Смесок

…И не плакать без веских причин, мальчик мой. Ибо слезы мужчин разрушают озоновый слой © Несчастный случай

(Сиам)       Я критически осмотрел свое отражение в зеркале. И вот этому угрюмому существу уже так много лет?.. Парадный выходной костюм, галстук и поблескивающие золотом запонки только прибавляют мне возраста, который теперь и без того увеличился на год. И во всей сложившейся ситуации я отчаянно жалел, что я сейчас не в Фадагасе, или хотя бы его окраинах, а в этом гребаном Валлиндоре! Не самое лучшее место для дроу, чтобы отпраздновать свой день рождения. Но особого выбора у меня на этот раз не было. Вообще вариантов свободного выбора всегда не очень-то много, когда ты сын первого советника правителя дроу. Лично мне это все уже надоело до крайней степени.       Скажите, кого мы обманываем? Все прекрасно знают, что дружеских отношений с каким бы то ни было народом у нас не выходило и не выйдет. Зачем это лицемерие? Для чего было отправлять очередную делегацию в этот чертов Валлиндор? И, что самое главное, неужели нельзя было меня во все это не вмешивать? Но мой отец, глава старшего дома Тхарах, видимо решил окончательно доконать меня.       На всеобщее счастье, время, которое нам требовалось провести в человеческой столице, подходило к концу. Сегодня мы уже должны были начать собираться, чтобы завтра двинуться домой. Поэтому я, прихватив с собой из номера бутылку чего-то алкогольного, отправился гулять по Валлиндору, таким образом отмечая свой небольшой праздник.       — Добрый вечер, господин Сиам! — поприветствовали меня на выходе из отеля, где остановилась наша делегация. Я приветственно махнул рукой и вышел на улицу.       Сейчас стояла самая настоящая жара. Валлиндор сам по себе душный и пыльный город, но в летнее время просто невыносим. Я держался тени, украдкой отпивая прямо из горла прихваченной бутылки. Связываться с дроу не хотелось никому, а тем более со скандально известным старшим сыном первого советника, поэтому прогулке никто не мешал. Я наслаждался одиночеством, с некоторой грустью размышляя о том, как можно было бы отметить день рождения, будь я сейчас дома.       Все поменялось, когда я дошел до середины прихваченной из номера бутылки. Может быть, достаточно опьянел, устал или разозлился на судьбу, которая зашвырнула меня в Валлиндор, не знаю. Я остановился на одной из улиц этого пыльного раскаленного города и, вылив в рот еще немного выпивки, наткнулся взглядом на вывеску, прибитую над входом в какую-то лавку, находившуюся на другой стороне улицы. Недолго думая я перешел улицу и, пройдя под небольшой аркой, оказался не в лавке, а скорее в каком-то дворе. Больше всего это место было похоже на некое подобие базара. Было довольно шумно, что меня, уже выпившего, неимоверно раздражало.       — Какие лица! — с льстивыми нотками в голосе, ко мне подвалил какой-то мужчина неопрятной наружности. Он был невысок, толст и небрит. — Чем можем помочь, господин дроу? Желаете прикупить себе раба?       Я вновь невольно огляделся и наконец-то понял, куда забрел — на невольничий рынок.       — Позвольте показать вам товар, — торгаш жестом указал мне на свою палатку. — Женщины, девушки, девочки, кто вам больше по душе?       Я скривился. Неужели обо мне настолько дурные слухи, если они думают, что я буду спать с грязным рабом? Надо бы все-таки заняться репутацией…       Я пробежался взглядом по ряду замызганных усталых лиц и заметил сидящего в самом углу паренька. Из-за грязи и колтунов, понять какого цвета его волосы было невозможно. Он, видимо почувствовав, что я смотрю, тоже поднял на меня взгляд. Они были пронзительного голубого цвета, а плескавшаяся в них ненависть делала их только ярче. Торгаш заметил мой интерес.       — О, этот парнишка совершенно невыносим! — осторожно заметил он. Потом, подумав, показал мне свою левую руку. — Только посмотрите, как кусается, гаденыш!..       Я усмехнулся. Паренек неотрывно глядел на меня своими голубыми глазищами и, казалось, если бы не цепь, которой были скованы руки и ноги, он бы вцепился любому из нас в горло не раздумывая.       — Если вам нужен юноша, я могу показать и более покорный товар, — услужливо предложил торгаш.       Нет, после таких слов, мне определенно стоит заняться своей репутацией.       — Я возьму этого, — решительно заявил я, указав бутылкой на того парнишку.       Помимо всего прочего я почувствовал в нем и кое-что еще.       — Ну… учтите, я вас предупреждал, что этот смесок бешеный, — опасливо подходя к рабу, пробормотал торговец. Да, это я и сам уже понял. Мальчишка был полуэльфом. Хотя ни заостренных ушей, ни других признаков не наблюдалось, в нем все равно ощущалась эльфийская кровь.       Я расплатился с хозяином палатки и вывел раба на улицу. Его руки по-прежнему были крепко скованы цепью, на шею была накинута веревка, за которую я его и вел, словно собаку. Он не проронил ни звука за все то время пока мы шли, но я чувствовал его ненавидящий взгляд спиной. На вид ему было не больше шестнадцати, хотя на самом деле ему могло быть и больше. Он был очень худым, а из-под слоев грязи проглядывала бледная кожа. Высоким он тоже не был, и сейчас едва ли доставал мне до середины груди. Однако шел ровно, не шатаясь или спотыкаясь, и с прямой спиной. Гордый.       Я насмешливо фыркнул себе под нос. Гордый смесок — это забавно. Вообще, к таким как он, во все времена у всех народов одно отношение. А этот ко всему прочему был еще и светло-эльфийский смесок. Нет, конечно, вражда между светлыми и темными эльфами по большей части из области мифологии и древней истории, но лично я никогда к ним особой любви не испытывал. Так что была еще надежда на то, что мой день рождения не безнадежно испорчен.       Зайдя через черный ход (забочусь о репутации в кои-то веки) я втолкал смеска в свой номер. Бутылка, которую я брал с собой, к тому времени уже благополучно закончилась, поэтому достал новую. Зубами вытащил пробку и плеснул в стакан темно-алого вина. Потом подумал и достал второй стакан. Плеснув выпивки и в него, я протянул стакан мальчишке. Тот сначала отшатнулся, опалив ненавидящим взглядом. Потом поджал губы и уставился куда-то в сторону.       — Что, не будешь? — фыркнул я. Полуэльф молчал. — Ну и вурдалак с тобой!       С этими словами я вылил содержимое стакана в рот и вновь глянул на него. Он смирно стоял, все еще поджимая чуть припухлые губы и глядя куда-то мимо.       — Ванная там, пойди и вымойся, — махнув рукой в сторону названной комнаты, я плюхнулся на диванчик, цапнув бутылку со стола. Парнишку тут же, как ветром сдуло. Я вытянул ноги и на этот раз хлебнул вина прямо из горла. Плеск воды, доносившийся из ванной, как-то странно успокаивал меня. Я потягивал вино и размышлял о завтрашней поездке. Черт, надо же будет как-то объяснять, откуда у меня взялся этот оборванец. Ну, в конце концов, может же это быть подарком самому себе на день рождения?..       Через некоторое время, которого мне хватило, чтобы опустошить четверть бутылки, полуэльф вернулся в гостиную. С мокрых волос капала вода, зато я теперь хотя бы мог понять, какого они цвета. Они были мягкого древесного цвета, но на полтона темнее из-за воды. Мокрые прядки доставали ему до плеч. Сейчас он был только в одном полотенце, крепко обмотанном вокруг бедер. Как он снял рубашку со скованными руками, так и осталось для меня загадкой. Впрочем, тот ободранный кусок ветоши вполне мог попросту порваться.       — Бери, — я протянул стакан выпивки, но он все так же молча пялился в пол. — Бери, я сказал!       Полуэльф скривился, но стакан взял.       — Теперь пей! — приказал я. — У меня сегодня праздник, так что пей. За мое здоровье.       Поджав губы, он зыркнул на меня исподлобья своими голубыми глазами. Я тоже сверлил его взглядом. Парнишка поднес стакан к губам и, сделав глоток, закашлялся.       — Пей до дна, — усмехнувшись, потребовал я.       Тогда он одним махом вылил выпивку себе в рот и стремительно проглотил. После этого отчаянно закашлялся, а я взял из его руки стакан. Налив еще, я выпил сам и вновь растянулся на диване. Прокашлявшись, полуэльф глянул помутневшим взглядом на меня. Щеки заливала хмельная краска, глаза постепенно соловели. Выпитое натощак вино давало о себе знать. Парнишка попытался взять себя в руки и у него это даже почти получилось.       — Иди сюда, — я качнул головой на сидельную подушку возле дивана. Полуэльф устало опустился на нее, все еще стараясь стряхнуть хмельную дрему. Но, что удивительно, ненависть по отношению ко мне из его взгляда никуда не делась. Казалось, он пытается мысленно удавить меня голыми руками. — Что, не нравлюсь тебе?       Он поджал губы и все так же молчал.       — Отвечай, смесок! — я повысил тон.       — Нет, — тихо выдавил, наконец, парнишка. — Не нравишься.       Я хмыкнул и, отпив еще немного вина из горла, уставился на раба.       — Что ж так?       Он вновь не захотел отвечать. Тогда я схватил его за волосы и приблизил лицо к своему.       — Отвечай, когда с тобой разговаривают.       — Ненавижу тебя, — прошипел парнишка, глядя своими полными ненависти голубыми глазищами на меня. — Ненавижу!       Я сжал его волосы в кулак сильнее. Так, что он сощурился от боли. Наверное, я слишком много выпил. Да, именно так и есть. Потому что следующим своим движением я опрокинул его на диван, рядом с собой, и быстро подмял под себя. Полуэльф испуганно зажмурился и, втянув голову в плечи, сжал руки в маленькие кулачки, чтобы не дрожали. Я тем временем уже разбирался с полотенцем, которое было обмотано вокруг его бедер, попутно пытаясь справиться со своими брюками. Он меня бесит!..       Он попытался меня оттолкнуть, даже почти преуспел. Умудрился укусить меня, перевернуться на спину, и вот тогда я отвесил ему тяжелую пощечину. Его голова качнулась в сторону, хлестнув меня мокрыми волосами, мальчишка полу-вздохнул полу-всхлипнул. Я резким движением раздвинул его ноги и подтянул ближе к себе. Он вновь попытался меня оттолкнуть, поэтому я крепко сжал оба его запястья в своей ладони и прижал к подлокотнику дивана.       Парнишка вновь попробовал меня укусить, но никак не мог дотянуться, что начало меня забавлять. Я медлил с началом акта, глядя на то, как он пытается отбиться от меня. Дурачок. Этим он может лишь показать, что слишком слаб, чтобы сопротивляться. Осознание того, что я сильнее его, что он всего лишь мой раб, только еще больше возбуждали. Поэтому я, уперевшись локтем ему в грудь и продолжая удерживать той же рукой его запястья, без особых церемоний начал входить. Полуэльф зажмурился сильнее, и чуть не до крови закусил губу. Тогда я навалился сильнее и ввел до конца. Он дернул голову в сторону, отворачиваясь от меня, и пряча тем самым выступившие слезы. Я медленно начал движение, привыкая к новым для меня ощущениям. До этого я уже пару раз спал с парнями, но не со столь юными, которые к тому же так упираются. Свободной рукой я взял его за подбородок и повернул лицом к себе. Ненависть, полыхавшая в голубых глазах, только еще сильнее распаляла меня. Резкие короткие выдохи и полустоны, смешанные со всхлипами — все, что он сейчас мог.       Я сидел на диване и неспешно допивал оставшееся в бутылке спиртное. Меня уже начало клонить в сон, но я все никак не мог оторвать взгляда от свернувшегося в тесный комок полуэльфа. Он то ли плакал, то ли дремал, вздрагивая во сне. Наконец, я, фыркнув, накинул на него плед, висевший на спинке дивана, и отправился в спальню.