Заоблачное счастье

Сон у девушки был не спокойный. Ей, то снилась предположительная картина, как умерли ее друзья, сколько страданий и боли они в этот момент чувствовали, то момент, как из телеги вылетали уже трупы в мешках, которые солдаты с трудом принесли к месту сбора, а по итогу эта работа была проделана напрасно. Вдалеке были слышны оглушенные крики родных, которые читают прощальные письма своих детей, стоя около окна и смотря на дорогу под окном, по которой в детстве все бегали и резвились вместе, спотыкались и падали, но потом вновь поднимались и бежали навстречу новым приключениям. И кто бы мог подумать, что именно в столь раннем возрасте их жизнь прервется, и все родные переживут своих детей и будут они ходить на их могилы, где под землей будет пусто, либо какая-то часть тела покойного, то, что смогли привезти из-за стен разведчики. На утро глаза девушки были мокрые, так как из-за таких-то сновидений было практически невозможно не плакать. Из-за довольно трудного дня и неспокойной ночи, у Аси слегка трещала голова, но несмотря на это, она поднялась, переоделась, но в этот раз в более свободную рубашку, явно не предназначенную для тренировок, так как легко было бы зацепиться за что-то и тогда проигрыш был бы неминуем. На ноги она надела бежевые шорты по колено и ботинки, так как база та находиться в лесу, а после дождя все еще земля будет мокрой, это будет даже не земля, а сплошная грязь. Передние пряди волос, девушка заколола на макушке, тем самым все остальные пряди были собраны сзади и не топорщились по сторонам. Перекинув свой взгляд на зеркало, девушка слегка улыбнулась, ведь именно так она и думала, что будет выглядеть после большого количества истерик. Взяв с собой банное полотенце, девушка кинула в небольшой мешочек уходовые средства и отправилась в ванное помещение. Помещение представляло собой огромную комнату, разделенную на две части – женскую и мужскую. Сами половины нечем не отличались между собой, что первая, что вторая была одинаковой по ширине и количеству «кабинок» в них. Выполнено было все из дерева, поэтому иногда помещение использовали в качестве бани, но и само собой, для нее там было все приготовлено и проверено на качество, прежде чем пускать туда солдатов. Было так же общее место, это большая комната с достаточным количеством умывальников. Именно из-за своих размеров под ванную отдавалась целое здание. Пройдя по пустому коридору, Асе повезло, что она никого не встретила, никто не увидел то, как она сейчас выглядит. Зайдя в ванную комнату, девушка осмотрелась и там никого не было. Этому могло послужить две причины. Первая заключалась в том, что Уокер пришла слишком рано, а все еще спят, а вторая была полной противоположностью предыдущей, Ася могла проспать дольше всех, поэтому все были уже умытые и находились либо у себя в комнатах, либо в столовой. Решив особо над этим не заморачиваться, а пойти наконец-то принять освежающий душ и умыться, да постараться избавиться от синяков и мешков под глазами. Скинув с себя одежду, солдатка настроила себе прохладный поток воды, чтобы наконец-то прийти в чувства и окончательно проснуться, а не клевать носом на каждом шагу. Встав под струи, кожу обдало легким жжением плавно переходящим в холод. Ася особо не шевелилась, просто стояла и обдумывала все произошедшее и как теперь быть на вылазках, если при одном только упоминании перед глазами ужасная картина. В голове вспыхнули какие-то отрывки из диалогов накануне и какие-то слишком далекие воспоминания: первое знакомство, первое испытание, вручение накидок и распределение по гвардиям и военным частям. А также более новые воспоминания: вечера, проведенные вместе со всеми, новость, что Петре симпатичен капитан и многое другое, что надолго засело в ее памяти. Даже время, когда они сидели около костра на экспериментальных вылазках и рассуждали, что будут делать, если кто-то из них не вернется живым. И они поклялись, что чтобы не случилось, никто не будет специально лишать себя жизни, а будут служить на благо родных не только своих, но и тех солдат, кто погиб, всего народа. Именно это обещание держит Асю тут и отстраняет желание наложить на себя руки, где-то в чаще леса, там, где ее не увидят. Наконец-то привыкнув к холодной воде, девушка переключила на более теплый поток воды и только тогда стала мыться, отгоняя от себя все ненужные мысли, и получалось весьма успешно. Спустя минут десять, Ася отключила воду и завернулась в махровое полотенце и подошла к месту, куда сложила все свои вещи, надевая их обратно. Волосы во время процесса слегка намокли, поэтому девушка приняла решение намочить их все, чтобы освежиться на все сто процентов. Именно из-за этого, Уокер оставила их несобранными, просто слегка промочила полотенцем. Затем девушка вышла из душевой части, переходя к умывальникам, но уже она была не одна. Напротив одной из раковин стоял капитан, а около соседней стояла Ханджи, которая вернулась с города, как только до нее дошли новости о гибели «отряда Леви». Девушка была очень рада видеть свою подругу, которая поддерживала ее в самые трудные периоды жизни. На первый взгляд, для новеньких, два капитана могли показаться такими же, как и были раньше, но вот, они наедине и лица очень сильно отличались от обычного вида. Они были обеспокоенными, уставшими, а область вокруг глаз у Леви так же была немного надутая, видно было, что капитан в одиночестве тоже очень сильно скорбел по павшим товарищам, не желая мириться с их утратой. Чуть позже эта парочка заметила третьего человека и поспешили принять обычное выражение лица, но поняв, что человек так сказать свой, Ханджи и Леви слегка успокоились и очкастая махнула Уокер рукой, в знак приветствия. Девушка лишь легко улыбнулась и подошла к раковине, чтобы привести и себя в порядок, а не добавлять ещё какого-нибудь волнения для Зои, так как она является ещё и врачом данного отряда. Включив кран с водой, Ася без промедлений стала протирать своё лицо прохладной водой, которая и помогала ей убирать синяки под глазами, вернее они становились менее заметные, нежели были до этого. В какой-то момент на правое плечо девчонки легла чужая рука. Повернув голову в сторону человека, рядом с собой она увидела Ханджи, которая ничего не говорила, а просто стояла рядом, давая понять, что если что она сможет помочь. – Ханджи, я в порядке, – сказала Ася, кладя поверх руки Зое свою ладонь. – Я просто хочу сказать тебе, что я рядом, и если надо будет помощь, то помогу и тебе, и Леви, – последнее слово она выделила, а Уокер поняла почему, ведь капитан обычно все держит в себе, не особо желая с кем-то делиться своими чувствами и переживаниями. После этого небольшого диалога слов не последовало, Ханджи отошла от Аси, давая ей умыться и привести себя в порядок. В конце ванных процедур, в помещении осталась одна Уокер. Леви покинул его самым первым, а спустя минуты две, за ним вышла Зое. Разведчица была благодарна, что её оставили одну, чтобы прийти к одной единой мысли и в голове вдруг появился образ Петры, который сказал довольно простую, но понятную фразу: Проживи эту жизнь за нас всех. Ася пришла в шок, хотя она сочла это все за галлюцинации, потому что она не выспалась, да и сны были посвящены именно Петре, Оуру, Гюнтеру и Эрду, но по большей части присутствовала именно девушка, так как она была ближе всех к девчонке. Собрав все свои вещи и закинув мокрое полотенце на плечо, в руки взяв мешочек с вещами для душа, она покинула банное помещение и направилась в главный корпус. На улице, как и предполагала девушка, было очень грязно и в каком-то смысле склизко. Располагать базу где-то в лесу было самой неразумной идеей то ли Эрвина, то ли самого Леви, но кто-то из них явно принимал решения в постройке этого секретного штаба, расположенным очень далеко за городом. Подойдя к открытому коридору, девушка посмотрела на свои ботинки полностью испачканные грязью. *М-да, кому-то предстоит очень долгая уборка, как же хорошо, что сегодня не моя очередь* - подумала девушка, хотя было непонятно, хорошо ли это для неё, ведь во время уборки очень легко отвлечься от навязчивых мыслей и так далее. Одним выражением, уборка – спасение от ненужных мыслей. Постаравшись стрясти большую часть грязи, девушка отправилась в сторону винтовой лестницы, где, поднявшись на второй этаж, отправилась в сторону своей комнаты, чтобы сменить грязные ботинки, на другие, чистые, а затем уже наконец-то спуститься к остальным солдатам. Выбор пал сначала на такие же ботинки, только чуть короче, но решив, что сегодня она никуда не пойдут, переобулась на бежевые тапочки, так как в помещении было очень даже и чисто, потому что тут живет настоящий чистюля, под именем Леви Аккерман. Окинув свой внешний вид в зеркале, девушка слегка причесала уже полусухие волосы, чтобы они не были потом как одуванчик. Еще раз посмотрев на себя, она положила на кровать расческу и вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. А после отправилась по такому же маршруту, как и поднималась в комнату, только в этот раз она шла не на улицу, а в столовую, где вероятнее всего и собрались все кадеты и два капитана. Мокрый камень наружных стен пах сыростью и отдавались нотки какой-то плесени и пыли, видимо мистер чистюля с наружной стороны здание не протирает. Но Асе наоборот очень нравился запах после дождя, не только леса, но и песка, камней и травы. Она была готова гулять хоть целыми днями, пока аромат дождя витал в воздухе и попадал в нос Уокер. Именно из-за этого, Ася немного задержалась на втором этаже около окна, облокотившись на импровизированный каменный подоконник, вытягивая голову наружу. Простояв пять минут, девушка оторвалась от лучей солнца, которые окидывали макушки деревьев, а затем отправилась в сторону лестницы, а после уже и на первый этаж. В коридоре там также никого не было, но со столовой доносились отдаленные голоса, значит все собрались именно там. Нацепив улыбку на лицо, и сделав глубокий вдох, и такой же глубокий выдох, разведчица отправилась в сторону звуков. Дверь в столовую открылась с небольшим скрипом, из-за чего взгляды присутствующих были направлены исключительно на человека, который только что вошел в помещение. – С добрым утром, Ася! – пронеслось по столовой с разных сторон, словно кадеты сговорились сказать это хором. Единственными кто не присоединился к этому множеству голосов, были Леви и Ханджи, с которыми Уокер уже встречалась сегодня в ванном помещении. – И вам доброе утро, – в ответ сказала девушка, но она была согласна лишь к слову «утро», которое точно пока не могло быть добрым, не в ближайшие несколько дней. После, Уокер подошла к столу, где сидели два капитана, и присела возле девушки. Перед ней почти сразу появилась тарелка с завтраком, которую любезно принес Жан, приговаривая: – Вот ваш завтрак, миледи. Мы его специально оставили на момент вашего прихода, – при этих словах Кирштайн улыбался, стараясь поднять настроение девушке, о котором он догадывался почти сразу. – Благодарю милорд, – сказала Ася улыбнувшись уже чуть искреннее, чем было это до. Только после этой фразы, Жан удалился к Конни и Саше, довольный своей небольшой задумки. Девушка слегка усмехнулась и взяла в руки ложку, начала поедать принесенную ей картошку с зеленью. – Можешь своих ухажеров держать от нас подальше? – послышался холодный голос полный недовольств. Надо было сразу догадаться, что Аккерман будет не очень в восторге, когда тут разыгрывается средневековая сцена ухаживания или признания в любви. – Извините капитан, что позволила Жану подойти и немного поухаживать за дамой, ну и чтобы хоть немного поднять мне настроение, – сказала Ася, которой не пришлось по душе фраза Леви, поэтому и желание есть пропало и улучшенное настроение тоже. – У тебя есть своя комната, идите там сюсюкайтесь и разыгрывайте разные сцены и разные действия, – говорил Леви так, чтобы этот диалог не услышали кадеты, которые не имеют к этом никакого отношения, единственный человек, который должен был это услышать кроме Аси, сам Жан, замешенный в эти фразы. – Спасибо капитан, благодаря вам, у меня пропало желание завтракать, да и находиться тут тоже, – отчеканила девушка, поднимаясь из-за стола, оставляя еду не тронутой, а затем вылетая из столовой, направляя в свою комнату. Зрителем и единственным слушателем была Ханджи. Она не успела вставить и слова, до того как Уокер покинула помещение. Зое перевела взгляд, наполненный негодования на поведение капитана и злости на Леви. – И что это было? Ты что ее ревнуешь к Жану? – девушка не ходила вокруг да около, решив задать вопрос в лоб, не сводя глаз с Аккермана. Леви пришел в шок от этого вопроса и пропустил в голове весь их диалог и всё сказанное им. С чего бы он так поступил, самым последним в голове было то слово, которое сказала очкастая. Может в нем отыгрывалась вчерашний день и смерть довольно близких ему людей, с которыми у него были теплые отношения, которые он очень быстро потерял. – Ханджи, я сам с этим разберусь, не лезь. Я наговорил, потом и решу, – сказал Аккерман, явно недовольный тем, что сейчас кто-то влез в его душу и в чужой диалог. Девушка замолчала, лишь взяла тарелку Аси и так же покинула помещение, чтобы отнести посуду в комнату Уокер, для того, чтобы та поела. Леви остался один на один со своими мыслями, но в помещении наполненным кадетами. Сама Ханджи поднялась в их комнату, но Аси там не было, что заставило слегка переживать подругу, но решив, что она захотела побыть одна, она доверилась ей, что с ней все будет хорошо и та вернется сама. Поэтому тарелку было решено поставить на тумбочку около кровати, а затем отправилась на выход из комнаты в свой кабинет. Разведчица после покинутой столовой, хотела сразу пойти обратно в комнату, но поднявшись на второй этаж и подойдя к двери, повернула голову налево и решила пойти в одну из двух башен, чтобы забраться туда и посидеть почти под самым небом, но под крышей. Поднявшись туда, девушка зашла в слегка пыльное помещение и чихнула от слоя пыли. Несмотря на это, она прошлась к одной из стен и отодвинула часть летучей грязи по сторонам, вновь чихая, но при этом очистив часть пола от пыли, присаживаясь на холодный камень, поджимая к себе колени, кладя на них подбородок. В такой позе и под разные блуждающие в ее голове мысли, она уснула, и проспала очень долго, спокойно и крепко. Ближе к вечеру, девушка отошла от состояния транса, почти забыв о ситуации произошедшей сегодня утром. Встав с слегка теплого камня, Ася глянула в небольшое окошко, откуда было видно часть неба. Небо было уже темно синее, явно солнце зашло уже минут тридцать или сорок минут назад. Из окошка виднеются звезды, показывая, что небо сегодня чистое и без облаков. По улице ходил легкий ветерок, это было понятно по гнущимся макушкам деревьев и ёлок. Из головы сразу вылетела мысль о том, чтобы вернуться обратно в комнату, а на ее месте появилась другая. Выбраться на крышу и посидеть на ней, понаблюдать за звездами. Из этой башни можно было вылезти на крышу, поэтому подставив к дверце лестницу, девушка поднялась на самую верхнюю ступеньку, открывая дверцу, а затем вылезая на черепицу крыши. Аккуратно перейдя на другую часть крыши, более длинную, Ася скрестила ноги в позе лотоса, ставя руки за спиной, поднимая голову наверх. На лице появилась детская улыбка, словно она впервые видит эти звезды, это небо. Спустя минут пять, девушка услышала шаги. Сначала она подумала, что это где-то внизу, поэтому сразу опустила голову вниз, чтобы посмотреть на этого человека. Не увидев там никого, она испугалась, когда около Аси появилась тень, а возле её руки появились чужие ноги. Подняв голову на человека, который потревожил ее покой, девушка изменилась в лице. Перед ней стоял Леви, который ничего не говорил, просто стоял. – Что вы хотите капитан, – недовольно и слегка обиженно спросила Уокер, поджимая к себе ноги, обнимая их руками. – Я… – парень замялся, ему было это впервой, извинятся перед кем-то, – Я могу присесть? – спросил Аккерман, явно хотевший сказать немного не то. – Как же я могу вам отказывать, вы старше меня по званию, а в капитаны я особо не тянулась, так что хочу остаться обычной разведчицей, – сказала девушка, не смотря в сторону Леви, прожигая взглядом макушки леса. – В общем, я хотел извиниться за те слова сказанные утром, – начал Аккерман почти сразу, как только сел рядом с девушкой, – Честно не хотел тебя расстроить ещё больше, чем… – он замялся, не желая говорить «чем вчерашний день», ни ей, ни ему не хотелось вспоминать этот момент. – Можешь не продолжать, я не обижена и все, – сказала Уокер и все же посмотрела на человека сидящего рядом, – Друзья? Именно такой вопрос всегда хотел услышать Эрвин Смит, который пытался подружить их долгое время, но их отношения между собой не менялись. Только при экстремальных ситуаций, когда они были товарищами по строю или если чья-то жизнь была на волоске. Посмотрев на лицо Леви, она явно удивилась. Выражение было скорби и грусти, и это явно было не адресовано к последнему вопросу. По всей видимости, не только Асе в самые ненужные моменты приходят ужасные мысли и воспоминания. Ничего не сказав и не дожидаясь какого-нибудь ответа от капитана, Уокер переступила через свою гордость, и обняла его, положив две руки ему не плечи. Парень явно был в шоке от этого действия со стороны разведчицы, потому что тот слегка дернулся, пытаясь отстраниться, но все же сдался, положив лоб на плечо девушки. Даже самым холодным на вид и характер людям, нужен человек, который будет его понимать и именно к этому человеку можно прийти и поплакать в плечо. – Все будет хорошо, расслабься, это останется только между нами, – сказала шепотом девушка, чуть поглаживая Аккермана по спине, ведь именно так делала её мама, когда девчонке было плохо или грустно. Леви поверил девушке и схватился руками за ее плечи, сжимая ткань слегка пыльной рубашки, а из глаз полились слезы. Ася старалась сохранять нормальный вид, чтобы так же не расплакаться, ведь как назло в голове опять возникли разные мысли, но благодаря времени, проведенном в пыльной башне, они отходили на второй план, но все ещё засиживаясь у неё в сердце. Сейчас в планах было одно, поддержать человека, чтобы он не остался наедине с ужасными мыслями и не держал все в себе. Спустя минут десять таких посиделок, парень похлопал пару раз по спине девушки, говоря, что он в порядке, и она может отпустить его. Ася еще раз провела рукой по спине Аккермана, а затем всё же отстранилась от него, садясь рядом, смотря на слегка заплаканное лицо напротив. – Стало легче? – спросила Ася, вытягивая слегка затекшие ноги вперед, возвращая руки за спину. – Ответ на оба вопрос, да. Спасибо тебе, – сказал Леви, принимая почти такую же позу, что и девушка. Уокер улыбнулась, когда услышала ответ сразу на два вопроса, и оба ответа были положительные. Дальнейшие посиделки просто проходили молча, под наблюдения за звездами и далекими крышами домиков, которые казались очень маленькими словно для муравьев. – У тебя есть какие-то планы на завтрашний день? – спросил капитан, нарушая идиллию тишины и покоя своим холодным и одновременно спокойным голосом. – Особо не каких, а что? – спросила девушка, ей было приятно, что именно парень начал их диалог, потому что сама Ася особо не знала, как можно завязать диалог, чтобы было не неловко. – У меня завтра есть планы в подземном городе, надо наведаться в кое-какое место. Не хочешь составить компанию? – спросил Леви, переводя взгляд на девушку, ожидая ее ответа. – А почему именно в подземный город? Ты разве не «из-за стен», – спросила Ася, намекая, что «из-за стен» она имеет ввиду из наземного города. – А вот согласишься и узнаешь, – как-то загадочно сказал Леви, а затем усмехнулся, из-за чего Уокер удивилась, она ни разу не видела, как капитан смеется. – Капитан, вы умеете смеяться? Вот так не знала, – так же усмехнулась разведчица, но после она замолчала и через двадцать секунд ответила на самый первый его вопрос, – Я не против, всё лучше, чем сидеть целые сутки в помещение или бегать вокруг штаба. – Вот и славно, тогда надо уже спускаться, потому что вставать придется рано, чтобы успеть к началу работы наземно-подземного «лифта», – сказал Аккерман, поднимаясь с черепицы, подавая руку Асе, чтобы помочь ей подняться. Девушка от помощи отказалась, поэтому поднялась сама. На ногах все еще были те самые бежевые тапочки, в которых довольно трудно было передвигаться по слегка скользкой черепицы. И как назло, не успев сделать и три шага, девушка подскальзывается и чуть ли не падая с крыши. Благо у капитана была довольно хорошая реакция, поэтому он ухватил девушку за руку и резко потянул ее на себя, из-за чего ребята упали обратно на крышу, благо на ту её часть, которая была ровной. – Всё в порядке? – спросил Аккерман, наблюдая за девушкой, которая встает с него и становится на ровной поверхности крыши. – Всё в порядке, просто подскользнулась и потеряла из-за этого равновесие, спасибо, что помог, – ответила девушка протягивая руку капитану, но тот тоже поднялся сам, но схватил девушку за руку и повел ее за собой, чтобы та вновь не упала. – Отпусти, я сама идти могу, – говорила девушка, пытаясь выдернуть руку из крепкой хватки. – Нет уж, опять подскользнешься, а вдруг поймать не успею, – говорил Леви подходя к башне, через которую заходила девушка. Девушка знала, спорить с ним было бесполезно, поэтому она спокойна шла за ним вплоть до башни, а потом ее пропустили вперед и она спустилась в пыльное помещение, вновь чихнув от количества летающих частиц. Самым главным вопрос было то, как это мистер чистюля прошел в это пыльное помещение, и на равнее с этим вопросом был ещё один, каким образом он узнал, где находится Ася. Они молча шли по коридору от башни, до комнат, а затем разошлись каждый к себе, пожелав друг другу спокойной ночи. В комнате находилась Ханджи, читая какую-то книгу, но когда заметила Уокер, она отвлеклась, откладывая ее в сторону. Ася улыбнулась и прошла к своей кровати, запрыгивая на нее. – Поговорили? – сразу спросила девушка, ехидно улыбаясь. – Так вот кто рассказал ему о крыше, ну спасибо, взяла и выдала мое тайное место, – фыркнула Уокер, скидывая с себя одежду и переодеваясь в пижамную футболку и шорты. – Лучше уж так, чем он будет тут по комнате ходить взад вперед, ожидая тебя для извинений, – сказала Зое, – Да и наедине было бы гораздо лучше, особенно в том месте, где нет случайных слушателей, – заключила девушка, на что Ася согласилась и легла в свою постель. – Ладно, спасибо получается, хотя это должен говорить Леви, – усмехнулась девушка, поворачиваясь в сторону стенки, – Спокойной ночи, – напоследок сказала Уокер. – Он тоже скажет спасибо, я уверена, – сказала Ханджи, протягивая руку к керосиновой лампе, выключая ее, – И тебе спокойной ночи. После этой фразы возникла тишина, пара подруг почти сразу уснули, наполняя темное помещение сопением и редким бормотанием во сне.