он прислонился плечом к стене и скрестил руки на груди. — Ой, не смеши меня, я не хочу второй раз бегать в туалет. Кто тебя уволит? Такого работника, как ты побояться даже тронуть, потому что кроме тебя никто, так быстро и тщательно не проверяет, и не раскрывает, каждое дело в станциях. — серьезно говорит Юнги, тыча пальцем в плечо омеги. Бедное плечо, должно быть, сильно пострадало за сегодня. — Ладно, все, я понял. Ты в энергоблок, а я до поезда. — пальцем указывает сначала на Мина, потом на себя. — Позвони мне, когда уже будешь стоять возле двери. Когда я скажу старт, сразу же засекай 10 минут. За это время я, как, то успею, добегу до тебя, а точнее до двери. — заканчивает Чон. — Бай, тогда встретимся возле блока! — Юнги машет омеге и направляется по коридору к лифту ведущий к энергоблоку. Хотя к самому блоку питания можно спокойно дойти пешком, добираться туда из штаба займет много времени. Если вы подниметесь на лифте, вы доберётесь до него примерно за три минуты, но, если вы подниметесь по лестнице, это займет около 20 минут. Станция полна поворотов, лестниц, лифтов и аварийных выходов. Кроме того, есть пустые двери, а значит, они расположены в коридорах. Это значит, что откроется автоматическая дверь, вы выйдете в коридор и там не будет ничего, кроме большого экрана или планшета, или в редких случаях не будет вообще ничего. Пройдя дальше, через автоматическую дверь, вы окажетесь в каком-то блоке и там же будет дверь, открывающая другие. Все запутанно, но проживая здесь много лет, можно запомнить. Чонгук добирается до модуля, где останавливается поезд, и набирает номер Юнги на своем планшете. Звонок соединяется, и Юнги отвечает через специальный наушник. — Я дошёл до дверей в поезд, сейчас, как только я скажу старт, ты нажимаешь на время. Как понял? — Принято. — отвечают на том конце. — Старт. Юнги подходит к дверям блока питания, он останавливается возле автомата и наливает себе две чашки кофе. Он знает, что к тому времени, когда Чон доберется сюда, у него будет время проголодаться, так как время обеда заканчивалось. Что за несправедливость?! Да, он сам согласился на эту авантюру, но пожрать никто не запрещал, а кофе — это святое. Отправляя, сообщение Чонгуку о том, что он возьмёт кофе и спокойным шагом доходит до конца. Мин уже допивает свой кофе, когда ему позвонил Чонгук. Присаживаясь на скамейку, которая прикована цепью возле автоматических дверей, и дёргая ногой, он отсчитывает положенные 10 минут. После долгого ожидания Юнги наконец слышит, как кто-то идет к нему. Он поднимает глаза и видит бегущего Чонгука с ножницами в руках. Добегая до чертовой двери, омега, опираясь руками в колени и, сгибаясь, переводит дыхание. Чон выпрямляется и, расставляя руки в боки, смотрит на Мина, который спокойно попивает кофе из стаканчика. — Это был мой кофе, — рык Чонгука. — Ты все равно не успевал. У них было 10 минут. Это время остывания кофе в стаканчике. То, что я сейчас выпил на вкус как холодные помои. — Ты пробовал помои. — Тебе лучше не знать, что я пробовал. И стаканчик, с остывшим кофе, перевернулся на голову Чонгука. А Юнги показав на часы, развернулся и ушел в сторону столовой. Блять. Никакой помощи в этом дурдоме. Но все же, то, что ему нужно было узнать, он узнал. Мокрый, раздраженный и насквозь пропитанный кофе, Чонгук стряхивает воду с лица и волос, которая просочилась сквозь одежду, направляется к служебной душевой. Проходя мимо коллег и стажеров, он снимает с себя куртку, минуя их любопытные взгляды и перешептывания. Снаряжение он снимает на ходу, складывая одежду грудой на диване. Омега шагает в душевую кабину, включает кран и встаёт спиной под струи холодной воды. Прохладный пол вызывает у него дискомфорт, но сейчас не могло быть и речи о том, чтобы чувствовать себя некомфортно. Чонгук смотрит в пол; капли с волос спадают на лицо, скатываясь по спинке носа на кафель. Он поворачивается к полке с шампунями и гелями и берет один флакон, придавливая его, чтобы намылить ладони и ополаскивать волосы. С затылка пена стекает по измученной спине и капает на кафель. Помыв голову от кофе, Чонгук смыл пену с себя и с головы, поставив воду потеплее. После душа тело и самочувствие Чона становятся свежее и лучше. Вытирая влагу вафельным полотенцем, он переодевается. Чонгук стоит перед зеркалом, он расчесывает и укладывает свои влажные волосы около 20 минут. Приятно, что он выходит из комнаты, а коридор был пуст. Унеся в стирку белье, после он возвращается в штаб, чтобы продолжить работать и закончить дело, что поручили сегодня. Время утекает в вечер, и он смог разобраться в двух делах из отложенных и сопоставить все данные в единственном экземпляре, чтобы перед командором было удобнее объясняться. Сидя на рабочем месте, сгорбив спину над планшетом, омега не замечает всех, кто проходит мимо него. Юнги подходит к нему дважды, а он только отмахивается, что занят и просит пойти куда-нибудь к другому. Возмущенный Юнги лишь притворился, что злится на него, за то, что о́н помог ему, а тот «Пожалуйста, оставь меня в покое на несколько часов, если я не сделаю этого сейчас, то виноват будешь ты или тот, кто снова придет ко мне!» Что это за дела такие? — Чонгук, — через час к омеге подходит Мин и нежно кладет руку на плечо друга, который чуть не уткнулся в этот планшет носом. — Нам пора идти на совещание, ты закончил? — Да, я только что внёс изменения. Уже идти что-ли? — выпрямляясь и потягиваясь, он встаёт со стула, убирая свое рабочее место. — Ну, время почти десять, так что думаю нам пора. Пока дойдем уже начнется. — Тогда пошли. Чонгук беспокоится о том, что произойдет на этом совещании. Недавно он стал специальным агентом, а сейчас его уже зовут на встречу вместе с Юнги, что еще более удивительно. Он не знает, что произойдет, но надеется, что его ни за что не отстранят. В руках несёт папку с документами по делу и планшет с записями камер с других станций и карточками с подозреваемыми. Юнги идет небрежно, не заботясь о том, что могут сказать ему старшие, потому что у него нет такой же ответственности, как у Чонгука. На нём только ответственность за стажёров, за какие-то поправки, отчёты, а также за экраны, безопасность. Не такая секретная и сложная работа, которая достается Чонгуку. Но его все устраивает. — Как думаешь меня сейчас уволят? — Чонгук нервно спрашивает, когда они подходят к двери, уволят ли его сейчас. — Чон, ты буквально вырос в этом штабе. Как думаешь тебя уволят? — Юнги смеется, толкая Чонгука в плечо. — Знаешь, как ты, сейчас шутки тут шутишь, вот вообще ни к чему, то есть мы буквально не знаем, зачем мы туда едем. Нас вызвали… да нет, просто перед фактом поставили, что мы должны быть сегодня на совещании. Я даже не мог ничего спросить у отца, потому что он сам не знает! — возмущается Чон. — Ты это, феромоооны свои сбавь, даже я теперь чувствую, — закрывая нос рукой, говорит Юнги. — Я не думаю, что нам нужно переживать, так сильно, потому что: ты ценный сотрудник, а я хорошо обучаю стажеров. Не думаю, что нас уволят, тем более ты нашел того, кто подрезал энергоблок. — Да я и не парюсь по этому поводу, окей нас не уволят. Но зачем делать совещание, в котором будет: командор, мой отец, ты, я и пару работников? Типа не напрягает вообще?! — поднимая брови вверх и поджимая губы, говорит Чонгук. — Ну ладно уговорил, хорошо, это напрягает, потому что мы не знаем, что нам скажут… и мы уже подошли. — они останавливаются возле автоматической, большой, серой двери, в которой расположена комната, где будет совещание. Когда они входят, их встречают командор, отец Чона и двое сотрудников. Затем им предложили сесть за стол. — Прежде всего, Чонгук, я хотел бы знать, нашел ли ты какую-нибудь информацию? Если да, то покажите нам свои предположения. — произносит командор и садится на свое место. Чонгук смотрит на экран и показывает четыре карты жителей, две карты из которых сотрудников станции. Он также показывает на экране видео человека в черном, который покидает свою станцию и садится в поезд, направляющийся прямо на станцию Ветус. — Позвонив, в соседние станции я узнал, что четыре человека из жителей были замечены в модуле, где расположен транспорт и, на поезде были отправлены люди в две станции, в Фиби и станцию Ветус. — Чонгук, рукой указывает на фотографии, где показаны карточки жителей. Шестеро мужчин, двое из которых омеги. — Также мне сказали, что два сотрудника были замечены в поезде, в неположенное время для перемещения, которые направлялись на станцию Ветус. — далее он перемещает указатель на видео, и на нем показано, как каждый из этих людей были в модуле транспорта. — Изучив камеры наблюдения в поезде и в приёме, я обнаружил одного человека в чёрном и другого человека, который был направлен в блок питания. — Значит в блоке питания были два разных человека одетые в чёрное? — спрашивает командор. — Да, туда прибыли два человека с разницей в три минуты, но одна камера показала только одного, та которая и была замазана. Проведя некий эксперимент с Юнги, мы убедились, что от транспорта до блока трёх минут не хватит для одного человека. Это значит, что одному человеку не хватит времени, чтобы проехать от станции Плерион до блока и обратно до станции Огма. — Чонгук показал кадр с камер наблюдения, на котором крупным планом изображён человек возле блока питания. И похожий человек возле транспорта, который направляется в «Огма». — Проще говоря… — То есть вы хотите сказать, что два человека совершили преступления? — Они могли спокойно работать сообща, при этом создать видимость, что один находится в Огме, а другой находится на Плерионе. — констатирует Юнги. — Именно, посмотрев камеры, пару дней назад оба были замечены вдвоем на нашей станции. Мы имеем, два человека сообща, совершили преступление. Чан Джедо и Хван Менсо. Вот эти люди. — две карточки появляются на экране. Двое альф, один работает на станции Огма — химик. И со станции Плерион — инженер. — Молодец Чон, хорошая работа, сейчас, пожалуй, отправишь эти данные на мой планшет, а завтра скорее всего состоится уловка. Можешь садиться. Теперь моя очередь говорить. — отвечает командор. Чонгук перекидывая файл на планшет, выключает экран и садится обратно на свое место рядом с Юнги. Вот теперь становится слегка тревожно. Отец сидит возле командора и по нему тоже заметно, что он переживает. Что же могло случиться? Руки Чонгука начинают немного трястись, запах становится горьким от эмоций, и он чувствует чью-то руку на своей ноге. Юнги, который более или менее спокоен, гладит его по бедру, чтобы успокоить. Их поддержка работает в обе стороны, поэтому если один спокоен, ему нужно успокоить второго, чтобы выровнять баланс. У Юнги сейчас такая задача, успокоить Чонгука, и он хорошо справляется, его нос улавливает сладкие нотки, исходящие от тела омеги, а это значит, что Чонгук расслабился. — На данный момент на станции Плерион напряжённая ситуация, мне сообщили, что произошла утечка информации, а точнее ее пропажа. На станции был замечен вор, и, если эта ситуация не будет решена, она может стать критической. Чтобы этого не произошло, нам нужен кто-то из Ветуса, чтобы прийти и помочь. — поясняет командор. — Спутники недавно обнаружили новую планету, которая по показателям состоит из большого процента риска и малого процента, того, что на ней есть жизнь. Наше расстояние до нее слишком ограничено, чтобы с уверенностью сказать, что мы можем спуститься. Для того, чтобы эта информация не исчезла, и не просочилась в общий доступ. Для этого, повторюсь, нам нужны свои люди, там на станции. А так, как подходящих людей у нас мало, то вы единственный вариант. — Почему мы? —прерывает командора, Чонгук. — Я уверен в ваших способностях агента и считаю, что вы и старший агент Мин Юнги — лучшие кандидаты на эту миссию. Вас раздельно оставлять нельзя. Ваш отец изначально предлагал свою кандидатуру этому, но, как нам… здесь на Ветусе прожить без управляющего? — И сколько дней мы там будем? — подаёт голос, притихший и задумавшийся Юнги. — Ваш срок пребывания плавающий, то есть от нескольких месяцев может дойти до нескольких лет. Вы переезжаете на эту станцию. — Лет?! Нескольких месяцев?! Чонгук резко поднимается со стула, тот падает с громким стуком на пол. Юнги обеспокоившийся реакцией Чона, вцепился в его ногу. — Сынок, не нужно столь бурной реакции, этот срок из-за того, что до самой планеты очень огромное расстояние, оно может затянуться на несколько месяцев. И чтобы информация и исследование не исчезли нужны такие, как ты. Прошу сядь и выслушай. — Мистер Чон подходит к своему сыну и кладет руку на его плечо, смотря в его глаза. — Пап… — Чонгук, пожалуйста, ничего страшного если ты уедешь и будешь жить на другой станции. — Но я не хочу жить на другой станции! Тем более на Плерионе. Ты сам знаешь, как я отношусь к этим «королям». Нога моя туда не ступит. — все стоит на своем Чон, но, как и было ранее сказано отцом, он сел обратно. Внутри все начинает раздражать. Какие ещё несколько месяцев? Он не хочет покидать Ветус. — Чонгук, я знаю, ты привык работать на Ветусе, но нам нужна твоя помощь. Наши запасы заканчиваются, и нам нужно их пополнять. Для этого нам нужно проанализировать планету. То, что наши станции обеспечены более чем, это не значит, что у нас есть все… — Иначе мы вымрем здесь, в космосе. Вы этого хотите? — командор встаёт со своего места и пошел к Чону, садясь на корточки возле него, кладя одну руку на бедро. — Вы манипулируете…смертью? — омега поднимает на него свои большие глаза, что очень редки в их семейном древе. — Чонгук, ты двадцать лет учишься и работаешь агентом… — А это вообще сейчас к чему?! Я чётко спросил — манипулируете ли вы смертью? — Чон резко встаёт перед командором, сцепляя руки позади себя. — Хорошо. Чонгук, я не манипулирую. Я говорю, как есть, запасы могут кончиться в любой момент, а мы должны в срочном порядке исследовать планету, если исследование не даст негативных результатов, то туда отправится группа. В предположении стоит огромным шрифтом, что мы можем там остаться жить на несколько лет, а может и больше. Нам нужно время, чтобы пополнить запасы. Выращивание, строительство. И все это на земле, а не в космосе. Теперь понимаешь, что я хочу донести? — замолкает, смотря на Чона, что смотрит куда-то в сторону, размышляя. — Если вы не хотите этого делать, я могу послать других. Но я могу гарантировать, что никто из них не будет таким способным, как ты. Подумай над этим. Командор, задерживая взгляд на Чоне, прощается с управляющим и уходит из комнаты, а за ним остальные рабочие. Чонгук громко оседает на стул, сгибаясь, его пальцы взлохматили волосы. Юнги подходит к нему, приседая на корточки, упирая руки в бедра. — Чонгук… — Сынок, ты нужен всем сейчас. Ты лучший агент, ты за раз-два найдёшь того, кто все это затеял. Твоя голова очень быстро и умно думает. Я верю в тебя и надеюсь на твое решение в пользу. Но я приму, все что ты скажешь. Но если отправят кого-то, кто не ты. Дело затянется надолго, и мы просто не успеем. Это единственный наш шанс. — Чонхо погладив сына по макушке, удаляется из комнаты, оставив омег одних. — Чонгук, что думаешь? — А ты? Хочешь туда? — Омега поднимает глаза на сидящего в его ногах Мина. Сейчас все, как в студенческие годы. Чонгук ревёт от несправедливости, а Юнги сидит в ногах и поглаживает, чтобы поддержать. — Мне все равно, но командор прав, куда ты, туда и я. Мы раздельно не сможем. — издает смешок Юнги. — Я не хочу туда, потому что это Плерион. Сам же знаешь. А так, я конечно понимаю, что во мне и вправду нуждаются. И только с помощью меня они смогут поймать вора, но несколько месяцев или лет? Это большой срок жить там, где ты не вырос. — Мы справимся. Вспомни, как мы жили на Терре? Ты каждые выходные со слезящимися глазами бежал на поезд, чтобы быстрее оказаться дома. А сейчас ты в любой момент можешь приехать к родителям, домой. Мы просто будем там работать и жить. Я тебя одного не отпущу и не оставлю. — Юнги обнимает Чона, наваливаясь на него. Тот смеётся с него и обнимает в ответ. Ночью, придя домой Чонгук долго не выходит из своей комнаты, родители сами к нему не лезут. Чон Хи все узнала от мужа, но и сына выслушать хочется. — Гуки, давай поговорим с тобой? Я не собираюсь тебя отговаривать, просто послушай одну историю про своего отца, как он один раз спас человека. — Чон Хи проходит в комнату омеги и садится рядом с ним на кровать. — Мам… — Просто послушай. Когда мы познакомились с твоим отцом, он работал в полиции. Целых два года постоянно был на разных станциях, мы виделись очень-очень редко, буквально раз в месяц. А все, потому что я была вся в работе, то в клинике, то ездила на Фиби, чтобы заботиться о людях. Твой отец ловил воров, да преступников. — она замолчала и посмотрела на сына. Чонгук сидит в позе лотоса и держит тяжелую голову рукой, упирая острый локоть в бедро. Внимательно слушая маму. — Однажды его назначили охранником для тех, кто собирался лететь на эту планету. Это было очень давно, тебя ещё не было в планах. — она мягко улыбнулась, убирая волосы с глаз. — Итак, он пришел домой и сказал, что его назначили охранником на этой миссии. Тогда я много плакала, потому что опасно лететь на планету, с которой ты можешь не вернуться. Мы с ним поговорили; к нам пришёл командор сказал, что он единственный, кто может справиться с этой задачей. После прилёта обратно, я узнала от него, что во время этой миссии погибли два человека. — То есть эта планета не была… она не отказалась от биологического индивида? — Почему… когда все возвращались в капсулу, они заметили дым — это был химический газ, который поглощал все живое и неживое, в тот момент, когда Чонхо и командор бежали обратно, твой отец увидел, как командор споткнулся о камень и разбил свою маску, Чонхо смочил кусок ткани в специальном растворе и передал его своему другу, командору. Вот так, он спас человека, у которого остался шрам на ноге от химического газа. — закончила свой рассказ Чон Хи, смотря на сына. — Они не похожи на друзей. Но я понимаю мам и знаю, что должен принять верное решение и свое недовольство засунуть куда подальше в задницу. — пыхтит омега. — Ты недовольный — это хорошо, просто прими верное решение. Мы старики тебя всегда поддержим. — Чон Хи встаёт с кровати, подходя к сыну и, целует его. Ребенок для своих родителей остается ребенком, даже если тебе тридцать лет. Следующее утро начинается с того, что Чонгук измотан из-за того, что не выспался, и ждет, когда освободится кабинет командора. Он провел всю ночь в раздумьях, прежде чем, наконец, принять решение. Поэтому он отправил сообщение Юнги и уснул, проворочавшись в постели всю ночь. — …вы же знаете, что в той зоне нет камер, значит ищите в другой. — выходящий командор провожает сотрудника и переводит взгляд на Чона. — Ты ко мне? — Да, решился. — Проходи. Чонгук заходит в кабинет первым, а за ним Пак, закрывая дверь. Омега садится на стул, стоящий возле рабочего места командора. Чонгук смотрит на отображаемую карту на экране и на светящиеся красные точки. — Это сигналы? — спрашивает Чонгук, указывая на экран — Вчера показались ещё два. Мы выясняем, что это. Так что ты решил? — командор обходит стол и садится на свое место, складывая руки перед собой. — Времени на размышления было не так много, и, как вы сказали, мы единственные, кто может, поэтому я решил, что мы должны навести порядок и там. — Вот этот настрой мне по душе. Я рад, что вы выбрали это решение. Сегодня у вас будет время собрать необходимые вещи, а завтра утром поезд до Плериона. Там вас встретит главнокомандующий и наши сотрудники, которые вернутся к нам. Как понял? — Пак передает ему планшет, где указаны пункты для подписания перенаправления. — Да, тут все предельно ясно. Завтра, так завтра. — Чонгук подписывает страницу и кладет планшет на стол. Обратного пути нет и не будет. — Тогда ты можешь сказать Юнги, чтобы он зашёл ко мне расписаться. И потом можете собрать вещи. — Понял. Чонгук выходит из кабинета и направляется в штаб, где едва находит Юнги, который зачем-то залез под экраны. Нет, ну хотя бы предупредил, что копается в проводах. — У тебя что опять стажёров нет по планам? Зачем ты в проводах лазишь? — Чонгук подходит к разбитому экрану и приседает, чтобы посмотреть, откуда торчат ноги Мин. — А что… Ну совсем не заметно, что у нас разбит экран?! Какой уже день я копаюсь в проводах вместо того, чтобы издеваться над стажёрами. Как думаешь, это для меня вообще… ну типа… я не хочу этого делать, но я должен это сделать, потому что почему-то все те, кто должен это выполнить по своим обязанностям в штабе не находятся?! — Юнги вылезает из-под экрана и смотрит на Чона недовольным до жути лицом. — Почему ты раньше не сказал, что все ремонтники не в штабе? Зачем сидеть и делать не свою работу? Вставай и иди к Паку, нужно подписать документы и собирать вещи. — Чонгук встаёт первым и подаёт руку омеге, оба в пыли и теперь нужно идти в душ, вот так, в таком виде к командору лучше не заявляться. Отправляя Мина к командору, Чонгук уходит на свое рабочее место собирать вещи. Все присутствующие замечают это и у них очень много вопросов. Лучший агент на станции вдруг собирает вещи? — Чон? Ты куда это вещи собираешь? — спрашивает Кио, подходя к столу. — Ухожу от вас. — небрежно бросает омега. — Перехожу на новую работу, и надеюсь, что в первый же день на вас не будут жаловаться. — Чонгук смеется, продолжая упаковывать свои вещи в коробку. — Это, как это… новое место работы, вас что уволили отсюда? — не понимает стажёр. — Нет, меня не уволили, просто на другой станции нужна моя помощь, как и старшего агента Мина, и нас перенаправляют туда, так, что буду заходить к вам в гости и ругать, если на вас пожалуются. — Чонгук поворачивается к Кио и подмигивает — Отойди. Стажер делает шаг влево и пропускает омегу. Все смотрят на него в шоке. Без него рабочее время станет скучным и утомительным, так как некому будет помочь решить их проблемы. Грусть охватила весь персонал, омега и не думал, что все так…печально отреагируют. Кажется, Чонгук не заметил, как все тут стали друг другу семьей. Когда он приходит домой, там никого не оказывается, все на работе. Почему-то его глаза начали слезиться. Держался, как мог, ведь покинуть дом было все равно, что вырвать сердце из груди. Больно, но терпимо. Ничего, привыкнет. Но скажите это кто-нибудь его слезам и ранимой душе. Омега идет в свою комнату, ставя на стол коробку с вещами, не раздеваясь, падает лицом вниз на кровать и его прорывает. Слезы неудержимо катятся по его щекам, пропитывая пастель солью. Он цепляясь в одеяло руками, тяжело дышит. Почему это происходит? Он знает, что они заклюют и не воспримут это как следует. Ведь омега — полицейский, это что-то катастрофическое. Но никто даже не догадывается, что этот омега поймал уйму преступников. Он этих инженеров и этих альф, возомнивших себя королями, не по уставу. Разложит, уложит на раз-два. Доведут, потом устанут извиняться. Чонгук, омега боевой, в обиду себя не даст. Всех отшивает направо и налево, все ждет чуда какого-то. Но это чудо, что-то не торопится к нему заявляться. Да и пусть, он для себя живёт. Его родители никогда не просили внуков, да и сам он пока не готов к такой ответственности, ему бы за собой уследить. Успокаивается он спустя полчаса, потому что слышит, как домой кто-то пришел. Вытерев наспех слезы, смотрит на себя в зеркало. Он видит, что нос у него красный, а глаза мокрые, и сразу видно, что он плакал. Выходя из комнаты его встречает мама. Да пусть они прокляты будут. У него на глазах опять наворачиваются слезы. Чон Хи это замечает и подходит к сыну, вытирая тёплыми руками пунцовые щеки. Тот с дрожащей нижней губой и большими мокрыми глазами смотрит сверху вниз на маму и держится из последних сил, чтобы не расплакаться у нее на плече. — Ну чего ты родной. — она берет в ладонь руку сына и ведет на диван, усаживая. Тот прижимается к ней, обнимая. — Все будет хорошо, ты же не взаперти жить будешь. Приезжай, когда угодно, мы всегда тебя ждём. Приедешь, обустроишься. Ты же будешь с Юнги жить, вы вдвоем не пропадете. Жили же как-то на Терре и там будете. — омега покачивает в объятиях сына, поглаживая его по волосам. — Мне тридцать лет, а я реву у тебя на груди, как маленький. — пыхтит Чонгук, отстраняясь от матери. Он вытирает лицо рукавом, дует на лицо, чтобы волосы не прилипали к лицу. — Я давно не видела, как ты плачешь. Плакать нормально, тем более сейчас, когда ты уедешь… я бы тоже слезу проронила, но я должна показать тебе, что в этом нет ничего страшного. Нас скоро не будет сынок, ты должен справиться с этим. — омега смотрит на свои руки перед собой. У самой слезы так и норовят скатиться по щекам, но, поднимая глаза, омега смаргивает их стараясь не показывать эту слабость сыну. — Не хочу. Не хочу оставаться один без вас, я не смогу. Один. — поджав губы, сказал Чонгук. — Ну чего ты. Ты справишься, найдешь себе любимого человека и будешь ему рассказывать какие у тебя были хорошие родители. — улыбается Чон Хи. — Какой буду рассказывать? Ма… вы сами с ним еще успеете познакомится. Просто, я не ищу кого-то, кто рядом просто есть, я хочу найти того, кто мне понравится, в ком я увижу опору и… любовь наверно. — задумался Чонгук. А ведь правда, ищет того, в ком найдет самого себя же. — Я знаю родной. И верю, что очень скоро ты нас познакомишь. — Ну не очень, но скоро… наверно… Ночь пролетает быстро, Чонгук только закрывает глаза, тут же просыпается от звука будильника. Сегодня у них по планам отъезд, а значит нужно было морально подготовиться. Пак сказал, что они будут работать под прикрытием, а это означало, что они будут притворяться обычными полицейскими, но с секретной миссией. Чонгук не знал, о самом главнокомандующем, но и знать вовсе не хотел. Поприветствует, познакомятся и на этом всё, он не собирается с кем-то там дружить. Есть работа и задание. Утром в 10:00, Чонгук слегка сонный стоит возле дороги для поезда, рядом с ним стоит его отец и вдалеке, омега видит идущего Юнги с большими чемоданами. Тот тащит его один, при этом на нем еще висит рюкзак. — Вы себе представить не можете, я поставил будильник на 7:00 утра, ко мне подходит мама и говорит, что уже девять часов, за целый час я успел сделать все, как мне кажется, и у меня было время собраться и приехать, а ты опаздываешь на 30 минут всегда, хотя встаёшь раньше меня на 2 часа! — первым делом, как только Юнги подходит к омеге, начинает с лету возмущаться на него. — Сегодня, я не опоздал, пришел раньше тебя. — Ты пришёл с папой! Тебе в тридцать лет пинок под зад дали, вот вовремя и пришел. — Юнги кидает рюкзак на пол и усаживается на скамейку. — И чё ждём? — Командор сейчас придёт и проинструктирует вас, потом поедете. — отвечает Чонхо, не отрывая взгляд от планшета. — Па! Когда я у тебя спрашивал, чего мы ждём. Ты мне не ответил?! Что это за несправедливость?! — цокает Чон и садится рядом с другом. — Просто за весь час, который мы здесь стоим, ты это спросил раз двести, а я ответил в самый первый раз, что мы ждём всех, а потом едешь. — Я не услышал… Чонгук хотел продолжить, но громкий голос командора прерывает его. Пак подходит к ним троим с какой-то сумкой. Ставит рядом с остальным багажом, а после осмотрев всех, произносит. — Итак, вы готовы? Вы пришли раньше…— он смотрит на часы, до поезда оставалось еще двадцать минут. — Я уже готов сейчас поехать, лишь бы уже просто приехать и устроиться. — бурчит Чонгук, копаясь в сумке. — Тогда чего томить, распишитесь еще раз в приказе, пожалуйста. И я расскажу краткую суть вашего пребывания там. — говорит Пак. Он вытаскивает из сумки планшет и передает его омегам, чтобы те подписали, после командор достает из сумки бокс и открывает ее, показывая содержимое. — Здесь находится аппаратура, которая вам понадобится в вашей квартире. Эта аппаратура не отслеживается никакими внешними сигналами, так, что это самое безопасное устройство для использования. Кроме того, здесь лежит оружие, которым вам разрешено пользоваться по закону. И постановление для особо тупых, прошу прощения за выражение, людей, которые докопаются к вам омегам за то, что вас отправили туда вести порядок. На этом у меня все. — командор заканчивает говорить и вручает бокс Чону. — То есть вы не поедете с нами? — спрашивает Чонгук. — Зачем? Вы достаточно взрослые, чтобы поздороваться с чуть постарше вас, людьми. — Просто я думал вы там, что-то скажете ещё. Ну хорошо, раз одни едем, значит одни. — вздыхает Чонгук. Через десять минут объявляют, что поезд Ветус — Плерион прибывает. Чонгук прощается с отцом и командором, просит папу обнять ещё раз за него маму. Багаж у них забрали и унесли в специальный отсек. Под руку с Юнги они заходят в поезд, идут до определенной секции, там и остаются, не пуская к себе никого. Новый этап. Новая работа. Новые знакомства. Или нет….