Заоблачное счастье

Утро началось в пять часов. Все кадеты были готовы к исполнению своего плана, требовалось пробраться в самый центр, в подземный ров, где они смогут скрываться от нежданных гостей. Всё утро, уже после того как они попали в город, прошло очень скомкано. Кадетов отправляли к доверенным людям из гвардейцев, чтобы те дали сигнал военной полиции, о неожиданном нападении. Затем расследовали катакомбы, в которых им предстояло прятаться, до назначенного времени. И вот, полдень, на дворе стоит гробовая тишина и только где-то вдалеке слышны приближающиеся шаги одного человека. Когда они стихли, она стояла около входа в катакомбы, вертя на пальце кольцо. Спустя минуту, на свет вышел Эрен, Микаса и Армин. Остальные кадеты рассредоточились по контрольным точкам, следя за ситуацией, молясь, чтобы их догадка оказалась верной, иначе они поплатятся за это жизнью, и конец эры разведчиков. – Что ты хочешь Эрен, вас разыскивает вся полиция и гвардейцы, а вы хотите со мной встретиться, – начала Энни, стоя посередине пустой улицы. – Энни, мы знаем твой секрет, нет смысла тебе скрывать что-то. – сказал Эрен, делая шаг ей на встречу, замечая на лице девушки легкое движение, а гримаса меняется, выражая удивление. – Ты не та, за кого себя выдаешь, – спокойно говорила Микаса, следуя вместе с Армином позади Йегера. – Да ну, и кто же я на самом деле? – спросила Леонхарт, заводя руки за спину. – Женская особь, разумный титан, тебе не о чем не говорят? – спросил Эрен, полностью выйдя наружу, что не входило в планы, он должен был находиться на границы спуска. Энни явно поняла, что они знают о её небольшом, но значимом секрете, но она даже не шелохнулась, когда Йегер оказался прямо около неё. Парень положил ей руку на плечо, сжимая его. – Ну так что? Хочешь сказать, что не ты подпортила мне привод ещё тогда в кадетском корпусе? – спрашивал Эрен, смотря прямо ей в глаза, словно хищник, который уже выследил свою жертву. – Эрен! Дистанцию соблюдай! – крикнул Армин, который как раз находился на границы спуска в катакомбы , но Йегер не слышал его, им овладела ярость и злость. Кадеты, которые были на площади, даже не успели сообразить, как их озарила яркая вспышка. Те, кто находился на крышах домов, также не поняли, как она могла себя поранить, но времени размышлять, не было. Ханджи и Жан спустились с крыш дома, забирая Микасу и Армина, чтобы тех не засыпало обломками. Эрена слегка откинуло ударной волной, но когда перед ним появилась женская особь, тот не раздумывая, укусил себя за руку, и через секунду, на пустой площади находятся два титана. Те люди, которых разведка позвала, чтобы они были свидетелями, стали нападать на Энни, но сразу же были откинуты на далекие метры, многие от ударов погибали сразу, кто-то мучился, но целых людей не было. – Не нападать на неё! Только при экстренной ситуации! – крикнула Ася, чтобы гвардейцы не думали во второй раз налетать на титана. Над городом нависла туча, а перед глазами был ожесточенный бой. Все были на своих позициях и смотрели за сражением, то, как стремительно проигрывал Эрен, он не был готов и подготовлен к атаке. Нужно было срочно придумать, как дать шанс Йегеру на победу. – Ханджи! Сухожилия перерезать надо, так выиграем хоть немного времени, – сказала девушка, когда оказалась около Зое. Это был единственный способ помощи с их стороны, так как если они ввяжутся в бой не ясно, сколько людей погибнет. Перед тем, как спрыгнуть вниз, Уокер пересеклась взглядом с Армином, они друг другу махнули головой. Арлет спустил крючки и оказался на плече Эрена, разговаривая с титаном, чтобы хоть как-то привести его в чувства. Тем временем, Ханджи и Ася оказались у ног Женской особи, пролетая около сухожилий. И вот оставалось совсем немного, чтобы лезвия прорезали ткань, как титан их замечает, а лезвия ломаются о ледяную преграду. Титанша провела рукой, и схватила Асю, сжав ту в кулаке, а отскочить, успела только Ханджи, так как она была перед разведчицей. Энни что-то прокричала, смотря на Уокер в её руке, а затем замахнулась и вот уже хотела кинуть живой «мячик», как по руке проехалось лезвие, из-за чего кулак разжался, и тело девушки стремительно полетело вниз. Её поймали почти около земли, так как привод был сломан, и самой зацепиться у неё, не получилось бы. – Жан, на часовую башню, – попросила девушка, держась за парня, который только что, спас ей жизнь. – Будет сделано, – сказал Кирштейн, а через пару секунд, он поставил Уокер под крышей. – Давай, иди, Ханджи помощь не помешает, да и Эрену тоже, – сказала девушка, скидывая с себя привод маневрирования, присаживаясь около него, дабы рассмотреть сломавшийся механизм. Жан не задавая лишних вопросов, отправился обратно, к тому месту, где были остальные разведчики. Ася осмотрела механизм, шестеренки, отвечавшие за трос, были расколоты, а всё остальное вроде было цело, значит особо ничего не пострадало, но сражаться в воздухе девушка не могла. – Всё в норме? – раздался голос позади девушки, даже в такое время он был холодным и спокойным. – Да, но сражение дальше продолжить не смогу, капитан. Шестеренки сломаны, трос не выбрасывается, – сказала Уокер, поворачиваясь лицом к Аккерману. – Тогда, есть для тебя другое задание. Я тебя спущу подальше от боевых действий, и ты двигайся в сторону зала суда, там держат Эрвина. Скажи, что у тебя есть доказательства нашей невиновности, и заодно попросили перевязать тебе руку, а то истечешь кровью, – сказал Леви, глянув на руку девушки. Ася и не заметила, как её рука вновь стала кровоточить, она махнула головой, подошла к капитану и те вместе спустились через две улицы, от той, где Эрен с новыми силами бился с Энни. Оказавшись на земле, девушка глянула вслед улетавшему Леви, а затем побежала в сторону зала суда, заодно проверив, как работают гвардейцы с эвакуацией граждан. Спустя минут восемь бега, Уокер уже стояла около порога зала суда, где ещё и находилась сама тюрьма. Её практически сразу скрутили, но девушка выкрутилась с этого положения, и в её руке оказался охотничий ножик. – Ведите к главному, у меня есть, что ему рассказать, – сказала Ася, смотря прямиком в глаза двум гвардейцам. Те провели её до кабинета, и она вошла внутрь, где на неё наставили клинки, прямо к горлу, чтобы сразу её убить, если такое понадобиться. Она отбросила нож в сторону, под взглядом главнокомандующего, а военная полиция, которая находилась в этом помещение, отступили. Вызвали в кабинет врача, и пока тот перевязывал Уокер, она всё им рассказала, как было дело, что сейчас происходит, и что разведка готова написать рапорт о том, что они делали, не согласовываясь с начальством. Девушку, понятное дело, схватили и посадили в камеру, но отправили лучших солдат проверить слова девушки. Но из-за ситуации в городе, им надо было долго продвигаться к месту, которое назвала Ася, поэтому, сколько ей тут придется просидеть, было не ясно. По соседству с девушкой никого не было, но напротив, оказалась камера Эрвина. Капитан находился в не очень хорошем состоянии. Синяки на лице, опухший глаз, грязная и местами порванная одежда, но главное, что он был жив, а всё остальное со временем пройдет. – Эрвин! Эрвин! Вы как? – спросила девушка таким тоном, чтобы Смит её услышал, и обратил на неё внимание. – Ася? Ты как тут оказалась? Неужели вас всех поймали? – спросил обеспокоено и с грустью на лице мужчина. – Нет, ты же знаешь Леви и Ханджи, их фиг поймаешь и найдешь. Я сама сюда пришла, по просьбе Аккермана, всё идет так, как он задумал, и если у них всё получиться, всех разведчиков выпустят, – объясняла девушка, присаживаясь около решетки, – Остается только ждать. Спустя двое суток, пока они сидели за решеткой, ничего не происходило, но вот, солнце уже скрылось за горизонтом, а в тюремное помещение отворилась дверь, озаряя темное помещение ярким светом керосиновой лампы. По лестнице стали раздаваться шаги, которые приближались к камере Эрвина. – Добро пожаловать на свободу, капитан, – прозвучал женский голос. Ася повернула голову в сторону голосов, но, не привыкнув к свету, в глазах заблестели звездочки, и сосредоточиться на картинке не получалось. – Мисс, вы выходить собираетесь, или вам так понравилось сидеть за решеткой, что вы желаете остаться? – прозвучал чей-то голос над головой девушки. Уокер подняла взгляд, и столкнулась со светом керосиновой лампы, но понадобилось всего пару секунд, чтобы увидеть несколько пар глаз перед собой, а потом уже разглядеть силуэты Леви, Жана и Кони. – Ну уж нет, кха, тут я оставаться точно не хочу, такой себе курорт, – сказала Ася, поднимаясь с пола, при этом кашлянув от поднявшейся вокруг пыли. – Вот и отлично, – сказал Кони, протягивая вперед руку, чтобы девушка прошла, не спотыкнувшись о порог тюремной камеры. – Никогда не думала, что буду сидеть в тюрьме, фактически не за что, такой себе опыт в жизни, – сказала Уокер, когда подошла к Эрвину и Ханджи, – Рада вас видеть, капитан, – с улыбкой промолвила Ася, пожав тому руку. На следующий день, отряд Леви, под командованием самого капитана, забрали своих лошадей, которых благополучно доставили в военную конюшню, и вернулись на свою базу, которая до сих пор была вся в саже и копоти. Пару дней, жить там было бы практически невозможно, поэтому эти сутки длились по одному плану: рано утром приехать на базу, потом уборка, обед, снова уборка, а потом, поздно вечером, возвращаться в военную часть, чтобы переночевать. Эти дни были не самыми удачными для солдат. Конечно, по приказам капитана, кадеты выполняли планы уборки, но с очень недовольными лицами, ведь поджог устроили не они, а приводить крепость в нормальный вид приходится им. – Леви, за что ты так жестоко с нами, почему уборкой занимаемся мы, пусть те гвардейцы дышат этой пылью, – возмущалась Уокер, которая висела на крыше крепости на спусковых крючках, оттирая копоть над «балконами». Рядом с ней был Аккерман во всём своём обмундировании для уборки, платочек на голове, платочек на лице, перчатки. – Не ной, надо, значит надо, – сказал капитан, не отвлекаясь от своего занятия. По объему парень сделал больше, он уже доходил до середины стены, когда Уокер заканчивала только угол, и то, это был более чистый участок, по сравнению с тем, какой достался капитану. – Ну ты и зануда конечно, – вздохнула девушка, опуская руки, – Я устала, больше не могу, – простонала Ася, отталкиваясь ногами от стены, покачиваясь как на качелях. – Что за ребячество? Вроде взрослая девушка, а капризничаешь как малый ребенок, – вздохнув, сказал Леви, а затем, с улыбкой на лице, добавил шёпотом, – Но мне нравится. – Что ты только что сказал? – резко остановившись, спросила девушка, переводя вопросительный взгляд на довольное лицо капитана. – А вот закончишь убирать свою часть, то скажу ещё раз, а так, пусть тебя загрызет любопытство, если не сделаешь, – с улыбкой на лице сказал парень, а затем, сделав последний мазок тряпкой, нажал на кнопку ручки, и поднялся на крышу, приземлившись на две ноги. – Аккерман, я тебя ненавижу, ты тот ещё гад, – фыркнула Уокер, беря в руки тряпку, продолжая убирать копоть со стен, настолько хорошо, насколько это было возможно. Спустя минут двадцать, уже начало вечереть, солнце уже почти ушло за горизонт, когда Ася приземлилась на крыше, закончив свою часть уборки. Девушка осмотрелась и заметила Леви, который сидел на другой части крыши, поэтому Уокер отправилась к нему. – Ну, я закончила, повторяй, что ты сказал, – говорила Ася, кидая тряпку, около ног капитана. – Действительно хочешь это услышать? Прям уверена? – с усмешкой сказал Леви, поднимаясь с крыши, и скидывая с рук перчатки, снимая с головы и шеи платок. – Да, иначе бы, я ничего не делала, а просто бы свалила в комнату отдыхать, – хмыкнула Ася, скрестив руки на груди, смотря на капитана. Тот лишь усмехнулся, а затем подошел к Асе, смотря в её бегающие глаза, своим холодным и невозмутимым взглядом. Сделал шаг ближе, влезая в личное пространство девушки, заводя свои руки за спину девушки, кладя их на талию. – Нравятся мне твои капризы, – прошептал Аккерман, находясь в миллиметре от чужих губ, но при этом не разрывая зрительный контакт. Девушка уже прикрыла глаза, ожидая поцелуя со стороны парня, так как тот, сам начал к ним приближаться, как с другой стороны послышались шаги и падающий камень черепицы. Они сразу оттолкнулись друг от друга, посмотрев на приближающегося человека. Это была Ханджи, которая с довольной улыбкой шла к ним на встречу. – Не переживайте, я ничего о вас не скажу, – сразу начала Зое, как только подошла к ребятам. – Ханджи, не придумывай, никаких «нас», «вас», нет. Ты не так всё поняла, – оправдывалась девушка, а затем взявшись за спусковой механизм, нажала на кнопку и побежала к краю крыши, зацепившись крюком, пролетела на тросе на второй этаж, затем отцепила крюк, который вернулся на место, а после отправилась на первый этаж, к лошадям, чтобы подготовить их к пути. – Ты примерно правильно всё поняла, но никому не слова, иначе вместо четырех глаз, их станет меньше, – сказал Аккерман, поднимая с черепицы перчатки и платки, а после они с Зое отправились на первый этаж, к остальным кадетам. Когда те спустились на низ, там ждали уже все кадеты, оседлав лошадей. Осталось только два коня, на которых залезли два капитана, а затем, эта кучка солдат, отправились в сторону города, и основного штаба разведки, где сейчас было их временное местожительства.